– Это я виноват.

В маленькой, но уютной палате интенсивной терапии царил полумрак. В густой тишине раздавалось тихое попискивание и жужжание исправно работающих стабилизаторов и аппаратов, отслеживающих жизненно необходимые показатели. Мерный звук успокаивал и в то же время напоминал о том, что расслабляться пока рано.

Торен и не расслаблялся: поблескивающие в сгустившемся мраке у стены зловещие огоньки явственно свидетельствовали о том, что они с сестрой здесь были не одни.

– Только сейчас дошло? – хмуро осведомилась мрачная тень Андора у окна. В его голосе не было ни намека на свойственную ему насмешку – он был крайне серьезен. – Как она?

Торен бросил взгляд в угол палаты, а затем снова повернулся к спящей под бледно-голубым одеялом сестре и сжал ее хрупкую теплую ладошку.

– Сильнейшее физическое переутомление, пограничное состояние. Но сказали, что опасность миновала. А пока ей нужен отдых.

За чернильным окном по-прежнему шел редкий снег. Ветер то слабел, унося с собой белую пелену, то вновь усиливался, безжалостно швыряя комья белого крошева на стекло, снова и снова воспроизводя ставший уже ненавистным тихий царапающий звук. И Торену все казалось, что царапает вовсе не за окном, а у него в груди, рядом с замирающим в тревоге сердцем.

– Отдых, – фыркнул Андор, – отличный совет! Универсальный на все случаи жизни. А что послужило причиной переутомления, хоть сказали?

Торен удивленно посмотрел на Андора. Было что-то странное, даже неестественное в разговоре, обе стороны которого, все еще находясь по разные стороны мироздания, вдруг сошлись целью и интересом в скромной, тускло освещенной палате обычной смертной.

– Ее иммунитет на пределе возможностей. – Торен сглотнул подступивший ком. – И что стало причиной такого сбоя, ответить не могут. Есть вероятность, что теперь ей предстоит длительная и непростая терапия.

– Ну еще бы, – небрежно выплюнул сквозь зубы Андор. – Откуда им знать, что ее братику вздумалось поиграть с другой стороной.

– Откуда ее братику было знать, что вмешается цербер? – спросила тьма в углу палаты, опалив злым огнем подавленного Торена у кровати и хмурого Андора у окна.

– Ему повезло, что это был именно я, – парировал Андор. И снова ни ироничной издевки, ни вычурного самодовольства. Всего лишь констатация факта. – Будь на моем месте другой Страж, все закончилось бы гораздо раньше. Для вас обоих.

– Вот только на больничной койке сейчас лежим не мы, – огрызнулся Торен, смело выдержав тяжелый взгляд Андора. – И не нам теперь жить с сильнодействующими препаратами до конца своей жизни.

– Верно. Там лежит тот, кому хватило ума с этим не связываться. – Лицо Андора посерело, заострилось и будто окаменело.

– А вам хватит ума не усугублять положение? – жестко рубанула тень в углу. – Или у обоих эго на корону давит?

В палате повисла гнетущая тишина. Казалось, сам воздух накалился, застыв на границе противостояния двух миров. Одно неосторожное слово, движение, даже взгляд – и в комнате разразится настоящая инфернальная буря.

Торен покачал головой:

– Я должен был порвать привязку гораздо раньше.

В густой тишине раздалось тихое рычание. Из противоположного угла палаты отделился сгусток тьмы и в мгновение ока оказался прямо перед Тореном. Он даже отреагировать не успел, не говоря уж о том, чтобы защититься.

Листера схватила его за грудки и приблизила к нему потемневшее от злости лицо.

– Ты вообще не должен был ее создавать! – прорычала она, пожирая оцепеневшего Торена почерневшими от едва сдерживаемой ярости глазами. – И уж тем более связываться с нами, – в ее голосе скользнула сиплая надломленность, – со мной. – И она умолкла.

Ее глаза посветлели, снова наполнившись серыми морозными льдинками, но полыхавшие в них злые искры ясно говорили о том, что Листера еле сдерживается. На ее шее пульсировало багровое кольцо – последствие неудавшейся попытки вернуться в Покров с неразорванной привязкой.

– Из-за меня вам обеим досталось, – горько произнес Торен и потянулся к ее шее, но Листера грубо оттолкнула его и отступила, закрыв нос ладонью.

– Убери от меня свою мерзкую жалость, смертный, – прошипела Листера. На ее лице застыло брезгливое выражение. – Если есть время и силы на никому ненужное раскаяние, лучше сосредоточься на том, что сейчас важнее всего. – Она кивнула на спящую Мелис. – Лучшее, что ты сейчас можешь для нее сделать, – это засунуть свою жалкую пародию на чувство вины себе в лаваш и придумать достойный план для спасения своей сестренки. Справишься?

Торен ошеломленно застыл.

Что-то в Листере определенно изменилось. Хрупкая, милая девушка, которая всего несколько часов назад весело улыбалась, неумело управляясь с гирляндами и мишурой, сейчас смотрела холодно, даже вызывающе. На ее бледном лице больше не было ни капли сомнения или замешательства, а в тихом голосе сквозила злая решимость.

Торен вздрогнул: в палате рядом со смертными снова находилось то самоуверенное, могущественное и вселяющее ужас безжалостное существо из Покрова, каким он ее впервые увидел в пентаграмме для вызова. И вот ведь забавно: почему-то именно это дерзкое, беспардонное и категоричное в действиях и суждениях существо придавало уверенности больше, чем заверения в светлом будущем всех медицинских светил.

Она, по крайней мере, не лгала.

– Я готов спуститься в Покров, если потребуется. – Торен протянул Листере широкую ладонь.

Листера окинула его пронизывающим взглядом и, зловеще ухмыльнувшись, ответила крепким рукопожатием.

– Годится.

– Прекрасно, – недовольно закряхтел Андор. – Теперь, когда вы снова поладили, эго может продолжить усугублять ситуацию?

Торен недовольно цыкнул, но Листера молча кивнула, крепко о чем-то задумавшись. Казалось, присутствие наглого цербера теперь ей не мешало.

– Прежде чем вы перейдете к осуществлению своего, несомненно, гениального плана, я бы хотел напомнить, Листера, – Андор подошел к ней, – что ты по-прежнему связана со смертным.

Торен нахмурился.

– Верно, – тихо произнес он, озадаченно глядя на левое запястье, – связку разорвать так и не получилось.

– Вообще-то, получилось, – хмыкнул Андор и явил свой хвост. Предварительно убрав острый серп и перехватив хвостом ладонь Торена, он поднес его запястье к глазам и принюхался: – По крайней мере, твою.

– Что ты имеешь в виду? – Торен недоуменно уставился на Андора, а затем, проследив за его взглядом, – на спящую Мелис. – Ты, должно быть, шутишь. И как бы она это сделала?

– Я ничего не утверждаю. – В тихом голосе Андора скользнула растерянность. Он отпустил руку Торена и спрятал хвост. – И уж точно не шучу. Но пока эта девочка не пришла в себя, точнее сказать не могу. Да и неважно, как это произошло. Сейчас важнее другое – привязку нужно разорвать.

– И как же ты предлагаешь это сделать? – взвился Торен и встал перед Андором, заслонив собой кровать, на которой отдыхала сестра.

– У меня много вариантов, – сверкнув глазами, многозначительно произнес цербер. – Но вряд ли они тебе понравятся.

– Если ты думаешь…

– Достаточно, – вмешалась Листера и встала между спорящими. – У нас нет на это времени. – Она кивнула на мерно пикающий монитор. – У нее нет времени. Поэтому нужно немедленно провести обрат, чтобы поскорее уничтожить помор. – Листера окинула невидящим взором разлившийся за окном мрак и сжала руки в кулаки: – И того, кто его навел, если потребуется. – Ее голос был полон мрачной решимости.

Андор и Торен разом умолкли и обескураженно посмотрели на Листеру. Она же разглядывала темноту ночного окна, ее глаза лихорадочно блестели.

– В таком ее состоянии? – первым опомнился Торен. – Это сложный ритуал, ты сама говорила. Мелис слишком слаба, чтобы его проводить и…

– Поэтому я проведу его сама, – кивнула Листера и подошла к окну. Ночной снегопад усилился. – И проведу я его в Закрестной земле. Там Мелис будет под абсолютной защитой от нашего мира и его обитателей.

– Ты? В Закрестной? – на этот раз возмутился Андор. Он снова явил миру смертных нервно подрагивающий хвост с острым кончиком. – Ты в своем уме, Листера? Ты ведь даже ступить туда не сможешь!

Она прикрыла глаза, словно прислушиваясь к тишине.

– Да, я в своем уме. Да, это будет опасно, – медленно, словно перебирая по пунктам, произнесла она. Затем повернулась к ошеломленному Андору. – И да, мне понадобится помощь.

Закусив губу, Листера медленно отошла от окна и приблизилась к церберу, легонько проведя ладонью по своим волосам, явила тонкие витые рожки.

– Мне понадобится ваша помощь, Андор вало Беард, – глядя ему в глаза, твердо произнесла Листера.

А затем, не дожидаясь ответа, она завела правую руку за спину, склонила голову и опустилась перед Андором на одно колено. Проведя ладонью по полу, где мирно покоился ее хвост во всю длину, она подняла левую кисть запястьем вверх и, по-прежнему не поднимая глаз, протянула ее Андору.

Торен ошеломленно наблюдал за каждым действием Листеры, не в силах ни пошевелиться, ни что-либо сказать. Он не знал, что все это значит, но подспудно догадывался, что подобный жест представлял собой полную покорность и беззащитность перед цербером.

А еще он прекрасно видел, с каким невероятным трудом ей это далось.

Торен на мгновение отвел взгляд. Не им было принято решение – не ему и возражать. Уж точно не в этом мире.

Похоже, Андор был озадачен не меньше Торена. По лицу цербера пробежала тень, а глаза хищно сузились. Какое-то время он изумленно взирал на стоящую на колене Листеру, затем шагнул и коснулся ее кисти. Медленно провел кончиком заострившегося когтя вдоль кожи тонкого запястья и чуть надавил в самый центр ее ладошки.

Листера не проронила ни звука, даже не пошевелилась. Губы Андора изломились в предвкушающей ухмылке. Склонившись, он обхватил ее руку и повернул запястьем вниз, а затем осторожно коснулся губами тыльной стороны ее ладони.

– В этом нет необходимости, милая Листера, – шепнул он, колыхнув морозным паром ее длинную косичку в волосах. – Мне это тоже выгодно. И все же… – Подавшись вперед, он подхватил Листеру за талию и с легкостью поднял. А затем, обвив ее фигурку своим хвостом, заставил ее прильнуть к своему телу. – Никогда – слышишь! – никогда больше ни перед кем не преклоняйся. – Он приблизился, практически касаясь губами беззащитной тонкой шеи Листеры. Торен дернулся, не зная, чего ожидать, но Андор вдруг отстранился. – Даже передо мной. Особенно передо мной. Хорошо?

Листера кивнула, податливо замерев в руках Андора. Казалось, ее мысли были полностью поглощены будущим ритуалом обратного вызова. По крайней мере, Торену очень хотелось так думать. Во что бы то ни стало хотелось верить в то, что непривычное для него смиренное подчинение было следствием именно ее глубокого погружения в предстоящую работу, а не чем-то большим. Чем-то, чего Торен пока не видел, но явственно ощущал. Чего-то нового, едва уловимого, но, несомненно, зарождающегося. И миру Торена уже не принадлежащего.

Неожиданно изящные рожки Листеры посветлели и их окутала перламутровая дымка. Затем от их тонких кончиков и до самого основания вдоль витиеватых углублений побежали, вспыхивая и мерцая, яркие морозные искорки.

Торен даже рот открыл от изумления. Это было завораживающее зрелище. Ровно до того момента, пока Торен не заметил точно такие же искры на массивных, загнутых назад рогах Андора. И скользили они уже в обратном направлении: от основания рогов к их кончикам. Чтобы в последующем переместиться на рожки Листеры.

Сомнений не оставалось: Андор творил какое-то особое, церберовское колдовство. И направлено оно было на Листеру.

На его, Торена, инферию.

– Я могу поинтересоваться, в чем именно заключается твоя выгода, Андор? – недовольно спросил Торен, скрестив руки на груди и неотрывно следя за нежно поглаживающим талию Листеры кончиком церберовского хвоста.

Она вздрогнула и уперлась кулачками в грудь помрачневшего Андора. Искры на их рогах пропали, и он нехотя отпустил инферию из хвостового захвата.

– Ты ведь подозреваешь кого-то конкретного, не так ли, Листера? – Андор склонил голову, с интересом наблюдая за ней. – Иначе ни за что бы не попросила помощи у цербера. Не тот характер.

– Ты бы ни за что не согласился помочь, не догадывайся ты сам об этом с самого начала, не так ли, Андор? Не тот статус, – парировала она и, бросив взгляд на Торена, смущенно отстранилась от цербера. – Но все это пока только догадки, так что…

– А можно мне все-таки узнать, о чем именно вы сейчас говорите? – хмуро осведомился Торен, внимательно следя за главным источником своего раздражения. – Не стоит забывать, что моя сестра к этому причастна.

Сумеречные мрачно переглянулись. Листера поджала губы.

– Мы говорим о демоне, Торен. О высокоранговом демоне, если быть точнее.

Торен удивленно моргнул и уставился на Листеру.

– Да ты, должно быть, шутишь, – выдохнул он, побледнев. И даже отступил к койке, словно ожидал, что упомянутый демон вдруг возьмет да и ворвется в палату.

– Хотелось бы, – уныло протянула Листера и заслонила ладонью глаза, словно в немом желании закрыться от собственных слов, которых сама же и страшилась. – На самом деле я не уверена, так что не будем напрягаться раньше времени. Возможно, я просто преувеличиваю.

– Ой, да брось, Листа, – вмешался до этого внимательно следивший за ней Андор, – не нужно пытаться оправдать демоницу только потому, что она твоя Покровительница.

– Я не пытаюсь ее оправдать. Я пытаюсь ее не обвинить, – парировала Листера. – У нас нет никаких доказательств, что она имеет ко всему происходящему хоть какое-то отношение. Иначе ты бы уже здесь не стоял. – Она многозначительно уставилась на Андора, и тот согласно кивнул.

– Одних предположений явно недостаточно, чтобы я смог пустить в ход ошейник и браслеты.

– Подождите, стойте. Одну… минуточку. – Растерянный и обескураженный Торен медленно подошел к сумеречным. – То есть вы сейчас хотите сказать, что моя Мелис, возможно… одержима демоном?

– Нет, ты что! Совсем нет! – замахала руками Листера. – Она абсолютно точно не одержима.

– Будь это так, я бы уже заметил. – В голосе Андора послышалось сожаление. – И определенно не сидел бы сложа руки в ожидании, когда же Листа решится озвучить очевидные факты.

– Какие еще факты? – устало спросила Листера, пытаясь как можно незаметнее прислониться к подоконнику.

– Ну, во-первых, – принялся загибать пальцы Андор, – первоклассное проклятие, на которое способен высокоранговый демон.

– То, что я не смогла определить помор, вовсе не делает его первоклассным.

– Во-вторых, – уверенно напирал Андор, – меморий с твоим именем, о котором знает только твоя Покровительница, потому что она же тебя и нарекла.

– И совершенно не обязана хранить это в тайне, – отмахнулась Листера, взгляд которой все чаще скользил по стульям, столам и другим пригодным для сидения поверхностям.

– И, наконец, факт свершившегося призыва именно тебя именно в эту семью с именно таким сложным проклятием. Только не говори, что все это лишь совпадения.

– Совпадения, притянутые за рога. В конце концов, ты сам сказал, что не обнаружил ни ее эфира, ни Крифты.

– То, что мы не обнаружили Крифту, вовсе не значит, что контракта не было.

– Крифта? – снова вмешался Торен, крайне недовольный тем, что перестал улавливать суть беседы еще с «Покровительницы».

– Артефакт, который содержит в себе подтверждение заключенного контракта между смертным и предвечным, – пояснила Листера и вынула из кармана толстовки ангелочка. – Эта вещь явно содержит в себе следы инфернального воздействия. Но чье именно воздействие, я понять так и не смогла.

– Как и я. – В голосе Андора отчетливо послышались недовольные нотки уязвленного самолюбия. – Что снова возвращает нас к выводам о причастности высокорангового демона, способного скрыть свой эфир даже от цербера.

– Кто бы это ни был, – кивнула Листера, сжав ангелочка в ладонях, – этот предвечный очень силен.

– В этом я с тобой полностью согласен, – улыбнулся довольный Андор. – Рад, что ты все-таки осознаешь, с кем можешь столкнуться. Но в таком случае, – он приблизился к Листере, – возникает другая проблема.

Она тихо заскрежетала зубами и повернулась к Андору:

– Какая еще проблема?

– Я – твоя проблема, Листа. Твой эфир на пределе и…

– Нет, Андор, он – моя проблема. – Раздраженная донельзя Листера махнула рукой в сторону Торена, – А ты – неожиданный, как прошлогодний сувенир, и скоропостижный, как геморрой, катаклизм.

Андор скривился и повернулся к Торену.

– Я так понимаю, это мне тоже лучше не уточнять?

Прикрыв губы рукой, Торен утвердительно кивнул и поспешил отвернуться.

– Понятно, – недовольно процедил Андор, но решил сосредоточиться на более насущном вопросе. – Состояние твоего эфира оставляет желать лучшего, Листа. Тебе нужно поесть. – Андор вдруг повернулся к Торену. – Не желаешь помочь?

– Андор! – В голосе Листеры лязгнуло предупреждение.

– А почему нет? – искренне поинтересовался Андор, приближаясь к застывшему в недоумении Торену. – Ради его же сестры стараемся.

– Вало Беард! – Предупреждение приобрело оттенок угрозы.

– Ей ведь не нужно много. – Андор, казалось, не слышал. Его хвост, словно живой хлыст, обвил шею Торена. – Считаю, что за все те испытания, которые ты обрушил на голову Листе, ты просто обязан накормить ее.

– Я не против.

Андор и Листера застыли, а затем, удивленно переглянувшись, дружно уставились на мрачного Торена.

– Я не возражаю, Листа, – уверенно повторил парень, расстегнул три верхние пуговицы рубахи и благосклонно оттянул воротник. – Если тебе это действительно нужно…

– Да ты… Ты совсем уже? – Казалось, Листера сдерживалась из последних сил, чтобы не выругаться на нерадивого смертного. – Ты бы еще соломинку вставил! Совсем мозги остыли?

– Видишь, он сам этого хочет. – В издевке Андора причудливо смешались крайнее изумление и искреннее уважение.

Цербер даже убрал хвост, предоставив Торену полную свободу действий.

– Зато я не хочу! – рявкнула Листера, рубанув воздух рукой. По палате пронесся ветер, от которого задребезжали стекла. – Меня тошнит от твоего эфира, ясно? – Она коснулась своей груди ладонью и с силой сжала руку в кулак, смяв под пальцами толстовку. Затем подняла пылающий взгляд: – Если честно, от вас обоих уже тошнит.

И исчезла во мраке.

Парни ошеломленно переглянулись, но тут же отвернулись в разные стороны. Первым пришел в себя Андор.

– Не понимаю, – сипло произнес он в пустоту. – Что же в тебе такого особенного, что она так привязалась?

– Думаю, я тут вообще ни при чем, – тихо ответил Торен и посмотрел на Мелис. – Похоже, между ними чуть больше общего, чем я думал. А как насчет тебя, Андор? – Он кивнул церберу. – Почему ты все еще здесь?

Андор скрестил руки на груди и мрачно уставился на Торена.

– Что ты имеешь в виду?

Торен кашлянул в кулак и присел на краешек стула у кровати сестры.

– Ты ведь не просто так все это время возле нее трешься.

– Я здесь для того, чтобы найти нарушителя заветов, понятно? – отрезал Андор, сверля взглядом спину Торена.

– Тогда почему ты медлишь? – спокойно осведомился он, будто только и ждал этого вопроса. – Ты с самого начала мог разорвать все ее привязки и забрать с собой в Хейм. Тебе же наплевать на нас, смертных, не так ли? – с вызовом бросил Торен, развернувшись.

– Именно, – подтвердил сбитый с толку Андор.

– Но тебе не наплевать, что думает она. И тебе абсолютно не все равно, где она сейчас и что с ней, верно? – тихо спросил Торен и снова повернулся к сестре. – Вот поэтому я спрашиваю тебя: почему ты все еще здесь?

Андор не ответил.

– Мы еще не закончили, смертный.

– Как скажешь, – устало вздохнул Торен и закрыл глаза. – Просто помоги ей.