– Я диктую, Гийом, вы готовы? Давайте, поживее, с официальным заявлением нужно закончить до семи, Франс Пресс просили прислать как можно скорее. «С глубочайшим прискорбием подтверждаем гибель Мессиона, знаменитого поэта, чьи стихи озаряли все уголки мира, ставшего случайной жертвой террористической атаки на анти-Эйфелеву башню. Со вчерашнего вечера мы получали от значительной части общества просьбы официально раскрыть личность Мессиона. Хотя подобное решение противоречило бы внутренним правилам Антимира, утром мы все же связались с владельцем аккаунта Мессиона. Этот пользователь сообщил, что желает сохранить анонимность. Позволив нам обнародовать лишь следующую информацию: это женщина пятидесяти лет, проживающая в Квебеке. Пользуясь случаем, мы хотели бы выразить ей наше самое искреннее восхищение и признательность». И подпись: «Адриен Стернер и команда Heaven. Так, вы закончили? Дайте взглянуть, проверю, как у вас с орфографией…

В штаб-квартире Heaven Стернер с помощником не могли усидеть на месте от возбуждения. Как только Гийом Леве разбудил шефа посреди ночи условленным паролем («Иисус всё»), события понеслись, будто в ускоренной съемке. Своим лживым официальным заявлением они добьют Мессиона. Все теперь ринутся по придуманному ими ложному следу, и правда никогда не всплывет. Жюльен Либера может сколько угодно заявлять права на свои стихи, никто ему не поверит. Словом, дело Мессиона закрыто.

– Ну вот и все! – воскликнул Стернер, отправив депешу главному французскому информагентству.

Будучи в прекрасном настроении, он дал своему помощнику день отгула и пообещал, что послезавтра они обсудят повышение.

Гийом Леве, весь синий и помятый, не заставил себя упрашивать: он поблагодарил начальника за доверие и беззвучно исчез. Как только дверь за ним закрылась, генеральный директор Heaven включил собственный компьютер. В чистом вордовском файле он начал печатать описание своего нового проекта: «Многомирия», огромной сети независимых, но связанных между собой метавселенных, между которыми игрок мог бы перемещаться. Задумка возникла у него из-за одной фразы Лейбница в его «Теодицее». «Бесконечное число других миров, – писал философ, – было равным образом возможно и равным образом, так сказать, заявляло притязание на такое же существование». Слова эти были прозрачны и говорили все. Да, Лейбниц прав. Мир слишком узок, чтобы вместить все мыслимые миры, слишком разряжен, чтобы вобрать все порождаемые им фантазии. Во вселенной слишком мало места для людских идеалов. А потому нужно идти дальше: создать метавселенную, состоящую из бесконечного числа вариантов планеты Земля. Благодаря Многомирию Heaven подарит аватарам возможность телепортироваться между метавселенными, а то и выстроить собственную симуляцию. Чтобы создать такую сеть, у программистов уйдут годы работы: может, десять лет, а скорее всего, больше. Это будет последним долгостроем Адриена. После чего он уйдет на покой, передав кому-нибудь бразды руководства студией. Так он завершит свое дело: покончит с узами действительности.

Адриен затянулся сигаретой. Через девять дней пользователи Антимира похоронят аватар Жюльена. Судя по тому, что пишут в Анти-Обществе, церемония будет грандиозная. Крупнейший новостной телеканал BFM решил освещать ее в прямом эфире. Но это только на руку: Heaven опубликует заявление, приветствуя такую дань уважения. Компания поощрит антилюдей почтить память их любимого поэта. Какие-то журналисты-расследователи, вероятно, отправятся на поиски той пятидесятилетней жительницы Квебека, но только зря потратят время. В долгосрочной перспективе Мессион будет сдан в архив и забыт. Адриен готов был руку дать на отсечение: пройдет месяц, и о нем перестанут говорить.

Он взглянул на часы и шумно высморкался. Прежде чем окончательно погрузиться в текст, он последний раз проверил, не писал ли Жюльен Либера чего-нибудь на своей страничке. Добрый знак: бедолага молчит как покойник. Возможно, он чувствует, что метаться бессмысленно, что дисбаланс сил между ним и Heaven слишком не в его пользу. Стернер улыбнулся. Отныне ничто не затмит его славы.