Давным-давно это было. В деревне тогда что ни улица – то мечеть, что ни мечеть – то один или два духовных лица добрым людям головы морочили. Жил в те времена мулла один. Очень любил он в мечети с проповедями выступать. Вот и говорит однажды:
– Кто сделает мулле подношение, тому Аллах в десять раз больше даст.
Услышал это мужик, что за печкой дремал. Приходит домой, жене рассказывает. И решили они отдать мулле единственную корову, надеясь получить за нее от Аллаха десять. Обрадовался мулла, длинную благодарственную молитву прочитал, много благ мужику посулил.
Мужик и до дома еще не дошел, как жалеть уж о корове начал, и жене ее не хватает, и дети молока просят…
Настала весна. Вот как-то выпустили коров муллы из хлева. Буренка мужика со всех ног домой помчалась, а за ней увязались остальные девять коров муллы. Выбежали тут мужик с женой и загнали их в свой хлев. Потом муж замел следы, жена тем временем всех коров подоить успела.
Пошли работники муллы по деревне, пропавших коров ищут. Следы ведут к воротам мужика, да тут и кончаются. Дня через два рассказал мулла о своей пропаже в мечети. Соседи мужика и открыли ему, где коровы. Послал мулла к мужику работников своих, а мужик не отдает, упирается. Делать нечего, отправился сам. Просит вернуть коров, а мужик отвечает:
– Не ты ли говорил: кто даст мулле, у Аллаха в десять раз больше возьмет? Вот он и дал мне десять коров – видно, твоя молитва кстати пришлась.
– Но это же мои коровы! – возражает мулла.
– Я у тебя коров не брал, – говорит мужик и муллу к коровам близко не подпускает.
Так, ничего не добившись, пошел мулла к судье-казыю. Вызвал казый мужика, стыдит его, увещевает, а тот уперся – и все тут. Тогда казый придумал такую хитрость:
– Пусть коровы тому достанутся, – говорит, – кто завтра ко мне раньше придет.
На том и разошлись. Мулла на вороном рысаке поскакал, а безлошадный мужик потопал на своих двоих. А было между деревнями верст восемь. Пришел мужик домой, обогрелся, выпил чаю, отдохнул да и назад к казыю отправился. Когда он пришел, было еще рано. Решил мужик в лабазе переждать. Вот казый пошел в мечеть к утреннему намазу, его жена вышла в сарай за дровами, а мужик тем временем юркнул в дом и спрятался на печи. Вскоре пожаловал и мулла в длинном тулупе на лисьем меху. Жена судьи поспешила навстречу гостю, сняла с него тулуп.
– Что, мужик уже здесь? – спрашивает мулла.
– Да где ему, голодранцу! – смеется хозяйка. – К вечеру, глядишь, приплетется.
Тут сели они в закутке, начали хихикать, заигрывать друг с другом.
Вот и казый вернулся. Мужик, выждав, когда он в горницу пройдет, слез с печи, хлопнул дверью, поздоровался.
– Вот уж, братец, все и решилось. Придется тебе вернуть коров мулле, – говорит казый. – Ты позже пришел.
Мулла засмеялся от радости.
– Нет, казый, – возражает мужик, – когда мулла с твоей женой заигрывал, я уж здесь был.
Оторопел мулла, глаза таращит, не знает, что и сказать. Тут хозяйка кричит из закутка:
– Да не спорь ты с ним, мулла, с десяти-то коров небось не обеднеешь!
Пришлось мулле волей-неволей согласиться: испугался он, как бы мужик чего лишнего не сболтнул.
Так вот мужик муллу в дураках и оставил.