Недопёсок, видя, что всеобщее внимание обращено на него, распушился и стал похожим на меховой шар. Ли Цзэ он всё ещё немножко побаивался, а вот людей уже считал хорошими знакомыми. А перед хорошими знакомыми порядочные лисы что делают? Правильно, выпендриваются. И Недопёсок принялся хвастаться и набивать себе цену лисоподвигами, которые успел насовершать за свою недопёсью жизнь.

– Это я устроил свадьбу шисюна, – повиливая хвостами, объявил Недопёсок и со значением поглядел на смертных. – О-го-го какую свадьбу! На ней гости из двух миров гуляли. Каждого вот этими лапами (он вытянул вперёд передние лапы и покачал ими вверх-вниз) выбирал, отборные гости! И каждое из полтысячи свадебных блюд отведал и одобрил. – При этих словах Недопёсок облизнулся, потому что слюнки так и норовили потечь, и добавил благожелательно: – Я и вам могу свадьбу организовать. Перволисная свадьба выйдет!

Мин Лу сердито засопел. А Ли Цзэ понял, что чернобурка где-то прослышала о его планах жениться на Су Илань и тут же развела бурную деятельность или, как бы сказал сам Недопёсок, лисодеятельность.

– Ваши услуги, вероятно, очень дороги, – вежливо, но не скрывая любопытства, предположил Ван Жунсин.

Сяоху поскрёб за ухом, припоминая нужное словечко, и сказал по слогам:

– Без-возъ-езд-но.

Морда у него при этом исполнилась сомнениями. Кажется, шисюн произносил это слово иначе, но запомнила чернобурка его именно так.

Впрочем, Сяоху это нисколько не смутило, и он принялся хвастаться, как во время небесной войны выполнял очень важное задание, порученное ему самим шисюном – охранял лисьего знахаря и лисоспуд. И как избавил сады Небес от полчищ мышей (не упомянув при этом, правда, о скандале, к которому привёл этот его лисоподвиг), и как спас шисюна…

Недопёсок вдруг умолк, принюхался и начал свирепеть: шерсть его встала дыбом, глаза засверкали, а усы воинственно встопорщились.

К ним шла Су Илань, забеспокоившаяся, что все куда-то пропали. Означать это могло что угодно. Например, какую-нибудь напасть вроде очередного демона. Или наоборот, что-то интересное завладело всеобщим вниманием, а её в это посвятить забыли или не посчитали нужным это сделать.

Лису Су Илань тоже почуяла, а когда подошла к Ли Цзэ и остальным, то Недопёсок уже вовсю воинственно скрипел, шипел, клацал зубами и притоптывал задними лапами, если бы на всех четырёх лапах стоял, так ещё бы и землю загребал. Инстинкты Су Илань сработали в ту же секунду: она превратилась в белую змею, свилась в кольцо и, широко раскрыв пасть, зашипела на Недопёска в ответ. Ли Цзэ поспешно встал между ними, расставляя руки: если эти двое сцепятся, то разнять их будет непросто.

Недопёсок, не переставая шипеть и скрипеть, запальчиво крикнул:

– А я змей не боюсь! Мне любая змеюка на один укус. Я их вон сколько передушил, когда спасал шисюна!

Су Илань, услышав это, перестала шипеть, превратилась в человека и, опустившись на корточки, переспросила:

– Ядовитых?

– А то! Штук сто, не меньше, и все ядовитые, – приосанился Недопёсок, не забывая при этом притоптывать лапами и вызывающе вилять хвостами.

Он сунул лапу за пазуху, порылся там и торжествующе продемонстрировал всем ожерелье из высушенных змеиных голов. Правда, нанизано на верёвочку было всего штук двадцать, но судя по обгрызенным краям оставшихся, сомнений в том, куда делись остальные, не оставалось: их Недопёсок попросту съел.

– Ого! – произнесла Су Илань с уважением. – Какой молодец. Да ты настоящий змееборец.

Недопёсок закрыл пасть, перестав издавать воинственные звуки, и внимательно поглядел на Су Илань. Новое словечко ему понравилось: ещё один ранг для хвоста, и как звучит-то!

– Ядовитых змей я тоже терпеть не могу, – доверительно сказала Су Илань. – Злющие и кусачие. Ты очень храбрый лисёнок, раз не побоялся с ними сразиться.

Недопёсок просиял и принялся рассказывать, как спасал шисюна от нашествия ядовитых змей, сразу позабыв, что только что видел в Су Илань одного из своих злейших врагов.

Театр одного актёра имел оглушительный успех: Недопёсок не поленился вытащить кожаный шнурок и на нём показывал, как сражался со змеями, душил их и откусывал им головы. Куда делось всё остальное – нужно ли было спрашивать?

Лицо Мин Лу вытягивалось всё больше по мере того, как он слушал хвастающуюся чернобурку.

– Ты что, Лу-эр? – удивился Ван Жунсин.

Сам он слушал с удовольствием и удивлением: и откуда столько храбрости в таком маленьком тельце?

– Даже у лисы подвигов больше, чем у меня, – мрачно сказал Мин Лу.

– А у тебя они есть? – не сдержался Ван Жунсин.

Мин Лу засопел ещё сердитее.

Недопёсок досказал свой лисоподвиг и заключил укоризненно:

– А они меня – в мешок.

И упомянутый мешок был тут же ещё раз показательно затоптан.

Су Илань недоумённо поглядела на Ли Цзэ, и тот вкратце рассказал ему о недоразумении с Сяоху.

– Люди – они такие, – неодобрительно покачала головой Су Илань. – Чуть что – сразу хватают и пытаются сделать из тебя пару сапог или на браслеты порезать.

Недопёсок согласно покивал, сокрушённо пощёлкивая языком.

– Надо бы их наказать, – предложила Су Илань, кивнув на обмерших ловчих. – Что скажешь, лисёнок?

– Я Сяоху, – важно представился Недопёсок, а на ловчих махнул лапой и сказал: – Лапопопирание мешка я уже учинил.

– Что учинил? – потрясённо переспросил Мин Лу.

Недопёсок вздохнул, ещё раз вспрыгнул на мешок, чтобы на нём хорошенько потоптаться, и повторил по слогам специально для глупого мальчишки:

– Ла-по-по-пи-ра-ни-е. Хотя, – задумчиво добавил он, поглядев на ловчих, – надо бы их затявкать в назидание. Да, так и сделаю.

Он просеменил к ловчим, остановился в двух шагах от них, пошире расставил задние лапы и раскрутил хвосты за спиной.

– Что он делает? – удивился Мин Лу.

– Уши зажмите, – поспешно посоветовал Ли Цзэ и закрыл Су Илань уши ладонями.

– Зачем? – не понял Мин Лу.

И тут…

Недопёсок раскрыл пасть и так затявкал ловчих, что у всех в ушах зазвенело. У него был огромный опыт затявкивания оппонентов, тем более что ловчие и не пытались оттявкиваться.

Ещё одна безоговорочная лисопобеда.