Глава 14

Пол

Я не сдержался.

Я всё-таки написал ей, хотя не должен был этого делать. Я вообще не должен был думать о ней этим праздничным, уютным и весёлым вечером, который я провожу в кругу самых близких мне людей.

Но сегодня я думал о Кортни куда больше, чем обычно. И виной тому не столько приближение Рождества, которое Кортни всегда обожала больше всех других праздников, сколько мои драгоценные мама и тётя.

Я их очень люблю и готов жизнь отдать за них, но, сука, когда они начинают в очередной раз врубать свою излюбленную шарманку о том, что мне снова нужно жениться, я преисполняюсь желанием их прибить.

Сколько себя помню, эти две настырные женщины всегда любили раздавать всем советы, учить уму-разуму и совать свои носы в чужие жизни.

Я единственный ребёнок у матери, а у тёти – единственный холостой племянник, поэтому они обе считают своей задачей устроить мою личную жизнь. И плевать, что я никогда не нуждался в их помощи.

Даже когда я был в браке с Кортни, они не могли угомониться, постоянно капая на нервы. Только тогда весь основной удар приходился по Кортни. Именно ей они подсаживались на уши на каждой семейной встрече и вдалбливали, что у семейной пары обязательно должны быть дети. И сколько бы я ни просил свою мать прекратить докучать Кортни, она меня не слушалась.

Когда же я сообщил о разводе, мама с тётей даже не стали скрывать своей радости, заявив, что развод с Кортни – самое лучшее решение, которое я мог принять. В их понимании женщина, которая ненавидит детей, никогда не сможет стать идеальной женой.

Они не знали и до сих пор не знают истинную причину нашего разрыва. Я не стал им ничего говорить. Как и не стал переубеждать их в том, что из-за нелюбви к детям Кортни была непригодна для счастливого брака, хоть и считал их слова лютым бредом. Спорить с ними и что-то доказывать не было никакого смысла. Они всё равно остались бы при своём мнении. А тратить силы и нервы на разговоры о Кортни тогда я не хотел. И без того ощущал себя пустым и безжизненным, будто робот, у которого все части тела превратились в металл, а вместо сердца в груди функционировала ржавая запчасть, в любой момент норовящая заглохнуть от боли.

Проходили месяцы, я мало-помалу приходил в себя. Научился жить без Кортни, начал встречаться с женщинами и даже вступал в отношения с некоторыми из них, но довольно быстро понимал, что ничего серьезного не выйдет. Именно поэтому за все эти годы я ни разу не приводил в дом родителей ни одну женщину. Даже Ева здесь ещё не была и вряд ли хоть когда-нибудь появится. Уверен, она обиделась сегодня на меня, когда я опять не позвал её на семейный ужин, но, как всегда, не стала в открытую показывать мне своё негодование.

Говорю же: Ева – удобная женщина, с какой стороны ни посмотри. А я редкостный подонок, раз позволяю продолжаться нашим отношениям, в которых практически с самого начала игра ведётся лишь в одни ворота. И при этом успокаиваю свою совесть тем, что не держу Еву силой. Она вольна уйти в любой момент, я не стану её удерживать.

Хорошо устроился. Что ещё сказать? У меня под боком шикарная женщина, которая старается быть для меня идеальной и в тайне не перестает надеяться, что я узаконю наши отношения, а я несколько раз в неделю трахаю свою бывшую жену и почти круглосуточно варюсь в мыслях о ней.

Ох, узнали бы об этом моя мама с тётей, спуску мне не дали бы. Я сам хочу себе по башке накостылять, чтобы протрезветь и вспомнить, как именно поступила со мной когда-то Кортни и что после подобного нам ни за что не вернуть наши отношения в прежнее русло. Я не смогу переступить через свою гордость, научиться снова ей верить и дать нам второй шанс.

Пиздец! Докатился. Уже о вторых шансах начал размышлять. Ну, не дурак, нет? Однозначно дурак!

– О чём задумался, мой хороший? – усевшись на соседний стул, интересуется тётя Кора, и я усмехаюсь.

Ей лучше не знать.

– Ни о чём. Просто устал за последние недели. Наверное, поеду уже домой.

– Так рано?

– Да, хочу поскорее завалиться спать, – вру я.

Свалить я хочу, чтобы избежать её очередных поучений и расспросов о том, есть ли в моей жизни особенная женщина. Ещё одного такого диалога я сегодня не выдержу. Мать уже весь мозг проела.

Попрощавшись со всей роднёй, я покидаю фамильный дом. До своих апартаментов добираюсь дольше обычного. Снег не перестаёт валить крупными хлопьями, дороги заметены и покрыты льдом. Чтобы не убиться в канун праздника, приходиться ехать на черепашьей скорости. А также потому, что не особо хочу ехать домой. Да только больше некуда.

Все мои друзья сегодня проводят вечер со своими семьями, а одному торчать в баре совсем неохота. Лучше посижу в одиночестве дома и выпью в родной обстановке.

Так я и провожу остаток вечера – бухаю виски рядом с чертовой ёлкой, которую Ева украшала без меня, и опять ненароком улетаю мыслями в прошлое, когда мы с Кортни вместе ездили выбирать ель и вместе украшали её. А потом каждое рождественское утро я любовался, как Кортни, словно маленькая девочка, вскакивала с кровати и неслась к ней, чтобы посмотреть, какой подарок ей на этот раз подарил Санта Дэвенпорт.

Да… Она обожала Рождество. И я вместе с ней. А после развода, кажется, потерял всякий интерес к этому празднику. Как и ко многому другому в своей жизни. Я стал мрачнее, разгульнее и циничней. С головой погрузился в работу и кратковременные интрижки. И даже когда в мою повседневность вошла поистине потрясающая женщина, в душе ничего не встрепенулось. Полный штиль. И мне даже по хер, где Ева сейчас находится. До сих пор у родителей в гостях? Или же отправилась к какой-нибудь подруге? Вообще ровно. Думаю, даже если бы она пришла ко мне и заявила, что переспала с другим мужиком, меня бы это нисколько не задело. Наоборот. Дало бы веский повод наконец поставить точку в наших недоотношениях.

Все мои мысли крутятся вокруг Кортни. Где она сейчас? С кем? Как проводит свой любимый вечер в году? Что делала, когда отвечала на моё неуместное поздравление?

Как же меня бесит, что я обо всём этом думаю и чувствую при этом то, что не должен чувствовать! А ещё напрягает то, что я едва сдерживаюсь, чтобы всё-таки не нанять человека, который проследил бы за Кортни и выведал бы всю информации о её жизни. И, чтоб меня, я не сдержался и организовал Кортни рождественский подарок.

Зачем? Вот зачем я это сделал?

Ведь когда она узнает, то стопроцентно воспримет это, как проявление моих чувств, которые я так рьяно прячу и отрицаю во время наших встреч. Но, как бы я ни заклинал себя проигнорировать Рождество и ничего не подарить ей, я не смог этого сделать. Кусок идиота!

Логан был прав, когда волновался из-за моей связи с Кортни. Он будто в воду глядел, выражая свои опасения в том, что я не смогу просто трахаться с Кортни. Однако ему для осознания этого хватило всего пары секунд, а мне, дебилу, полтора месяца. И теперь я не на шутку волнуюсь, что с каждой нашей встречей я всё больше привязываюсь к ней. Снова. Блять! Снова в то же болото! К чёрту! Не могу больше о ней думать. Как и о том, где найти силы, чтобы прекратить с ней видеться.

Вот такой вот замкнутый круг. И что за чудо мне поможет разорвать его – я не представляю.

***

Всю следующую неделю, пока все усердно готовятся ко встрече Нового года, я зависаю на работе. Праздники для меня не повод расслабляться и отдыхать, особенно в преддверии открытия нового филиала моей фирмы, поэтому я батрачу с утра до самого вечера. Ухожу из дома рано, возвращаюсь почти в полночь. С Евой общаюсь по минимуму, с друзьями вообще не вижусь. Тупо нет времени. Причём что у меня, что у них. Особенно у Логана. Рождение сына круто изменило его жизнь. И это неудивительно. Уверен, если бы у меня родился ребёнок, я бы тоже послал в жопу и работу, и весь остальной мир, лишь бы проводить с ним максимально много времени.

Тем более Диане нужна помощь. Нехорошо сбрасывать младенца на плечи новоиспечённой матери. В уходе за новорождённым должны участвовать оба родителя. Здорово, что Логан это понимает.

Я вообще чертовски горжусь им. Он мой лучший друг со времен школы, и мне как никому другому известно, каким ветреным мудаком он всегда был с девушками. Но с появлением Дианы, а теперь ещё и сына, он сильно изменился. Повзрослел, что ли, и поменял многие свои взгляды на жизнь.

А я вот, по ходу, наоборот с каждым годом всё больше деградирую и меняюсь только в худшую сторону. Причем во всех смыслах. Ведь я не только с Евой веду себя как мудак, но и с Логаном – с момента рождения сына своего лучшего друга я до сих пор ни разу не навестил их семью, хотя Логан уже несколько раз приглашал меня в гости. А я каждый раз находил причины, почему не могу прийти. В основном все они были связаны с загруженностью на работе. Однако это лишь наполовину правда.

Как бы я ни был счастлив за Логана, весомой части меня невыносимо смотреть на его счастье. Ведь я столько лет мечтал иметь то, что сейчас имеет Логан – любимую женщину, которая ни за что не предаст, и сына.

И вот… Мне недавно стукнуло тридцать шесть, а я не имею ни одного, ни второго. И я просто-напросто завидую другу. По-хорошему, конечно, но эта зависть причиняет мне ощутимый дискомфорт, напоминая о том, как несколько лет назад все мои мечты накрылись медным тазом.

Однако, невзирая на свои эмоции, в ближайшие дни я намерен исправиться и навестить Логана с Дианой, чтобы наконец познакомиться с их мелким Дэниелом Бэллом. Сегодня во время обеденного перерыва даже решаю отправиться не в ресторан, находящийся недалеко от моего офиса, а в торговый центр, чтобы после обеда зайти в детский магазин. Я мог бы, конечно, попросить секретаршу заняться покупкой подарка для мелкого, как я это всегда делал с подарками для Евы, но не стал. Хочу сам выбрать свой первый подарок для Дэна.

Только что выбрать для трехнедельного малыша? Не знаю. У всех моих кузенов и кузин рождались девочки. С ними как-то проще, что ли. Купил большую розовую плюшевую игрушку или куклу, и готово. А что купить будущему брутальному мужику? Идей пока что ноль.

Да и подумать нормально не удаётся. Стоит лишь войти в торговый центр, как меня будто громом поражает, и я застываю на месте. Все конечности то пронзает болью, то они немеют, лишаясь возможности чувствовать хоть что-то. В частности сердце. Оно начинает колотить по рёбрам так, что дыхание затрудняется, а все мысли и планы заглушаются оглушительным стуком его ударов.

Почему?

Да потому что я не верю своим глазам, пока смотрю прямо на Кортни, сидящую на скамье возле светящейся ёлки. И поражаюсь я вовсе не её пленительной красоте, что завораживает меня с первых же секунд, а ребенку, которого она бережно удерживает в руках и что-то щебечет ему, наклонившись к его лицу.

Какого чёрта?!

У моей Кортни есть ребёнок?!