XVIII век не случайно называют эпохой Просвещения: научное знание, бывшее ранее достижением узкого круга ученых, выходит за пределы университетов, становится предметом обсуждения среди широкого круга работников умственного труда, журналистов, литераторов, популярно излагающих последние достижения науки и философии. Просветительство зародилось еще в XVII веке в Англии, которая раньше других стран встала на путь капиталистического развития, но именно во Франции XVIII в. оно нашло свое классическое выражение. Франция – одна из немногих европейских стран, не сумевших осуществить церковную реформацию и сломить главную идеологическую опору феодальных общественных отношений – католическую церковь.
Социальная обстановка, в которой сложилась и окрепла философия французского Просвещения, отличалась жесткой поляризацией классовых сил: «третье сословие», включавшее в себя буржуазию, крестьян, ремесленников, рабочих, выступило единым фронтом против «первого» (духовенство) и «второго» (дворянство) сословий. Эти два сословия составляли всего одну сотую населения страны, но были господами положения, владея двумя третями земли и обладая огромными богатствами. В этих условиях «третье сословие» поднялось на борьбу против короля, аристократии и церковных феодалов. Французское Просвещение представляло собой широкое и мощное движение, объединявшее всех прогрессивно мыслящих представителей «третьего сословия»: естествоиспытателей, представителей искусства, политических деятелей, буржуазии, юристов и философов. Оно было ориентировано на критику всего, что было связано с существующим феодальным устройством общества. Его сторонники возвышали роль разума по отношению к вере, боролись против религиозных предрассудков и суеверий, выступали за свободу научного и философского мышления, художественного творчества и гражданских свобод. Одним из первых по времени деятелей французского Просвещения был Ш. Монтескье.
4.2.1. Шарль Монтескьё
Шарль Луи Монтескьё (1689—1755) – философ, политический мыслитель, историк, правовед, писатель. Он изучал юридические науки сначала в г. Бордо, затем в Париже: в 1714 г. стал советником, а в 1716 г. – президентом парламента Бордо. Он серьезно занимался историей, литературной деятельностью и изучением естественных наук: анатомией, ботаникой и физикой. Монтескьё верил в просветительскую миссию науки: «Разница между великими нациями и дикими народами в том, что первые усердно занимаются искусствами и науками, а вторые их полностью игнорируют». Он говорил, что науки «крайне полезны, поскольку избавляют народы от пагубных предрассудков».
Монтескьё писал о разных проблемах как литературного, так и научного характера, но основной его интерес – политические науки. Первым серьезным литературным произведением Монтескьё был роман «Персидские письма», где содержалась злая сатира на политический режим, на быт и нравы высшего общества Франции. В этом романе молодой перс Узбек, путешествуя по Европе, пишет письма на родину, в которых критикует пороки верхушки феодального общества, высмеивает духовенство, разоблачает коррумпированность придворных и обличает деспотизм. Большой интерес представляет письмо LXXXIII, в котором излагается концепция справедливости и правосудия, типичная для просветительской философии. Монтескьё пишет: «Справедливость – это соотношение между вещами: оно всегда одно и то же, какое бы существо его ни рассматривало, будь то бог, будь то ангел или, наконец, человек»103. А правосудие происходит не из принудительных законов государства, а из добродетели. В романе речь идет о критике одного из положений теории Гоббса, согласно которому порядка в государстве можно добиться только с помощью силы.
Монтескьё резко выступает против деспотизма королевской власти, которая подавляет свободное проявление индивидуальности. Он подчеркивает, что всякая неограниченная власть не может считаться законной именно потому, что ее происхождение не может быть легитимным. В письме XXIV Монтескьё критикует королевскую власть, католическую церковь и папу римского. «Французский король – самый могущественный монарх в Европе. У него нет золотых россыпей, как у его соседа, короля Испании, и все же у него больше богатств, чем у последнего, ибо он извлекает их из тщеславия своих подданных, а оно куда доходнее золотых россыпей. Он затевал большие войны или принимал в них участие, не имея других источников дохода, кроме продажи титулов, и благодаря чуду человеческой гордыне его войска были всегда оплачены, крепости укреплены и флот оснащен.
Впрочем, этот король – великий волшебник: он простирает свою власть даже на умы своих подданных; он заставляет их мыслить так, как ему угодно… То, что я говорю тебе об этом государе, не должно тебя удивлять: есть и другой волшебник, еще сильнее его, который повелевает умом этого государя даже больше, чем последний властвует над умами других людей. Этот волшебник зовется папой. Он убеждает короля в том, что три не что иное, как единица, что хлеб, который едят, не хлеб, и что вино, которое пьют, не вино, и в тысяче подобных вещей»104. Монтескьё говорил, что боги – не что иное, как порождение фантазии человека, создающего их по своему образу и подобию. «Кто-то удачно сказал, – пишет он, – что если бы треугольники создали бы себе бога, то они предали бы ему три стороны». Книга «Персидские письма» имела большой успех и была запрещена церковью.
Монтескьё более 20 лет работал над основным трудом всей своей жизни – «Дух законов». В этой книге он развивает новый взгляд на сущность общества, пытается объяснить возникновение и развитие общества на основе естественных законов, которые исходят из естественных прав человека. К этим правам Монтескьё относит стремление человека к миру, стремление добывать себе пищу, стремление к сближению, общению. Реализация этих естественных стремлений приводит к формированию общества. Абсолютизируя роль природной среды в развитии общества, Монтескьё положил начало теории «географического детерминизма». Согласно этой теории, формы правления, как и законы, устанавливаемые в различных государствах, находятся в прямой зависимости от географической среды, важнейшими составляющими которой является климат, почва, рельеф местности. Прежде всего, Монтескьё резко противопоставляет друг другу северные и южные народы, определяя противоположность их характера различием климатических условий, в которых они живут. Народы севера энергичны, храбры, воинственны, выносливы, свободолюбивы. «Холодный климат придает уму и телу известную силу, которая делает людей способными к действиям продолжительным, трудным, великим и отважным»105. Народы южных стран, напротив, ленивы, робки, изнежены, покорны и порочны. «Чрезмерная жара подрывает силы и бодрость людей… Не надо поэтому удивляться, что малодушие народов жаркого климата почти всегда приводило их к рабству»106.
Монтескьё указывает на связь между почвой и политическим устройством народов. «В стране с подходящей для земледелия почвой, естественно, устанавливается дух зависимости. Крестьяне, составляющие главную часть ее населения, менее ревнивы к своей свободе: они слишком заняты своими частными делами… Таким образом, в странах плодородных всего чаще встречается правление одного, а в странах неплодородный нескольких… Бесплодная почва Аттики породила там народное правление, а на плодородной почве Лакедемона возникло аристократическое правление, как более близкое к правлению одного…»107.
Монтескьё ставит государственное устройство в непосредственную зависимость от размера территории, занимаемой народом. Для очень больших государств, по его мнению, наиболее удобной является деспотия, для государств средней величины – монархия, а для мелких – демократия. Эти выводы он обосновывает многими историческими примерами. Природные факторы и производные от них: религия, формы правления, нравы, обычаи и пр. – определяют собой «дух народа», которому должен следовать законодатель.
Монтескьё понимает право, как совокупность законов, определяющих человеческие отношения. Свобода народа и отдельной личности проявляется в подчинение закону. Государство должно обеспечить свободу граждан. «Свобода есть право делать все, что дозволено законами. Если бы гражданин мог делать то, что этими законами запрещается, то у него не было бы свободы, так как то же самое могли бы делать и прочие граждане»108. Кроме того, продолжает Монтескьё, политическая свобода имеет место только там, где нет злоупотребления властью. Однако многовековой опыт показывает, что каждый человек, обладающий властью, склонен злоупотреблять ею и удерживать в своих руках власть до последней возможности. Чтобы не было возможностью злоупотреблять властью, необходим такой порядок вещей, при котором разные власти могли бы взаимно сдерживать друг друга. Развивая идеи Локка, Монтескьё доказывал необходимость разделения властей в государстве. По его мнению, политическая свобода невозможна без разграничения законодательной, исполнительной и судебной власти; власти должны быть независимы друг от друга, поскольку смешение их ведет к деспотизму.
Концепция Монтескьё является важным шагом вперед в понимании природы и движущих сил исторического развития общества. Из сферы теологии и чистого умозрения, рассмотрение социальных явлений перенеслось в область конкретного исследования исторических фактов, взаимосвязей и взаимозависимостей, выявления закономерностей общественной жизни. Обоснованный Монтескьё принцип разделения властей явился важным вкладом не только в разработку теоретических идей французского Просвещения, но и получил в дальнейшем практическое применение. Он был положен в основу Американской конституции 1787 года. Но наиболее видными представителями французского Просвещения, сыгравшими выдающуюся роль в борьбе с феодальным мировоззрением, были Вольтер и Ж.-Ж. Руссо.
4.2.2. Вольтер
Вольтер – это псевдоним, его настоящее имя Франсуа-Мари Аруэ (1694—1778). Он по праву считается основателем французского Просвещения, поскольку оказал особенно большое влияние на идейную жизнь Франции. Чрезвычайно одаренный, Вольтер вошел в историю культуры как один из величайших писателей Франции, как философ, психолог, политик и крупнейший драматург. Им было написано более 50 пьес, пользовавшихся огромным успехом не только во Франции, но и во многих других европейских странах. Острая борьба против католической церкви, являющейся идеологической опорой феодально-абсолютистских порядков, выдвинутая им программа социально-политических преобразований в духе буржуазного демократизма – все это прочно связало его имя с подготовкой Великой французской буржуазной революции. Но субъективно Вольтер был сторонником мирных преобразований, проводимых просвещенным монархом. С этим связана его переписка с будущим королем Пруссии Фридрихом II, с Екатериной II, претендовавшей на роль «просвещенной» государыни и другими политическими деятелями Европы.
Не будучи философом, создающим новые и основополагающие учения, Вольтер многое сделал для философского просвещения общества. Он написал ряд философских произведений, в том числе «Философские письма», «Метафизический трактат», «Философский словарь» и др. В своих произведениях Вольтер призывал к уничтожению варварства, дикости, к просвещению, улучшению общественной и личной жизни людей. Препятствием к такому улучшению жизни философ считал церковь. Именно церковь внушала монархам ложную мысль о том, что они получают свою власть от бога и ответственны только перед ним; отсюда следует игнорирование ответственности перед обществом и пренебрежение реальными нуждами народа.
Вольтер резко критикует христианский клерикализм, говорит, что религия порабощает человеческую личность, лишает человека его лучших качеств. Многие письма соратникам он заканчивает призывом: «Раздавите гадину!». Вольтер говорит, что христианство во славу «истинного» бога убило миллионы людей (от 17 до 50 млн. человек по оценкам Вольтера) – это периодические истребление приверженцев «еретических» движений, опустошительные походы крестоносцев на Восток, кровопролитные войны между католиками и протестантами, уничтожение коренных жителей американского континента. Он пишет: «Очевидно, что христианская религия – это сеть, которой мошенники опутывали глупцов более семнадцати веков, и кинжал, которым фанатики убивали своих братьев более четырнадцати столетий»109.
Критикуя религию, Вольтер, однако, не отрицал существования бога как особой творческой силы. Он приводит следующий аргумент, позволяющий «создать себе понятие о существе, правящем Вселенной»: «Когда я смотрю на часы, стрелка которых указывает время, я заключаю, что некое разумное существо наладило пружины этого механизма таким образом, чтобы стрелка это время указывала. Точно также, когда я наблюдаю пружины человеческого тела, я заключаю, что некое разумное существо устроило все эти органы»110.
Вольтер рассматривает вопрос: даны ли нравственные принципы Божественным откровением или они выработаны самими людьми? Отвечая на него, он утверждает ошибочность религиозной концепции. Принцип нравственности формируется в сознании каждого человека на основе его жизненного опыта. Фундаментом нравственности является принцип: «Не делай другим того, чего не хочешь, чтобы делали тебе». Вольтер видит безнравственность иудаизма и христианства в насаждении ненависти к иноверцам и утверждении жестокости насилия по отношению к ним, а также и еретикам в собственных рядах. Ясно, что церковь не может источником нравственности. Источники религии – невежество, фанатизм и обман. Религия возникла тогда, когда встретились мошенник и глупец. Критикуя религию, Вольтер, в то же время, отвергает и атеизм как учение опасное для общественного порядка, основанное на частной собственности. Он заявляет, что вера в бога является необходимой опорой морали. «Если бы Бога не было, то его следовало бы придумать»; нужно верить в бога по моральным и социально-политическим соображениям. «Вера в бога, вознаграждающего за добрые дела и наказывающие за дурные, прощающего небольшие проступки, является самой полезной для человеческого рода. Это единственная узда для могущественных людей, которые нагло совершают преступления. Это единственная узда и для людей, которые ловко совершают тайные преступления»111.
Социальным низам, бедным и неимущим «узда» религии нужна для того, чтобы внушить им мысль о непозволительности посягательств на частную собственность состоятельных людей. Выступая за свободное развитие науки, искусства, литературы, философии, Вольтер, в то же время, возражал против просвещения широких слоев народа, считая, что «все потеряно, когда чернь пустится рассуждать». Современники Вольтера рассказывали об одном эпизоде. Когда его спросили, есть ли бог, Вольтер попросил плотно закрыть дверь и затем сказал: «Бога нет, но этого не должны знать мой лакей и жена, так как я не хочу, чтобы мой лакей меня зарезал, а жена вышла из послушания».
Вольтер имел большие заслуги в распространении естественнонаучных знаний во Франции. Будучи последователем теории Ньютона, он развивает мысль о всеобщей закономерности природы, а также отстаивает принцип причинности, критикуя принцип целесообразности. Он не сомневается в реальности внешнего мира, выступает как сторонник опытного исследования природы, высоко оценивает учения английских материалистов. Особенно большое влияние на Вольтера оказала философия Локка. Вслед за ним он утверждал, что «нет ни врожденных идей, ни врожденных принципов». Вольтер разделяет гносеологическую концепцию Локка: «Несомненно, что наши первые идеи – это ощущения. Постепенно мы приобретаем идеи, составленные из того, что раздражают наши органы; память удерживает эти ощущения. Затем мы распределяем их по общим идеям. Из этой естественной способности, которой мы обладаем, – образовывать и упорядочивать наши идеи – вытекают все обширные познания человека»112.
Влиянием материализма Локка пронизано психологическое учение Вольтера. По его мнению, у нас нет ни малейшего знания о природе духовной субстанции. Мы никогда не воспринимаем душу как субстанцию, а воспринимаем только психические явления, свойства и способности. Предполагать в нас существование души – значит помещать внутри нас маленького бога, способного нарушать действующий в мире порядок. Умнее и скромнее признать, что люди разумные автоматы или животные, с лучшим, чем у животных, интеллектом, но с более сложным инстинктом. Как и все французские просветители, Вольтер считал возможным переустройство мира на основе принципов разума. Он резко выступил против взглядов Руссо, противопоставившего неиспорченную природу культуре. По Вольтеру возвращение к первобытной природе есть нечто противоестественное и цивилизованный человек живет в большем согласии с природой, чем дикарь. Все творчество Вольтера – философское, публицистическое, художественное – явилось предвестником острых социальных конфликтов, которые через несколько лет после его смерти вылилось в Великую французскую буржуазную революцию.
4.2.3. Жан-Жак Руссо
Одним из самых влиятельных деятелей французского Просвещения был Жан-Жак Руссо (1712—1778) – социальный философ, социолог, политический деятель, моралист, психолог и педагог. Если Вольтер был представителем высших слоев «третьего сословия», то Руссо был представителем самых низших его слоев. Руссо, сыну бедного часовщика, уже с юности были близки стремления демократических слоев французского общества. Основная тема философских размышлений Руссо – судьба личности в современном ему обществе, проблема неравенства между людьми и путей его преодоления.
Приехав в Париж из Женевы, Руссо сблизился с Дидро и другими энциклопедистами. Но известность принес ему трактат на тему: «Способствовало ли восстановление наук и искусств улучшению или ухудшению нравов?», написанный для конкурса, объявленного ученой академией в Дижоне. Отрицательный ответ на этот вопрос не понравился конкурсному совету, и сочинение не получило премии. Но о Руссо заговорили все. Руссо доказывал, что развитие науки искусств со времени Возрождения не усовершенствовало, а ухудшило нравы общества. Плоды прогресса цивилизации остаются недоступными основной массе людей, кроме того, они порождают острые социальные проблемы. Так, разделение труда есть не только одно из условий прогресса, но и причина разрушения естественной целостности и гармоничности человеческой жизни. Руссо одним из первых обнаружил, что развитие культуры создает «искусственные потребности», удовлетворение которых имеет весьма спорный характер. Человек стремиться «казаться» иным, чем он есть в действительности. Он стремиться «казаться», а не «быть».
Противопоставление Руссо природы культуре часть современников поняла как наивный призыв к возвращению вспять, в до культурное «естественное состояние». Вольтер, издеваясь над Руссо, говорил, что Руссо приглашает человечество вновь встать на четвереньки и ползти в первобытный лес. В действительности Руссо хорошо понимал необратимость уже пройденного пути развития. Он разъяснял, что полный отказ от уже приобретенной цивилизации сделал бы человека дикарем, но не сделал бы его более счастливым. Гармоничность, целостность человека должны быть обретены в обществе, а не в «естественном состоянии». Хотя Руссо и отстаивал тезис о том, что наука и культура не принесли человечеству ничего хорошего, корни общественных проблем и бесправия он видел совсем в другой сфере – в области общественного развития. Главный источник социального зла он усматривал в социальном неравенстве, обусловленном частной собственностью. В своих работах «Происхождение и основы неравенства между людьми» и «Об общественном договоре» Руссо доказывал, что с тех пор, как возникла частная собственность, появилось и общественное неравенство.
Руссо делит всю историю человеческого общества на два больших этапа. Первый из них он называет, так же, как и Гоббс «естественным состоянием». В этом состоянии все были равны, никто не возвышался над другими, люди не знали, что такое имущество, частная собственность. Основной чертой этого состояния была нравственная не испорченность. Там, где нет собственности, не может быть и несправедливости. Эта «идиллия» первобытного общества закончилась, когда появилась собственность. «Первый, кто, огородив участок земли, придумал заявить: «Это мое!» и нашел людей достаточно простодушных, чтобы тому поверить, был подлинным основателем гражданского общества. От скольких преступлений, войн, убийств, несчастий и ужасов уберег бы род человеческий тот, кто, выдернув колья или засыпав ров, крикнул бы себе подобным: «Остерегайтесь слушать этого обманщика; вы погибли, если забудете, что плоды земли – для всех, а сама она – ничья!»113.
Появление частной собственности породило противоположность интересов людей, конкуренцию, стремление к обогащению за счет других. Руссо считал частную собственность причиной всех социальных бед и несчастий. Но, несмотря на это, он вовсе не был ее непримиримым противником. Руссо понимал, что на новом этапе человеческой истории невозможно отказаться от права частной собственности. Она стала стержнем гражданского общества, и только на ее основе можно построить экономические и правовые отношения между людьми. В мелкой частной собственности, основанной на личном труде, Руссо видел опору общественного порядка. Поэтому он требовал не уничтожения, а уравнения частной собственности, для того чтобы «сблизить крайние ступени» имущества, чтобы не было ни чрезмерно богатых, ни нищих.
Частная собственность, согласно Руссо, стала основой гражданского общества и причиной имущественного, а затем и политического неравенства. Возникший антагонизм между богатыми и бедными привел к ситуации, похожей на «войну всех против всех». Под предлогом установить гражданский мир «богатые» предложили «бедным» образовать государственную власть, заключить «общественный договор», согласно которому все его участники должны соблюдать некоторые общие правила: преследуя собственные интересы, каждый должен считаться с интересами других, следовательно, ограничивать собственную свободу, ради свободы остальных. Руссо подчеркивает, что верховная власть в договорном государстве должна принадлежать народу. Требование народного суверенитета – основа политической доктрины Руссо. Этот суверенитет народа неотчуждаем и неделим.
Концепция общественного договора Руссо отличается от соответствующих учений Гоббса, а также Вольтера, Гольбаха и Гельвеция. Последние возлагали большие надежды на просвещенного монарха. Критикуя деспотические режимы, они рассчитывали на то, что просвещенное правление даст народам хорошие законы и хорошие нравы. Но с помощью образованного правителя было весьма сложно выступать за установление имущественного равенства. Свой трактат «Об общественном договоре» Руссо начинает словами: «Человек рожден свободным, но повсюду он в оковах». Освободить человека и вернуть ему свободу – вот цель Руссо. Рассматривая процесс возникновения государства, он полагает, что первоначальный договор оказался не истинным, потому что богачи силой и хитростью захватили власть. Поэтому в новую эпоху необходимо разорвать прежний и заключить новый, теперь уже справедливый договор. Для его достижения Руссо допускает революцию и даже, в тех случаях, когда отечеству грозит опасность, диктатура. Деспотическая власть, основанная на насилии, может быть уничтожена только силой.
Выход из противоречий цивилизации Руссо видел также в изменении системы и методов воспитания. Следуя за Локком, Руссо в своем трактате «Эмиль, или О воспитании» набросал план развития личности, свободной от насилия над природой или над естественными способностями человека. Его концепция воспитания была направлена против феодальной школы с ее слепым преклонением перед церковными авторитетами, догматизмом. Отбрасывая сословные привилегии, провозглашая равенство всех людей, Руссо выдвигал в качестве важнейшей задачей воспитание человека и гражданина, развития в нем честности, самостоятельности, активности, инициативы. Он требовал глубокого уважения к личности воспитываемого.
Влияние идей Руссо было огромно. Его учение явилось мощной идейной силой в подготовке французской буржуазной революции. Для М. Робеспьера «Общественный договор» Руссо становится библией. Воззрения Руссо стали официально признанной идеологии якобинцев. В соответствии с доктриной Руссо они декларировали принцип народного суверенитета и право народа на революцию. В Декларации прав человека и гражданина 1787 г. и в Конституции Франции 1793 г. утверждался принцип неотчуждаемости народного суверенитета, который был теоретически обоснован Руссо.