Выйдя из пещеры куэлебре, мы двинулись в сторону ранчо, где пасся скот, щипая уже высохшую траву. Вероятно, именно отсюда куэлебре похищал мулов.

Утренний свет уже украсил город, туман пропал. Обратно Мануэль снова шел впереди нас с Андресом. Нам так и не удалось найти нужные ответы. Остров-призрак не решал нашу проблему с Даниэлой. И пока она не решена, мы не сможем совершить ритуал разрывания нашей с Мануэлем связи. Он не согласится, ведь каждый моурос на счету.

Мы шли по лесу, когда я почувствовала, как воздух вокруг неожиданно раскалился. Кожу начало покалывать то холодом, то жаром.

– Раз, два, три…

Мы замерли, услышав голос, эхом донесшийся откуда-то из чащи. Неожиданно впереди нас, метрах в десяти, выросло несколько деревьев. Мы отшатнулись, когда высокие пихты вырвались из почвы и преградили нам путь. Но самым жутким было то, что вместо хвоинок их ветки покрывали железные иглы. Тонкие и длинные, они могли убить человека.

– Что это такое? – оторопело спросила я.

Мы оглянулись по сторонам, но вокруг никого не было.

– Сделай правильные ходы.

Низкий мужской голос доносился до нас эхом, но в то же время слышался будто из-за спины. Мы попятились, но не успели сделать и пары шагов, как перед нами выросло еще несколько деревьев. Одна за другой кроны пихт вырывались из-под земли и тянулись к небу, словно их тащили за невидимые веревки.

Шаг в сторону, и единственный оставшийся путь к отступлению тоже оказался прегражден. Мы очутились в ловушке. Пихты с железными иглами создали квадрат метров в сорок, из которого невозможно было выбраться. Деревья росли сплошной стеной, делая тщетными все попытки бегства.

Парни преобразились в моурос. Я вскинула голову, прикидывая свои шансы взлететь, но ужаснулась, поняв, что деревья настолько высокие, что неба над головой почти не было видно.

– Какие же вы скучные, – раздался из-за спины незнакомый голос.

Мы повернулись и увидели юношу, который, привалившись к стволу, наблюдал за нами, словно смотрел увлекательное шоу. У него были черные волосы до плеч и атлетическое телосложение. Половину его лица покрывала железная пластина, которая въелась в него, будто вторая кожа. Железо изогнулось, когда парень ухмыльнулся. Железные доспехи причудливо вплетались в его коричневый мундир.

Юноша склонил голову и встретился со мной глазами. В тот же момент запястье обдало болью. Я взглянула на масти на своей руке и увидела, что фигура меча зажглась алым цветом. На щеке юноши, не тронутой железом, стал образовываться меч, а через секунду на его боку материализовался настоящий клинок. Острая сталь сверкала, словно только что вышла из-под молота кузнеца.

Желудок свело от понимания, кто стоит перед нами.

Рыцарь мечей.

За спиной раздались ржание и топот копыт, и мы увидели грозного коня с длинной черной гривой, облаченного в железные доспехи. На коне сидел всадник с золотым кубком в руке. Его холодный кукольный взгляд был направлен прямо перед собой. Он выглядел не таким живым, как Рыцарь мечей.

Оруженосец кубков.

От этой мысли запястье снова обдало жаром, и масть кубков зажглась алым. Тут же на щеке Оруженосца возник кубок.

Мы понимающе переглянулись с Андресом и Мануэлем.

Даниэле удалось украсть магическую колоду. И она выпустила всадников.

Произошедшее было настолько неожиданным, что мы замерли в замешательстве. Мы были готовы к этой битве. Мы ждали ее. Но не сейчас. И не здесь.

– Как вам поле, которое я создал для нашей игры?

Голос Рыцаря вырвал меня из оцепенения. Когда он сделал шаг в сторону, я тут же призвала огонь. Тело покрыл жар, а крылья за спиной образовали щит.

– Так горите желанием побороться? – произнес Рыцарь, проследив за моим преображением в моурос.

Он обошел нас и остановился напротив.

– Знаете, когда нас заточили в карты, мы с Его Величеством и Бернардо играли в бриск. Довольно забавная игра, которая помогает скоротать вечер. Предлагаю вспомнить былые времена и сыграть одну партию. – Глаза Рыцаря блеснули от предвкушения.

Мы снова переглянулись, гадая, что означало странное поведение Рыцаря.

Сейчас в эту игру никто не играет. Кроме бабушки. Надежда вспыхнула в сердце, когда я вспомнила, как мы с ней играли в нее на следующее утро после моего приезда в Кастильмо. Я мысленно расцеловала бабушку, которая специально научила меня этой игре, зная ее истоки. И ее странные слова о том, что даже карточная игра спасет мне жизнь, обрели теперь смысл.

– У меня есть другое предложение, – ответил Мануэль. – Мы подпалим тебя и твоего дружка и свалим отсюда. Как тебе такая партия?

Мануэлю с трудом удавалось сдерживать себя. Он полностью обратился в моурос, держа наготове огненный шар. Андрес перевел на него предостерегающий взгляд, но это было бессмысленно. Мануэль выпустил огненный шар прямо в Рыцаря мечей, но тот моментально заблокировал его магическим щитом. Огонь бумерангом отлетел в Мануэля, повалив его на землю.

Я подскочила к Мануэлю, но увидев, что он поднимается на ноги, замерла.

– Кто еще хочет попробовать играть по своим правилам? – спросил нас Рыцарь.

Земля под ногами задрожала. Почва трескалась, словно из нее что-то прорастало. Мы с Андресом успели отскочить назад, когда огромная белая глыба вылезла из земли. Это была гигантская карточная колода. Рыцарь коснулся верхней карты, и две тяжелые плиты легли передо мной рубашкой вверх. Еще две упали перед Рыцарем, затем он раздал нам еще по три карты.

– Предложение такое, – сказал Рыцарь, пока мы разглядывали необычайно большие карты. – Выигрываете вы, и я вас отпускаю. Выигрываю я – и я медленно и мучительно отрубаю ваши головы.

От наслаждения, которое проступило на лице Рыцаря при последних словах, желудок скрутило в тугой узел. Рыцарь не отпускал рукояти меча, висевшего сбоку. Лишенный на много веков возможности сражаться, он с предвкушением ждал конца игры, которая даже не началась. Ужасная мысль забилась в голове: нам не удастся отсюда выбраться. Рыцарь способен противостоять огню.

– Я согласен.

Мануэль грубо отодвинул меня, вставая напротив Рыцаря. Андрес, все это время рассчитывающий пути обхода, напрягся.

– С тобой я не играю, – заявил Рыцарь. – Я сыграю лишь со своей преемницей.

– Я тебе не преемница, – бросила я ему.

Губы Рыцаря расплылись в улыбке:

– Что, убить вас прямо сейчас?

Пальцы Рыцаря сжались на рукояти меча.

– Нет! Я сыграю!

– Ты вообще умеешь играть? – спросил Андрес. – Это очень старая игра и, возможно…

– Я знаю правила.

Я превратилась в человека и встала напротив Рыцаря, воскрешая в памяти правила игры. Они были просты, но требовали сосредоточенности. Того, чего мне как раз не хватало.

Мой взгляд упал на пять карт передо мной и на закрытую верхнюю карту на колоде. В оригинальной игре сдавали по три карты и набирали после каждого хода по одной карте из колоды. Но здесь было все иначе.

– Почему у нас по пять карт, а не по три? – спросила я. – И какой козырь?

– О, забыл сказать, – хищно улыбнулся Рыцарь, – я немного изменил правила оригинального бриска. У нас не будет козыря, и возьмем мы по пять карт, но по желанию будем добирать после того, как выложим по одной. Старшинства мастей у нас нет, а карты пусть будут иметь значение по нарастающей цифр от двойки до туза. Очки от десяти до одного – и будут они засчитываться от туза до четверки. Тройка и двойка – ноль очков.

Мои ладони мгновенно стали липкими, а сердце застучало в бешеной агонии. Радость от того, что я знала правила игры, мгновенно улетучилась. Вся стратегия, которой научила меня бабушка и которой я хотела придерживаться, превратилась в прах.

В голове быстро выстраивались позиции новой игры: мастей нет, а это значит, что играют роль карты по нарастанию: двойка, тройка, четверка, пятерка, шестерка, семерка, восьмерка, девятка, оруженосец, рыцарь, король, туз. И выиграть можно, если у меня будут выпадать лишь высокие фигуры.

Я сглотнула образовавшийся ком в горле. Теперь оставалось надеяться только на удачу. Рыцарь прекрасно понимал, что я могу знать правила бриска, поэтому решил идти другим путем.

Андрес заметил мое замешательство.

– Эстела?

– Играем, – твердо заявила я.

– Отлично! – просиял Рыцарь. – Вставай на карту, которую хочешь вскрыть. У нас будет пять раундов.

Я внимательно просканировала пять огромных карт перед собой, пытаясь разгадать, какая же масть и фигура скрываются под каждой. Нельзя было разгадать, какая колода передо мной – классическая или с джокерами. Но это не имело значения: мои шансы вытянуть джокер были минимальны.

Пытаться угадать, какая из них может скрываться под рубашкой, было бессмысленно, и я встала на одну из карт прямо перед собой. Тут же под ногами начали проступать синие мечи. Четыре с правой стороны, четыре с левой. И один посередине. Девятка мечей.

Не самая худшая, но и не самая лучшая карта. Если у Рыцаря выпадет хотя бы Оруженосец – я пропала. Рыцарь встал на одну из карт перед собой. На белой глыбе под его сапогами начали проступать символы. Восьмерка мечей.

Я выдохнула, понимая, что все это время просто не дышала. Карта Рыцаря проплыла по воздуху и легла рядом со мной на землю, в стороне от моих игральных карт.

– Повезло, – произнес Рыцарь. – Но это только начало.

Он был прав. Дальше игра может пойти в непредсказуемом темпе. Мне нужно зарабатывать очки с первого раунда, желательно не доставая тройку или двойку, тем самым не пропуская ни один. Проигрывая ход, я теряю шанс на победу.

– Берешь карту или вскрываешь уже имеющуюся? – спросил Рыцарь.

Вскрывая карты в колоде, я могу рассчитать возможные карты не только у себя, но и у Рыцаря. Но также это грозит проигрышем. Ведь у меня нет права выбора. По правилам бриска, после хода нужно добрать карты и играть дальше. Но мы играли не в оригинальную версию бриска, а с измененными правилами, которые предлагал Рыцарь. И у меня не было иного выбора, кроме как принять их. Поскольку козыря у нас нет, масти не играли никакой роли.

– Вскрываю, – сказала я, вставая на пятую по счету карту перед собой.

Под ногами начали прорисовываться желтые монеты. Две сверху. Затем в середине образовалась пустота. Я знала, что это означает. Нет. Нет. Нет.

Внизу карты тут же появились еще две монеты. Проклятие!

– Четверка монет, – издевательски пропел Рыцарь, растягивая мое унижение как можно дольше.

Он посмотрел на колоду, и верхняя карта взмыла вверх. Она опустилась на место проигранной, тут же открываясь. На белом фоне в углу показалась монета, затем начал образовываться рисунок. Всадник в желтом мундире гордо сидел на коне. Рыцарь палиц!

Внутри все зажглось от понимания того, насколько я была близка к победе в этом раунде, если бы решила вскрыть карту из колоды. Я посмотрела на парней. Находясь все еще в обличье моурос, Мануэль переводил хмурый взгляд с Рыцаря на Оруженосца, который стоял за Рыцарем. Андрес выглядел озадаченным. Тревога, впервые проступившая на его лице, заставила меня занервничать сильнее.

Я еле успела отскочить, когда моя четверка монет полетела к Рыцарю.

– Мне начинает нравиться, – расплылся тот в улыбке.

Мой взгляд переместился на колоду. Вероятность того, что две высшие фигуры будут лежать одна за другой, была мала. Но совершить ту же ошибку, пытаясь раскрыть все свои карты, было бы глупостью. Только я подумала о том, что хочу открыть карту из колоды, как карта взмыла в воздух и плавно опустилась передо мной. Красные кубки появлялись один за другим. Один. Два. Три.

Кажется, все затаили дыхание. Никто не смел даже шевельнуться. По лесу пронеслись пение птиц и громкий стук моего сердца.

Четыре. Пять. Шесть.

Карта замерла, игнорируя мои молчаливые мольбы.

Рыцарь тут же встал на одну из карт перед собой. Пожалуйста, только не выше шестерки, только не выше шестерки…

Отчаяние захлестнуло меня с головой. Мануэль грубо выругался, Андрес тяжело вздохнул, когда рядом с Рыцарем показался Оруженосец монет.

Бархатистый смех Рыцаря ударил по перепонкам. Он был настолько мощный, что заставил птиц, сидевших на деревьях, взмыть в небо. Рыцарь наслаждался своими победами, азарт подстегивал его.

– Как же приятно будет вас убивать, – мечтательно произнес он.

– Тебе правда доставит это удовольствие? – спросила я, вглядываясь в его лицо. – Ты ведь был отважным рыцарем, что поклялся защищать своего короля и сражаться за свой народ. Почему ты идешь на поводу у ведьмы? Ведь когда-то ты ненавидел и убивал таких, как она.

Мои слова застали Рыцаря врасплох. Его желваки напряглись чуть ли не до треска в железной маске. Это выглядело устрашающе. Словно он хотел вырваться из этой «кожи», но не мог. Мне показалось, что Рыцарь не ответит, но он заговорил вполне серьезно:

– Это все в прошлом. Я не помню ничего из этого. Сейчас я полностью принадлежу своей Королеве. И вынужден выполнять ее приказы.

Магия завладела им, как Оруженосцем и Королем. Они все вынуждены подчиняться хозяйке магической колоды, ведь у них нет иного выбора. Грозила ли им смерть, если они не выполнят поручения Даниэлы? Убьет ли их магия?

– Теперь вы все свободны. Вы больше не заточены магией…

– Ты не представляешь, что там было, – посмотрел мне в глаза Рыцарь, и от этого холодного взгляда стало жутко.

Так вот в чем заключалось подчинение фигур. Ведьма заточила их в карты и, возможно, пытала на протяжении сотен лет, понимая, что за свободу они будут готовы на все.

Я всмотрелась в железную часть лица красивого юноши, которая буквально стала его второй кожей, и невольно представила, через какие муки ему и Королю с Оруженосцем пришлось пройти. Они потеряли память и самих себя, пытаясь выжить на протяжении долгих лет. Но моя жалость не могла оправдать того, что прямо сейчас Рыцарь отчаянно желал искромсать меня на кусочки. Он уже совершенно другой человек. И человек ли?

Закрепляя эту мысль в голове, я всмотрелась в карты, которые открывал Рыцарь. За его ходами не наблюдалось определенной стратегии. Было ясно – от проигрыша он ничего не теряет. Верить слову всадника, которого послали убить меня, было бы полнейшей глупостью. Но игра позволяла потянуть время, чтобы Андрес и Мануэль успели придумать план.

Для Рыцаря игра – лишь повод потешиться, значит, он будет выкладываться не на сто процентов. Целью Рыцаря было не победить, его целью было утолить азарт, поиграть с добычей, как кошка играет с пойманной мышью, прежде чем съесть ее. Для меня же на кону стояли наши с братьями Паласио жизни. Значит, для меня ставки были гораздо выше, чем для Рыцаря. И это делало меня куда более сильным соперником.

Я выдохнула, пытаясь выбросить из головы тревогу и сосредоточиться на игре. У меня осталось два раунда, и, чтобы одержать победу, я должна выиграть в обоих.

Сжав кулаки, я сделала несколько шагов влево, чтобы встать на карту, что лежала дальше всех. Под ногами в тот же миг начала проступать зеленая палица. Она была очень большая, а это означало…

Мои губы расплылись в улыбке, когда на карте появился Оруженосец палиц. Юноша, который многократно увеличил шансы на мою победу в этом раунде, был одет в зеленую кирасу и держал в руке огромных размеров палицу.

– Молодец, – донесся до меня шепот Андреса. Его поддержка вселила надежду.

Рыцарь встал на одну из оставшихся перед ним карт. Его пальцы сжались на рукояти меча, когда у него выпала двойка мечей. Досада от проигрыша с картой его родной масти отразилась на лице Рыцаря слишком ярко.

Ничья. Значит, последний раунд должен решить все. На всякий случай я держала в голове, что нужно призвать огонь сразу же, как Рыцарь сделает свой ход.

– Последний раунд, моя дорогая, – произнес Рыцарь. – Признаюсь, ты оказалась достойным соперником. Убивать тебя будет неприятно. Ты могла бы составить хорошую компанию в карточных играх.

Пытаясь не обращать внимания на то, как Рыцарь старается сбить меня с толку, я оглядела разыгранные карты. Восемь карт выбыло. Среди них было лишь три высших фигуры. Значит, нераскрытыми остались еще девять.

Я перевела взгляд на братьев. Андрес сканировал мои карты, словно пытаясь угадать выигрышную. Приложив кулак ко рту, он бегал глазами от одной карты к другой, но его нервозность показывала, что он не силен в карточных играх так же, как и я. Когда я встретилась с подернутыми огненной пеленой глазами Мануэля, тот еле заметно кивнул в сторону Оруженосца, который уже стоял рядом с конем. Вероятно, именно он сдерживал магию вокруг нас и управлял деревьями с железными шипами. Мануэль хотел взять его на себя в случае нашей неудачи. Об этом говорил все еще не угасший огонь, который покрывал его крылья и кулаки.

– Последний ход, – похлопал в ладоши Рыцарь. – Предлагаю взять карты из оставшихся и не брать из колоды.

– Слишком часто меняются правила по ходу игры, не находишь? – спросила я.

Рыцарь рассмеялся:

– Ведь так гораздо интереснее. Но если хочешь… – Он вальяжно указал на карты передо мной.

Если Рыцарь предлагал играть только нашими картами, значит, он уверен в своей победе и одна из высших фигур точно у него. Но если это условие с подвохом? Что, если он специально подкидывает идею, зная, что я решу пойти против нее?

– Принимаю, – заявила я и ступила на третью по счету карту.

– Эстела…

Андрес дернулся в мою сторону, но замер. Поздно. Под ногами начал прорисовываться огромный меч, затем показались очертания фигуры в синем. Я затаила дыхание, не в силах поверить глазам. Это был Король мечей. На голове короля высилась корона из голубых камней, седые волосы и борода, уверенный взгляд, устремленный прямо на меня.

Мне не удалось прочитать эмоции на лице Рыцаря – он склонил голову, изучая свои карты. Его явно снедало желание взять карту из колоды, но он не мог нарушить свои же правила. Недолго думая, Рыцарь встал на третью карту по счету. Мы стояли друг напротив друга. Нас разделяло метров пять, но, когда я увидела открывающуюся карту, мне показалось, что расстояние вмиг сократилось, и устрашающая фигура Рыцаря оказалась слишком близко.

Король кубков!

– Ты мухлюешь, жалкий ублюдок! – выскочил вперед Мануэль, но тут же ударился о невидимый щит, которым Оруженосец оградил нас от Рыцаря.

– С чего ты взял? – спокойно приподнял Рыцарь бровь, не тронутую железом.

– Он прав, – вмешался Андрес. – Слишком много выигрышных комбинаций у тебя выпадает!

– Твоя колода, твоя магия, твои правила, – усмехнулся Мануэль.

По щелчку пальцев Рыцаря на нетронутую колоду упали две новые карты, образовавшиеся в воздухе. Колода перетасовалась.

– Тогда предлагаю сыграть последний раунд с двумя джокерами, – улыбнулся мне Рыцарь. – А кто сыграет со мной из этих двух мальчишек, решай сама. Но… – Рыцарь сделал многозначительную паузу, которая не обещала для нас ничего хорошего, – если он проиграет, его же я и убью первым.

Мануэль уверенно шагнул вперед.

– Нет, – схватил его за локоть Андрес. – Ты плохо играешь в карточные игры.

– Здесь требуется не умение, а всего лишь вытащить нужную карту, – возразил Мануэль.

– Лучше я сыграю, – понизил голос Андрес. – Пока Рыцарь будет занят мной, вы сможете разрушить щит Оруженосца. Он явно сильнее, чем кажется на первый взгляд.

– Сам этим занимайся. Я буду сражаться с Рыцарем в любом случае.

– Ты должен вытащить Эстелу отсюда, – прожег взглядом Андрес брата.

Андрес не может ко мне прикоснуться, поэтому решил принять удар на себя, лишь бы спасти меня. Он отчаянно желал компенсировать то, что случилось в ночь нападения бруксы.

– Андрес…

– Доверься мне, – сказал Андрес, направляясь к колоде.

Мануэль выругался ему вслед, бормоча что-то о том, что не станет утирать мне сопли, когда Рыцарь разорвет его кишки.

Андрес без труда прошел сквозь невидимый магический барьер, который ослабил Оруженосец, и встал рядом с колодой. К счастью, он все еще был в ипостаси моурос.

Сердце застучало быстрее. Страх, который все это время был обернут в одеяло адреналина, высвободился. Я отчаянно боролась с желанием подскочить к Андресу и оттащить его подальше от Рыцаря.

Рыцарь и Андрес встали по обе стороны колоды и одновременно коснулись карт. Андрес вел пальцами по картам, пытаясь вытянуть нужную, в то время как Рыцарь не двигался, лишь наблюдал за своим соперником. Андрес чуть потянул одну карту из колоды. Его рука не шевелилась, лишь пальцы слегка касались колоды. Карта сразу начала преобразовываться, очерчивая рисунок. Вверху показались три рукояти. Это могло означать лишь шестерку или семерку мечей. У восьмерки и девятки вверху и внизу было по четыре меча. Отчаяние захлестнуло меня – у Рыцаря выпадет намного больше. Но к моему удивлению, Андрес потянул другую карту. Я испуганно взглянула на Рыцаря – но он сосредоточился на лице Андреса, даже не замечая, что тот так легко мухлюет у него под носом.

Вверху следующей карты начало образовываться что-то синее. Небольшое пятно. Но рядом с ним чуть заостренный кончик, в котором точно можно было разглядеть меч. Похоже на двойку мечей. Но эту карту я уже выиграла у Рыцаря. Тогда это означало лишь одно…

Я затаила дыхание, когда Андрес уверенным движением потянул на себя карту. Рыцарь последовал его примеру. Две карты взмыли в воздух и легли на землю. Рядом с Андресом показался Рыцарь мечей. Рядом с Рыцарем – Оруженосец кубков.

Желваки заходили на лице Рыцаря. Он был недоволен даже не проигрышем, а тем, что масть и фигура, которые он носит, выпали сопернику.

В следующую секунду все случилось настолько быстро, что я не успела даже настроиться на битву. Почва под нашими ногами начала трескаться, образовывая полуметровые провалы. Карты падали туда. Крылья тут же подняли меня в воздух. Я махала ими как могла, чтобы удержаться, но словно птенец, который только учится летать, все время падала вниз. Вес тела тянул на землю, огонь внутри мешал сосредоточиться на чем-то одном.

Мануэль молниеносно подлетел к Оруженосцу. Тот среагировал прежде, чем огненный шар Мануэля коснулся его, и возвел магический щит. Между Мануэлем и Оруженосцем началась борьба.

Рыцарь вскинул руку, хватая Андреса за горло. Его глаза блеснули.

– Я не люблю, когда мухлюют, мальчишка! – усмехнулся он.

Сердце ушло в пятки. Он все понял. Сейчас мной руководил лишь один инстинкт – бежать. Но сущность моурос думала совсем иначе. Моя рука взмыла вверх, выпуская из ладони огненный шар. Он был крошечный, но его хватило, чтобы обжечь руку Рыцаря. Он дернулся, и Андрес воспользовался этим, чтобы вырваться.

В руках Андреса появился огненный меч, и он скрестил его с оружием Рыцаря. Магический клинок Рыцаря был слишком прочен, чтобы расплавиться под холодным огнем меча Андреса.

Деревья вокруг начали шевелиться. Железные шипы то врастали в кору, то вырастали вновь. Это магия Оруженосца слабела под натиском ударов Мануэля. Оруженосец метнул в Мануэля поток магии, и тот отлетел на пару метров, прокатываясь по земле.

Неожиданный удар кубка Оруженосца в живот выбил из меня весь воздух, и я пролетела сквозь железные деревья. Огненные крылья обернулись вокруг меня, не давая порезаться, но я все равно почувствовала боль. Огненные перья, сорванные с крыльев, полетели вокруг. Землетрясение прекратилось, но борьба внутри магического квадрата все еще продолжалась. Рыцарь ударил Андреса, и тот обессиленно повалился на землю, корчась от боли.

Мне отчаянно захотелось вернуться обратно, но что я могла без оружия? Чертова сила моурос! Зачем она, если я не могу применить ее, когда нужно?!

Хватаясь за ноющий бок, я встала, пытаясь придумать, что делать дальше. Я могла бы долететь до куэлебре. Мы не так далеко от него ушли. Хотя он и не изъявил желания помогать нам, но не бросит же он умирать братьев Паласио у себя под носом?

Но не успела я сделать и несколько шагов, как Рыцарь вскочил на коня и понесся с поднятым мечом прямо на меня. Деревья скрылись в земле под топотом копыт, пропуская Рыцаря за пределы магического квадрата, и тут же выросли обратно. Оруженосец в это время одновременно атаковал Андреса и Мануэля. Он размахивал золотым кубком, который вернулся к нему, отражая огненные шары, что пускали в него братья. Андрес заметил меня, но перейти черту ему мешал Оруженосец. Андрес выкрикивал мое имя, вновь и вновь повторяя, чтобы я убегала, улетала или проваливалась сквозь землю. Делала что угодно, но держалась подальше от Рыцаря, который окоротил коня и приближался ко мне медленно, точно хищник, запугивающий жертву.

Мои ноги точно разучились ходить. Я словно плавилась под взглядом своего карателя.

Рыцарь вскинул меч. Острый клинок блеснул, жаждая крови.

– Раз, два, три…– вновь разлился по лесу бархатистый голос Рыцаря.

Его грозный конь сделал еще один шаг в мою сторону, вынуждая попятиться.

– Сделай правильные ходы.

И на этих словах конь сорвался с места, а я побежала.