Было еще очень рано, и Ариэль сидела в кровати, перечитывая сообщение, которое она только что написала Тьерри Грандье.

Не большой дом, не машина последней модели и не дизайнерская одежда радовали Людо по-настоящему, а вот такие выезды со мной и с детьми в любимые места любимого города. В моих силах продолжать ездить туда с детьми, и тогда он снова с нами. В память о Людо – подумайте.

Она прикрепила вчерашнюю фотографию близнецов, гоняющих игрушечную яхту в Большом Бассейне Люксембургского сада, и нажала «отправить».

Теперь жребий брошен, и ей предстоит разбираться с последствиями. Потому что больше она не боится. Ни их, ни Велла, ни даже собственных сомнений.

А спусковым крючком послужила ее стычка с Велла. Его подлые действия фактически были абсурдным актом самовредительства, его занесло так, как никогда прежде. И стало ясно, что ситуация с Грандье очень похожая. Если бы они хотели установить более теплые отношения с близнецами – могли бы просто поговорить с Ариэль, обсудить, как нормальные люди. А они явились завоевателями, старались подчинить ее своей воле. Как они могли так обмануться? Только сильнее осложнили себе жизнь. «В суде дело против них у тебя будет абсолютно выигрышное, – сказал ей Даниэль, провожая ее в Люксембургский сад, куда они отправились, оставив за прилавком успокоившуюся Ромен. – Точно так же, как против этого мерзавца Велла, если захочешь».

Ей не хотелось тащить Велла в суд, хотелось только, чтобы перестал к ней цепляться. Даниэль сказал, что не удивится, если Велла выставит магазин на продажу – слишком многие на рынке теперь питают к нему недобрые чувства. Но уж точно закроет в этот день лавочку пораньше. Вызывать в суд Грандье Ариэль тоже не собиралась, как и не хотела, чтобы они исчезли насовсем. Как бы там ни было, они все же дедушка и бабушка ее детей и им нужно дать еще один шанс.

Снова взяв телефон, она набрала новое сообщение – на этот раз Даниэлю.

Не жду от тебя ответа, потому что ты, наверное, еще спишь, но с огромным нетерпением жду сегодняшнего вечера.

Это был еще один результат происшествия на цветочном рынке: Ариэль поняла, что на этот раз время для колебаний кончилось.

Ответ пришел почти сразу.

Я тоже. Не знаю, как смогу прожить все эти бесконечные часы до нашей встречи.

Ариэль послала ему сердечко и снова опустилась на подушку, закрыв глаза. Ее сердце наполнилось счастьем, и она даже не успела понять, что снова засыпает, пока в дверь не постучали дети. Потом они вошли. Луи осторожно нес чашку кофе, Алиса держала тарелку со свежим круассаном.

– Что случилось? – спросила Ариэль, садясь и улыбаясь им навстречу. – Сегодня же не День матери и не мой день рождения?

– Нет конечно, – ответила Алиса несколько презрительным тоном. – Тетя Полина сказала: она не знает, проснешься ли ты вовремя, чтобы успеть нормально позавтракать, так что мы решили помочь.

Луи поставил кофе на ночной столик.

Ариэль взяла телефон и посмотрела время. Действительно, она слегка припозднилась, и если она не поторопится, то опоздает на поезд. Но Ариэль сказала:

– Давайте посидите со мной, пока я буду есть ваш чудесный завтрак. Вы-то уже позавтракали?

– Сто лет назад, – ответила Алиса, но на круассан глянула с вожделением.

Ариэль улыбнулась и разломила его на три части. Две дала близнецам – те взяли их с удовольствием.

– Ну что, мои хорошие, будете вечером вести себя хорошо? – спросила она и глотнула кофе – к счастью, еле теплый.

– Мы собираемся хорошо повеселиться, – сказал Луи. – Когда тетя Полина заберет нас из школы, то поведет в парк смотреть на уток. Мы туда иногда ходим.

– И еще она купит нам мороженое, – добавила вечно голодная Алиса.

– Так что ты, мама, за нас не волнуйся, – серьезно сказал Луи.

Ариэль крепко обняла обоих.

– А я и не волнуюсь, дорогой. Я знаю, что вам с тетей Полиной будет очень здорово. А завтра вы мне обо всем расскажете. А я вам расскажу про пасеку, на которую сейчас поеду.

Прихватив сумку с вещами для ночевки, она впритык успела на поезд и появилась у магазина как раз ко времени открытия. Велла вообще не было видно, магазин его весь день так и стоял закрытый.

Может быть, предсказание Даниэля сбудется раньше, чем они ожидали.

Утро прошло быстро, туристы шли толпами, и она была так занята, что едва находила время подумать. Вскоре после обеда появилась Шарлотта, и они немного поболтали. Шарлотту, похоже, очень заинтересовала пасека, и она попросила Ариэль прислать ей фотографии, что та с радостью пообещала.

День стал подходить к концу, толпа редела, а нетерпение Ариэль превратилось в нервную дрожь. Когда время подползало к пяти, она уже разве что не прыгала от нетерпения.

Даниэль прибыл как раз, когда она закрывала магазин. Он был одет в джинсы, несколько неожиданную рубашку в крупный цветок и с коротким рукавом, а на спине у него был рюкзак. Выглядел он свежим и довольным.

– Привет! – поздоровался он с улыбкой. – Готова?

Ариэль улыбнулась в ответ, и нервную дрожь как рукой сняло.

– Конечно. Идем?