Недолго думая, я пошла в кабинет Айдара, где остался Князев. К счастью, он еще не ушел в свою комнату и не погрузился в самобичевание. Пока семейство Алибековых выясняет отношения, нам стоит поговорить с Тепляковым.

Я тихо постучала в проем открытой двери и осторожно вошла в кабинет, направляясь к ноутбуку.

Князев даже не отреагировал — его взгляд был прикован к экрану, и этот абсолютный фокус напоминал мне: если он чем-то увлекся, то пиши пропало.

— Йес, я это сделал, — вдруг радостно воскликнул он.

— С чем поздравить? — усмехнулась я.

Он наконец-то поднял на меня глаза — в них плескалась безмерная радость, словно он выиграл миллион.

— Понимаешь, я очень боялся, что Упоров доберется до сейфов, — пустился он в объяснения. — Так как у него было столько времени, он вполне мог найти нужные электронные коды.

Ничего не понятно, но очень интересно.

— Понимаешь, обычные кодовые замки — это прошлый век, — продолжал он объяснять мне чуть ли не на пальцах. — Я как-то разрабатывал электронную систему для одного банка. И точно такую же запустил у себя дома.

— То есть твои сейфы практически невозможно открыть? — уточнила я.

— Теоретически да, — как-то неуверенно произнес он.

— Очень интересно, а практически? — ухмыльнулась я.

Он опустил руки и вытер вспотевшие ладони о штанины.

— На любой замок и систему есть свой умелец, но мою систему можно было обойти, а сейчас я смог сделать так, что просто заблокировал систему, — улыбнулся он какой-то безумной улыбкой.

Тут не хватает только злодейского смеха.

Да, как мало нужно для радости некоторым индивидам.

— Получается, что сейфы не сможет открыть никто, даже ты? — уточнила я.

— Да нет же! — воскликнул он. — Теперь все, что лежит в сейфах, можно достать, только если их вскрыть физически. Но думаю, что Упоров не посмеет этого сделать, пока Ирина в доме.

Вот именно, пока Ирина в доме, балбес.

— Позволь спросить, а как думаешь, много времени понадобится Упорову, чтобы довести Ирину до сумасшествия или до сердечного приступа? — язвительно спокойно спросила я.

Князев молча хлопал глазами, то открывая, то закрывая рот.

— Да, Иван, ты не подумал о безопасности своей супруги, которая сейчас лежит, словно овощ в торговой лавке, а рядом ее сестра — такая же беспомощная и испуганная. Пойми, это не игрушки. Этот человек готов на все ради своей цели. Я вообще удивляюсь, что Ирина до сих пор жива, — выпалила я.

Он откинулся на спинку стула, закрыл глаза. На мгновение замер — но не позволил себе упасть в слабость.

Опять я переборщила с эмоциями.

Да и плевать. Пусть думает, прежде чем что-то делать.

Князев сжал челюсти до скрипа — я услышала это даже на расстоянии.

Он едва сдерживал эмоции, но удержался.

Я налила стакан воды — звук жидкости, переливающейся по стенкам, разрезал тишину — и молча протянула его Князеву.

Он взял стакан — руки слегка дрожали — и начал пить быстрыми, прерывистыми глотками.

— Взял себя в руки? Отлично. Тогда слушай: или ты начинаешь бороться, или продолжаешь сидеть и жалеть себя. Другого не дано.

Я развернула ноутбук к нему, так чтобы он видел лежащую Ирину.

— Смотри. Это на твоей совести. Не Упоров, не Тося. Ты своим бездействием добиваешь женщину, которая тебя до сих пор любит. Не пойму только, за что.

Он смотрел в монитор, и губы его все еще подрагивали, но слезы уже не текли.

— Хорошо. А теперь нам нужно срочно связаться с Тепляковым. Что ты будешь ему говорить или обещать, мне фиолетово, но ты должен уговорить его ехать с нами в Тарасов. Ты меня понял? — Последнюю фразу я просто по слогам сказала ему в лицо.

— Понял, — тяжело вздохнул он.

— Действуй, — сказала я и все же решилась пойти на кухню, где, судя по тишине, либо мир, либо лежат два трупа.

Кухня встретила меня идеальной чистотой — ни крошки на столе, ни намека на беспорядок. Единственным звуком было медленное, размеренное тиканье настенных часов — словно время здесь остановилось.

Понятно: поссорились и разбежались по норам.

Но мне важно было понять, зачем заходил ко мне Айдар.

Наверх он не поднимался — значит, нужно искать во дворе.

Выйдя на веранду, я огляделась. Картина — полдень. Начинающийся зной чувствовался здесь особенно остро, будто солнце прицелилось именно в эту точку мира.

Повернув голову вправо, я увидела: в кресле, опутанном плющом, где обычно сидел Князев, теперь устроился Айдар.

В руках Айдара все та же фотография, только потрепанная.

Неаккуратно вы как-то, молодой человек, с памятной фотографией.

Я медленно подошла к нему и присела напротив в ротанговое кресло.

Айдар сидел с закрытыми глазами, лицо было бледным, а на лбу выступили капельки пота — и, боюсь, это не от жары.

— Айдар, — решила я подать голос. — Ты в порядке?

— Более чем, — процедил он сквозь зубы, все так же не открывая глаз.

Мда. Один срывается, второй на пределе. Что с вами делать?

Я встала и пошла на кухню. Так… где здесь кофе?

Быстро сориентировавшись, нашла все необходимое. Мешочек с зернами оказался почти пуст — ерунда, на три чашки точно хватит.

Засыпала зерна в кофемолку и с особым удовольствием покрутила ручку.

Казалось, она перемалывает не только кофе, но и все накопившиеся нервы — сотрясая дом, будто маленькое землетрясение, способное привести его обитателей в чувство.

Пока варился кофе, я стояла у плиты, ловя моменты блаженства.

Ни тебе слез, ни криков, ни трупов.

Только я и кофе.

Достала три чашки. Недолго думая, положила по три кусочка сахара в чашки Айдару и Ивану — им явно это необходимо.

Свой кофе оставила без сахара. Терпкий, горячий.

Мне нужна энергия, а не углеводы.

Расставив чашки на подносе, я понесла его на веранду.

Подойдя к лестнице, крикнула, не церемонясь:

— Князев! Не уснул там? Живо на веранду. Есть разговор.

Услышав шум сверху, я удостоверилась, что Князев меня услышал, и продолжила свой маневр на веранду.

Айдар все так же сидел в кресле, но теперь с открытыми глазами.

Ага, значит, не все потеряно.

Я молча поставила перед ним чашку кофе. Одну оставила на подносе, а сама, устроившись в кресле, взяла свою и с удовольствием сделала глоток.

Айдар тоже пригубил — и чуть скривился.

— Помешай, сахар я тебе добавила, — сказала я.

Он молча подчинился, размешивая сахар, но продолжал о чем-то думать. Или на кого-то злиться. Тоже вариант.

Вскоре на веранду притопал Князев, плюхнулся в кресло и с подозрением глядел то на меня, то на Айдара.

— Пей кофе, остынет, — коротко сказала я.

Сильный ветер проносился по открытой веранде, обдавая нас летним жаром. Казалось, у него была своя цель — высушить нас и превратить в мумии.

Я допила свой кофе, наблюдая за молчаливыми спутниками.

Так. Похоже, придется снова брать все в свои руки.

А то застрянем в этом болоте надолго.

— Иван, ты дозвонился до Теплякова? — Резко, по-деловому.

Нечего с ними сюсюкаться. Я не мамочка.

— Да. Алексей согласен ехать, — кивнул он. — Только найдет, с кем оставить маму.

Отлично.

— Айдар, что тебе сказал Папазян? — повернулась я к нему, говоря все тем же тоном.

Он поставил чашку на стол и, немного помолчав, произнес:

— Ты хороший стратег, Татьяна. Знала, что он сможет адекватно выслушать меня. Сегодня вечером выходим на связь в телеграм-канале.

Что это… похвала от мужчины? Удивительно.

Ну что же. Если Мельников до сих пор мне не позвонил, значит, он еще не в курсе «воскрешения» Князева.

А значит, у нас есть немного времени — привести в порядок нашу маленькую команду.

Иначе Мельников их просто размажет.

А мне кисель не нужен. Мне нужна поддержка.

— Значит, у нас есть время понять, как будем действовать в Тарасове после прохождения таможни, — резюмировала я. — Айдар, может, не вовремя, но все же… Сопроводи нас. Лишняя пара крепких рук и умная голова нам точно не помешают.

Не ожидавший такого поворота, Айдар рефлекторно кивнул.

— Замечательно. Надеюсь, проблем не будет и у мамы отпрашиваться не нужно, — не удержалась я.

Но Айдар не повелся на провокацию, спокойно посмотрел мне в глаза:

— Не беспокойся, Татьяна. Свои семейные дела я уже утряс.

Ну и отлично.

— После того как мы вернемся в Тарасов, мне нужно попасть домой, — глухо произнес Иван.

— Но ты рискуешь быть увиденным, — начала было я, но он поднял руку, остановив меня:

— Вот тут мне и нужна ваша помощь. Главное — попасть в дом. А дальше я проберусь в комнату, откуда обычно веду наблюдение за всем участком. Об этом месте знаем только я и Ирина. Себя не раскрою, — пояснил он.

— Что ты намерен делать? — спросила я, с любопытством глядя на него.

Князев нахмурился и крепко сжал кулаки, будто собираясь с духом.

— Я долго думал, кто может стоять за этой историей. Ответа пока нет. Но… есть Упоров. Он хозяйничает в моем доме и явно хочет добраться до содержимого сейфов, — произнес он. — Надо признать: я струсил. Испугался неизвестности. И оставил ту, что любила меня таким, какой я есть. Без денег, с тараканами в голове. Она даже готова была взять мою фамилию — несмотря на ее… неприглядность.

Гнилин, да ты вырос до Князева. Молодца.

— Что ж, план хороший. Тем более если Тоси нет, то Упоров — единственная ниточка, которая может нас вывести к развязке, — поддержала я. — Но все-таки: что ты собираешься делать?

Князев поднял на меня глаза и широко улыбнулся:

— Таня, тебе это точно понравится.