Пару дней назад наведался на руины замка Лотос – горькое зрелище. Неудивительно, что она спряталась, – сейчас это единственный способ выжить. Я пытался отыскать ее, даже создал особое заклинание поиска, но тщетно. Невозможно найти палача, если она сама не желает встречи с тобой.

Лотос всматривалась в лицо Безликого и не находила ответа на свой вопрос. Почему она бросила вызов аристократам, но не выполнила их приказ? Она ненавидела его всем своим нутром за смерть Арго, за выходку на балу перемирия и за то, что случилось между ними после. Она желала его смерти и все же… И все же она предпочла потерять свои владения и армию, два года терпела пытки, но отказалась подчиниться приказу первородных. И вот Безликий стоит перед ней, полный сил и могущества, отдохнувший после двухлетней спячки, как всегда самодовольный, и насмехается над ней, даже не подозревая, что ей пришлось вынести.

Хотя какая ему разница? Будто бы он что-то сделал! Будто бы ему не было плевать, узнай он, какой именно приказ она не выполнила. Наверняка круг ничего ему не сказал – они ведь боятся его. И поэтому пришли к ней.

– Как ты сюда попал? – спросила Лотос, хотя догадывалась, каким будет ответ.

– Мои шпионы обнаружили следы магии Ферайи на руинах твоего замка. Я встретился с ней и дал кое-что в обмен на сведения о твоем местоположении.

– Вот как, – медленно протянула Лотос. – Эта паршивка даже в такой ситуации выиграла дважды. Ты дал ей что-то, чтобы оказаться в ловушке. Ты идиот, Безликий.

– Полегче, – хмыкнул демон. – Ферайя поплатится за свою наглость позже – этот остров долго меня не удержит.

– И как же ты собрался выбираться отсюда? Купол слишком прочный даже для тебя.

– Нужно осмотреться. Затем решу, – небрежно бросил Безликий, а потом шагнул к ней и резко спросил: – Палач, что вы с кругом скрываете от меня?

– То, что тебя не касается, – фыркнула Лотос. – У меня с ними свои счеты. Если жаждешь узнать сплетни, лучше спроси у них. Я тебе ничего не расскажу.

– Я все равно узнаю, – просто сказал Безликий. – Ладно, оставим это на потом. Расскажи, что ты знаешь про остров?

Лотос нахмурилась и скрестила руки на груди – у нее не было никакого желания с ним разговаривать. Будь ее воля, они бы разошлись в разные концы острова, чтобы ей не приходилось смотреть на его раздражающую усмешку. Но сколько бы она ни делала вид, что ей не нужен союз с ним, не могла не признать тот простой факт, что за без малого два месяца ей пока не удалось придумать, как выбраться отсюда, не пожертвовав Лайзой.

– Палач, сэкономь нам время и просто расскажи – у нас же сейчас перемирие. Если не хочешь торчать тут вечно, делись информацией.

Лотос скрипнула зубами от досады, признавая его правоту.

– Остров дикий: ни смертных, ни бессмертных тут нет. Постройки тоже отсутствуют – кругом камни и песок. Из растительности в основном сосны, какие-то заросли кустарников и трава. Судя по всему, аристократов беспокоил лишь купол, на самом острове не было никаких ловушек. Все, что есть, сделала я на случай незваных гостей – Лотос выразительно посмотрела на Безликого. – Самое неприятное, с чем я столкнулась тут, – странный туман в полнолуние. От него… – Лотос сама не верила, что произносит это вслух. – От него хочется спать.

– Спать? Но демоны не спят.

– Сама удивилась, – буркнула Лотос. – Но когда туман пришел, я уснула на несколько часов, и меня укусила змея. В обычное время их почти не видно, мне кажется, они приходят вместе с туманом. Их яд ядовит для нас. Не смертельный, но очень болезненный. И еще… я не поняла, что это – змеиный яд или туман, но оно высасывает силы. А может, и сам остров, но в полнолуние это ощущается острее.

Лотос вспомнила, как проснулась в окружении змей. Измотанная и как будто побитая. Ранка от укуса неприятно пульсировала, хотя ей было далеко до той боли, которая сопровождала ее последние месяцы.

– Когда следующее полнолуние?

– Должно быть через неделю.

– Надо выбраться раньше.

Лотос заметила, как Безликий поджал губы и застыл, задумавшись. Она никогда не видела полный спектр эмоций на его лице, не считая того мгновения в городе смертных… Некстати вспомнилась та ночь, момент, когда он снял перед ней маску и открыл ей свои глаза. Глаза, которые теперь не забыть. Если сосредоточиться, можно представить, будто он и сейчас без маски. Наверняка он хмурит брови, левый глаз пытливо смотрит вперед сквозь время и пространство, просчитывая варианты побега с острова. А правый… о нем думать не хотелось.

Лишнее напоминание о проклятии, которое может в любой момент превратить Безликого в безумца. Один на один она не выстоит – ей потребовался легион, чтобы обуздать его в прошлый раз. А ведь тогда она была в лучшей форме, чем сейчас.

– Я обойду остров, изучу купол, – сказал Безликий, отвлекая ее от размышлений. – Встретимся здесь же через три дня. Если, конечно, не хочешь пойти со мной.

– Уверена, ты справишься без меня, – холодно ответила Лотос. – Закончу строить укрытие.

– Укрытие?

– Скоро полнолуние – значит, опять придет туман. Я готовлю убежище и ловушки. Раз уж в этом месте раз в месяц приходится спать, как какому-то человеку, нужно обезопасить себя от змей. К тому же я не исключаю, что тут может появиться что-то похуже.

– Ясно. Делай что хочешь. Встретимся через три дня.

Безликий пошел в глубь леса, оставив Лотос одну.

Она смотрела ему вслед. Плащ с порезом от ее меча развевался на ветру. Рана на спине все еще сочилась черной кровью. Он ушел, больше не спрашивая ее о своей маске. Решил оставить разговор на потом? Странно, он ведь искал ее именно из-за того, что она узнала его секрет.

– Неважно, – Лотос тряхнула головой.

Ей нужно достроить убежище – по крайней мере, это отвлечет от мыслей о том, в каком жалком положении она оказалась. И все из-за Безликого, будь он неладен.

Три дня спустя

Лотос стояла на песке и думала о том, успел ли Безликий придумать, как им сбежать, не уничтожая истинного оружия. Пока она занималась укрытием, встретила несколько огромных змей, хотя раньше их там не замечала. Ей казалось, что в это полнолуние их будет больше, чем в прошлый раз. Что, если они подпитываются магией, которую остров вытягивает из нее и Безликого?

В таком случае им надо убираться отсюда как можно скорее.

Сегодня было ветрено, как и в день появления Безликого. Лотос поплотнее запахнула темно-синюю накидку и поправила длинные рукава свободной рубашки, натянув их до кистей. Не хватало еще, чтобы Безликий увидел ее шрамы от оружия первородных. Он и так считает ее самой слабой, незачем давать ему новый повод для насмешек.

Лотос нахмурилась, думая о том, что шрамы и ожоги исчезнут лет через двести, не меньше. И все это время они будут болеть, напоминая о том, что пришлось пережить.

– О чем задумалась, палач? – послышался голос, а затем из леса вышел Безликий.

Он был одет так же, как и три дня назад, только без плаща. Свободные черные штаны по щиколотку, подпоясанные белым шнуром, черный хаори[5], наброшенный на голый торс и расшитый на спине узором из роз, и белые кожаные тапочки на плоской подошве.

– Думаю, можно ли тебе доверять, – фыркнула Лотос.

– Мне? Конечно нет, палач, – уверенно ответил Безликий. – Но лучше я, чем остальные первородные, верно?

– Ты меня раздражаешь, – не сдержалась Лотос.

– Это взаимно, – самодовольно улыбнулся демон. – Но перемирие есть перемирие. У меня для тебя хорошие и плохие новости.

– Давай сначала хорошие, – закатила глаза Лотос, не разделяя его веселье.

– По моим подсчетам с острова мы выберемся месяца через четыре, не раньше.

– И это хорошие?! – Лотос не представляла, как выдержит с ним вдвоем в этой клетке четыре месяца, – он достал ее за несколько минут. – Так, а плохие?

– Один шанс к тысяче, что удастся передать послание моему слуге.

– Не так уж плохо.

Лотос не лукавила – демоны часто успешно использовали и меньшие шансы. Один к тысяче звучало вполне обнадеживающе.

– Ты не поняла, – весело сказал Безликий, растягивая губы в безумной улыбке. – Один к тысяче, что мы отправим послание, а вот шанс на то, что мой слуга его прочитает, – один на миллион.

– Что?! Безликий, ты издеваешься?! – Лотос нестерпимо захотелось пнуть его самодовольный зад. – Твой слуга настолько тупой, что читать не умеет?

Улыбка на лице Безликого погасла.

– Никогда не называй моих слуг тупыми! – потребовал он.

– И не подумаю извиняться. Объяснись, – твердо сказала Лотос.

– Я проверил – остров блокирует передачу посланий, но есть лазейка – самая редкая, наполовину земная магия.

– Ты про древесную? Она же неподвластна даже аристократам. – Лотос во все глаза уставилась на Безликого, который не переставал ее удивлять, и не смогла сдержать ехидный комментарий: – Или ты, пока цветы выращивал, обнаружил в себе талант?

– Нет, владею только основами, но их хватит, чтобы передать послание моему слуге, Теону. Он открыл в себе дар к древесной магии. Если у нас с тобой получится вырастить дуб, мы сможем попробовать с ним связаться.

– Ты в своем уме? – Лотос опешила от того бреда, что услышала. – На острове одни сосны и…

– Я нашел росток дуба.

Безликий протянул руку и показал ей даже не росток, а жалкую травинку.

– Немыслимо! И как мы его вырастим тут? На песчаной земле, без пресной воды и магии…

– Палач, не занудствуй. Почву добудем, морскую воду сделаем пресной. Проведем ритуалы, чтобы рос быстрее. Магия здесь подчиняется туго, но если сконцентрироваться и действовать сообща, управимся месяца за четыре.

– А этот Теон сможет прочесть послание?

– Будем в него верить. Он способный. Перед тем как отправиться на твои поиски, я приказал ему обучаться древесной магии. Чтение посланий – основы; возможно, он уже их изучает.

– Чушь, – покачала головой Лотос. – Одной веры недостаточно. И почему мне вообще говорит о вере такой, как ты?

– Потому что я лично выбрал Теона, значит, он достоин моей веры.

Лотос припомнила это имя. Кажется, это тот нахал, что надерзил ей, когда пришел спасать Безликого. Противный перевертыш, похожий на побитого вороненка, который скалил зубы и пытался смотреть ей в глаза.

– Мне все это не нравится. Но раз другого выхода нет… Чем я могу помочь?

– Я добуду почву, а ты сделай воду пресной.

– Сначала покажу место, где будем растить дуб. Лучше делать это рядом с укрытием. Идем.

Лотос повела Безликого на западную часть острова к скалам. Лес здесь был редким, а земля неровной и холмистой, зато место для убежища казалось отличным. Змеи встречались редко, а укрытие Лотос смастерила прямо в скале, углубив расщелину и закрыв ее валуном. Земля вокруг была утыкана ловушками, большую часть из которых она сделала своими руками без магии, потому что та едва откликалась на ее зов.

– Неплохо, – хмыкнул Безликий. – Но это место не подходит для дуба.

– Это место подходит для того, чтобы спрятаться от тумана. А дуб лучше растить поблизости, чтобы всегда был на виду.

Безликий явно хотел с ней поспорить, но почему-то промолчал. Он над чем-то задумался – Лотос угадала это по тому, как он едва заметно поджал губы. И ей не понравилось то, что она стала пытаться его понимать. Ее устраивало быть врагами, молча ненавидеть друг друга и обмениваться колкостями при встрече.

– Принесу воду, – сказала она, чтобы скорее покинуть его общество.

– Принесу почву. И чтоб ты знала, то, что я выращиваю розы, не значит, что я учился древесной магии. Я почти всегда растил их собственными руками.

– Я знаю, – бросила Лотос через плечо. – Все это знают. А еще говорят, безумец Безликий ценит цветок выше жизни.

– Смотря чьей жизни, палач.

Лотос не ответила и ушла.

Она не поняла, что он имел в виду. Что жизнь розы ценнее ее собственной? Или наоборот?

Лотос вспомнила, как Арго сообщил ей, что Безликий убил десяток отборных демонов за то, что они погубили пару розовых кустов в его отсутствие, и усмехнулась.

Дело не только в проклятии, Безликий всегда был безумным и странным.

Четыре дня спустя

Дни тянулись для Лотос ужасно медленно и тяжело. Приходилось постоянно находиться рядом с Безликим, и она не расслаблялась ни на миг, ожидая удара в спину. Она за всю свою жизнь не проводила с ним столько времени, если не считать того раза, когда все первородные сражались вместе, пытаясь вырваться из геенны. И вот теперь они плечом к плечу проводили ритуалы для ускорения роста дубка, возводили вокруг него ограждения, рыли песок на холмах в поисках лучшей почвы, выпаривали соль из морской воды для полива и без конца концентрировались, обуздывая бунтующую магию.

Лотос изо всех сил делала вид, что его не существует. Если он заговаривал с ней, отвечала односложно, сама ни о чем не спрашивала и внимательно следила за каждым его действием, стараясь не поворачиваться к нему спиной. Несмотря на заключенное перемирие, она упорно ожидала, что он ее предаст.

К счастью, Безликий перестал расспрашивать ее о том, что случилось у нее с аристократами. Он явно не спешил делиться с ней своими тайнами и пока что с уважением относился к ее секретам. Он даже больше не заговаривал о своей маске. Казалось, он полностью растворился в работе, и она тоже делала вид, что ее заботит только спасение с острова.

– Сегодня полнолуние, – Безликий нарушил долгое молчание, когда они закончили очередной совместный ритуал над ростком, который пока что не вытянулся и на сантиметр. – Туман скоро потянется, я чувствую.

Лотос кивнула. Она тоже ощущала, как воздух наполняется чужой магией.

– Через пару часов спрячемся в скале и закроем вход валуном. Змеи туда точно не заползут, да и туман не должен просочиться. Переждем ночь и будем надеяться, что не уснем.

– А если не сработает?

– Тогда уснем до утра, но, по крайней мере, змеи нас не тронут.

– Мне не нравится, что дуб останется без присмотра.

– Вряд ли он интересен змеям, – Лотос говорила спокойно, но внутри все сжималось от напряжения.

Это юное дерево было их единственным шансом к безболезненному побегу с острова. Не хотелось рисковать им.

– Почему круг первородных так поступил с тобой, палач? – Безликий все же озвучил вопрос, который не давал ему покоя. – И где ты была два года до ссылки сюда?

– Не твое дело!

– Что будешь делать, когда выберемся? У тебя сейчас ни армии, ни замка. Ничего, кроме меча.

– Не твое дело, – с нажимом повторила Лотос. – Лайзы мне более чем достаточно.

– Достаточно против кого, палач? – Безликий обернулся к ней, встречаясь лицом к лицу. – Ты слабая. Я говорил тебе: ищи сильных слуг и союзников, иначе они все сдохнут, как Арго. Так и вышло. С таким раскладом сама быстро развеешься в вечности.

Голубые глаза Лотос вспыхнули пламенем от злости и уставились на самодовольную рожу. Она пыталась выжечь его улыбку, да только без толку. То ли его маска позволяла выдерживать ее смертельный взгляд, то ли на него ее жуткие глаза не действовали, но черные прорези маски смотрели на нее в упор, а рот растягивался в широкой улыбке.

– Тебе не все ли равно? – холодно спросила она.

Лотос не могла понять, почему он вообще ею интересуется. Какой у него мотив? Что ему нужно? И сможет ли она противостоять его замыслам?

– Не все равно, – неожиданно спокойно сказал Безликий. – Демонам нужен палач, особенно первому кругу. Только ты сдерживаешь этих монстров от нарушения сделок, вседозволенности и разрушений. Лишь твоя сила палача может сдержать такое чудовище, как я.

Лотос сглотнула, ощущая, что в горле пересохло. Ей даже показалось, что впервые за всю свою бессмертную жизнь она испытала настоящую жажду, как какая-то человеческая девушка, но на самом деле у нее внутри все горело от его слов. Эта речь не подходила Безликому. Он всегда смеялся, называя ее слабой, а сейчас объявил ей, что она ценна для круга. И для него.

– Что насчет твоего секрета? Кажется, ты хотел убить меня за то, что я увидела твое лицо? Ты же за этим пришел сюда?

– И вот мы добрались до сути, – серьезно сказал Безликий, встав в полный рост и возвышаясь над ней. – Я не хочу тебя убивать, палач. Ты нужна первому кругу. Поэтому говори, что ты хочешь в обмен на молчание о моем лице?

Лотос захотелось рассмеяться от его слов. Нужна она, как же!

– Семеро из тринадцати первородных пытали меня почти два года и развеяли бы в вечности, если бы не предостережение Кейси о том, что тот аристократ, который убьет меня, сам погибнет в муках. Давай, скажи мне, как сильно я нужна кругу! Испугались стереть меня в порошок своими руками, так забрали все, что смогли, и засунули сюда, надеясь, что я от безысходности уничтожу свое истинное оружие. Я ничего не хочу в обмен на твой секрет, Безликий. Я скорее умру, чем скажу им хоть что-то. Презираю всех первородных. Вы все одинаковые!

От злости Лотос выпалила то, что не собиралась ему рассказывать. Она в тысячный раз задалась вопросом: почему хаос сделал палачом именно ее? Лотос все ненавидели и пытались если не убить, то хотя бы ранить посильнее. И все это лишь за то, что хаос вершил правосудие ее руками. Она не просила об этом, но именно ей выпала роль карающего меча. И поэтому она была вечным изгоем.

– Назови мне семь имен и причину, почему тебя пытали два года.

– Зачем? Жалеешь, что тебя там не было? – вспыхнула Лотос, не обращая внимания на туман, который уже начинал окутывать низину под холмом.

– Жалею, – рыкнул Безликий. – Я бы сказал, что думаю о бойне, где семеро бьют одного.

– Не лезь, Безликий. Это тебя не касается. Мне не нужна твоя помощь даже в обмен на молчание о маске.

– Гордыня и упрямство, как всегда, туманят тебе мозги, палач, – снисходительно покачал головой демон. – Я предлагаю тебе настоящий союз и свое покровительство.

– Мне это не нужно, – Лотос сжала кулаки от злости. – Повторяю, я и так никому ничего не скажу.

Меньше всего ей хотелось втягивать этого безумца в свои разборки с кругом. Это опасно. Если он узнает всю правду, последствия могут быть непредсказуемыми. Безликий может опять утратить над собой контроль. Нет. Пусть все останется так, как есть.

– Пожалеешь, что отказалась. Я сильнейший первородный.

– И определенно самый тщеславный и… Безликий, туман за тобой!

Безликий обернулся одновременно с тем, как плотный магический туман укутал их с Лотос. Все произошло слишком быстро.