Рассвет только начал окрашивать улицы Кастильмо, когда мы с братьями Паласио шли по узкой тропинке, ведущей к ущелью горы Дельтонес. Серый туман обволакивал лес, и метров за двадцать впереди нельзя было ничего разглядеть.

Я зевнула, мечтая оказаться в уютном автомобиле. Даже воняющий гарью джип Мануэля показался бы мне сейчас роскошью. Но поскольку мы шли втайне от родителей, вылазка к куэлебре состоялась рано утром, пока все спали. Андрес заверил, что включить зажигание автомобиля – равно разбудить весь дом. Поэтому нам нужно было топать по лесу добрых двадцать минут туда и столько же обратно.

Когда рано утром Андрес попытался разбудить Мануэля, заставив пожертвовать выходным в школе, он так громко послал нас обоих, что, даже стоя у двери его комнаты, я отчетливо слышала, насколько далеко. Впрочем, вскоре Мануэль вышел, заспанный и недовольный, но одетый и готовый отправляться в путь.

Сейчас же Мануэль шел метров на десять впереди нас.

– Думаешь, хорошая идея была тащить его с нами? – тихо спросила я Андреса. – Он же, как и все, хочет, чтобы я оставалась моурос и сражалась с Королевой. Не уверена, что он хорошо отнесется к нашей идее, если узнает, что мы идем к куэлебре не только за советом, как прикончить Королеву ведьм, но еще и сделать меня вновь человеком.

– Я всю ночь думал над тем, стоит ему отправляться с нами или нет, но потом понял, что без него нам не справиться.

– Почему?

– Помнишь про странного старого друга, о котором я тебе рассказывал, когда мы узнали, что душу Карлы скоро заберет гуэрку?

– Это он? – удивленно взглянула я на Андреса.

– Да. И помимо его остальных странностей, он непредсказуем. Поэтому лучше иметь подмогу рядом. А кроме Мануэля, мы не можем никому рассказать об этом.

Когда через десять минут мы вошли в пещеру, раздался грохот камней. Я чувствовала, как к нам приближалось что-то большое. И я не ошиблась.

От неожиданности я отскочила назад, когда из-за угла выполз огромный пятиметровый змей с переливающейся зеленой чешуей, сверкающей словно металлический блеск. Он расправил большие крылья, напоминавшие крылья летучей мыши, и открыл пасть. Куэлебре оскалился, показывая длинные зубы, которым хватит одного щелчка, чтобы откусить голову. Каждое его движение было властным и могущественным, и я ощутила в змее древнюю силу, что готова уничтожить все на своем пути.

Я в страхе сделала шаг назад. Добродушием от этого существа даже не веяло, и будет большим счастьем, если куэлебре отпустит нас, не попытавшись при этом сожрать. Змей подполз ближе, затем сделал вокруг меня круг. Остановившись напротив, куэлебре покрутил головой, внимательно рассматривая меня, но не забывая при этом раскрывать крылья и демонстрировать клыки.

Только я решилась призвать свой огонь, как Мануэль произнес:

– Хватит выпендриваться перед девушкой, Эмил.

Вертикальные зрачки куэлебре расширились. Змей закрыл пасть и сделал еще один круг вокруг меня. Когда он оказался за моей спиной, я заметила, как его хвост начинает покрываться зеленым дымом. Куэлебре буквально испарялся на глазах.

Еще один клуб дыма, и передо мной возник парень. Я отшатнулась от неожиданности.

– Ты… что…

Я искала глазами куэлебре, но передо мной стоял лишь юноша с обворожительной улыбкой, не спускавший с меня глаз. На вид он был не старше меня. Выразительные и заостренные черты лица, словно высеченные из камня, придавали ему ауру непередаваемой силы и загадочности, а длинные черные волосы, которые он завязал в низкий хвост, растекались по спине, будто темная река, и касались пола. На юноше был камзол черного цвета, доходивший до пят, сапоги на черной подошве. Нельзя было отгадать, к какой эпохе принадлежал его костюм, но точно не к последним столетиям.

– Неужели мои молитвы были услышаны, и меня наконец посетила прекрасная сеньорита, – раздался мелодичный голос куэлебре, и его губы растянулись еще шире. – Позвольте представиться, инфант Эмилиано III Великолепный.

Куэлебре взял мою руку и коснулся губами ладони.

– Инфант? – удивленно спросила я.

– Да, прекрасная сеньорита. – Вновь став вертикальными, зрачки куэлебре сверкнули. Лишь это выдавало в нем огромного змея, которого я только что встретила. – Прежде чем меня заковали в ужасное тело этой крылатой ящерицы, я был наследным принцем.

Я с укором взглянула на братьев Паласио. И никто не удосужился мне об этом рассказать!

– Подождите, прелестное создание! – Куэлебре прикрыл глаза и втянул воздух. – Я чувствую огонь… и землю…

Он резко распахнул глаза.

– Неужели новообращенная? Кто это сделал?

– Мануэль, – ответил Андрес.

– Ну конечно же, только этот мальчишка мог такое совершить. Ты знаешь, как мы встретились в первый раз? – посмотрел на меня змей-инфант. Он подал мне локоть. – Пойдемте, провожу свою очаровательную гостью в мое тайное убежище.

Только сейчас я поняла, что принц-инфант коснулся меня, но ни один из нас не ощутил боли.

– Я не человек и не моурос, так что все в порядке, – улыбнулся он, поняв мое замешательство.

Подавая руку, я оглянулась на братьев. Когда те молча последовали за нами, я разрешила куэлебре вести себя.

– Знаете, мой прелестный цветочек, этому негодяю было лет десять, когда он со своей семьей пришел ко мне в первый раз. Он тогда выпустил мулов, которых я содержал в западной части пещеры. Потом один его укусил, так что он целую неделю ходил с…

– Мы пришли по делу, – грубо прервал его Мануэль.

– Конечно, вспоминаете меня, только когда что-то нужно.

Змей-инфант вел нас по темному тоннелю. Сырость, звук капающей воды и грубый камень. Чем глубже мы заходили, тем дальше оставался дневной свет. Шаги нашего провожатого не издавали ни звука, словно он полз по земле. Я переборола желание взглянуть вниз, чтобы удостовериться, не превратилась ли нижняя часть его тела в змеиную.

– Кажется, лишь пару месяцев назад отец с дядей были у тебя, – заметил Андрес. – Отец сказал, что начал пропадать скот неподалеку, жители жаловались.

– Моей змеиной сущности ведь нужно чем-то питаться, – горячо возразил Эмилиано. – Поэтому ночью я выхожу на охоту.

Когда глаза перестали различать что-то в темноте, куэлебре свернул влево. Пещеру тут же осветило факелами, воткнутыми в стены по обе стороны. Огонь в них зажигался один за другим, освещая нам путь. Когда зажглись два последних факела, я увидела впереди широкую деревянную дверь.

Эмилиано потянул на себя железное кольцо с головой змея, уж больно похожего на куэлебре. Меня чуть не пробрал смех. Он повесил свою фигуру у входа?

Помещение за дверью оказалось настолько невероятным, что я замедлила шаг. Если бы кто-то сказал мне, что в пещере бывают такие сооружения, я бы посчитала его умалишенным. Широкий круглый зал был обставлен разноцветными светящимися кристаллами. Они словно сосульки свисали с высокого потолка пещеры, высились вдоль стен гигантскими колоннами. На полу лежали мягкие подушки и шелковые простыни. Посреди этого великолепия стоял фонтан с живыми цветами. Но гораздо сильнее меня поразили девушки, которые сидели на подушках возле фонтана. Их было около сорока, не меньше. Красивые, с длинными волосами до пола, босые и одетые в легкие платья. Девушек украшало несметное количество золота – на лодыжках, талии, руках. Некоторые из них расчесывали волосы, некоторые смеялись, ведя веселую беседу. Их легкий смех сливался с журчанием фонтана.

Я сразу догадалась, кто они.

Ксаны.

Согласно легендам, ксаны – невероятной красоты девушки. Они живут возле рек и прудов или в пещерах, где есть доступ к чистому источнику. Обычно это девушки, находящиеся под действием заклинания.

Я недоверчиво взглянула на принца-инфанта. Меня охватило желание вырвать руку и убежать куда-нибудь подальше из этого места. Куэлебре заметил мое замешательство. Он улыбнулся своей обворожительной улыбкой:

– Они прелестны, правда? Каждая новая ксана, которая появляется здесь, красивее предыдущей. Не перестаю удивляться женщинам, вы становитесь все прелестнее. И глядя на тебя, я понимаю, что ты была бы самой запоминающейся из всех моих ксан.

– Когда ты похитил последнюю девушку, Эмил? – спросил Мануэль.

– Похитил?! – ужаснулась я.

Я дернулась, но принц-инфант не дал мне вырваться, крепче сгибая свой локоть.

– Не слушай его глупые шутки. – Принц-инфант повел меня к фонтану. – А ты перестань пугать девушку, – бросил он через плечо Мануэлю.

Попытки отыскать на лице Андреса беспокойство не увенчались успехом – он был совершенно бесстрастен. Я позволила себе мысленно выдохнуть: если Андрес расслаблен, значит, фаза странности Эмилиано еще не сменилась фазой опасности.

Проходя мимо фонтана, принц-инфант улыбнулся ксанам, на что те расплавились, словно мороженое на солнце, и поприветствовали его влюбленными взглядами. Некоторые начали тянуть к нему руки. Иначе чем колдовством их поведение нельзя было объяснить. Уже вблизи я стала замечать, что платья ксан были одного оттенка, но отличались по форме и длине. Некоторые казались принадлежащими не нашей эпохе. А еще девушек из прошлого выдавал макияж в стиле барокко. Вероятно, волосы – светлые и светло-каштановые – начали расти у них уже после того, как их околдовали.

– Не сейчас, мои прелести, – ласково обратился к ним Эмилиано. – Вы разве не видите, что у меня гости?

Оставив томно вздыхающих нам вслед ксан, мы пошли по противоположному тоннелю. Я заметила, что ксаны не реагируют на Андреса и Мануэля, все их внимание было направлено на хозяина пещеры.

– Вы правда похищаете девушек? – спросила я.

– А ты бы хотела быть похищенной мной? – сверкнули глаза инфанта.

Даже без магии любая девушка была бы околдована обаянием и невероятной красотой Эмилиано. Но это было не главное, он умел завлекать в свои сети далеко не внешней красотой. Умение удержать интерес после того, как кто-то попался на твою внешность – тоже своего рода красота. Принц был очень умен и хитер.

– Не то чтобы я против лежать целыми днями на подушках, обвешанная золотом, – сказала я, – но, возможно, я сопротивлялась хотя бы минут десять, чтобы не выдать, что попала под ваше очарование.

Змей-инфант рассмеялся:

– Ты, безусловно, украсила бы мою коллекцию. Даже не представляю, какой окажется девушка, взявшая на себя бремя стать моурос. Мне нравится, что в тебе течет огонь. – Он наклонился к моему уху: – Я люблю все горячее.

Интересно, так ли ему понравится, когда я подпалю этим огнем его чешую?

– К счастью, у меня мозги еще на месте, чтобы не считать себя игрушкой, которая украсит коллекцию трехсотлетнего змея.

– Четырехсотлетнего, вообще-то, – поправил он меня с ноткой гордости в голосе. – Я всегда любил женское внимание. Еще до того, как меня заколдовала ведьма, у меня было несколько дам сердца. И после того, как я обратился в змея, моя страсть никуда не ушла. Я понял, что могу владеть определенной магией. Могу превращаться из куэлебре в человека, но также могу превращать людей в некоторых существ. В Астурии, где, собственно, я и жил, я нашел первую ксану. Точнее, одну придворную даму, которую хотели выдать замуж за старого барона. Она была так убита горем, что согласилась сбежать со мной. Но зачем бессмертному смертная? Я привел ее сюда, предложил сокровища и бессмертие, и она согласилась. Да, возможно, я привожу сюда девушек обманом, но даю им выбор. Поверь, прелесть моя, когда я показываю им свои сокровища, ни одна не отказывается.

– А почему ведьма заколдовала вас? – спросила я.

– О, мне кажется, это было просто в целях самозащиты. Мы с отрядом поехали в горы Астурии и случайно наткнулись на опасный ковен ведьм. Всех моих товарищей ведьмы убили. А в меня кинули каким-то заклинанием. Моя семья погибла, наша династия сменилась новой, прежде чем я научился вновь превращаться в человека. Но сомневаюсь, что меня приняли бы во дворце, когда поняли, что я в любой момент превращусь в крылатого змея, который может всех сожрать.

Услышав историю инфанта, я вспомнила, что читала про него. Наследный инфант Эмилиано III, которого в народе прозвали Великолепным за его красоту – сын Эмилиано II. Его признали погибшим, когда ему было двадцать два года. В истории говорилось, что он умер во время вылазки в горы. Его отряд наткнулся на варваров, которые ограбили и убили их. Тело принца так и не нашли, но вокруг этой истории ходило немало слухов. Мне стало жаль прекрасного юношу, который должен был править и привести свою страну к новой жизни. Даже думать было страшно, что он пережил, находясь в теле огромной змеи с разумом человека.

– Мне очень жаль, что у вас сложилась такая судьба, – сказала я.

– Не хочешь меня утешить, прелесть? – улыбнулся змей-инфант. – Я как раз давно не обращал никого в ксан. Обещаю, что жизнь со мной будет гораздо приятнее, чем с этими мальчишками.

– Мне не нравится, что ты уже несколько раз упомянул об этом за столь короткий срок, – сказал Андрес. – Забудь о своих извращенных планах.

– Но попытаться стоило.

Эмилиано провел нас к входу в длинный тоннель, по которому тянулась железная дорога. Звук катящейся тележки донесся до нас издалека. Вскоре показался мужчина низкого роста в красной одежде и с длинной бородой, который тянул за собой тележку с золотом. Когда он приблизился, я поняла, что это гном. А точнее, тресго. За ним показался еще один, затем третий и четвертый. Тресго тащили тележки с камнями и драгоценными металлами. Эти гномы славились своей преданностью хозяину и любовью к тяжелой работе.

– Тресго добывают вам золото? – спросила я, когда они молча прошли мимо нас, направляясь в глубь пещеры.

– Да, – ответил Эмилиано. – Они давно живут в горах и, сколько существуют, всю жизнь занимаются тем, что добывают золото для правителей. После того как я был заколдован, именно тресго сообщили последнему королю о том, что видели огромного крылатого змея в горах. С тех пор я и стерегу здесь золото.

– Кто может знать, что в горах есть целое хранилище золота? – удивилась я, поскольку даже в легендах Испании, которые я успела прочитать за последнее время, не было об этом упомянуто.

– О, поверь, прелесть моя, многие знают и жаждут завладеть им.

С этими словами Эмилиано открыл дверь, до которой мы добрались. Мы оказались в большом хранилище золота. Это было одновременно чем-то вроде кабинета с высокими деревянными стеллажами, где повсюду стояли огромные сундуки с золотом. Рядом со столом и креслами располагались книжные шкафы, тянущиеся к самому потолку.

Дойдя до высокой подставки, Эмилиано взял с небольшой зеленой подушки золотую диадему, украшенную большими драгоценными камнями, среди которых мне удалось различить алмазы, рубины и изумруды. Как только корона коснулась головы змея-инфанта, его аура, таившая в себе невидимую мощь, словно стала еще больше, заполняя собой все пространство.

– Я много лет строил свой дом в этой пещере, – сказал Эмилиано, присаживаясь за столом. – Скитался по горам Астурии долгие годы, но остановился тут. И когда через много лет один из королей обнаружил меня здесь, он не попытался меня убить, а предложил союз. С тех пор я и оберегаю эти хранилища золота и контролирую процесс его добычи. – Он улыбнулся мне одной из самых обворожительных улыбок, которые я только встречала в своей жизни. – Проще говоря, я владею этими горами и всем, что здесь находится.

Если змей-инфант и сказал Андресу, что перестал вербовать меня в свои возможные наложницы, то попытки закадрить все же не прекратил. И признаюсь, у него это неплохо выходило. Я начинала понимать девушек, которые бросали ради него все.

Эмилиано взял со стола колокольчик, и легкий звон прошелся по всему помещению.

Смежная дверь мгновенно отворилась, и в кабинете показался еще один тресго. На нем была белая туника до колен и небольшая шапка.

– Вызывали? – Тресго юркнул к своему хозяину. – Приветствую, – поклонился он нам. – Признаюсь, у нас давно не было гостей. Если не считать избалованных девиц Его Высочества.

– Хватит болтать, Густаво, и принеси гостям нашего лучшего вина.

– Слушаюсь. – Густаво уже открыл дверь, но обернулся у порога: – Сеньорите, как обычно, со снотворными травами, которыми вы поите девушек, прежде чем превратить в ксан?

– Что? – выпучила я глаза.

– Он просто шутит, моя прелесть, – заверил меня змей-инфант.

– Конечно шучу, – улыбнулся мне Густаво. – Наш принц никогда не опустился бы до того, чтобы использовать снотворное.

Эмилиано удовлетворенно закивал. А Густаво тут же добавил:

– Он обращает красавиц, слушая их крики боли.

Книга со стола полетела в тресго, но Густаво успел скрыться за дверью.

– Эти существа очень работоспособны, но имеют просто несносный характер. – Змей-инфант указал нам на кресла напротив стола и уселся сам. – Давайте, собственно, поговорим о причине вашего визита.

У меня была парочка вопросов к нему, и мне совершенно не понравилось, как он сменил тему. Но мы и правда теряли время. А истории о том, как многолетний крылатый змей расширяет свой гарем, могли подождать.

Мы с Андресом присели, а Мануэль остался стоять, опершись на книжные полки.

– Ты ведь в курсе, что Королева ведьм проснулась? – спросил Андрес.

– Тресго доложили мне об этом, – сказал змей-инфант. – И о бруксах. Когда-нибудь это должно было произойти. Разве не этого вы ждали последние века? – Он перевел взгляд с Андреса на Мануэля.

– Власти Испании тоже знают о бруксах и Королеве? – спросила я.

– Полагаю, что нет, – ответил Эмилиано. – Политика давно отделилась от мифического. Раз в год прилетают эти железные штуки, как их там… да, вертолеты, и увозят золото. Больше мы в дела друг друга не вмешиваемся.

Слишком удобная позиция. Впрочем, как всегда. Когда у верхушки нет интереса или возможности контролировать что-то, им легче закрыть глаза и уши, чтобы в последний момент заявить, что они не при делах. Если король Испании знает о существовании куэлебре, тресго и моурос, наверняка ему известно и о магической колоде, и о Королеве, которая должна в любой момент проснуться. Но, вероятно, нынешние власти не считали их существенной угрозой. Даже если некоторые легенды реальны, многие из них все еще остаются легендами. Переживать по поводу каждой – это можно сойти с ума.

– Вы знаете, где может находиться Королева? – спросила я. – Она точно где-то в горах. Возможно, в пещере.

– Увы, но нет, – ответил Эмилиано. – Горы Кастильмо слишком обширны, и здесь таятся такие глубокие пещеры, в которых даже я не был.

– Но у тебя наверняка есть догадки, что можно с ней сделать? – сказал Мануэль.

– Вы даже не нашли ее, но уже строите планы по уничтожению? – вздернул бровь инфант, откидываясь на спинку своего позолоченного кресла. – Даже без Королевы армия брукс весьма опасна.

– Она в любом случае объявится. Нам нужно быть готовыми.

Эмилиано побарабанил по столу изящными пальцами, унизанными золотыми кольцами с разноцветными камнями.

– Точного рецепта нет и никогда не было, – сказал он. – Вы можете лишь собрать из ингредиентов примерный. Но будет он действенен или нет, зависит только от удачи.

Змей-инфант подошел к книжному шкафу и, поднявшись по лестнице, начал что-то искать на верхних полках. В это время Густаво успел принести нам позолоченный графин с такими же кубками. Мы, конечно же, отказались от угощения, хотя красная жидкость выглядела очень притягательно.

Через пару минут змей-инфант спустился с коричневым фолиантом в потрепанном переплете в руке. Полистав его, он остановился на одной из страниц и, внимательно изучив, вырвал ее.

– Здесь может быть то, что вам пригодится, – сказал Эмилиано.

– Разве вам не жалко вырывать страницу из такой древней книги? – изумилась я.

– То, что содержится на остальных страницах, слишком ценно, чтобы попадать вам в руки, – улыбнулся инфант. – Я слишком долго собирал эту библиотеку.

Он положил оторванный лист на стол, и мы увидели перед собой карту. Наверху мелким шрифтом было выведено название: остров Сонденадо.

– Остров-призрак? – удивилась я.

– Говорят, что он существует на самом деле, – заметил Эмилиано.

Остров Сонденадо имел любопытную историю. Он возник на карте восемнадцатого века в Атлантическом океане между берегами Испании и Португалии. Многие путешественники пытались найти его, но терпели неудачу. А с начала девятнадцатого века он исчез с карт. После этого все стали называть Сонденадо островом-призраком.

– Что он может нам дать? – спросил Мануэль, изучая карту.

– Там хранятся секреты, – сказал Эмилиано. – Это все, чем я могу помочь, поскольку большего об этом острове и сам не знаю.

Отправиться на остров-призрак, даже не зная, найдутся ли там ответы, было наиглупейшей затеей, из-за которой мы потеряем слишком много времени. Гораздо проще было бы выселить всех жителей Кастильмо или создать армию из новообращенных моурос. Солгу, если скажу, что эти две идеи я не обдумывала на полном серьезе. На первый вариант не согласилась бы семья Паласио, на второй – жители Кастильмо. И если раньше все это можно было бы сохранить в секрете, то сейчас о мифических существах узнал бы весь мир с помощью одной видеосъемки, залитой в интернет. Даже представить боюсь, во что тогда превратится жизнь семьи Паласио. Но я до сих пор не знала масштабов того, что должно произойти, и боялась, что тех сил, которые у нас есть на данный момент, будет недостаточно.

– Посмотрим. – Андрес взял карту и, свернув ее, положил в карман брюк. – Спасибо, Эмил. Но нам нужно еще кое-что.

– Что же? – спросил змей-инфант.

– Есть что-то, что разрывает связь душ?

Я шикнула на Андреса и тут же уставилась на Мануэля, который и бровью не повел.

– Он все равно узнал бы, – пожал плечами Андрес.

– Не думаешь же ты, что я настолько глуп, чтобы не понять, что ты потащилась сюда в такую рань не из-за жеста доброй воли? – усмехнулся мне в лицо младший Паласио. – Ну попытайтесь, хотя у вас ни черта не выйдет.

Эмилиано посмотрел на меня, затем перевел взгляд на Мануэля.

– Вы двое… не по своей воле? – спросил он.

– Нет, – сказала я.

Мелодичный смех Эмилиано заполнил весь кабинет, а вертикальные зрачки сверкнули любопытством.

– Тогда понятно, почему я не почувствовал в нем ревности, – сказал змей-инфант. – Это значительно упрощает мою задачу.

– Ты уклоняешься от темы, – заметил Андрес.

– Второе одолжение и без платы? – спросил Эмилиано.

– Ты живешь на куче золота с гаремом, что тебе еще нужно? – возмутился Андрес.

– Она, – кивнул инфант в мою сторону.

– Забудь, – отрезал Андрес.

– Больше ничего не нужно.

– Подумай.

– Нет.

– Ее не получишь.

– Значит, не сильно вам нужно разорвать связь.

– Не такой ценой точно.

– Эй! Я вообще-то здесь! Приве-е-ет! – помахала я руками. – Может, хватит торговаться насчет меня так, словно я не слышу?

– Принимай предложение, моя прелесть, – улыбнулся мне змей, и его зрачки заиграли так, будто он готов был напасть. – Зачем тебе эти два инфантильных мальчика? Я буду содержать тебя в любви и богатстве.

– Размечтался, – скрестила я руки на груди. – Ты, конечно, красавчик, но не настолько, чтобы я потеряла голову.

Эмилиано рассмеялся громче:

– Она. Определенно.

– Забудь, я сказал, – уже серьезнее заявил Андрес.

– Ладно, успокойся. Разрывание душ, значит? – Змей-инфант подумал пару секунд. – Есть древнее астурийское заклинание, которое я вычитал в одной книге еще много веков назад. Оно делает человека ненавистным другому. Говорят, люди, которые провели этот ритуал, теряют все, что их связывало раньше, и ненавидят друг друга так, что могут даже убить. Не знаю, поможет он огненным существам или нет, но на людей действует.

Андрес сжал челюсть на пару секунд, а затем кивнул:

– Записывай.

Нас с Мануэлем он даже не спросил. Я не знаю, хотела бы я ненавидеть Мануэля, когда мы только начали понимать друг друга. Я повернулась, и мы встретились с Мануэлем взглядами. Нельзя было разгадать, какие эмоции он испытывал, но разочарования в них точно не было. Мануэлю вовсе не претила мысль, что он всю жизнь будет меня ненавидеть. А с чего я вообще взяла, что он не ненавидит меня уже сейчас?

Андрес отправил в карман к карте лист с заклинанием, которое змей записал пером и чернилами. Выходил ли он вообще к людям и знал ли о современных технологиях? Если верить тому, что он давно не обращал ксан, то нет.

– Что вы знаете о гуэрку? – задала я вопрос, который давно меня мучал. События последних дней не затмили мое желание помочь Карле.

Эмилиано удивленно взглянул на меня:

– Вы еще и со жнецом смерти связаться успели?

– Не мы. Наша подруга, – ответила я.

– Как бы ты мне ни нравилась, прелесть моя, – улыбнулся змей-инфант, – но третья услуга за один раз – это слишком много. Если выживете после столкновения с Королевой ведьм и вернетесь ко мне, я подумаю над тем, чтобы потратить на вас еще немного времени.

Даже превратившись в крылатого змея, Эмилиано не потерял королевского самомнения и чувства собственной значимости. Я улыбнулась змею-инфанту в ответ, показывая, что мы определенно встретимся еще раз.

– Ты поможешь нам? – спросил его Андрес.

Я поняла, что он имел в виду битву с Даниэлой и бруксами.

– Ты же знаешь, я в подобное не ввязываюсь, Андрес, – улыбнулся змей-инфант своей чарующей улыбкой, но слова его были серьезными. – Я пережил много войн, в том числе и великую битву моурос и ведьм. Я жил здесь, и когда долгие годы правили моурос, и когда правили ведьмы. Все вокруг меняется, а я существую. Только для одной цели. Чтобы охранять сокровища Испании. А не для того, чтобы сражаться в битвах. Возможно, еще несколько веков назад я бы поборолся, лишь бы не выиграли ведьмы, но уже давно это не имеет никакого значения. Мне без разницы, кому будет принадлежать Кастильмо. Для меня теперь никто не представляет опасности. Хуже мне уже никто не сделает.