Ван Жунсин, уже понявший, что это не простая чернобурка (нефритовые бирки полагались только важным персонам), осторожно сделал к ней два шага, сложил кулаки и медленно и церемонно поклонился.

– Что ты делаешь? – зашипел на него Мин Лу.

Недопёсок внимательно поглядел на Ван Жунсина и ответил на поклон поклоном.

– Вы, должно быть, небесный чиновник? – вежливо спросил Ван Жунсин.

Недопёску страшно понравилось, что к нему обратились на «вы». Шерсть у него распушилась ещё сильнее, а морда начала расплываться в лисьей улыбке.

– Ещё и на «вы» лису называешь, – опять зашипел Мин Лу.

Недопёсок неодобрительно на него глянул, но обратился к Ван Жунсину, восхитительным образом игнорируя императора:

– Да, так и есть, я небесный чиновник и много кто ещё. Меня зовут Ху Сяоху. Можете называть меня дядюшкой Ху.

– Дядюшкой Ху? – переспросил Мин Лу. – С какой стати нам называть тебя дядюшкой?

– Я не с тобой разговариваю, – отрезал Недопёсок и клацнул на Мин Лу зубами. – Тебе я вообще никак меня называть не позволяю. Поскольку я вас старше, – сменил тон на крайне вежливый Недопёсок, уже обращаясь к Ван Жунсину, – то разумно будет, чтобы вы называли меня дядюшкой.

– На сколько старше? – с подозрением спросил Мин Лу.

Недопёсок не знал, на сколько: с разницей времени между мирами поди пойми, сколько кому лет.

– Несколько сотен лет. Или тысяч. Мы, небожители, за временем не следим.

– Да врёт он всё, – буркнул Мин Лу. – Лисы долго не живут.

– Люди тоже, – зловеще сказал Недопёсок и так засверкал глазами в его сторону, что Мин Лу опять спрятался за плечом брата. – Что за невоспитанность! Нельзя вмешиваться в чужую беседу. Это невежливо.

– Мне можно, – заносчиво возразил Мин Лу. – Я император.

К его разочарованию, эти слова на чернобурку никакого впечатления не произвели. Недопёсок явно скучающе посмотрел на него и заметил:

– Императоры должны быть образцом вежливости.

– Откуда тебе знать, какими должны быть императоры? – вспыхнул Мин Лу.

– Как же, – осклабился Недопёсок, – да ведь я…

Договорить он не успел. К ним быстрым шагом шёл Ли Цзэ, и на лице его было выражение тревоги. Недопёсок, увидев бога войны, тут же юркнул и спрятался за Ван Жунсина, потеснив в сторону ошеломлённого этой бесцеремонностью Мин Лу, и теперь выглядывал из-за него, держась одной лапой за голяшку его сапога.

Ли Цзэ краем уха услышал, как слуги шептались о диковинке, которую поймали для императора, и несказанно встревожился: зверей, похожих на лис, но с чёрной шерстью, в своей жизни он видел только раз, и было это на Небесах. А если они поймали и посадили в мешок шиди Тяньжэня? И он поспешил во внутренний двор.

Недопёска Ли Цзэ заметил сразу, как и затоптанный мешок, и слегка побледнел. Сяоху высунулся и спрятался обратно за Ван Жунсина.

«Бог войны, должно быть, узнал, что я валялся на его кровати, и пришёл меня ругать!» – подумал Недопёсок.

– Господин Сяоху, – сказал Ли Цзэ с едва заметным волнением, – что вы делаете в мире смертных?

– И ты туда же? – поразился Мин Лу. – Бог обращается на «вы» к какой-то лисе?

– Я не какая-то лиса, – возмутился Недопёсок, выскакивая из-за Ван Жунсина.

– Он не какая-то лиса, – сказал Ли Цзэ одновременно с ним.

– А меня посадили в мешок, – наябедничал Недопёсок, поняв, что бог войны ругать его не собирается, и красноречиво попрыгал на уже и без того затоптанном мешке.

– Примите мои извинения. – Ли Цзэ сложил кулаки. – Смертные плохо распознают небожителей. Уверен, злого умысла у них не было.

– Ещё и извиняется… – изумился Мин Лу.

Образ непоколебимого бога войны в его глазах значительно пошатнулся. С чего бы богу войны так распинаться перед чернобуркой? Неужели у неё ранг выше, чем у бога войны?

– Мин Лу, – строго сказал Ли Цзэ, – это господин Сяоху. Он небесный садовник, отведыватель блюд…

– Лисий, – исправил Недопёсок.

– Распорядитель свадеб…

– Лиспорядитель, – исправил Недопёсок.

– А главное, это младший брат Небесного императора. Поэтому нужно обращаться к нему вежливо и сообразно его рангу.

– Так он принц, что ли? – поразился Мин Лу.

Недопёску понравилось, что его назвали принцем, и он глянул на Мин Лу благосклоннее. О себе он в таком ключе ещё не думал, поэтому решил записать новый ранг в книжечку, чтобы не забыть. Он вытащил из рукава и книжечку, и кисть и принялся малевать на чистой странице слово «прынц».

– Лиса пишет! – не удержался от возгласа изумления Мин Лу.

Недопёсок строго поглядел на него и сказал:

– Не лиса, а лис. Что, так сложно запомнить?

Он почесал подбородок когтем, размышляя, а не стоит ли задрать подол и повернуться к глупому мальчишке лисьей попой. Нет, всё-таки не стоит: не при боге войны же.