Так в постели мы иногда перепутываем имена,

так на карте мы иногда перепутываем реки,

так, проснувшись в момент приземления самолета,

мы не можем вспомнить, куда мы летим.

Не тем именем, не тем, не моим, не домашним,

а другим, каким-то новым, очищенным,

потусторонним и паучковым:

подделай мою жизнь нейросетью,

назови меня кем-то ненастоящим

(Надей она была, та чеховка, не Наташей),

назови меня именем новым.

Перепутай.

Пусть оно светится, изменяет себе, блазни тся,

пусть оно начинает свой новый путь в темноте:

я встану и выйду в ванную и в зеркале отразится,

совсем другое лицо, и даже глаза не те.

Тело как будто наденет чужую одежду,

свет, переставший сочиться из всех прорех.

И только голос, голос останется прежним,

им я тебя и выведу из асфоделей тех.