По дороге к дому Суханова все трое подавленно молчали.

– Голова раскалывается, – пожаловалась Эля.

– У меня тоже тяжёлая, – Кира помассировала пальцами виски. – Не выспалась.

– Куда прёшь, баран! – зло выругался Денис на водителя битой «четырнадцатой». – Понапокупают прав…

Утро принесло новые потери. И хотя они уже были готовы к этому, иммунитет не вырабатывался – опять стало страшно до одури.

Кира позвонила на работу – узнать, как дела. В такую рань, в начале восьмого, на месте мог быть только Марик. Он часто приезжал задолго до начала рабочего дня. Правда, это было до того, как у него появилась невеста, но попробовать стоило. Марик снял трубку после третьего гудка. Как всегда, на вахте.

На робкое приветствие Киры он вежливо поинтересовался, кто она такая, с кем и по какому поводу желает поговорить. Кире показалось, что её с силой ударили в живот – там сразу заныло и перехватило дыхание. И всё же она сумела оправиться и попросить к телефону саму себя. Марик так же вежливо проинформировал её, что в «Косметик-Сити» нет сотрудников с таким именем. Хотя, кажется, он припоминает, что несколько лет назад у них какое-то время работала девушка по имени Кира. Скомкано попрощавшись, она нажала кнопку отбоя.

– На работу звонила? – мрачно спросила Элка, выходя из ванной. Денис, уже умытый и причёсанный, пил кофе на кухне.

Кира промолчала.

– И что тебе ответили?

– Меня там не знают. Я работала у них несколько лет назад, – замороженным голосом отозвалась Кира.

– А я тоже звонила. Родителям.

– Узнали? – хором спросили Денис и Кира.

– Узнать-то узнали… Мать стала выспрашивать, где я, причитать, зачем сбежала. Я ничего не пойму, откуда сбежала, спрашиваю. Она воет: «Как, деточка, ты ничего не помнишь? Тебе хуже?» Короче, выяснилось, что я после очередного суицида лежала в больнице. Да, да, всё там же. В дурке. Мать принялась упрашивать меня не пить, вроде бы я по пьянке то вешаться, то травиться порываюсь. Я трубку кинула, давай брату звонить. Он тоже голосить начал – знаете же Гарика! Говорю ему: «Скажи мне только одно. Тогда вернусь в клинику. Зачем я пытаюсь покончить собой? Ну, алкоголичка – это ясно. Но не просто же так! Должна же быть причина!» Он помялся, помялся и говорит: «У тебя же выкидыш был пять лет назад, а после ты пытаешься беременеть – не получается. Вот и двинулась на этой почве.» «От кого, – говорю, – пытаюсь?» «Так кто ж тебя знает, – говорит, – Ты нам не докладываешь.» Вот такие дела.

– Господи, – прошептала Кира.

– Что ж, по крайней мере, мой сценарий ясен. Похоже, мне предписано повеситься спьяну. Бездетная, безмужняя неудачница, алкоголичка и шлюха, – в голосе Эли звенели истерические нотки.

«Ещё немного – и её прибьёт окончательно», – мелькнуло в голове у Киры. Видимо, Денис тоже это понял, потому что поспешно вскочил со стула и заговорил, старясь отвлечь Элку, а заодно и застывшую Киру:

– Так, дамы, времени в обрез. Все разговоры – потом. Нам через сорок пять минут надо у Суханова быть. Эля, кофе будешь? Кира, ты пила? Ещё налить?

В машине каждый из них ушёл в свои невесёлые мысли.

– Надежда пока есть, – прервал их размышления Денис. – И мы приехали. На выход. Вон наш подъезд.

Владимир Суханов не был похож на чудаковатого профессора из фильма «Назад в будущее», каким его почему-то представляла себе Кира. Вернее уж, на студента. Выглядел он молодо и несолидно. Высокий, почти два метра, сухой, кадыкастый, большеглазый, худой, как полвесла. Руки-ноги болтались в рукавах и брючинах джинсового костюма, как карандаши в стакане. Маленькую голову плотно покрывали тёмно-русые, коротко остриженные, слегка волнистые волосы.

Суханов жизнерадостно улыбнулся гостям и жестом пригласил войти.

Квартира Владимира полностью оправдала Кирины ожидания: впечатляющий своими масштабами бардак, горы книг, схем, карт, всюду непонятного назначения приборы и предметы, занимающие все горизонтальные поверхности. Именно так и должна выглядеть обитель увлечённого наукой или какой-то околонаучной деятельностью человека.

Рассадив гостей на стульях и креслах, сам хозяин примостился напротив, на краешке стола. Денис вкратце изложил суть дела. Как всё-таки здорово, что он с ними, такой основательный, внушающий доверие, респектабельный! Говорит спокойно, вдумчиво, без излишних подробностей и эмоций.

Однако даже в таком изложении история выглядит дикой и нелепой. Кира старательно кивала в такт Денискиным словам и каждую минуту ждала: Владимир вот-вот решит, что над ним издеваются, рассердится и выставит их из своего дома.

Денис замолчал. Кира и Элка боялись даже дышать. Владимир, казалось, совершенно забыл об их присутствии и о чём-то напряжённо размышлял. Наконец он кивнул, словно соглашаясь с чем-то, и заявил:

– Значит, так, господа. В десять, как я сказал, у меня заседание кафедры. Я сейчас позвоню, скажу, что меня не будет. Мне нужно кое-что уточнить, проверить. Я пока, если честно, не вполне готов к разговору. Давайте поступим следующим образом. Встретимся здесь же… скажем, через два часа. Идёт?

– Идёт, – согласился Денис.

А что ещё оставалось?

– И, кстати, зовите меня Володей. Ни Вову, ни Владимира терпеть не могу. И давайте-ка на «ты».

– То есть, Вла… извини, Володя, ты нам веришь? Не считаешь, что мы – кучка психов? – осторожно спросил Денис.

– Нет, конечно. Вы кучка людей, оказавшихся в очень ненужном месте в крайне ненужное время – вот как я бы это определил. Надеюсь, скоро смогу сказать больше.

Дожидаться второй встречи с Володей решили дома у Киры. Тупо слонялись по квартире, щёлкали пультом от телевизора. То собирались все вместе, то разбредались каждый в свой угол. То вдруг их охватывала отчаянная надежда, то на смену ей приходило уныние, и тогда они надолго замолкали, с головой окунаясь в свои страхи. Чтобы чем-то себя занять, Кира решила приготовить поесть: никто из них толком не позавтракал. Она приготовила на скорую руку омлет, Денис нарезал хлеб и колбасу, Элка настрогала салат. Перекусив, собрались и поехали.

Уже в машине Кира обнаружила, что забыла дома сумку. Такого с ней никогда не бывало. Без сумки она никуда не выходила, чувствовала себя чуть ли не голой. К сумкам, сумочкам, рюкзачкам и ридикюлям она питала слабость, их у неё было штук десять, всевозможных цветов и фасонов, на разные сезоны. Коллекция часто обновлялась. Покупая новую сумку, одну из прежних фавориток она отдавала маме, свекрови, Гельке.

Оказавшись без сумки, Кира пришла в смятение. Может, это плохой знак? Но паниковать и возвращаться времени не было. Плохой знак или хороший, придётся оставить всё как есть. Хорошо, хоть телефон, ключи и кошелёк, засунутый во внутренний карман полупальто, были при ней.

Володя распахнул дверь сразу, как будто караулил возле порога.

– Привет, проходите, – коротко бросил Суханов. Он был серьёзен, чем-то озабочен и собран.

– У тебя какая машина? – обратился он к Денису.

– «Грант-Чероки», – слегка обескураженно ответил тот.

– Отлично. Проходимость что надо. А то там ведь, сами понимаете, неизвестно, что за дорога. Я зимой ни разу не был.

– Погоди, нам что – придётся ехать в Кара Чокыр? – уточнила Элка.

– Думаю, придётся. Причём сегодня же. Дорогу знаете?

– Разберёмся. К тому же у меня навигатор.

– Отлично, – ещё раз бодро сказал Суханов, – значит, доберётесь. У вас же, наверное, ни спальников нет, ни палатки?

– Нет, – растерянно ответила за всех Кира. – А зачем?

– А затем, что вам придётся ночевать в лесу, – огорошил их Володя. – Кто-нибудь из вас ночевал зимой в палатке?

– Нет, – ответил Денис и спохватился, – хотя это мне не приходилось, а…

– Мне тоже, – быстро проговорила Элка.

Кира покачала головой.

– Я вообще-то так и думал. Но я вам всё подробно объясню, не переживайте. Это не так страшно, как может показаться. Попробуете, может, даже и понравится. Сейчас быстро всё купите. Оденьтесь потеплее. Хорошо бы, конечно, термобельё. Толстый коврик нужен. Спать на холодной земле – это гарантированно всё себе отморозить. Лопаты возьмите. Лыжи. Еды какой-нибудь. Чай, кофе в термосе. Туристскую газовую лампу. Позже список составлю, что вам понадобится, чтоб ничего не забыть. Костёр надо будет разложить. Сумеете?

– Сумеем, наверное, – не слишком уверенно произнесла Кира.

– Володя, но ты же так ничего и не объяснил, – жалобно пискнула Элка, выразив общее мнение, – я ничего не понимаю!

– Да-да, – заторопился Суханов. – Сейчас расскажу, почему вам надо ехать. Что такое аномальные зоны, думаю, примерно представляете?

– Примерно, – подтвердила Кира. Остальные промолчали.

– Эти места с давних пор называют гиблыми. Причины возникновения аномалий могут быть самые разные, точными сведениями наука пока не располагает. Иногда их связывают с падениями метеоритов, иногда – с залежами некоторых видов ископаемых, с геомагнитными полями. Есть мнение, что паранормальные явления возникают на месте разрушенных мечетей, церквей и прочих культовых сооружений, а также разорённых кладбищ. Проявления в различных зонах тоже разные: где-то люди видят блуждающие огни, непонятные свечения, встречают призраков. В некоторых зонах появляются невиданные растения или животные. Учёные ставили эксперименты, выращивали мышей в таких местах. Так вот, зверьки давали потомство с многочисленными отклонениями, опухолями, сильным недобором веса. Мыши даже пожирали своё потомство! Люди тоже чувствуют такие места: у них начинаются необъяснимые головные боли, поднимается температура, они испытывают беспричинный страх, беспокойство, тревогу, тоску. Подсознательно человек старается избежать аномальных зон, обойти стороной. Там не строят домов, не основывают поселений. Пока всё ясно? – прервал лекцию Суханов.

– Ясно. И Кара Чокыр – как раз такое место.

– Да, одно из таких мест. Сам я был там всего один раз, просто заглянул. Ни я, ни кто-то другой ещё не занимался исследованием аномалий Кара Чокыр вплотную. Однако я точно могу вам сказать: неладно там было с давних пор. В пяти-шести километрах от озера есть деревня Кармановка – туда как раз ведёт просёлочная дорога, по которой вы съехали с трассы. Ты её, вероятно, помнишь, Денис?

– Помню.

– Так вот, кроме этой деревни, самой ближней к местечку Кара Чокыр, название, кстати, переводится с татарского как «Чёрная Яма», есть ещё два поселения, подальше. К сожалению, не помню их названий. И во всех этих деревнях бытует одинаковое поверье. Я сегодня с ребятами-филологами связывался, уточнял. Они изучали местный фольклор. Вкратце суть такова: считается, что возле озера, в роще, на лужайках обитает некое жуткое существо – Бется. С ударением на «я». Название забавное, но в самом существе ничего смешного нет. Встреча с ним гибельна для человека. А повстречать его можно исключительно в тёмное время суток. Поэтому местные стараются не оказываться там ближе к вечеру без острой необходимости. Вообще на всякий случай туда не заходят. Но уж если случится забрести, то стремятся уйти до наступления темноты.

– И чем он так опасен, этот Бется? – Кира обхватила себя руками. Ей было зябко. Температура, что ли, поднимается? Не хватало ещё заболеть.

– Мои фольклористы считают, что само название «Бется», возможно, происходит от татарского «битсез» – «без лица». По легенде это безликое существо – я хочу сказать, что лицо у него отсутствует в буквальном смысле слова. Так вот, Безликий подкрадывается к заночевавшим на поляне у озера путникам и крадёт у них жизни.

– Жуть какая, – Элку передёрнуло.

– Будто бы он питается человеческими жизнями, примеривает на себя чужие личины. – Суханов потёр пальцем переносицу и продолжил: – После визита Безликого человек просыпается другим. Мается, беснуется, начинает всего бояться, сходит с ума и в конце концов гибнет. А некоторые и вовсе пропадают после страшной ночной встречи – и про них даже близкие ничего не помнят, не знают. Знакомо, правда?

Никто из троих не нашёл в себе сил даже кивнуть.

У Киры было чувство, что она падает с двадцатого этажа. «Мой сон, – подумала она, – это же тварь из моего кошмара».

– Ребята, конечно, никакого Безликого не существует – это плод народной фантазии, – успокаивающе проговорил Суханов. – Лично я склонен думать, что дело в озере – возможно, в его воде или растительности содержатся какие-то элементы, которые выделяют опасные испарения. Кстати, это озеро не замерзает зимой. Вообще. Может быть, есть и другая причина, это нам ещё предстоит выяснить. Что касается перемен в ваших жизнях, у меня есть кое-какие соображения, если вам интересно.

Все промолчали в знак согласия.

– Так вот, я думаю, всё дело в параллельных вселенных, – оживлённо заговорил Суханов. Похоже, он оседлал своего конька. – Видите ли, в чём дело. Любой человек ежедневно, ежечасно становится перед выбором, принимает решения, так ведь? Ну, допустим, вы могли выйти замуж за Петю, а могли остаться незамужней. Или вовсе стать женой Васи. И это только три варианта развития событий! Человек может поступить в университет, а может пойти в армию или уехать на заработки за границу. Это глобальный выбор, а есть мелкие решения. Поехать на метро или сесть в автобус и попасть в аварию. Съесть просроченный салат и отравиться или остаться голодным и здоровым. То есть существует огромное количество сценариев жизни любого человека. Представьте себе дорогу, на которой постоянно встречаются развилки. Вы можете поехать прямо, налево, направо или вообще повернуть назад. И такой выбор приходится делать практически ежечасно! Так вот, принимая то или иное решение, поступая так, а не иначе, вы создаёте тем самым новую версию своей жизни и следуете ей. Но есть такая теория, что неиспользованные вами миллионы, мириады вариантов тоже где-то существуют – рядом, параллельно. Мы же говорим иногда: вот если бы я сделал то-то и то-то, тогда всё было бы по-другому. Некоторые учёные полагают, что этот желанный вариант имеется рядом с вами. Как и миллионы других, хороших и плохих, вариаций развития событий. Но оказаться в них невозможно. Вы меня понимаете?

Денис запустил пятерню в волосы и покачал головой:

– Бред какой-то.

– Ну, возможно. Я же говорю, это только версия. И всё-таки… Мне кажется, вы все с той поездки в Кара Чокыр каким-то образом начали перемещаться из одного варианта своей судьбы в другой. Шагать по этим параллельным вселенным! Причём каждый раз оказываясь всё ближе к той вариации, которая для вас гибельна. Как будто запустилась какая-то программа самоуничтожения.

Суханов хотел сказать ещё что-то, но вместо этого сделал невразумительный жест и замолчал.

– Да почему мы-то, ёлки-палки? – взорвался Денис. – Мы что, в чём-то согрешили? Мы обычные, рядовые люди! Кому, чёрт возьми, мы могли помешать?

Всё, что копилось долгими неделями, будто разом поднялось со дна его измученной души. Денис матерился, взывал к Богу, орал. Кира и Элка сидели, как пришибленные. Суханов словно и не удивился этой дикой вспышке. Терпеливо ждал, когда Грачёв выговорится, не делая попытки остановить поток ругани.

Наконец Денис опустошённо замолчал.

– Как думаешь, можно эту программу как-нибудь отключить? – медленно подбирая слова, спросила Кира.

– А почему она вдруг возникла, эта твоя программа? – неожиданно громко перебила её Элка.

– Она не моя, – укоризненно поправил её Володя. – И я не знаю, что могло её запустить. Если, повторяю, дело вообще в этом! Что тоже под большим вопросом.

– Но наверняка же у тебя есть «кое-какие соображения», – ехидно заметила Элка.

– Есть, – спокойно сказал Суханов, – похоже, что её каким-то образом запустила ваша ночёвка в Кара Чокыре. Как – не спрашивайте, я не знаю. В некоторых аномальных зонах, в знаменитом Бермудском треугольнике, например, бесследно пропадают люди, самолёты, корабли. Одни так никогда и не находятся, другие потом вдруг объявляются где-то. Широко известна история об исчезновении пяти кораблей ВМС США в том районе. Был солнечный день, самолёты совершали обычное патрулирование прибрежных районов. За штурвалами были высококвалифицированные пилоты. После нескольких часов полёта ведущий самолёт сообщил командному центру, что они потерялись, компасы не работают и «всё выглядит очень странно». Больше их никто не видел, расследование ВМС США так и не дало вразумительных объяснений событию. Или такой случай. Из порта вышел лайнер – и пропал. Его искали – ни слуху ни духу. Спустя некоторое время он обнаружился в совершенно другом месте, там, где его и быть не могло. Вся команда исчезла, а сам корабль выглядел так, словно плавал по морям лет двадцать – тридцать, не меньше. Таких случаев не один и не два. Только с 1950 по 1954 год в море Дьявола, у восточного побережья Японии, произошло девять случаев исчезновения кораблей! Это всё факты, но факты пока никем научно не объяснённые. Видимо, в определённых местах меняется само понятие времени и места. Мне кажется, уже ясно, что аномалии Кара Чокыра как раз и заключаются в таких шутках со временем и пространством.

– Володя, не хочу показаться грубой, ты очень интересно рассказываешь, но как всё это поможет нам выжить? – прямо спросила Кира.

Суханов смутился и замялся.

– Послушайте, вообще-то я вам не сказал ещё одну вещь. Важную.

– Какую именно? – отрывисто спросила Эля.

– По легенде, тем, кто повстречал ночью Безликого, жить остаётся – самое большее – полгода. Вы помните, когда там ночевали? В ночь на первое августа, так ведь?

– Точно, – ошеломлённо пробормотала Кира. – Миля тогда говорила, что надо успеть съездить до второго августа. Она у нас кладезь народной мудрости. До Ильина дня, говорит, надо как следует накупаться, а то после уже нельзя будет: вода зацветёт. И русалка на дно утащит.

– Лёнька ещё смеялся, что если русалка симпатичная, то он, пожалуй, не против, – добавила Элка.

– Но это значит, что полгода истекают первого февраля. Ребята, это же уже завтра! Сегодня тридцать первое! – Кира подскочила, как ужаленная.

– Я не хочу вас пугать, но вы сами видите – многое совпадает. Возможно, это всё чушь. Но вполне может случиться так, что послезавтра… что-то произойдёт. И вы все… – Суханов смешался, не договорил. Засунул руку в карман, вытащил клетчатый платок, повертел, покомкал его и засунул обратно.

– Хорошо, а с чего ты взял, что нам надо туда ехать? Чем это поможет, если мы уже обречены? – Денис говорил немного смущённо. Ему было неловко от своей недавней вспышки.

– Я пока могу полагаться всё на те же местные предания, – с несчастным видом сказал Суханов. – Больше никаких источников всё равно нет. Как правило, такого рода поверья складываются в результате многочисленных народных наблюдений, имеют реальную основу, хотя и завуалированную, метафорическую.

Кира даже дышать перестала от волнения.

– В легенде говорится, что можно попытаться заставить это чудище снять заклятие. Для этого жертвам Безликого надо рискнуть. Отправиться на озеро, пока не прошло полгода, и переночевать там. Нужно обязательно заснуть – Бетсю нельзя видеть ни в коем случае! И Безликий может, если пожелает, вернуть жизнь одному из них. Или всем, кто решился прийти. Или никому.

Все поражённо молчали, стараясь не смотреть друг на друга.

– Но я бы не советовал вам воспринимать всё так буквально, – заметил Володя, видя их реакцию. – Не надо думать, что ночью какая-то жуткая тварь появится рядом с вами. Возможно, просто существует некая гипотетическая возможность обратить вспять последствия вашего летнего… визита. Ещё раз повторяю – гипотетическая! Воспринимайте поездку как попытку всё исправить. Вы сегодня съездите туда, заночуете. Хуже не будет, правда? А я вечером и ночью ещё посоветуюсь с людьми, подумаю, что можно предпринять, идёт?

– А у нас что, есть выбор? – криво усмехнулся Денис.

– Хуже не будет – это ты верно подметил, – согласилась Элка.

– Нет, если не хотите…

– Хватит нас уговаривать, Володь, – проговорила Кира, рывком поднимаясь со стула, – всё равно пока рассчитывать больше не на что. А это хоть какой-то выход.

Володя чётко перечислил всё, что необходимо купить для ночёвки в лесу. Денис скрупулёзно записал в блокнот. Обговорив ещё раз детали, друзья попрощались с Володей, который изо всех сил делал вид, что им предстоит всего лишь необычная загородная поездка.

Они стояли возле машины – Суханов спустился их проводить. В последний путь, пронеслось в голове у Киры.

– Идущие на смерть приветствуют тебя, – мрачно пошутил Денис в унисон Кириным мыслям, пожимая Володе руку на прощание.

Суханов покраснел и быстро отдёрнул руку.

– Зачем ты так! – мягко укорил он Дениса. – Всё будет хорошо, вот увидите.

– Хотелось бы увидеть, – суховато бросила Кира.

Она смотрела на Володю отстранённо, как смертельно больной человек на здорового. Они теперь были по разные стороны бытия. Их цели и перспективы кардинально отличались. Суханова интересовало многое – карьера, научные исследования, женщины, зарплата, футбол. А с ними всё было предельно просто. Они хотели только одного – выжить.

Через пару часов лихорадочной беготни по спортивным, продуктовым и хозяйственным магазинам Кира, Денис и Элка, полностью экипированные, одетые в только что купленные тёплые брюки, свитеры и пуховики, выезжали из города. Девушки расположились на заднем сиденье. Их обычная одежда лежала в необъятном багажнике джипа, небрежно заброшенная в самый дальний угол. Там же валялась пустая сумка Элки. Всё необходимое она засунула в свежеприобретённый рюкзак.

– Стойте! – спохватилась Кира. – Нужно ещё заехать в аптеку.

– В аптеку-то зачем? – не понял Денис.

Но Элка быстро сообразила.

– А как ты засыпать собрался? – осведомилась она. – Лично я ни за что не усну, если буду думать, что вокруг палатки ошивается тварь из ночных кошмаров.

«Из моих ночных кошмаров», – подумала Кира, смутно чувствуя свою вину за происходящее. Словно это она каким-то образом оживила свой давний сон, и теперь её личное чудовище уничтожает людей.

– Резонно, – Денис остановил машину у ближайшей аптеки.

Все трое поднялись по скользким ступенькам, прикрытым резиновыми ковриками, и зашли внутрь. Терпеливо дождались, пока бабушка в толстых роговых очках определится с выбором лекарства «от давления».

– Скажите, у вас есть сильнодействующее снотворное? – нагнувшись к окошечку, поинтересовалась Кира.

Пенсионерка одарила компанию подозрительным взглядом. «Такие молодые, а бессонницей маетесь? – отчётливо читалось в этом взоре. – Ох, неспроста!»

– Вам нужно успокоительное средство? Может быть, возьмёте… – завела было хорошенькая девушка-фармацевт.

Денис плечом оттеснил Киру от прилавка.

– Девушка, милая. Нам нужно не успокоительное, а именно снотворное. Сильное. Чтобы подействовало стопроцентно, – доверительно проговорил он.

Кира потеряла интерес к их диалогу и отошла к окну. Она уже знала, чем закончится этот разговор. Если такой препарат есть в аптеке, через пару минут он окажется у них. И даже если подобные лекарства запрещены к продаже без рецепта, Денис вытащит кошелёк и всё уладит. На то он и Денис.

Кире отчаянно хотелось позвонить Сашке. Она соскучилась по мужу, ей физически необходимо было услышать любимый голос. Хоть на минутку. Но он не звонил. Наверное, очень занят, успокаивала себя Кира. Говорил же, что сегодня ответственный день…

Но, надо полагать, в жизни мальчика Саши уже нет девочки Киры. Возможно, он холост. Или женат на другой женщине. Надо смотреть правде в глаза. Она сжала руки в кулаки и сделала глубокий вдох, чтобы не зареветь.

– Про Сашу думаешь? – угадала подошедшая Элка. Денис уже расплачивался.

– Угу, – не стала лукавить Кира.

– А позвонить ему не хочешь?

– Не хочу, – придушенным от сдерживаемых слёз голосом ответила она, – боюсь. Если услышу, что он говорит со мной, как посторонний человек, просто не выдержу.

Они шли обратно к машине, когда в кармане у Киры завибрировал телефон. Неужели Сашка?! Сердце кувыркнулось в груди, кровь бросилась в голову. Кира схватила мобильник и едва не застонала от разочарования. Звонила мама. С другой стороны, грех жаловаться. Родители её ещё признают – и на том спасибо.

– Да, мам. Привет.

– Привет, Кирочка. А ты где?

– Я… А что случилось, мам?

Голос Ларисы Васильевны звучал странно.

– Ничего особенного. Просто мы с папой стоим у твоей двери.

– Стоите у… А зачем вы там стоите?

– То есть как это? Мы же несколько дней назад договорились, – голос матери опасно зазвенел. Чувствовалось, она готова обидеться. Надо было что-то делать, но Кира понятия не имела, о чём могла договориться с родителями! Она беспомощно уставилась на Элку, которая слышала их разговор: у телефона был мощный динамик.

Находчивая Эля не подвела. Быстро выхватив у Киры мобильник, она заверещала:

– Ой, Лариса Васильна, это Эльвира. Кирочкина подруга! Вы меня помните? – на всякий случай Элка ничего не стала говорить про институт, где они вместе учились. Вдруг Кира никогда не была студенткой, и потому никакой институтской подруги у неё быть не могло?

Однако тут же выяснилось, что Лариса Васильевна Элку прекрасно знает.

– А, Эльвирочка! Ты же училась с Кирочкой, правильно?

– Да! – радостно подтвердила Элка.

– Здравствуй, дорогая. Очень приятно тебя слышать. А Кирочка, значит, с тобой? – удивлённо спросила Лариса Васильевна.

– Со мной, со мной. Вы извините, Христа ради, так уж вышло, – тараторила Элка, – мне срочно понадобилась помощь, и я её буквально силой вырвала из дома. Она говорила, что не может! Но у меня такое случилось… – Элка стала лихорадочно соображать, что же с ней могло произойти.

На помощь пришёл Денис. Он принялся энергично показывать на свой автомобиль и одними губами проговорил: «Авария!» Элка поняла и улыбнулась.

– Я попала в аварию! – победно закончила она.

Кира услышала, как мать на другом конце города запричитала, завибрировала от волнения.

– Сейчас уже всё нормально, – успокоила Элка Ларису Васильевну, – знаете, Кира мне так помогает! Это очень мило с её стороны! Если бы не она…

– Ну, если помогает, – растерянно произнесла мать, видимо, не до конца представляя, чем её дочь может помочь пострадавшей в аварии подруге. – Мы просто с её папой собирались сегодня в оперный театр. Ведь на гастроли приезжает… Впрочем, не важно. Мы хотели у Кирочки побыть до вечера, давно с ней не виделись. А у неё же отпуск, она дома.

«Вечно оперы да балеты, – сердито и совершенно несправедливо подумала Кира, – мне бы их проблемы!»

– Но раз не получилось, то ничего страшного. Мы пока в ресторан сходим, поедим. Или в магазин. А вы уж там держитесь. Надеюсь, машину отремонтируют, – торопливо добавила Лариса Васильевна, боясь показаться равнодушной к чужой беде. – Эльвирочка, можно мне с дочкой поговорить?

– Конечно, – великодушно разрешила Элка, – всего доброго.

Она, ухмыляясь, протянула трубку Кире.

– Да, мам. Прости, что не смогла с вами встретиться. Извинись там за меня перед папой. Вы ничего, справитесь?

– Справимся, справимся. Но что всё-таки у неё произошло? Врезалась в кого-то? – с любопытством спросила Лариса Васильевна.

– Потом, мам. Не могу сейчас говорить. Неудобно, – отговорилась Кира.

– Хорошо, – сдалась та. – Вы уж, пожалуйста, осторожнее, Кирочка. Когда Саша вернётся?

За последние слова Кира была готова расцеловать мать. Выходит, они с Сашей всё ещё вместе!

– Завтра. Или послезавтра.

– Ладно, не буду отвлекать. Как освободишься, обязательно позвони. Только не звони с шести до девяти вечера. Мы будем…

– Да, мам, я знаю. Пока.

– Пока, дорогая.

Кира с облегчением перевела дух.

– Спасибо, вы настоящие друзья, – улыбнулась она Элке и Денису, пряча телефон обратно в карман.

– А то! Чип и Дейл спешат на помощь, – подмигнула Эля. Денис ухмыльнулся и сел в машину.