Мы прокрались к двери и осторожно выглянули в коридор. Он пустовал. Жужжание камер, впрочем, свидетельствовало о том, что за нами наблюдают.

– За нами следят, – шепнул я Сандро.

Тот кивнул и тихо ответил:

– Знаю.

– Какие же вы умные детки, – раздался откуда-то громкий голос.

Я сжался от страха, а Сандро показал на закреплённый на потолке коридора громкоговоритель. Рядом с ним я различил маленький микрофон.

«Ну конечно», – пронеслось у меня в голове. Вполне логично предположить, что за нами не только подсматривают, но и подслушивают.

– Мы бы хотели с вами поговорить! – объявил Сандро.

Я с изумлением уставился на него.

– Думаешь, идея хорошая? – спросил я.

– А у тебя есть план получше? Он ведь и так всё время видит нас и слышит. Поэтому мы можем сразу перейти к делу. Действовать втихаря при камерах всё равно бесполезно.

«Ничего подобного, а как же кухня?» – хотел возразить я.

Но вдруг дверь в конце коридора (оказывается, у него был конец) отворилась, как по мановению волшебной палочки.

Мы на цыпочках направились к ней, но остановились на некотором расстоянии.

– Можно уточнить, поскольку нам надо знать, что нас ждёт: вы вообще человек? – спросил Сандро.

– Ха-ха-ха! – эхом прокатилось по коридору. – Сейчас и выясните.

Я остолбенел.

– Что он имеет в виду? – прошептал я, вспоминая монстра из сна.

– Либо он не человек, либо переодевается, чтобы никто не догадался. Либо ему самому толком неизвестно, – тихо ответил Сандро.

– Почему? – спросил я.

– Если тебе с детства говорят, что ты таковым не являешься, ты постепенно начинаешь в это верить, – ответил Сандро непринуждённым тоном.

Но я продолжал теряться в догадках.

И тут открылась предпоследняя дверь. Противный скрип разнёсся по коридору, и по моей спине пробежали мурашки. Я был готов ко всему. Здесь мы успели понять, что реальность может оказаться ещё ужаснее, чем самые страшные кошмары.

Однако мы увидели обычный сервировочный столик, который катила перед собой девочка, похожая на горничную в отеле. Скрип издавали колёсики.

На столике высились аккуратные стопки белой одежды, девочка тоже была одета в белое. Она была высокая, с тугим пучком и зеленоватым лицом. Я с трудом узнал её без привычных юбок с розовыми лентами и вьющихся рыжих локонов.

– Принцесса! – закричал я. – Вот ты где!

Я хотел обнять её, хотя обычно не веду себя подобным образом. И вдруг остановился. Как громом поражённый. Взгляд Принцессы, хоть и направленный в нашу сторону, ничего не выражал. Лицо оставалось совершенно бесстрастным, не считая довольной улыбки, такой, какая блуждала на лице каждого ребёнка в школе.

И глаза её уже не сияли, как звёзды. Она прокатила мимо нас скрипящий сервировочный столик, бросила короткое «привет». И скрылась в одной из спален.

– Она нас не признала, – сказал Сандро.

У меня появилось такое чувство, будто в груди образовалась огромная дыра, которая засасывала меня внутрь.

– Курт! – Сандро коснулся моей руки. – Эй, Курт, пожалуйста, не плачь. Ей ведь тоже давали дурацкий чай, ты же в курсе, да?

Сандро старался успокоить меня, и я понимал, что он прав. Но у меня было ощущение, что любые наши старания теперь бессмысленны.

– Она никогда больше не будет играть с нами, – всхлипнул я. – И возможно, мы отсюда никогда не выберемся.

– Курт, прекрати немедленно! – Сандро положил руки мне на плечи и покачал меня из стороны в сторону. – Нам нельзя сдаваться. Мы должны верить в то, что у нас получится. Нам же нужно спасти мир. Ты что, забыл?

Нет. Я не забыл, но в какой-то момент мне стало всё равно. И мне захотелось домой.

В тот дом, каким он был раньше, ещё до того, как нагрянула беда.

– Давай схватим Принцессу и сбежим отсюда вместе! – тихим голосом предложил я.

Сандро молча смотрел на меня.

– Я бы смог её не очень сильно ударить, так, чтобы ей не было больно. А ты мог бы её понести. Ты достаточно сильный, – убеждал я друга.

– Принцесса выше меня, и она тоже сильная, – заметил Сандро. – Она будет защищаться. Тебе же известно, каким становится человек, если его разозлить. А Принцесса и не на такое способна. Да и куда мы побежим?

– Вперёд. Может, наткнёмся на дверь, которая ведёт наружу, – пробормотал я.

– После того, что мы пережили, не думаю, что мы легко выберемся отсюда, – произнёс Сандро. – Курт! – Он потряс меня за плечи. – Давай найдём ответственных за этот беспредел и призовём к ответу.

Я посмотрел на Сандро. Его взгляд был не таким решительным, как голос. К тому же на белом свитере красовалось пятно от соуса в форме Африки. Я различил даже экватор, как раз в том месте, где он должен быть, проходила складка от глажки. Когда Сандро умудрился испачкаться? Мы ведь ничего не ели.

Я вздохнул. Я должен взять себя в руки. Сейчас были вещи поважнее, чем мысли о пятнах от соуса.

В итоге мы уставились на открытую дверь в конце коридора, подошли к ней и переступили порог комнаты.

Дверь громко захлопнулась. Ничего не поделаешь, это случилось с нами снова.

Мы огляделись, на стене напротив висело двадцать мониторов. На всех были запечатлены мы, двадцать пар идущих по коридору нас.

Затем на мониторах появилась запертая дверь. Теперь мы находились вне зоны действия камер, в аппаратной. И тут должен был находиться тот, кто организовал всё, что происходило в течение четырёх недели.

Однако никого не было. И мы стали ждать.

Экраны коротко моргнули и продемонстрировали различные места, которые были нам знакомы. Эти участки мы преодолели во время путешествия по подземному миру.

Были здесь и низкий земляной тоннель, и высокое сводчатое помещение с кристально-чистой водой, и узкий проход, и комната старухи.

Тритониха сидела за столом и шила плащи.

На одном из мониторов я увидел помещение, в которое нас смыло потоком воды. А затем другое – низкое и вонючее. Как я и предполагал, камеры могли снимать и в темноте. Я отчётливо различал ящериц и тритонов, саламандр и червей. Они сидели в куче и глазели перед собой. Выглядели они довольно грустными. Может, им было весело с нами, и теперь они расстроились, что мы быстро сбежали. Я чуть не рассмеялся.

– Вода и стены светятся! – Сандро вырвал меня из задумчивости. – Раньше я такого никогда не видел. Наверное, какой-то светящийся грибок.

– Бактерии, – произнёс высокий голос.

Мы испуганно вздрогнули. Ведь мы-то думали, что находимся в помещении одни.

Но вдруг кресло, стоявшее за столом, крутанулось вокруг себя, и мы вытаращились на сидевшего в нём человечка, одетого в белое и с лохматой бородой.

Я уставился на него. Я приготовился к любым монстрам подземного мира, к мерзкому тритону или противному крысолюду, тритонообразной старухе или к огромной говорящей жабе.

Но маленького бородатого мужчину с голубыми глазами я точно не ожидал увидеть.

– Добрый вечер, – запинаясь, проговорил Сандро.

– Доброе утро, мой мальчик. Оно сейчас как раз настало. Ну а вас зовут Курт и Сандро. Моё имя – профессор Колосс, – сказал мужчина и улыбнулся.

– Доброе утро, – озадаченно ответил я.

Для того, кто грозил уничтожить весь мир, он выглядел слишком милым.

Но внезапно с потолка на нас упала сеть. Профессор Колосс поймал нас!

Теперь всё выглядело логичным. Мы попытались освободиться и, как безумные, замолотили руками и ногами. Но в результате ещё больше запутались в сетке. А отовсюду появились крысы в карнавальных шапочках. Я слышал, как они возбуждённо свистят и пищат.

Грызуны схватили края сети голыми розовыми лапками и замотали нас покрепче.

– Нас поймали! – охнул Сандро.

Сейчас я бы с удовольствием позвал на помощь.

– Наверное, звать на помощь сейчас совершенно бессмысленно? – уточнил я у профессора Колосса.

– Да, мой мальчик, ты прав. Но, вероятно, настолько же бессмысленно было бы спрашивать вас, не желаете ли вы выпить чая? – ответил низенький человечек с высоким голосом и лохматой бородой.

– Мы ни за что не будем пить ваш чай! – сердито воскликнул Сандро.

– М-да, – вздохнул профессор Колосс, хоть и несколько грустно. – Так я и думал. Унесите их! – визгливо приказал он.

Крысы подняли нас, протащили через дверь в коридор и куда-то поволокли. Из-за того, что они были нормального размера, выглядело это так, будто мы парим над полом.

– Никто нам не поверит, – простонал Сандро.

– Естественно, – подтвердил я.

В какой-то момент крысы положили нас на пол и принялись грызть сетку. Я увидел комнату с двумя двухэтажными кроватями. Больше никакой мебели не было.

Повернув голову, я обнаружил, что у помещения три стены. Вместо четвёртой имелась решётка, сквозь прутья которой я различил коридор. Похоже, мы очутились в тюрьме из какого-то вестерна.

Крысы в шапочках убежали. Нам понадобилось некоторое время, чтобы окончательно выпутаться из надгрызенной сетки. К тому моменту решётка уже была накрепко заперта.