Стоя по стойке смирно, моя мама, американка японского происхождения с острова Окинава, едва доходит до полутора метров ростом. Она крайне забавно смотрится рядом с папой – высоким мужчиной с норвежскими корнями, ростом 192 сантиметра. Вряд ли эволюция предполагала, что крошечная азиатская женщина будет вынашивать гигантских детей-викингов. Мама рассказывала, что во время родов я профессионально изобразила таран, отступая, поворачиваясь под новым углом и пробуя снова. Так прошло несколько часов, пока акушер не сжалился над нами обеими и не потребовал сделать кесарево сечение. Но уже тогда было ясно: чрезмерное упорство – часть моей личности.

А теперь представьте, насколько расслабленная натура у моего младшего брата, ведь когда врач извлек его четыре года спустя и поднял наверх, как Симбу[32], он не рвался вперед, как я, а просто спал. Никогда не видела, чтобы он нервничал. Мы шутим, что его пульс не поднимается выше сорока. В итоге он стал врачом скорой помощи, отчасти потому, что ему нужны были хоть какие-то волнения в жизни.

Перфекционизм уже есть в составе нашей булочки, пока мы еще в духовке. Он в наших генах. Огромное количество исследований (и их число только растет) показывает, что некоторые расстройства, что, как вьюнок, обвивают перфекционизм[75–80] – тревожность, депрессия, расстройство пищевого поведения, – определенно являются генетическими, и все чаще появляются предположения[81, 82], что перфекционизм может быть таким же. Понять картину в целом, наверное, так же сложно, как приготовить круассаны с нуля, но есть несколько подсказок: исследование 2015 года, опубликованное в журнале «Psychiatry Research»[82], изучило 258 пар генетически идентичных подростков-близнецов. Ученые обнаружили, что наследуемость перфекционизма, направленного на себя (строгое отношение к себе), составила 23 % у мальчиков и 30 % у девочек, а генетическое влияние на социально предписанный перфекционизм (предположение, что другие будут строги к нам) составило 39 % у мальчиков и 42 % у девочек. В исследованиях перфекционизма и тревожности наследуемость достигла 66 %, что указывает на роль общих генов[83].