Когда мы с Эбби полюбили друг дружку, нас разделяли сотни миль и целый миллион препятствий. Факты, лежащие между нами, делали для нас невозможным совместное будущее. Поэтому мы делились фантазиями о прекрасном и истинном, но незримом порядке, который бурлил у нас внутри и просился наружу. Наши фантазии всегда включали нас самих и воду.

Однажды вечером, перед тем как лечь спать, Эбби написала мне вот это с другого побережья:

«Сейчас раннее утро. Я сижу на нашем причале и смотрю, как восходит солнце. Я вижу тебя – ты все еще в пижаме, сонная, подходишь ко мне с двумя кружками кофе. И мы просто сидим на причале, я – прислонившись спиной к свае, а ты – к моей груди – смотрим, как плещется рыба в воде и как занимается рассвет. Нам больше никуда и ничего не надо – только мы сами, и мы уже рядом».

Чем сложнее становилась ситуация, тем чаще мы возвращались в утро, выдуманное Эбби. Причал, она, я, две дымящиеся кружки с кофе: эта картина стала незримым порядком, ведущим нас вперед.

На прошлой неделе Эбби приготовила ужин для нас шестерых: детей, Крейга и меня. Мы разобрали еду по тарелкам и ели, сидя на задней террасе домика на берегу Мексиканского залива, который купили мы с Эбби. Это был великолепный вечер: небо – чернично-апельсиновый щербет, ветерок приятный, теплый и ровный. Мы ели, смеялись, а после вместе убрали со стола. Потом Крейг уехал – он играл в футбол по вечерам в воскресенье, дети помыли посуду, а затем расселись на диване, смотреть сериал. Хани, наш бульдог, похрапывал у Аммы на руках, а Эбби вышла на причал «Дойл-Мелтон-Уомдок» – названный в честь нас. Я наблюдала из окна, как она сидит там, прислонившись спиной к свае и смотрит на воду. Сделала две кружки горячего чая и вышла к ней. Она оглянулась и улыбнулась мне – я знала, что она тоже вспоминает нарисованную нами картинку. И вот, мы сидели вместе на причале. Я прижималась спиной к ее груди, она – спиной к свае. Мы смотрели, как рыбки плещутся и выпрыгивают из воды, как солнце все глубже погружается в горизонт, окрашивая небо в темные цвета.

Прежде чем вернуться домой, я сделала селфи, на котором мы улыбались на фоне заходящего солнца, а чуть позже – запостила его. Кто-то написал под фото: «Блин. Как вам повезло, что вы есть друг у друга».

Я ответила: «И правда. Нам невероятно повезло. А еще правда в том, что мы представляли себе эту жизнь задолго до того, как она получилась, а потом обе поставили на карту все ради одного шанса на миллион, что у нас выйдет ее построить. Мы не просто – раз и приплыли в такую жизнь, мы ее построили. И вот что я вам скажу: чем храбрее я становлюсь, тем больше мне везет».