– А ты? – удивилась Су Илань.

– Я привычный, – ответил Ли Цзэ.

Он уже не раз слышал, как Недопёсок затявкивал небожителей, потому с уверенностью мог сказать: тявкала чернобурка ещё не в полную силу, вероятно, приняв в расчёт природу затявкиваемых.

Когда в ушах отзвенело, Мин Лу сказал сердито:

– Так и оглохнуть можно! А вы пошли вон, всех разжалую! – прикрикнул он на ловчих.

Посрамлённые ловчие поспешили убраться подобру-поздорову. Оглушённые, они цеплялись друг за друга и спотыкались всю дорогу. Недопёсок напутственно зашвырнул мешок им вслед и отряхнул лапы.

– А вот бы его науськать на старшую придворную даму, – тихо сказала Су Илань с явной мечтательностью в голосе.

– Илань, – укорил ее Ли Цзэ.

Су Илань захихикала, прикрывая лицо обеими рукавами.

– Господин Сяоху, – спросил Ли Цзэ, – что вы будете делать теперь? Продолжите искать шисюна?

Недопёсок поскрёб нос кончиком когтя. Ему было велено возвращаться на Небеса, но он и не собирался этого делать. Во-первых, одному во дворце будет скучно. Во-вторых, здесь гораздо интереснее. Но для этого нужно напроситься в гости, и теперь Недопёсок размышлял, кого из смертных нужно облисывать, чтобы получить приглашение остаться во дворце.

– Вот бы он остался здесь, – сказала Су Илань Ли Цзэ. – Во дворце воцарилось бы приятное оживление, ха-ха. Ты не представляешь, сколько здесь кандидатов на затявкивание!

– Илань, – ещё укоризненнее сказал Ли Цзэ.

Мин Лу это услышал и сразу же решил воспользоваться ситуацией. Матушка высказала желание, но Ли Цзэ не торопится его выполнять. Самое время вмешаться и заработать себе дополнительные очки. Поэтому Мин Лу откашлялся и сказал важно:

– Лиса, оставайся и будь как дома.

– Не стоило бросаться такими словами, – заметил Ли Цзэ.

– Почему? – с вызовом спросил Мин Лу. – Я…

Вжух! Недопёсок со скоростью скаковой лошади пролетел мимо них и скрылся во внутреннем дворце. В воздух поднялось облако пыли, настолько стремителен был его старт. Мин Лу расчихался, раскашлялся и помахал рукой перед лицом:

– Куда это он помчался?

– Вероятно, – серьёзно и даже обречённо ответил Ли Цзэ, – метить деревья, душить мышей и рыть норы. Нужно предупредить, чтобы теперь все смотрели под ноги.

Су Илань расхохоталась так, что её пополам перегнуло, и показала одобрительный жест юному императору. Мин Лу старательно скрыл торжество, так и рвущееся наружу, за важным ответным кивком. Матушка редко смеялась, и если всё это её радовало, то он готов был сам взять заступ и идти помогать чернобурке перепахивать дворцовый двор.

Откуда-то издалека послышались испуганные возгласы слуг, куриное кудахтанье придворных дам. Су Илань застонала от смеха и уткнулась лбом в плечо Ли Цзэ. Мин Лу предпочёл бы, чтобы матушка воспользовалась его плечом, но, разумеется, смолчал.

Когда лисе говорят: «Будь как дома», она с радостью воспользуется этим приглашением, не щадя хвоста своего.

Недопёсок первым делом пронёсся зигзагами по всему дворцовому комплексу, чтобы оценить фронт предстоящих работ. Размерами и роскошеством тот, разумеется, уступал Небесному дворцу, но и здесь было где развернуться: неизведанная и неизнюханная территория!

Сад оказался настоящим лабиринтом, но опытный взгляд лисьего садовника сразу определил, по какой схеме он разбит, и выискал ключевые узлы, то бишь деревья, которые полагалось пометить первыми и, так сказать, застолбить делянку. У лис было отличное словечко для этого – «прилисить».

Мышами и крысами в саду и вообще во дворце тоже пахло, что весьма обнадёживало. С крысами Недопёсок предпочитал не связываться, потому просто потолковал с ними, вызвав их на серьёзный разговор и убедив переселиться в какое-нибудь другое место. Крысы не возражали, но напоследок хорошенько перепугали всех женщин во дворце, устроив для них прощальный парад.

Дворцовые кухни заслуживали отдельной инспекции, тем более Недопёсок успел проголодаться. Повара в страхе разбежались, и кухня осталась в полном распоряжении чернобурки, чем она не замедлила воспользоваться: вылакала полную сковороду подливы, вылизала до блеска миску с фаршем и ополовинила горшок с овощным рагу, после чего сунула морду в каждый котёл и сняла пробу со всего, что в них готовилось, одобрительно пофыркивая. Конечно, еда мира смертных ни в какое сравнение не шла с тем, чем питался Сяоху на Небесах, но чтобы заморить червячка или двух, и эта вполне годилась. Похлёбка из потрохов Недопёску особенно понравилась, он вооружился большим черпаком и принялся вылавливать наиболее лакомые куски.

Подкрепившись таким образом, Недопёсок отправился исследовать фундамент дворца.

– Норы сами себя не выроют, – бормотал он себе под нос любимые лисьи поговорки. – С лапы по горсти – лису нора. Не рой другому нору, пусть сам себе копает… Ага!

Это «Ага!» адресовалось подходящему для священнодействия – рытья первого подкопа – местечка, которое располагалось на задворках дворцового комплекса. Недопёсок уже представлял себе, как раскинутся сетью от первой норы подземные галереи, охватывающие весь дворцовый комплекс. На кухню следовало провести сразу несколько и к курятнику тоже. Собственно куриц Сяоху трогать не собирался: мороки с ними много, лови, шеи сворачивай, потом ощипывай и разделывай. А вот яйца подворовывать – это всегда пожалуйста! Сырые яйца и вкусные, и полезные, и в плешинку над хвостом втереть можно, чтобы шерсть лучше росла.

Недопёсок окинул взглядом свои будущие владения, поплевал на передние лапы и…

Так дворцовую землю даже кроты не перепахивали.