В общем, вы наверняка уже поняли, каково жить с Арни.

Он испортил мою вечеринку и напугал нас с подругами до смерти. Марта и Софи ко мне больше не приходят.

Он выбросил листки со сценарием, который мы разучивали, в окно.

А потом угробил мое новое пончо.

Вы небось подумали, что это и стало последней каплей? Что именно после этого я совершила тот ужасный поступок, навсегда изменивший нашу жизнь?

Так вот, вы ошибаетесь.

ТЪ были еще цветочки. Уж поверьте.

* * *

Вернувшись из школы, я обнаружила маму на кухне. Она сидела за столом, разложив перед собой дюжину разноцветных зверюшек-оригами.

Мама – творческая личность. Она постоянно что-то рисует, плетет и украшает стены гобеленами. До того как потерять работу, она трудилась в багетной мастерской.

Я подошла к столу и стала рассматривать жирафа-оригами.

– Это зачем?

– На благотворительность. – Тут мама обратила внимание на мое пончо, и глаза у нее полезли на лоб. – Господи, Эми, что случилось?

Я застонала:

– Арни случился!

Она двумя пальцами приподняла рукав.

– Ты упала?

– Нет, говорю же, это сделал Арни. Он забрызгал меня. Нарочно.

Мама опустила взгляд на здоровенное пятно.

– Ты в этом уверена?

– Я должна быть уверена, что он скотина? – огрызнулась я.

Мама нахмурилась.

– Не надо, – мягко сказала она. – Бранью делу не поможешь.

– А чем поможешь? – рявкнула я. – Мама, Арни не дает мне жить!

Она взяла квадратик синей бумаги и стала складывать птичку.

– И делать из мухи слона тоже не нужно…

– Из мухи слона? – взорвалась я. – Из мухи слона?! Посмотри на мое новое пончо. Полюбуйся.

Она не сводила глаз с птички, которую сжимала в пальцах.

– Я вижу. Мы все знаем, что у Арни проблемы…

– Проблемы? Это у меня проблемы! – Я так грохнула кулаком по столу, что все фигурки подскочили. – Мама, с ним надо что-то делать.

– С твоим братом очень непросто, я все понимаю. Но мы с папой делаем все, что в наших силах.

– Значит, недостаточно! – рявкнула я. – Семейный совет помнишь? Ему хоть кол на голове теши. Он считает все свои выходки обалденными. А все ваши советы ему до фени.

Мама скомкала птичку и бросила на стол.

– Я понимаю, Эми, я все понимаю. Но и ты пойми! Нам с отцом и так тяжело. Сейчас главное – найти работу. – Она вздохнула. – Деньги… они на исходе.

Я открыла рот, но осеклась. Что тут скажешь?

Мама снова потянула меня за рукав.

– У меня для тебя снова плохие новости.

Я закатила глаза.

– Ну что опять?

– Мне нужно, чтобы ты посидела с Арни в субботу утром.

Я начала снимать пончо, но остановилась.

– Но ты же знаешь, что Лисса придет ко мне печь хлеб.

– Испечете днем, – ответила мама. – Можете утречком сходить с Арни в торговый центр, пусть займется чем-нибудь. Пару часов, и все. А потом вернетесь и испечете.

Она смотрела на меня с мольбой. Как я могла отказать?

– А где, кстати, Арни? – спросила я. – Он дома?

Мама покачала головой.

– Отцу пришлось забрать его с тренировки по футболу. Тренер запретил ему играть.

– Да ладно? – воскликнула я. – И почему же? Что он опять натворил?

– Он запугивал мяч товарищам прямо в лицо. Нарочно. Двоим нос расквасил.

– Знаешь, мама, по-моему, ему нужна помощь посерьезнее.

Она вздохнула.

– Знаю-знаю. Но… еще один врач нам сейчас не по карману.

В дверь позвонили. Я побежала открывать.

– Ой, Софи, привет!

На подруге была просторная бордовая толстовка и черные лосины. От сырости ее кудряшки пребывали в беспорядке.

Она сощурилась, глядя на мое заляпанное пончо.

– Ты что, упала?

– Нет, – ответила я. – Меня забрызгали.

– А чего не снимешь? Крыша течет?

– Да я только пришла, – огрызнулась я. – Ты по делу?

– Да вот подумала, может, ты поможешь мне с естествознанием? Я на той неделе приболела, теперь наверстываю.

Я искоса глянула на нее. Она стояла без ранца и с пустыми руками.

– А тетрадка где?

– Да я только по дороге вспомнила, что забыла ее дома. – Софи пожала плечами. – Можно я возьму твою?

– Не пойдет, – сказала я. – Она мне самой нужна. Ладно, зайдем к тебе, и ты все перепишешь.

– Вот спасибо!

Я взяла рюкзак и вышла на крыльцо, закрыв за собой дверь.

– Пройдемся пешком? Мне нужно подышать свежим воздухом. Арни сегодня опять вел себя как скотина и…

– Конечно. – Она отступила, пропустив меня вперед. Мы спустились с крыльца и пошли бок о бок по подъездной дорожке.

Лужайки до сих пор блестели от дождя. Но лужи подсохли, и мы без труда обходили их, пока не добрались до тротуара.

– Джаред тоже вел себя сегодня по-свински. – Софи вздохнула.

Я рассмеялась. Горько.

– Да твой младшенький в сравнении с моим – ангел. Он разве с рождения кошмарит всех и каждого? Ничего подобного.

– Джаред отгрыз грифели у всех моих цветных карандашей. Это считается?

– Мелкое преступление. Было бы о чем говорить.

Свернув на Сливовую, мы прошли мимо библиотеки и детской площадки у младшей школы. Какие-то ребятишки до сих пор гоняли мяч по полю. Но, конечно, без моего братца.

Мы с Софи нечасто гуляем, но мне это всегда в радость. Во-первых, подруга в курсе всех школьных слухов, и я знала, что ее рассказы отвлекут меня от мыслей об Арни. Было здорово прогуляться по округе, посетовать на братьев и послушать сплетни об одноклассниках. Например о Рикки Мендосе, который подобрал котенка и прячет его в ящике комода, чтобы родители не прознали. Или о Лэйси Зальцман, которая попалась на кассе с парой шоколадок в сумочке и заявила управляющему, что они туда случайно упали с полки. Или об Адаме Баркере, который в свои двенадцать по-прежнему ест козюли из носа.

Столько тем для обсуждения! Это действительно помогло отвлечься от мыслей об Арни и о том, как он день за днем отравляет мою жизнь.

Когда я довела Софи до дома, солнце уже садилось за деревьями.

– Уже поздно. Давай завтра? – предложила я.

Софи пожала плечами.

– Почему бы и нет. А может, сама справлюсь. – Она рассмеялась. – Пожалуй, так будет проще. Пока!

Она скрылась в доме.

Я срезала через пару задних дворов и направилась в свой квартал. Какие-то ребята неслись навстречу на электросамокатах.

– Эй! – Пришлось отскочить с тротуара, чтобы меня не сбили. Тормозить они явно не собирались.

Я была на подходе к дому, когда из-за угла появилась какая-то тварь. Черное пятно, стелившееся по земле.

Я не сразу смогла ее разглядеть, а разглядев – обмерла.

Это была здоровенная зверюга. Страшилище, каких поискать. С длинным фиолетовым клювом и короткими рогами.

Другая тварь. Не та, с которой я столкнулась дома.

Сверкая красными глазищами и щелкая клювом, она галопом неслась по лужайке. Прямо ко мне.