Верность – чуждое демонам понятие. Мы чтим клятвы лишь потому, что боимся расплаты, и по той же причине не нарушаем сделки. Но хранить верность просто так без всякой выгоды – удел скудоумных людишек.

Теон тяжело дышал, с трудом переставляя ноги по узкой тропе, петлявшей между холмами, – каждый шаг давался с неимоверным усилием. Он знал, что нужно спешить, что их вот-вот нагонят слуги Кирино, но он не мог заставить раненого Лиса идти быстрее.

– Оставь меня, – прошелестел кицунэ. – Тогда успеешь скрыться.

Теон с трудом сдержался, чтобы не врезать Лису локтем в ребро, – он знал, что, если бы был один, уже бы достиг непролазной чащи, в которой можно спрятаться. Но бросать раненого товарища он не собирался, а потому упрямо волочил его за собой.

– Заткнись, рыжий, – посоветовал Теон, вытирая рукавом кровь, которая безостановочно текла из пореза на лбу. У него не было сил на то, чтобы залечить его. – Прорвемся.

Страх стучал в висках словно молот. Теон гнал его прочь, убеждая себя, что они с Лисом выбирались из таких мест, где жарко даже первородным. Смогут и в этот раз. Но паника все равно держала за горло, а внутренний голос шептал, что им не спастись.

Это их последний бой.

– Теон, я не могу… Не могу больше идти.

Лис споткнулся и стал заваливаться. Он бы рухнул на землю, но Теон удержал его, обхватив за пояс израненными руками.

– Чтоб тебя! Не вздумай скопытиться!

Теон рывком закинул Лиса себе на спину. Тот застонал от боли, когда Теон задел рукой стрелу Кирино, которая засела в его плече, а потом обмяк, потеряв сознание.

Теон прогибался под тяжестью Лиса, изо всех сил вцепившись в него, чтобы тот не упал. Он сомневался, что сможет поднять кицунэ еще раз. Он стискивал зубы, стараясь идти быстрее, но чаща все еще была слишком далеко, а враги неумолимо приближались.

Проклятый Кирино, проклятая война, проклятый Блэйз, который проиграл поединок! Они с Лисом до последнего сдерживали натиск магов крылатого первородного и не успели отступить, когда выжившие слуги Блэйза кинулись врассыпную. Их загнали в западню.

Теон поморщился, кое-как утирая кровь с лица. Вся его жизнь последнее время как бесконечная западня, из которой он пытается выйти живым.

Теон почувствовал приближение заговоренного кинжала раньше, чем тот вонзился в Лиса, безвольной куклой болтавшегося на его спине, и, не раздумывая, спрыгнул с тропы. Ноги поехали по склону, он потерял равновесие. Они с Лисом кубарем покатились вниз, а потом упали в овраг с двойным дном.

Мягкая земля под ними провалилась, и они упали в пустоту под ней. Теон первым шмякнулся в болотистую воду, которая противно хлюпнула, смягчив удар, и до крови прокусил губу, чтобы не закричать, когда Лис упал на него сверху. Все раны на теле вспыхнули болью, но Теон не скинул кицунэ с себя, наоборот, одной рукой обхватил его, не давая укатиться вбок, а второй зажал рот, заглушая стоны.

Второе дно – их шанс на спасение. Главное, не выдать себя. Теон чувствовал, как дрожит земля под ногами слуг Кирино – они совсем близко. Он зажмурился и затаил дыхание, когда услышал голоса поблизости, и мысленно просил о помощи, сам не понимая у кого. Отчаянно и глупо, но он так хотел жить. Выбраться отсюда вместе с Лисом, дыхание которого становилось все слабее.

Теон сжимал его тем крепче, чем слабее вздымалась его грудь, словно это могло удержать лисий дух, что, казалось, вот-вот отделится от тела. Они столько пережили вместе, прошли столько битв… они не могут погибнуть вот так.

Он не знал, сколько времени демоны Кирино прочесывали окрестности и как долго они с Лисом пролежали притаившись на втором дне оврага, но в какой-то момент все стихло. Теон еще какое-то время оставался неподвижным, а затем, убедившись, что слуги Кирино далеко, скинул Лиса с себя.

– Где мы?

Лис очнулся и попытался приподняться, но потерпел неудачу и закашлялся кровью. Он смотрел на земляной потолок, не понимая, как они тут оказались.

– Все еще во владениях Кирино, – скривился Теон.

Он на четвереньках подполз к Лису и осмотрел его плечо. Стрела вошла еще глубже после неудачного падения, а рана выглядела очень скверно. Как и сам Лис. Его лицо было бледнее и острее, чем обычно, даже ореховые глаза, которые обычно светились надменностью, поблекли.

– Почему ты еще не улетел? Обернись орлом и…

– Не зли меня, придурок, – зло прошипел Теон, мечтая лично вырвать все хвосты из зада пустоголовой лисицы.

На Лиса было тяжело смотреть, но Теон не отводил взгляд. Он даже хотел отпустить какую-нибудь шутку в своем духе, но слова застряли в горле, будто репей. Колючий репей, раздирающий изнутри и мешающий говорить обычным веселым тоном. Теону почему-то хотелось сорваться на крик и трясти рыжего придурка до тех пор, пока тот не придет в себя.

– Я не просил идти за мной, и я не просил оставаться, – просипел Лис.

– Издеваешься, да? Я не мог не пойти за тобой, а сейчас тем более не оставлю.

– Я приказываю тебе.

– Мне приказывает только Безликий.

– И он велел тебе слушаться меня! – оскалился Лис.

– Как я приду к нему без его любимого хранителя?

– Лучше, чтобы мы оба сгинули в землях Кирино? Безликого нужно предупредить, что Блэйз проиграл, а Нуар сговорился с Кирино и устроил западню Вагису. Все, кроме Безликого и Лотос, присягнули ему. Он станет главой круга.

– Да этот урод уже, считай, глава. Чего стоят два голоса против одиннадцати клятв?

Теон ударил раненой рукой по земле и сморщился от боли. Его захлестнула волна злости на собственное бессилие. Он не мог залечить свои раны, не мог исцелить Лиса, не мог вывести их отсюда. Он ничего не мог.

Телепортироваться из владений Кирино без его разрешения нельзя, попытается – только выдаст их местоположение. Магия ему сейчас недоступна – он выжат настолько, что вообще не мог ею воспользоваться. Потратил последние силы на попытку вытащить стрелу Кирино из плеча Лиса, но лишь изранил ладони и сам чуть не развеялся в вечности. Истинное оружие первородных было ему не по зубам.

– Кирино хочет клятву каждого аристократа, чтобы власть была неоспоримой, – продолжил Лис.

– Тогда удачи ему. Безликий выбьет из него дух и откусит крылья, а палач кинет в геенну.

– Оставь браваду! – Лис снова тяжело закашлялся. – Безликий был сильно ранен в последней битве.

– Ты что, не веришь в нашего Безликого? Он сильнее всех. Он…

– Теон, я не верю – я знаю, что Безликий победит Кирино. И Кирино это знает, поэтому он наверняка подстроит ловушку.

– Тем более ты должен выжить! – горячо зашептал Теон. – Ты нужен Безликому. Никогда не пойму этой вашей связи хранителя и… Лис, ты не можешь тут сдохнуть! Еще чуть-чуть посидим, и я вытащу нас отсюда.

– Не глупи, Теон! – Лис скорчился от пронзившей боли. – Я… я не дотяну.

Теон хотел возразить, но из приоткрытого рта не вышло и звука. Он смотрел на корчившегося в агонии кицунэ и не мог ему врать. Если Лиса срочно не доставить в замок к Безликому, он умрет. А срочно они могут только умереть вместе. До границы владений Кирино, где можно будет телепортироваться, идти очень долго. Если обернется орлом, не утащит Лиса – слишком слаб сейчас.

– Я не брошу тебя, – упрямо сказал Теон. – Отдохну минутку и потащу дальше.

Лис посмотрел на него долгим, немигающим взглядом, а потом устало спросил:

– Зачем?

– Ты ж мой друг, рыжий. Я своих не бросаю.

Теон хотел улыбнуться, но у него не вышло. Однажды он уже смотрел смерти в лицо. И вот они встретились снова. Теон уже прожил в десятки раз дольше, чем мог, если бы остался человеком, но ему все равно было ужасно страшно.

– Мы не друзья, – Лис повторил слова, которые Теон слышал от него раз сто за последние тысячу лет. – И я бы тебя бросил – передать сведения Безликому важнее. Так что вали отсюда.

– Врешь. Ты бы меня тоже не оставил, – твердо сказал Теон.

– Не обманывайся, – разозлился Лис. – У демонов нет друзей, нет любимых, нет родных. Тебе больше тысячи лет, а мозгов не прибавилось. Почему после всего, что с тобой произошло, ты все еще рассуждаешь как наивный человечек? Никогда этого не пойму. Сколько я видел людей, обращенных в демонов… Хаос меняет их буквально за неделю. Неужели ты настолько туп, что хаос махнул на тебя, юродивого, рукой?

Он выдал эту гневную тираду, а потом снова зашелся кашлем. Струйки черной крови текли из уголков его рта. Теон видел такое столько раз, что и не сосчитать, но именно сейчас внутри все сдавило.

– Ты пытаешься вывести меня из себя такими речами, чтобы я ушел, – неожиданно спокойно сказал он. – Но я не уйду, рыжий. А ты хоть раз подумай о том, что, может, хаос просто не справился со мной? Может, я сильнее, чем ваши пресловутые законы мирозданья?

– О да. Райху любит вспоминать, как ты сказал, что бросишь вызов самому хаосу, – усмехнулся Лис. – Он прав. Ты просто наглая человеческая душонка. Сделай милость, перережь мне горло, – мне не нужен такой друг, за словами которого ничего не стоит.

Теон окаменел. Лис смог его задеть за живое. За то самое живое, что в нем осталось от человека.

Теон не обращал внимания на пустые слова командиров Безликого, но мнение Лиса всегда было важным. И Лис был важным. Он учил его, спасал, давал советы, прикрывал спину, рисковал ради него. Долг Теона перед ним был таким, что за вечность не расплатиться. И потому он присоединился к отряду, который Безликий направил в помощь Блэйзу. Он чувствовал, что Блэйз проиграет. Догадывался, что, раз Кирино устраивает поединок на своей земле, будет западня. Все так зациклились на его новом обличье и крыльях, что забыли о том, как хитры его слуги.

Все вышло так, как предсказал Теон. Победив, Кирино отпустил раненого Блэйза после того, как он присягнул ему, но не пощадил ни его слуг, ни отряд сопровождения от Безликого. Очередная кровавая бойня и личная вендетта Кирино за то, что устроили слуги Безликого тысячу лет назад в тот день, когда Безликий пригласил за стол мирных переговоров семерых первородных. Тех, что пытали палача.

В разгар вечера он приказал принести подарки, и аристократам подали семь блюд под серебряными крышками. Когда первородные их подняли, то каждый увидел мертвую голову своего самого преданного и сильного слуги. Кирино в ужасе держал голову своего лучшего командира Ланселя. А затем за спиной Безликого выросли союзники его темного альянса и объявили войну.

Все запомнили тот день. Особенно Кирино. Он обещал Безликому покарать его слуг за убийство Ланселя. Позже он выяснил, что убийцей был Стеро, и бедняга погиб мучительной смертью. Но Кирино этого было мало, – все знали, что Лис – хранитель Безликого. И Кирино одержимо хотел убить кицунэ.

Сейчас у него были все шансы. А рыжий придурок вместо того, чтобы пытаться выжить, делал все, чтобы мечта Кирино исполнилась.

Теон приблизился к Лису, собираясь как следует его пнуть, а потом трясти до тех пор, пока тот не извинится за свои мерзкие слова, но встретился с ним взглядом и передумал.

Ореховые глаза смотрели так, будто ждали чего-то. Теон понял – Лис надеялся, что Теон прекратит его агонию и убьет. Потому и пытался разозлить. Он хотел погибнуть от его руки, а не от стрелы Кирино или его слуг.

А еще он хотел оставить Теону шанс выжить.

– Ждешь, что я тебя убью, а сам спасусь с чистой совестью? – возмутился Теон. – Не выйдет, рыжий. Поиграешь в жертвенность в другой раз. Я сказал, что не брошу, значит, не брошу.

Вместо ответа кицунэ оскалился, обнажая клыки, а затем закашлялся кровью.

– Ну раз решил позволить мне умирать медленно и мучительно, прекрати болтать и тащи в сторону замка Безликого! – приказал он.

– Кто тут еще наглая душонка, – проворчал Теон, с трудом взваливая Лиса на спину.

Отдых не помог. Сил по-прежнему не было, и Теон не представлял, как им выбраться не то что из лесов Кирино, – для начала хотя бы из этой ямы. Не успел он сделать и шагу, как услышал крики и топот – их нашли. Раздался грохот и земляной потолок над их головами взорвался, осыпав комьями земли.

Теон как мог аккуратно положил раненого Лиса, готовый обернуться орлом и сражаться. Это было единственным, что он мог сейчас, но оказалось лишним. Сражаться было уже не с кем.

Что-то просвистело в воздухе, а затем в яму скатилось двадцать отрубленных голов – половина отряда, который преследовал их с Лисом.

– Какого…

Теон даже договорить не успел. К ним в овраг спрыгнул демон, которого он никогда раньше не видел.

Он был с ног до головы одет в темно-серую одежду и такого же цвета плащ с капюшоном, надвинутым на лоб. Низ лица скрывал шарф, и из узкой прорези были видны лишь глаза. Черные с красноватым отливом.

На шее болтался небольшой черный медальон с вкрапленным в него голубым топазом, а в руке он держал окровавленный, длинный, чуть изогнутый меч, напоминающий катану палача, Лайзу.

– Ты еще кто? – Теон готов был принять бой, хоть и понимал, что ему не выиграть.

– Госпожа Лотос приказала помочь, – высокомерно ответил незнакомец, так и не представившись. – Тропа на запад расчищена. Кратчайший путь к границе владений Кирино. Идите туда, я разберусь с теми, кто еще здесь есть.

Теон опять ничего не успел сказать – незнакомец исчез за деревьями раньше.

* * *

– Быстрее! – взревела Лотос, разрубая мечом воздух, и ветреное лезвие полетело прямо в голову демонов.

Большая часть отряда смогла устоять на ногах, но двое получили серьезные раны. У повелительницы был сегодня такой боевой настрой, что тренировка уже давно перетекла в бой не на жизнь, а на смерть.

Лотос часто и жестко тренировала своих ассасинов, но в этот раз она придумала что-то изуверское. Она создала шторм и поставила условие, что ни одна капля дождя не должна упасть на нее во время боя. Сложность была в том, что Лотос постоянно перемещалась, а магический шторм ее преследовал. Демонам приходилось не только отражать атаки Лотос, но постоянно концентрироваться на том, чтобы сдержать стихию. За несколько часов тренировки они еще не проиграли лишь потому, что Лотос поддавалась, желая довести отряд до предела возможностей.

Неожиданно на территории мелькнул Акира, привлекая внимание, и тут же отошел подальше, ожидая, когда ему уделят время.

Лотос заметила его и нахмурилась. Она резко сжала кулак и начертила в воздухе руну. Шторм взревел. Демонов ударило мощным порывом ветра, отбросив в стену замка, и на них тут же обрушился ливень.

– Вы должны были уничтожить шторм, а не держать его! – рявкнула Лотос. – Приведите себя в порядок и продолжайте тренировку, – приказала она, глядя на мокрых и грязных демонов.

– Да, госпожа, – нескладным хором ответили ей.

Лотос жестом велела Акире следовать за ней и покинула тренировочную площадку.

– Говори, – приказала Лотос, когда они уединились на дальней аллее ее замка.

– Задание выполнено, – сказал Акира, поклонившись своей госпоже. – Я проник в земли Кирино, проследил за его боем с Блэйзом. Он действительно проиграл, как вы и предрекали. Я убил столько демонов Кирино, сколько встретил, и вывел трех раненых слуг Безликого к границе. Слугам Блэйза помогать было поздно.

– Подробнее. Кого именно спас, скольких слуг Кирино убил и в каком состоянии Блэйз?

Акира не выказал удивления ее нетерпению, но заметно напрягся. Прошло четыреста пятьдесят два года с тех пор, как Лотос пришла на эти земли покарать отца Акиры за вероломное предательство. Госпожа была в тот день прекрасна как цветок лотоса, распустившийся в непогоду, и беспощадна, как смерч, но к нему проявила милосердие и предложила службу.

За проведенные с ней годы Акира привык, что Лотос была холодна и остра, как и ее катана, и сохраняла спокойствие, но последнее время с ней творились странные вещи. Ее взгляд и раньше будто блуждал в вечности, ища ответы на какие-то вопросы. Она могла исчезнуть на несколько лет, оставив Акиру за старшего командира, а потом появиться как ни в чем не бывало и дать новое задание.

Но сейчас все было по-другому. Госпожа нервничала, а дух ее метался. Голубое пламя в глазах горело ярче и беспощаднее, чем обычно. Задания и тренировки стали еще жестче. Она к чему-то готовила себя и своих демонов. Вот только к чему?

– Я убил тридцать восемь демонов Кирино, – отчитался Акира. – Блэйз сильно ранен – ему пришлось дать клятву. Мне удалось вывести командира Безликого – Райху, затем перевертыша и кицунэ. Слышал, что перевертыша зовут Теон. Очень необычный демон. Я видел тех, в ком живет дух животного, видел первых оборотней, которых не так давно вывел Нуар. Но этот Теон… Я вижу, что древний дух орла слился с ним воедино, чую силы, данные при обращении в демона, ощущаю в нем огромный потенциал к древесной магии и колоссальную невосприимчивость к ядам. И все же… – Акира сделал паузу, подбирая слова. – С ним что-то не так. Он мог сбежать с земель Кирино, но тащил на себе раненого кицунэ. Кстати, его подстрелил Кирино, так что он может не дожить до помощи.

– Доживет, – хмыкнула Лотос. – Мы расстались с Безликим примерно в то же время, как ты вытащил его слуг. С Теоном будь осторожнее – я наслышана о его талантах и сумасбродстве.

Акира вздрогнул от неожиданности. Госпожа призналась, что была вместе с Безликим. Какие же у них отношения? Лотос как-то давно говорила не нападать на его слуг, потому что у них нейтралитет. А еще она должна ему. Но неужели у них не просто нейтралитет, а настоящий союз?

– Госпожа, какие будут приказы дальше? – наконец спросил Акира.

– Я брошу вызов Кирино. Выиграю и потребую, чтобы он отказался от титула короля преисподней.

– Не делай этого!

Акира выпалил это раньше, чем осознал, насколько дерзко и нагло прозвучат его слова. Лотос не отличалась терпением к нахалам. Она позволяла Акире многое и была по-своему добра, но приказной тон она не терпела ни от кого, тем более от слуги.

– Повтори, – зарычала Лотос, медленно закипая.

– Прости, госпожа, – Акира побледнел и поклонился ей. – Прошу, не делай этого. Не бросай вызов Кирино. Пусть мой отряд разобьет его войска. Мы ослабим его, отравим изнутри, лишим поддержки. Мои химеры сильнее его демонов – я принесу тебе его раненым, а ты отрубишь голову! Только не бросай ему вызов напрямую. Он невероятно силен сейчас.

– Ты посмел сомневаться в моей силе? – прищурилась Лотос, злясь все сильнее.

– Никогда, госпожа, – Акира поднял свои черные с красноватым отливом глаза к ее лицу и тут же отвел в сторону, не в силах смотреть. – Но в тебе есть честь, а в нем нет. Он обманет тебя так, что сам хаос не накажет его. Он уже загнал в ловушку Вагиса и получил его клятву. Он стравил Лао и Ферайю и получил их голоса вероломством, а они даже не поняли этого. Он бросил вызов Блэйзу, зная, что тот ранен после последней битвы, и специально вызвал на свои земли, которые ослабили его еще больше. Вызовешь его на поединок, он найдет способ обмануть и тебя.

– Акира, – протянула Лотос, усмиряя свой гнев. – Неужели ты думаешь, что я такая наивная? Я познала изворотливость и лживость Кирино еще задолго до твоего рождения. Я веками копила силы и училась противостоять первородным и их оружию. Я создала тебя и твой отряд химер для того, чтобы вы могли противостоять аристократам.

– Но у Кирино крылья и невероятные силы после того, как он спустился к колодцу хаоса! – не сдавался Акира.

– И что с того? – изогнула бровь Лотос. – Легионы Кирино поредели. Как и легионы прочих первородных. Тысячелетняя война измотала их всех. Крылья, что он выторговал в колодце желаний, – попытка падающего уцепиться за хвост змеи.

– Я беспокоюсь за тебя, госпожа, – вздохнул Акира, понимая, что ему ее не переубедить. – Лишь ты достойна править кругом аристократов. А не он.

– Как же ты мне иногда напоминаешь Арго, – вдруг сказала Лотос, дернув губами в подобии улыбки. – Если так беспокоишься, ступай к Кирино и передай, что я хочу встретиться с ним один на один рядом с западным входом в геенну. Пусть приходит, если будущий король преисподней не боится палача.