Татарстан не сможет прожить

Без татарской интеллигенции.

Писатель Мухаммат Магдеев, дав очень требовательную оценку татарской интеллигенции и услышав разнообразные суждения и мнения, не сомневался, что в будущем образованная прослойка татарского народа обязательно поднимется. Через два года после опубликования статьи он ушёл в иной мир, покинул нас (1995). В последнее десятилетие прошедшего века была крепкая уверенность в том, что вырастут айдыны (т. е. настоящие интеллигенты), хорошо знающие свой язык и литературу, компетентные в мировой культуре, владеющие иностранными языками, способные сохранить татарские национальные традиции, обычаи, нормы морали. У нас есть президент, который может выступить с речью на родном языке. Председатель Государственного Совета изучает татарский, есть татарско-турецкие лицеи, в городах – татарские школы, появился первый в истории Гуманитарный институт с обучением на татарском языке, скоро в название Казанского педагогического университета, хоть и на молниеносно короткий срок, добавится с большой буквы слово «Татарский». Факультеты, отделения татарской филологии, не только в Елабуге, Набережных Челнах, но и в городах Уфа, Тюмень, Тобольск, Ижевск начинают подготовку специалистов с высшим образованием: учителей, журналистов, общественных деятелей… О педучилищах в Арске, Минзелинске, Тетюшах, Чистополе я и не говорю.

До 1989 года в татарское отделение каждый год принималось 25 студентов. Тогда этого было достаточно для подготовки татарской интеллигенции, писателей, учителей, журналистов. В эпоху перестройки перед факультетом ставится задача воспитания специалистов, готовых взять в свои руки поднятие татарского языка до уровня государственного, жить заботами о нации. В начале 90-х годов татарский прославился как самый престижный в университете факультет.

Конкурс на него стал большим, мы поднялись до уровня специальностей права, экономики, были с ними на «ты».

Увеличение желающих получить образование на татарском факультете было связано с пробуждением национального сознания татарского народа, повышенным вниманием к родному языку и литературе, верой в претворение в жизнь указа о двух государственных языках. На наш факультет особенно тянулись учащиеся татарских гимназий, открывшихся и укомплектованных хорошими учителями в городах Казань, Набережные Челны, Нижнекамск и др. Выпускники училищ Арска, Минзелинска, Чистополя, по обоюдной договорённости, без экзаменов принимались на заочное отделение. В течение нескольких лет была даже возможность писать сочинение для поступления на юридический факультет по татарской литературе. Если есть среди правоведов умеющие общаться или даже выступать на татарском языке, думаю, что они как раз те самые, кто поступил через нас.

На повышение статуса татарского факультета не могла не оказать влияние и внутренняя структура, продуманная организация. Кроме основной специализации – татарский язык и литература – у студентов была возможность изучать дополнительно ещё один язык: арабский, персидский, китайский, английский, немецкий – на выбор. Парней притягивало отделение истории и восточных языков. Всё вписывалось в приложение к диплому. Как человек, посвятивший жизнь высшему учебному заведению, полагаю, что надо учитывать и такое психологическое состояние. Большая часть абитуриентов до последнего не могут определиться, кем быть, куда поступать. Некоторым всё равно, лишь бы не попасть в армию или, в конце концов, была бы «корочка», удостоверение о высшем образовании. Он у справочной доски изучает, сколько мест на ту или иную специальность, и выбирает факультет, где большая вероятность поступить.

Татарский факультет КГУ просуществовал всего 20 лет. В этот короткий для большой истории период он успел подготовить преданных народу, родному языку специалистов, учителей, писателей, журналистов, знатоков, способных состязаться с представителями интеллигенции начала ХХ века. В 2011 году его настигли потомки Шахгали и расправились с цветущим факультетом.