Находившийся со времени убийства Распутина в Царском Селе император Николай II едва ли не в день возникновения в столице беспорядков возвратился в Могилев.

О размерах и течении возникших волнений он вначале получал от военного министра того периода времени генерала Беляева ряд успокоительных телеграмм, почему происшедшие волнения и не внесли в жизнь Ставки на первое время какой-либо особой тревоги. За последнее время беспорядки и забастовки были довольно обычны.

«Повелеваю завтра же прекратить беспорядки в столице», – телеграфировал царь из Ставки в Петроград 10 марта.

Однако уже на следующий день великий князь Михаил Александрович, случайно оказавшийся в Петрограде, сообщал своему брату императору Николаю II о том, что положение в столице становится грозным и что М.В. Родзянко и другие лица уговаривают его принять на себя регентство в столице.

Наконец, еще через день в Могилев посыпались из Петрограда очень тревожные вести от князя Голицына, нового председателя Совета министров, и М.В. Родзянко о том, что опасность угрожает не только столице, но также стране и династии.

Вместе с тем ходатайствовалось о присылке в Петроград подкреплений из Ставки и особого лица, наделенного широкими полномочиями.

Застигнутый, таким образом, неожиданностью, император Николай II решает для восстановления в столице порядка командировать в нее с диктаторскими правами генерал-адъютанта Иванова, бывшего главнокомандующим войсками Юго-Западного фронта, а в то время состоявшего в Ставке при особе государя. Одновременно с этим в Ставке объявили об отъезде государя наступающей ночью в Царское Село.

Вместе с генералом Ивановым в столицу решено отправить находившийся при Ставке Георгиевский батальон. Батальон этот был сформирован для охраны царской резиденции в Могилеве исключительно из заслуженных георгиевских кавалеров. Вследствие тщательного отбора офицеров и солдат он считался безукоризненно твердым и в качестве такового подлежал отправлению в столицу. Независимо от того Ставка сделала со своей стороны распоряжение о том, чтобы в состав войск генерала Иванова немедленно командировали от каждого фронта (исключая Румынский) особые отряды из наиболее прочных частей войск.

Однако действия генерала Иванова вылились в чрезвычайно нерешительные формы: его поезд не пропустили в столицу, а следовавшие к нему отряды войск к моменту развязки частью запоздали, частью же не дошли до своего назначения, будучи распропагандированы в пути.