Фернандо Фонс

Шестью месяцами ранее, июнь 2018-го

Табернес-де-Вальдигна

Фернандо выехал на CV-50 и остановился на светофоре. Улица была наполнена смехом и криками из переполненного бара. Светофор переключился на зеленый, и Фернандо весьма торопливо возобновил движение. Он проехал мимо бара, не отрывая взгляда от дороги. Его увидели? Его узнали? Он вцепился в руль. Даже если и так, откуда им знать, что он сделал?

Еще светофор. Зря он выбрал этот путь. Лучше бы поехал по низу города, у реки Вака – там нет ни семафоров, ни людей. О чем он думал?

Во время той бесконечной остановки ему что-то послышалось. Что это было? Он осмотрел улицу, но никого не увидел. Окна машины были закрыты. Звук шел изнутри автомобиля.

Из багажника.

Он напрягся. Прислушался. Шум был слабым и неопределенным. Будто шуршал целлофан. Что это могло быть? Его осенило. Мусорный пакет, который он надел Андреа на голову. Это был он, точно. Фернандо затаил дыхание, внимая звуку от движения. Но это невозможно, ведь Андреа целые сутки пролежала под землей.

– Этого не может быть, – сказал он сам себе, зажмурившись.

Автомобильный гудок заставил его резко открыть глаза. На светофоре горел зеленый сигнал, и водитель машины позади требовал, чтобы Фернандо поехал. Теперь он ничего не слышал, звук пропал. Фернандо включил первую передачу и нажал на газ. Ему улыбнулась удача: третий светофор он проехал на зеленый, а машина, следовавшая за ним, сгинула в каком-то переулке. Он сбавил скорость и въехал в прибрежную зону. Она находилась на западной окраине Табернес-де-Вальдигна. По левую сторону он увидел управление полиции, внушительное и устрашающее, с фасадом кровавого цвета и камерами видеонаблюдения по обеим сторонам.

Не хочешь признаться?

Разумеется, он не собирался этого делать. Миновав управление, попытался представить, как выглядел «Фиат-Панда» на изображениях с камер. Вообразить на них себя. А потом – как видео ставят на паузу и увеличивают кадр до тех пор, пока на экране с абсолютной ясностью не возникнет его лицо.

Вытащи меня отсюда.

Справа показалось место назначения: старая фабрика по производству школьной мебели, забытая и заброшенная, которая покоилась сейчас в ночном сумраке. Она представляла собой печальное зрелище – лишь тень гиганта, которым некогда была. Фабрика занимала целый квартал и состояла из девяти корпусов, следовавших слева направо. Дальше всех от полицейского управления стоял первый. Деревья, раньше придававшие фабрике лоск и величавый вид, теперь торчали посреди бурьяна и строительного мусора сквозь решетку забора.

Фернандо доехал до конца квартала и повернул направо. Он заметил, что одна из фар перегорела, и остановил машину. Несколько минут всматривался в местность, сидя в «Фиате». Его сердце бешено колотилось, вырываясь из груди. Но на улице никого не было: эта часть города была нежилой. Он посмотрел на фабричный забор. Тот был невысоким. Перемахнуть через него не составит труда.

До конца оставалось совсем немного.

Он вышел из машины и открыл багажник. Труп Андреа был по-прежнему там, в той же позе, в какой он его туда положил. Разумеется. Он вытащил его и подошел к забору. Тело стало заметно легче, чем раньше; возможно, оно усохло, или же Фернандо вдруг стал сильнее. Одним махом он поднял его и перекинул через забор.

– Почему мы пошли тут?

У Фернандо кровь застыла в жилах.

Он обернулся и увидел двух подростков, показавшихся из-за поворота. Посмотрел на багажник «Фиата», открытый настежь. В сторону фабрики смотреть не хотелось.

– Мы могли бы пройти по улице выше. Ты же знаешь, как мне не нравится это место.

Фернандо остолбенел, прислонившись к забору. Все кончено. Они увидят труп. Они его обнаружат. Вызовут полицию, и его схватят.

– Да нет здесь ни…

Их взгляды пересеклись. Подростки с деланым безразличием смотрели на силуэт во мраке и продолжали приближаться к нему в тишине. Они шли напрямик в пасть зверя, но у зверя были другие заботы. Когда между ними оставались считаные метры, Фернандо крайне неприветливо взглянул им – и судьбе – в глаза и вселил такой страх, о способности вызывать который он даже не подозревал. Подростки не выдержали и отвернулись. Они не успели увидеть темную фигуру, лежавшую за забором практически у ног Фернандо. Он испепелял их взглядом, пока не убедился, что они завернули за угол и он остался один.

Удостоверившись, что никто не подсматривает, он достал из багажника налобный фонарик и нацепил себе на голову, но не зажег – рано. Затем закрыл багажник «Фиата», перепрыгнул через забор и приземлился рядом с трупом Андреа. Не вставая в полный рост, схватил его за руки и поволок за контейнеры. Оттуда, из засады, принялся высматривать дальнейшую траекторию движения. Между третьими и четвертыми воротами фабрики зияла дыра. Через нее-то он и зайдет внутрь. Напротив ворот пять и шесть, по ту сторону дороги, располагалась заправка, поэтому придется быть предельно осторожным, чтобы остаться незамеченным.

Он волоком потащил Андреа по поросшему травой цементному полу, не спуская глаз с дороги, чтобы вовремя заметить заплутавших пешеходов. Так он добрался до первой двери, где ненадолго задержался, чтобы осмотреться на местности. Чтобы добраться до вторых ворот, предстояло обогнуть деревянные палеты, сложенные штабелями на полу, и, следовательно, оторваться от стены фабрики на пару метров. Эта перспектива ему не понравилась, но другого варианта не было. Он потащил безжизненное тело Андреа туда, куда не проникала тень от фабрики, в место, залитое сиянием луны.

– Только не выдавай меня, – попросил он ее шепотом.

И тут что-то прошмыгнуло в траве.

Что это? Фернандо нельзя было останавливаться. Нужно двигаться дальше, добраться до вторых ворот, укрыться там, куда не проникнет свет. На миг он замешкался. Затем прижался к стене фабрики и из укрытия огляделся по сторонам. Ничего не видно. И никого. Может быть, у него разыгралось воображение? Ладно, это нормально, не так ли? Когда находишься в стрессе, и не такое может померещиться.

Фернандо задрал голову и увидел надпись: «ВОРОТА 2». Половину дистанции преодолел. Когда он уже собирался подойти к третьим воротам, в траве что-то снова зашевелилось.

– Проклятие!

Словно из ниоткуда, из-под груды щебня и хлама показался кот. Вздыбив шерсть и хвост, он ринулся к Фернандо. Тот опешил. Но стоило коту замурлыкать, как Фернандо, забыв о своей растерянности, отпустил Андреа и, охваченный тревогой, склонился над ним.

– Кыш, не шуми.

Кот прильнул к его ногам и лизнул руку. Фернандо не смог устоять и почесал его за ушком.

– Какой хороший.

Кот выскользнул из рук и подбежал к пролому в стене между воротами три и четыре. Затем вернулся к человеку и мяукнул. Фернандо удивился. Неужели животное знало о его намерениях и подбадривало продолжить начатое?

Он крепко схватил Андреа за запястья и рывком потянул к себе. Не останавливаясь, он тащил ее метров двадцать, стремясь как можно скорее достичь пролома в стене. И вот он оказался внутри. У него получилось. Вокруг царила почти непроглядная тьма. Фернандо включил налобный фонарь, и его тусклый луч прорезал мрак перед ним. Пол был усеян каркасами стульев и обломками дерева, изъеденного термитами. Воздух был пропитан сыростью. Фернандо подхватил Андреа на руки и пошел за котом, который уже скрылся в проеме приоткрытой двери. Толкнув ее ногой, Фернандо вошел в один из корпусов – судя по всему, четвертый. Зал охранял десяток станков, покрытых плотным слоем пыли и опилок. Чтобы пересечь его, Фернандо пришлось лавировать между многочисленными кучами отходов и мусора. В итоге он потерял кота из виду и остановился. Куда тот подевался? Вокруг не было слышно ничего, кроме его собственного сбивчивого дыхания, что лишь усиливало тревогу. Не найдя проводника, он решил действовать сам. Это всего лишь бродячий кот, Фернандо справится и без его помощи. Через несколько шагов он услышал кота – его неистовый вой пронзил тишину. От ужаса Фернандо мгновенно опустил взгляд и обнаружил, что его нога оказалась на лапе несчастного зверька. Он тут же отдернул ногу, но неудачно зацепился за валявшийся на полу стул, потеряв равновесие. Рефлекторно он выпустил Андреа, чтобы освободить руки и смягчить падение, но тщетно. Удар спиной о металлический каркас стула вызвал острейшую боль в пояснице. Он едва не закричал, но сумел сдержаться. Несколько секунд он не мог ни вздохнуть, ни отнять руку от ушибленного места, а когда дыхание вернулось, свернулся на пыльном полу, задыхаясь от боли.

Он поднялся, проклиная каждое движение, и взглядом поискал кота, но не нашел. Тот, видимо, забился куда-то и зализывал пострадавшую лапу.

– Прости.

Когда он повернулся к Андреа, чтобы поднять ее, то увидел, что та лежит ничком на столе. Она упала таким образом, что талия оказалась вровень с краем стола, а ноги упирались в пол, будто по собственной воле. «Как странно», подумал он. Это был не стол, а циркулярный станок. Шея Андреа оказалась на старом пильном диске, на котором и повисло ее тело. Фернандо охватил ужас, но он быстро взял себя в руки. Данный факт ничего не менял. Его никто не видел. Никто не знал, что случилось с Андреа и уж тем более – с ее трупом. Он схватил ее за плечи и за голову, обернутую в пакет для мусора. Медленно потянул вверх и увидел, как на инструменте остается след от липкой субстанции. Кровь из тела не сочилась. Разрез был тонким, но не очень глубоким – голова не была отсечена. Фернандо не мог оторвать взгляд от горла Андреа. Вид был завораживающим, сокровенным.

Что ты со мной сделал, Фернандо?

Опять этот голос. Он знал, что говорить Андреа не может, ведь она мертва. Но почему он ее слышал?

За это ты отправишься в ад. Ты убийца.

– Нет, ошибаешься, – сказал он, не понимая, к кому обращается.

Твоя собственная мать скажет, что не знает тебя, что у нее нет сына.

– Нет, нет.

И в целом мире не найдется того, кто полюбит тебя, Фернандо. Ты будешь один до конца своей жалкой жизни.

– Заткнись!

Он перевернул труп и с силой прижал к циркулярной пиле. Голова Андреа отделилась от тела и упала на пол с глухим стуком. На фабрике воцарилась блаженная тишина. Голос наконец-то замолчал. Слышно было лишь шумное дыхание Фернандо, как оно в течение нескольких секунд успокаивалось. Он не сразу осознал, где находится и что сделал. Он только что обезглавил Андреа. Неужели это его рук дело? Да, голова на полу – тому подтверждение. Что он чувствовал? Сложно сказать. Он точно знал, это не страх, не печаль и тем более не раскаяние. Спокойствие – вот что. Он удивился, обнаружив, что нечто настолько аморальное и запретное может быть таким приятным. В этот момент ему захотелось большего. Она снял пакет и посмотрел ей в лицо.

И тут же почувствовал, как губы расползаются в слабой улыбке.

После этого он перешел к решительным действиям. Отнес отрезанную голову в конец корпуса, куда сквозь маленькие полупрозрачные стекла проникал тусклый свет уличных фонарей, и оставил на полу у стены. После этого вернулся за телом, чтобы положить его туда же, и при взгляде на него ощутил ностальгию. Было печально, что любовь, которой он воспылал в пятнадцать лет, закончилась вот так. Затем ему вспомнилось, как мать нюхала отцовские рубашки, и тут кое-что пришло в голову. Он снял с Андреа кофту, испачканную землей и пылью, а голый труп забросал всяким мусором.

Фернандо вздохнул.

– Вот и все.

Он бесшумно покинул фабрику и выключил фонарик. Обратный путь проделал намного быстрее, перелез через забор и сел в машину. Дождавшись, когда действие адреналина прекратится, завел мотор и в тот же миг услышал мяуканье. Он обернулся и увидел на заднем сиденье кота. Ярко-желтые глаза глядели на него с надеждой.

– Ты как?..

Кот склонил на бок голову. Фернандо зверек показался очаровательным. Он улыбнулся и сказал:

– Поехали домой.

* * *

На следующее утро позвонил Корнелио Сантана.

– Фернандо, как ты себя чувствуешь? Уже лучше?

– Да, да. Лучше, спасибо.

– Я рад. Я тебе вот что хотел сказать. Та история с кражей…

– Да, – перебил я его, – статья – полная халтура. Извини.

– Не переживай на этот счет. Я хотел тебе сказать, что у нас есть кое-что получше.

– Что именно?

– Исчезновение. Речь о некой Андреа Сантос. Уже два дня она не появляется на работе, а родственники не могут с ней связаться. Полиция побывала у нее дома – там ни следа. Вот это новость так новость.

– Что ты имеешь в виду?

– Ты шутишь? Исчезновение человека в Табернас-де-Вальдигна. Это фантастика! Давненько у нас не было ничего такого масштаба, не так ли?

Фернандо так долго ждал настоящей новости – той, от которой сжимается сердце. Но когда этот час пробил, все перевернулось. Все изменилось, когда он оказался по другую сторону.

– Она точно не исчезла. Поехала куда-нибудь или что-то в этом роде.

– Уехала, никого не предупредив? Даже не захватив с собой сотовый? С этой девушкой что-то произошло, Фернандо. Я уверен.

У Фернандо закончился воздух.

– Не знаю. Я так не думаю.

– Что с тобой? Это не в твоем духе – отказываться от хорошей новости, когда та сама собой появляется.

Фернандо хорошо обдумал ответ. С комом в горле он произнес:

– Я несколько дней собираюсь поговорить кое о чем с тобой, Корнелио.

– О чем же?

Он не был уверен, что это лучшее решение, но иного пути не видел.

– Я хочу уйти из Les Tres Creus.