Вынырнув из воронки, я выпрямилась и с удивлением оглядела знакомый стол с чайником и двумя чашками. Похоже, мой неосознанный порыв занес меня прямиком в летнюю кухню Торена и Мелис. Вот уж не думала, что это место так западет в память.

А еще зловредная память так некстати подсунула данное мной обещание.

– Мы обязательно выпьем с тобой горячий шоколад, Мелис, – прошептала я, коснувшись чашки. – Вот увидишь.

– Ты совсем меня не чувствуешь, не так ли?

Я вздрогнула, опрокинув вазочку с шоколадной стружкой: нашел, значит.

Быстро…

Нет, в том, что найдет, я даже не сомневалась. Андор просто обязан был последовать за мной, чтобы напомнить – вот сюрприз! – о том, как я одним только своим присутствием повсюду сею хаос и анархию. Но я все же надеялась, что это произойдет немного позже: сейчас категорически не хотелось в очередной раз слушать о нарушенных заветах Багрового.

И еще меньше хотелось демонстрировать самонадеянному церберу свою беспомощность.

Андор стоял у двери и, скрестив руки на груди, мрачно взирал на мое покачивающееся из стороны в сторону эфирное тело. Я же упорно делала вид, что шатает меня исключительно из любви к физической активности, а вовсе не потому, что сил на эту самую активность практически не осталось.

И да, я действительно больше не ощущала его присутствия.

– Ты немного не по адресу, – стараясь придать голосу безразличные нотки, произнесла я. – Обрат будет не здесь.

– Знаю, – кивнул он, не сводя с меня пронизывающего холодного взгляда. – Хотел посмотреть, как далеко ты сможешь отойти от этой семейки.

– Отойти? – переспросила я, и тут до меня дошло!

А ведь действительно, будучи связанной с Тореном, я не могла отойти от него дальше чем на пару десятков футов. Но прямо сейчас я находилась совершенно в другом районе! За сотни футов от отпустившего меня Торена. И от Мелис, к которой теперь привязана! Или уже нет?

Я резко повернулась к Андору.

– Неужели ты…

– Они в порядке. – Похоже, Андор ждал подобного вопроса, а потому не особо удивился. Но его взгляд стал колючим. – В отличие от тебя. Твое состояние оставляет желать лучшего.

– Я тоже в полном порядке, – махнула я рукой, пытаясь как можно незаметнее опереться о краешек стола.

Я была уверена, что прояви я слабость снова – и Андор больше предупреждать не станет, а просто возьмет и молча уничтожит все мои привязки. Вместе с последней надеждой на спасение Мелис. Поэтому я отчаянно старалась делать вид, что у меня все под контролем. Но с каждой секундой это становилось все труднее: силы стремительно угасали.

– Я так не думаю.

Я тихо заскрежетала зубами. Да почему он снова недоговаривает?! Сказал бы прямо, что ему нужно, я бы издевательски посмеялась, да и разошлись бы, как всегда, недовольные друг другом. Но Андор раскрывать намерения явно не торопился, а я вдруг поняла, что почему-то отчаянно боюсь его спрашивать.

– Говорю же, я в порядке, Андор, правда. Мне просто нужно немного времени, чтобы собраться с мыслями и приготовиться. Я сообщу, когда начну.

– Ладно. – Андор, несмотря на мою более чем выразительную точку в разговоре, уходить не спешил.

Я быстро огляделась в попытке найти хоть что-то, что поможет поддержать крайне неловкую беседу, плавно стекающую в мой маловразумительный монолог.

– Ты не мог бы… – начала я, и тут мой взгляд уперся в массивный ремень на его брюках. А когда он успел так приблизиться? Только что ведь у дверей стоял! – Ты не мог бы меня оставить?

– Нет, – категорически отрезал Андор и сделал широкий шаг ко мне. Ах вон оно что! Я отступила назад.

Да что с ним? Неужели все-таки решил отвести к Багровому? Ему настолько надоело возиться с нашей компанией, что он прямо сейчас готов организовать мне ордалию? Да, согласна, недозревшая затея нехорошо так отдает горечью возможной неудачи, но я ведь, помнится, никого помогать не принуждала. Если не считать уговора, который мы… не заключали! Андор ведь ничего не обещал. Уговора не было!

– Ты передумал? – Я отступила еще и приготовилась. – Оно и понятно, – выплюнула я, ощущая, как в груди разливается пекучая боль. – В конце концов, для тебя это невыгодно и даже опасно.

– Как и для тебя, – резонно заметил Андор.

– Это в моих интересах. – Я в панике обернулась.

И на этот раз я искала выход. Потому что сил противостоять церберу у меня не было. И мы оба это прекрасно знали.

– И в моих, – кивнул Андор, медленно наступая.

– Так себе у тебя интересы, Андор, – попыталась я поддеть его, но это было невероятно сложно, учитывая, какое давление оказывала его мрачная, нависающая надо мной надгробной плитой фигура. А посему совершенно неудивительно, что неудачно начавшийся разговор норовил скончаться так же. – Странные, я бы даже сказала. Настоятельно советую их пересмотреть.

– Пересмотрел, – тут же ответил Андор, смерив меня оценивающим взглядом, – меня все устраивает. Поэтому я здесь, – он приблизился ко мне почти вплотную, – чтобы помочь.

Я оторопела. Выходит, я все-таки ошиблась, и он…

– Помочь только тебе, Листера.

Не дожидаясь ответа, Андор сгреб меня в охапку, и я ощутила, как в ответ на бесцеремонное вторжение в личное пространство возмущенно завибрировал мой эфир. Мое левое запястье обожгло огнем – и я поняла!

Выходит, не ошиблась.

– Ты не посмеешь. – Я уперлась ладонями ему в грудь, выпустив ядовитые когти, но Андор даже не шелохнулся.

Тонкая ниточка связи раскалилась и натянулась до предела, готовая вот-вот лопнуть.

– Ну так попробуй остановить меня, Листера.

Я зарычала и со всего маху отвесила Андору звонкую оплеуху. Он качнулся и ослабил захват, предоставив мне прекрасную возможность освободиться. Но я, отдаваясь на растерзание неконтролируемого гнева, ухватилась за ворот его пальто. Приперев Андора к стене, я победно ощерилась – и застыла. Он улыбался. Прижатый к стене моим неистовым порывом с разведенными в стороны руками, цербер совершенно не сопротивлялся и, прожигая мой эфир огнем полыхающих в предвкушении глаз, лишь продолжал улыбаться.

– И это все, на что ты способна, Листера?

Он меня провоцировал! Но зачем? Демонстративно показать, что моих сил не хватит, чтобы осуществить задуманное? Или… чтобы я безрассудно напала на Стража Хейма, обеспечив себе бесславный конец на вполне заслуженной ордалии?

Как жестоко… и так типично для предусмотрительного цербера.

Презрительно фыркнув Андору в лицо, я выпустила из кулака ворот его пальто и попыталась отстраниться. Но он не позволил.

– Я не отпускал тебя. – По моему эфиру скользнул мороз, а запястье скрутило колючим огнем.

Я оскалилась.

– Если ты не остановишься, я…

– О, милая инферия, я не остановлюсь, – обещание прозвучало как угроза, и я на мгновение оторопела. Глаза Андора полыхнули чувственным, голодным огнем, – и никуда тебя не отпущу. Говорил ведь, помнишь?

Мой хвост мелко задрожал, и я стиснула зубы в попытке унять зародившееся желание.

– Тогда… – мне стоило немалых усилий сдержать себя, чтобы не впиться клыками в его беззащитное горло, – тогда я прокляну тебя.

– Ну так вперед, – хохотнул зарвавшийся Андор и снова распахнул объятия, легкомысленно предоставив свое тело мне на растерзание, которого я жаждала как ничего прежде! – Сделай это!

Да чтоб тебя, бесов провокатор!

– Будет больно, цербер, – с каким-то звериным азартом пообещала я, больше не предпринимая попыток унять клокочущее внутри исступление.

– Уж постарайся, инферия, – насмешливо произнес Андор, вызывающе глядя в глаза. – Покажи, на что способна. Или… – Мое запястье снова ужалило огнем.

Ну все!

Я замахнулась, выпуская вместе с когтями все скопившиеся за последнее время ярость, отчаяние и едва сдерживаемое желание.

– Вот ты и попалась.

Андор внезапно подался вперед и впился мне в губы, позволяя моим наполненным ядовитым помором когтям вонзиться в податливую плоть его воплощенного тела. Мы оба одновременно застонали: я – от неожиданности и изумления, Андор – от боли и удовлетворения. Каждый из нас получил то, чего хотел. И даже больше…

Я ощутила легкое, плавное скольжение вдоль граней моего эфира. Медленно и осторожно оно проникало все глубже, наполняя весь мой эфир упоительной прохладой и питая силой, а затем, струясь и вибрируя, устремилось прямо к истоку. Полная какого-то жадного, нетерпеливого предвосхищения, я потянулась навстречу упоительному блаженному наполнению… и вдруг все прекратилось.

Андор, словно дразня и издеваясь, немного отстранился, оставив меня в растерянности и искреннем недоумении.

– Полегчало?

– Что? Нет!

Вообще-то, да. Действительно, восстановленный эфир принес долгожданное облегчение и улучшил самочувствие, зато в груди из-за манипуляций этого самодовольного цербера теперь творилось какое-то беснование. Причем такое же беснование я заметила в его лукаво прищуренных глазах и поспешила отвернуться.

– Снова за старое? – буркнула я себе под нос, коснувшись губ, все еще покалывающих от властного морозного прикосновения… и желания продолжения. – Обязательно было это делать таким способом?

Обязательно меня провоцировать?!

– Думал, тебе понравится. – В голосе Андора скользнуло разочарование.

Я мстительно ухмыльнулась: что ж, теперь мы оба испытывали одно и то же поганое чувство.

– Понравится? – Я мотнула головой в попытке смахнуть наваждение. – Ты действительно думал, что мне, как любой моровой инферии, нравится травить предвечных?

Андор удивленно моргнул, явно растерявшись. А потом облизнулся и расплылся в довольной ухмылке.

– Ах, так вот ты о чем? – Он небрежно кивнул на рваную дыру в своем пальто, из-под которой, пульсируя и медленно затягиваясь, проглядывала черная рана на груди. – Так было быстрее. Ты была на пределе. Я просто помог тебе избавиться от яда.

Я скрипнула зубами от досады и закатила глаза. Так вот к чему были все эти недомолвки и подначивания?!

Только лишь…

– И потом, – Андор протянул ладонь и коснулся моего лица, – было не так уж и больно, милая инферия.

Его пальцы скользнули вниз по моей щеке, оставляя за собой струйку жалящего огнем мороза. Мой хвост снова дернулся от охватившей эфир истомы. И яростного, необузданного желания. Только на этот раз оно было совсем иным: сладким, томительным, страстным.

Я перехватила его ладонь и коротко рыкнула: играть со мной вздумал, цербер?

– Если ты так решил покрасоваться, – я вызывающе уставилась на Андора, не в силах отстраниться от его будоражащих прикосновений. В груди вместо возмущенного негодования разлилась густая, вязкая патока сладостного предвкушения, – то не впечатлило.

– На самом деле, – Андор нежно, но властно сжал и приподнял мой подбородок, – это малое, на что я способен.

Все еще хочешь поиграть? Ну давай поиграем. Только на сей раз по моим правилам.

– А на что ты способен? – Я игриво провела языком по нижней губе.

Андор удивленно моргнул.

– Ты просил продемонстрировать, на что я способна. – Я легонько царапнула по его затянувшейся рваным темным рубцом коже и приблизилась к его губам. – Я показала. – Когтем я медленно скользнула ниже, с глухим треском разрывая его одежду. – Теперь твой черед.

Андор рвано вдохнул и перехватил мою ладонь у самого пояса.

– Ты уверена? – свободной рукой он по-хозяйски обхватил мою талию. – Будет мучительно больно, милая инферия. И невыносимо приятно.

– Ты уж постарайся, цербер. – И я впилась в его губы, снова выпуская когти.

Андор издал короткий, полный болезненного удовольствия стон и притянул меня к себе, жадно отвечая на поцелуй. Его пальцы нежно очертили шею, а затем скользнули вниз по моей спине, оставляя за собой пульсирующую морозную дорожку – и нежно сжали основание моего напряженного хвоста. Я тихонько заурчала от волны наслаждения и, не сдержавшись, прикусила губу Андора. Он словно того и ждал! Крепко обхватив мои плечи, он прижал меня к стене, прильнув ко мне своим мощным телом, – и я ощутила во рту знакомый горьковато-терпкий привкус его эфира.

– Ты сейчас… – Решение прервать дурманящий дразнящий поцелуй далось с огромным трудом.

– Просто доверься мне. – Андор слизнул темную струйку крови с прокушенной губы и снова приник к моим губам.

Его гибкий раздвоенный язык прошелся по моему нёбу и внутренней стороне щек, наполняя рот неведанным доселе ощущением чувственного удовольствия воплощенного тела. Его упругий хвост, горячий от едва сдерживаемой страсти, проник под тунику и крепко обвил мою талию. Я порывисто выдохнула от пронзившей воплощенное тело дрожи, а его дерзкий хвост устремился еще выше, к груди. Я затрепетала от накативших новых сладостных ощущений и требовательно выгнулась, желая большего.

– Как пожелает моя инферия, – обдал меня потеплевшим дыханием Андор и, скрепив мои запястья одной ладонью, поднял руки над моей головой.

Другой ладонью он скользнул вниз по шее, над ключицей и немного замедлился над грудью, – я услышала глухой царапающий звук разрывающейся под его когтями туники. Чувствительные точки на мгновение обдало щиплющей прохладой стылого воздуха, после чего они угодили в горячий влажный плен его рта.

Тело пронзило морозным импульсом, тут же растекшимся мурашками предвкушения. Ощущения стали ярче, острее, даже болезненнее… и куда желаннее, чем прежде. И зарождалось это желание уже не в эфире, как прежде, а в недрах новообретенного тела: где-то внизу, у самого основания живота, скручивая и одновременно растягивая жаркий чувственный ком, требовательно пульсировала неведомая доселе жажда. Грубая, неконтролируемая, подминающая под себя разум и волю, она требовала немедленного утоления, отчего я, подчиняясь проснувшемуся инстинкту, потянулась к Андору.

Мое воплощенное тело желало наполнения ничуть не меньше, чем мой эфир.

И Андор, словно заглянув за краешек моего нестерпимого желания, больше медлить не стал. Страстно рыкнув, он обхватил меня, приподнял и, погрузив в упругое пространство созданного им теплого эфира, снова прижал к стене.

Цербер прикусил мочку моего уха, и тело снова затопило горячей волной, но уже изнутри.

– Жарко, – простонала я, с наслаждением растворяясь в чувственном удовольствии.

– Тебе не угодишь, – хохотнул Андор, и я ощутила снизу легкий царапающий укол, а затем – мягкую прохладу на оголившейся коже ног.

На пол с тихим шуршанием опустились изорванные острыми когтями брюки. Хвост, который до этого был на моей груди, скользнул вниз, вдоль живота, а затем коснулся нежной кожи между бедрами.

– Ты уже без трусиков? – ухмыльнувшись, поддел Андор.

Этот вопрос застиг меня врасплох.

– Не уже… я и не была. – Я ощутила его палец на основании своего хвоста и напряглась, с трудом удерживая плавящееся самообладание. По бедрам скользнул упругий хлыст его мощного хвоста. – Я же не смертная. Мне и не нужно.

– О да. – Его хвост властно развел мои ноги в стороны. – Теперь уже не нужно. – Я ощутила твердое, настойчивое прикосновение в самом низу живота. И на сей раз это был не хвост.

Я прильнула к Андору, судорожно ухватившись руками за его шею. Отчасти для того, чтобы удержать равновесие. Отчасти – чтобы обрести стремительно ускользающий контроль над ситуацией. А еще – над своим телом. Дарованное Андором и ему же принадлежащее, мне оно больше не подчинялось.

Его хвост снова ожил: игриво мазнув по моим бедрам, кончик устремился прямо к набухшим в томительном ожидании чувствительным точкам. Андор чуть сильнее сжал основание моего хвоста и принялся аккуратно его массировать. Я тихонько зарычала от удовольствия.

– Так вот оно… – мое сбившееся дыхание и стучащий шум в висках немного отвлекали, – вот оно как… у смертных.

– Почти, – нежно проурчал Андор мне на ухо и легонько царапнул мой крестец. Я выдохнула, ощутив твердое, горячее прикосновение внизу. – Вообще-то, мы только начали.

– Ан… дор.

Его хвост чуть ускорился, продолжая скользить и надавливать там, где нужно, и я снова зарычала, впившись когтями Андору в спину.

– Осторожнее, дорогая, – ухмыльнулся он, тяжело дыша, – я ведь так и сорваться могу.

Я хмыкнула и напрягла пальцы, глубже запуская когти в податливую плоть, позволив ему в полной мере прочувствовать на себе мой ответ на неозвученное предложение.

– Другого я и не ждал, моя милая инферия. – Андор крепко сжал основание моего хвоста и решительно подался вперед, проникая в глубины раскаленного от томительного ожидания лона. – Стань моей, Листера.

Я шумно застонала:

– Будь моим, Андор.

И он подчинился.

Сначала медленно и нежно, но постепенно набирая темп, Андор проникал все глубже. Горячие волны небывалого наслаждения заливали тело, опаляя кожу и разжигая чувства. Покоряясь и подчиняя, я впилась клыками Андору в шею, а мой хвост обвился вокруг его талии. Андор зарычал и ускорил темп, доводя нас обоих до исступления.

Пульсирующие по всему телу горячие приливы вдруг похолодели и стянулись к низу живота, где застыл, готовый вот-вот вспыхнуть, раскаленный упругий ком. Я напряглась и, выгнувшись, требовательно надавила голенями на бедра Андора.

Он коротко рыкнул и сжал меня в объятиях в стремлении вобрать всю меня – и тело, и эфир – без остатка, и последний, решительный толчок разорвал вибрирующее напряжение, растекшееся по всему телу трепещущим, пронзающим до самого истока блаженством. Охваченный истомой эфир затрепетал, колыхнулся, а затем захлестнул все мое естество ледяной волной.

Расслабленная и обессиленная, я обмякла в крепких руках Андора и тихонько заурчала от удовлетворения.

– Как тебе такой способ восполнения, милая инферия? – Он лизнул мою шею, отчего кожа покрылась мурашками.

Он еще спрашивает!

– Было не так уж больно, цербер, – не удержавшись от соблазна поддеть самолюбие Андора, хохотнула я и отстранилась. – Должна признать, – я коснулась языком уголка его приоткрытых губ, – у смертных действительно есть крайне занимательные… – языком я игриво юркнула внутрь его рта, но как только Андор ответил на поцелуй, чуть отстранилась и, поддразнивая, накрыла пальчиками его губы, – привычки. И ты просто обязан, – позволив себе неслыханную дерзость, я нежно провела ладонью по его рогам, – их все мне продемонстрировать.

Андор облизнулся в предвкушении:

– Только пожелай.

– Ты знаешь, чего я желаю. – Я провела рукой по шершавой деревянной стене, выпуская рвущуюся наружу восполненную силу.

Потревоженная инфернальным воздействием летняя кухонька протяжно затрещала и качнулась. Из-под моей ладони по скрипящим стенам во все стороны побежали черные рваные трещины.

Андор покачал головой и аккуратно поставил меня на ноги.

– Значит, ты не передумаешь? – Он взглянул с надеждой, но я была непреклонна. Андор тяжело вздохнул. – Что ж, раз к ритуалу ты готова…

Я кивнула и ухмыльнулась, обнажив клыки.

– Думаю, самое время поставить одну рогатую швабру на место. – Я устремилась вперед, но огромные кожистые крылья, распахнувшиеся прямо перед моим носом, преградили путь.

– Ее время непременно настанет, милая инферия. – Я ощутила надвигающийся упругий кокон его эфира. По голой спине прошлась крупная морозная дрожь. – Но сейчас…

Крылья сомкнулись, запирая меня вместе с цербером в капкане вновь разгоревшейся страсти.

– Я не отпускал тебя, Листера.