Чжу Вансян закончил завтракать, провёл по губам салфеткой и откинулся на спинку стула, складывая руки на коленях. Наполняющий покои солнечный свет навевал дремоту. Чжу Вансян помигал глазами, прикрылся рукавом от наиболее настырного солнечного луча.

Старший слуга, заметив это, прикрыл ставни:

– Господин Чжу, если у вас болят глаза, дворцовый лекарь может вас осмотреть.

«Они на каждое моё движение будут реагировать?» – подумал Чжу Вансян не слишком довольно. Внимательность слуг напоминала ему то, как с ним вели себя родственники: предупредительно, боясь лишний раз разволновать.

В покои между тем занесли дорожные сундуки. Приказы «тени» императора исполнялись незамедлительно.

Чжу Вансян поглядел на них и пробормотал:

– Он так уверен, что император позволит мне остаться во дворце?

Старший слуга расслышал и сказал доверительно:

– Как же! Да ведь господин Ван… – понижая голос, начал он и наклонился к уху Чжу Вансяна, чтобы, надо полагать, поведать ему какую-то тайну или, вероятнее всего, сплетню.

И тут в покои вошёл Ван Жунсин. Представшая его глазам картина привела его в бешенство. Он замахнулся и отвесил старшему слуге такую оплеуху, что тот покатился кубарем.

– Знай своё место, – резко сказал Ван Жунсин. – Пошёл вон! Все пошли вон!

Слуги, приниженно кланяясь и пятясь, покинули покои.

– А тебе что, особое приглашение нужно? – напустился Ван Жунсин на старого слугу, который замешкался и не знал, относится ли и к нему это распоряжение.

Старый слуга юркнул за дверь, прежде чем в него прилетело чашкой, которую в него запустил Ван Жунсин.

Чжу Вансян наблюдал за изгнанием слуг из покоев с широко раскрытыми глазами.

Ван Жунсин заметил его взгляд и смутился:

– Что?

– А в этой жизни… – задумчиво проговорил Чжу Вансян, – ты норовистый.

– Нет, я… – ещё больше смутился Ван Жунсин. – Вовсе нет! Он… просто он слишком близко к тебе наклонился. Что он собирался сделать?

– Хм… – протянул Чжу Вансян, – сплетничать о тебе и твоём молочном брате, я полагаю.

– Лу-эр – мой брат, – вспыхнул возмущением Ван Жунсин, – ничего подобного… я не…

– Я знаю, – успокоил его Чжу Вансян, – я никогда не верил сплетням, ты же знаешь, Юань-эр. Я всегда верю лишь собственным глазам, уж такой я человек.

Ван Жунсин неловко повёл плечами:

– Может, слуги что и болтают, они постоянно что-то болтают, но мы с Лу-эром как братья.

– И что твой брат? – спросил Чжу Вансян, чтобы перевести разговор. – Он разрешил тебе оставить меня во дворце?

– Думаю, – задумчиво протянул Ван Жунсин, – сегодня или завтра он придёт сюда и, вероятнее всего, станет задавать тебе каверзные вопросы или попытается загнать тебя ими в угол, чтобы показать мне, что ты сумасшедший и от тебя во дворце не будет никакой пользы. Но ты ведь справишься, Сяогун?

– Ха, у него нет ни единого шанса. Разве кому-нибудь хоть когда-нибудь удавалось загнать Янь Гуна в угол?

– Никогда.

Хотя можно было припомнить порядочно случаев, когда Мэйжун ставила личного евнуха царя в тупик. Но Ван Жунсин полагал, что это не считается, ведь Мэйжун была змеиным демоном, а сейчас речь шла об обычных людях.

Чжу Вансян довольно ухмыльнулся.

– Сяогун, – сказал Ван Жунсин, – мне ещё нужно распорядиться насчёт обеда Лу-эра. Я вернусь позже.

Чжу Вансян неохотно отпустил его.

– Лаобо! – позвал он немного времени спустя, а всё это время разглядывал покои и критически морщился.

Старый слуга вошёл и поклонился:

– Молодой господин, что прикажете?

– Доставай талисманы, – велел Чжу Вансян. – Есть тут парочка углов, которые мне не нравятся. Нужно себя обезопасить.

– Но, молодой господин… – нерешительно начал старый слуга. – Вы ведь не у себя дома. Это императорский дворец.

– Ты же знаешь, что я боюсь демонов, – нетерпеливо махнул рукой Чжу Вансян.

– А чего нас бояться? – изумился Недопёсок, высовываясь из-под кровати.

Вопль Чжу Вансяна был столь громок и отчаян, что разнёсся по всему дворцу, а Ван Жунсин, ещё не успевший отойти от павильона, опрометью бросился обратно в покои, успев передумать всё на свете.