Глова тяжелая, ноги ватные, в горле песок и засуха, пьешь, а вода до желудка как будто не доходит, будто в некую пустыню впитывается, испаряется. Еще и телефон звонит, надрывается. Хорошо, мобильник взяла Полина, ей звонили.

— Да, Варюш… — тихо, чтобы скрыть недовольство, сказала она.

На часах половина седьмого, спать еще и спать.

— А почему он должен быть у нас?.. Ну, хорошо, глянем. Перезвоню, давай!

Полина положила телефон на тумбочку, налила в стакан воды, выпила. Минералка закончилась еще вчера, да и обычной бутилированной воды осталось немного, надо ехать покупать. Выпила, легла, выдохнула.

— Петя пропал, дома нет.

— А мы здесь при чем?

Марков реально ушел в запой, третьего дня на руках домой затаскивали. Проспался — и давай с утра квасить, никто его не поддержал, даже Варвара взяла день трезвости. Но и Марков не нажирался, весь день пребывал в состоянии подпития — от легкого, до средней и чуть выше тяжести. Вчера снова спровоцировал пьянку, шашлыки, ночные купания, Борис даже не помнит, как до дому с Полиной дошли. Еще не отоспались, а Марковы снова задачу на день ставят. Петр потерялся, его будут искать, а как найдут, обмоют это дело.

— Может, за нами увязался, а мы не заметили?

— Он что, ракушка с моря, чтобы его не заметить?

— Все равно, сходи, глянь, может, завалился где-нибудь.

— Хорошо, пойду гляну!

Борис заставил себя подняться, одеться, прошел по комнатам второго этажа, спустился на первый, нет Маркова. И во дворе ни единой живой души. А на крыльце Варвара стоит, нервно курит, увидела Бориса, замахала рукой, указывая на ворота. Пришлось выйти на улицу.

— Я и Зайцевым звонила, — сказала Варвара. — У них Алиса пропала.

— А машина стоит?

Первым делом Борис подумал о том, что Марков мог уехать с Алисой. Девушка почти постоянно находилась с ребенком, за общим столом появлялась крайне редко, но чувствовалось, что между ней и Марковым проскочила искра. Зайцев как будто напоказ игнорировал Алису, демонстративно переносил все внимание на жену. Возможно, хотел заретушировать свои прошлые грехи перед Калерией. Общие грехи с Алисой. Может, и было у них что-то и или даже продолжалось, возможно, Алиса всего лишь хотела, чтобы Роман ревновал, но знаки внимания Петру оказывала. Хотя и не так явно, чтобы Зайцев заметил.

— При чем здесь машина? — вскинулась Варвара. — Думаешь, Петя мог уехать с этой?.. Без телефона?

— А где телефон?

— Дома!

— Вчера на пляже Петя с телефоном был, — вспомнил Борис.

— Ну так он с телефоном и пришел. А потом ушел. Без телефона… Сказал, за шезлонгами сходить надо, я сказала, не надо, завтра заберем. Ну, он остался… Утром просыпаюсь, а его нет.

— На пляж ходила?

— Да нет.

— Может, Петя все-таки пошел за шезлонгом? Там, на пляже и остался.

— С кем? — вытянулась в струнку Варвара.

— Ну точно не со мной!

— Может, правда на пляже?

Варвара глянула на себя, опустив голову, шортики на ней скорее спальные, чем купальные, маечка с кружевным верхом и тонкими бретельками, шлепки на босу ногу, не самый лучший вид для прогулок вне дома, но в то же время пляж — это не Театральная площадь.

Они повернули на пляж, уже прошли мимо второго дома, когда открылась калитка.

— Вы куда? — спросил Зайцев.

Снова он с иголочки, чистый. Кепка, поло, кроссовки — все белое, только шорты синие. Но такие же новые, как и остальное. Да и сам как будто заново после вчерашнего родился, бодрый, подтянутый, вид, далекий от похмельного. А ведь он вчера пил со всеми на равных.

— Алису твою искать! — кивнула, не останавливаясь, Варвара.

Шезлонги увидели издалека, стоят себе пустые у самой воды, ни единой живой души рядом, мусор валяется, мангал стоит, на завтра, то есть на сегодня, оставили.

— На море никого нет, — сказал Роман.

— А ты на пробежку вышел? — на ходу окинув его взглядом, спросила Варвара.

— Собирался, ты позвонила, смотрим, Алисы нет.

— А вещи ее?

— Вещи вроде бы на месте, рюкзак в шкафу лежит.

— Ох, не нравится мне твоя Алиса! — с надрывом сказала Варвара.

Она шла к пляжу. Видит, что нет никого, а все равно идет. И ведь вышла к месту, откуда открылся вид на место, где лежал человек. Серая кофточка с длинным рукавом, темная юбочка, кроссовки, ветер треплет светло-русые волосы.

— Не понял!

Борис от ужаса буквально остолбенел. Мысли толкали его вперед, к телу, а тело не слушалось, ноги будто окоченели, руки замерли на взмахе.

Алиса лежала на боку спиной к ним, у подножья того самого обрыва, на вершине которого еще вчера вечером стоял манекен. Сейчас там никого. Как будто Рафаэль, столкнув девушку, сбежал.

Но, как оказалось, Алису не просто сбросили с обрыва, в нее стреляли. Даже издалека видно было характерное для пули отверстие в спине между лопаток. Стреляли в грудь, пуля прошла насквозь, на спине пятно крови вокруг выходного отверстия, под тело натекло много крови, которая уже успела высохнуть и впитаться в гальку.

Борис не решался подойди близко и уж тем более перевернуть труп на спину. А перед ним лежал именно труп, никаких в том сомнений. И труп Алисы, а не какой-то другой девушки.

— А где чертов манекен? — спросил очнувшийся Роман.

— А где Петя? — в ужасе простонала Варвара.

Борис и Роман переглянулись и, не сговариваясь, повернули назад. Обогнули утес, вышли на знакомую дорожку.

— Боря, ты телефон брал? — спросил Зайцев.

— Ну, если бы я знал, что труп идем искать.

— Знал, не знал, а в полицию звонить надо.

— Потом позвоним.

— А оно будет, это потом? — спросил Роман.

Борису от его слов стало не по себе. Вчера все пили, ели, веселились, посмеивались над Рафаэлем, а сегодня вдруг не стало Алисы. Но вряд ли это убийство будет последним, следующим в очереди мог стать сам Борис. Причем произойти все могло прямо сейчас. Возможно, Рафаэль уже подкарауливает их, наводит карабин на цель.

Видимо, и Роман представил себе такую картинку, остановился.

— Ты чего? — Борису также пришлось сбросить скорость движения до нуля.

— Может, сразу полицию вызовем? — спросил он.

Они находились в подлеске у подножья горы, на самом старте крутого подъема.

— Пусть полиция разбирается? — усмехнулся Борис.

Он понимал, что Зайцев прав, не их это дело — искать убийцу и тем более подставляться под пули, но азарт толкал его вперед.

— Но в то же время Алиса мне дорога, — вздохнул Роман.

И, шумно выдохнув, рванул вперед, Борис едва поспевал за ним. Они взяли подъем, протиснулись в узкую щель между скальными выступами и оказались на полянке с видом на море.

Первым труп Маркова увидел Роман.

— Твою мать! — шарахнулся он.

Петр сидел на земле, спиной упираясь в скальный отвес, образующий следующую, куда более высокую и длинную горную ступень. В руках карабин, под выступом нижней челюсти входное пулевое отверстие, на камне за головой выплеск кроваво-мозгового коктейля. Карабин едва держался в руках, ствол наклонен, видно, его отшвырнуло в сторону, и только чудом он не свалился на землю. Голова тоже откинута, но в другую сторону. Глаза закрыты, видимо, Петр зажмурился перед выстрелом.

Борис оторопело смотрел на труп. Страшная рана, вид крови, как это ни странно, его не пугал, он просто думал, как все происходило. Но организм не спрашивал, как он себя чувствует, рвотный позыв образовался внезапно, его стошнило прямо под камень, за которым он увидел одеяло и лежащий на нем квадратик презерватива. Чуть в стороне валялись женские трусики. Чертов манекен лежал под пихтой, откинув руку, которой столько дней держался за ствол дерева.

— Ты чего? — удивленно глянул на него Роман.

И вдруг сам сложился вдвое, рвотный позыв швырнул его к покойнику, но ему хватило ума закрыть рот ладонью, чтобы не облевать труп. Он заставил себя сдвинуться в сторону на пару шагов, только тогда дал волю рвоте.

— Валить отсюда надо, — прокряхтел Борис. — А то заблюем здесь все.

И хотелось бы постоять, посмотреть, что здесь, где да как, может, следы преступника обнаружатся, но желание поскорее убраться отсюда оказалось сильней. И Зайцев с удовольствием принял его предложение.

Варвара ждала их внизу на дороге к пляжу. И Полина уже идет со стороны домов, телефон в руке.

— Ну что там? — Варвара силилась улыбнуться, как будто ожидала услышать в ответ безобидную шутку, но вышло что-то похожее на гримасу ужаса.

И вид у нее бледный, в лице ни кровинки.

— Ну что я тебе скажу… — Борис отвел взгляд и опустил голову. — Твой муж тебе изменил.

— С этой сукой? — сквозь зубы спросила Варвара.

Но голос ее дрожал не от ревности. Похоже, она понимала, что за пренеприятным известием скрывалась самая настоящая катастрофа.

— Возможно, Алиса его изнасиловала. — Роман набрался смелости и посмотрел ей в глаза.

— Ничего, переживет.

— Думаю, Петр твой выстрелил в нее. А с обрыва она упала сама.

— Петр выстрелил?! Где он?

— Там, наверху.

— Почему он не спускается?

— Не может.

— Почему не может? — крикнула Варвара. Да так, что у Бориса зазвенело в ушах.

— Ему нужно побыть одному, — отвел взгляд Зайцев.

— А мне нужно к нему! — громко, но заметно охрипшим уже голосом сказала Варвара.

— Не надо, сначала там должна побывать полиция.

— Зачем полиция? Не нужна полиция!

— Нужна!

— Ты что, сдашь Петю ментам?.. И ты сдашь? — Варвара зло взглянула на Бориса.

— Ему уже все равно.

Он собирался всего лишь отвести от нее взгляд, но сам не понял, как повернулся спиной.

— Что значит «все равно»?

Варвара схватила его за плечо, с силой рванула на себя, Борис повернулся, но в глаза не посмотрел.

— Петя! — взвыла Варвара.

Оттолкнув Бориса, она собралась бежать к мужу, но Зайцев схватил ее, удержал.

— Нету Пети! Застрелился он!

— Врешь!

Зайцев плотно держал Варвару, фактически обнял ее, она понимала, что не вырвется, но все же дернулась, заставляя его удерживать себя. В ответ Роман еще крепче обнял ее, и она сдалась, сначала расслабилась в его объятиях, затем разрыдалась.

— Что здесь такое происходит? — издалека спросила Полина.

— Звони Плотвицу, у нас два трупа. Петра и Алисы.

— Не-ет! — Из охрипшего горла вырвался истошный крик.

Телефон у пляжа не ловил сеть, Полина повернула к дому, Борис вопросительно глянул на Романа, к которому приклеилась рыдающая Варвара. Справится ли он с ней? Тот кивнул, что да.

Борис последовал за женой. Теперь он знал, почему погибали люди, кто их убивал. Понимал, что все уже закончилось. Но все равно не мог оставить Полину одну. Утром еще мог, а сейчас нет. К тому же Полина не знала, о чем говорить.

Он сам набрал номер телефона, услышал голос следователя.

— Да, Полина Ильинична! — сухо, но в ожидании интересной информации отозвался Плотвиц.

— Борис это. Антонович. Убийство у нас. И самоубийство.

Борис вкратце обрисовал ситуацию, сначала нашли тело Алисы, затем Петра Маркова, версии он выстраивать не стал, путь приезжают и сами разбираются.

Объяснений потребовала Полина, после того как Борис сбросил вызов.

— Ну да, гульнул Петя, но это не самое страшное.

— Ну да, застрелился, это еще страшней. И Алису жалко, хотя она, конечно, не ангел!

— Самое страшное в том, что это мы во всем виноваты… Куда это они?

Роман и Варвара медленно шли к лесу, кустарник уже почти скрыл их, мелькали только головы.

— Там высоко? — спросила Полина.

— Сложный подъем, — кивнул Борис.

— Пока поднимутся, может, Варвара успокоится. Или Петя оживет.

— Это вряд ли. Там такая каша… из мозгов.

— Меня сейчас стошнит!

— Меня уже… Кофе бы покрепче!

— Домой пойдем?

— А полиция подъедет, кто встретит?

— Тебе какое дело?

— Вот и я говорю, что нам нет никакого дела. Поэтому и полицию не вызвали. Стоит себе манекен и стоит. А там карабин где-то лежал, Марков спрятал.

— Зачем?

— А чтобы Алису убить… Вот скажи, зачем он ее убил? Поднялись наверх, даже одеяло принесли, трах-тох-тибидох. По взаимному согласию. Одеяло, презерватив, трусики… Алиса трусики сняла, все как положено… Как положили, так и сняла… — вслух размышлял Борис.

— А если не по взаимному согласию?

— Изнасиловал?

— А потом убил!

— Зачем убивать?

— Чтобы никто не узнал… А понял, что спьяну натворил, застрелился.

— А зачем карабин доставать? Мог бы просто со скалы столкнуть, высоты там хватает, чтобы убиться. И высота, и камни…

— Зачем карабин достал? — спросила Полина.

— А зачем спрятал?.. Зачем Ворокуту убил?

— Он Ворокуту убил?

— Ну а кто?

Борис уже точно знал, кто убийца. Варвара могла говорить что угодно, но Ворокута ее к дереву прижимал, считай, на спину уложил. Возможно, Марков это все видел. Ворокута отправил Варвару домой, сам пошел к «расстрелянному» манекену, Марков за ним, там и застрелил.

— А Шляхова?

— А ты видела, что Петя с нами все время спал? Может, он все-таки уходил. Это же он тему денег поднял.

— Он.

— Он деньги и забрал. Убил Шляхова и забрал.

— А теперь вот Алису.

— Чтобы она никому ничего не сказала.

— Но зачем карабин? Если там тайник был, для чего надо было доставать карабин? Достаточно было со скалы столкнуть… Хотя вдруг бы выжила!

— Может, я за кофе схожу?

— Я во дворе постою, — кивнул Борис.

Во двор он не зашел, так и остался на улице, то на гору посмотрит, куда отправились Роман и Варвара, то на дом, где скрылась Полина. Вроде бы и ясно, кто убийца, а на душе все равно неспокойно. Вдруг убийца кто-то другой, и он готов нанести очередной удар? Маркова и Зайцев могли погибнуть.

Полина вынесла кофе, Борис залпом его выпил и рванул к морю. И чем ближе он подходил к лесу, тем крепче становилась уверенность, что полку трупов прибыло.

Он шел, увертываясь от цепких веток, перескакивая через корни деревьев, поднимался в гору, перепрыгивая с камня на камень. Наконец поднялся. Варвара сидела на камне и тупо смотрела на труп своего мужа. Она уже не могла плакать, вся майка мокрая от слез. Роман стоял рядом, смотрел на Бориса и разводил руками. А что он мог сделать?

— Сейчас полиция подъедет, — сказал Борис.

Варвара услышала голос, резко повернула голову.

— Зачем ты ментов вызвал? — жестко спросила она.

— Ну вот, очнулась! — улыбнулся Роман.

— Не нужны здесь менты!

— Предлагаешь сбросить Алису в море? — спросил Зайцев. — Как будто твой муж никого не убивал.

— Он не убивал эту суку! — Варвара стремительно поднялась, повернулась к нему.

Роман от неожиданности попятился.

— Не убивал, не убивал!

— Ты ее убил!

— Я?! — опешил Роман.

А Варвара все смотрела на него и смотрела. И молчала она так выразительно, что Борис задумался. А может, это Зайцев на самом деле так хитро избавился от своей любовницы? Подкараулил ее с Марковым, его вырубил, ее застрелил и скинул со скалы. Потом и с ним покончил.

Но Варвара вдруг повернулась к Борису и в упор на него взглянула.

— Или ты!

— Я убил Алису?! Зачем?

— А ревновал! И ненавидел! За то, что она выбрала Петю!..

— Тебе нужно выпить.

— Да пошел ты!

Варвара ринулась на Бориса, толкнула его, и они оба едва кубарем не покатились под откос. Зайцев успел поймать за руку сначала Варвару, затем его, удержал обоих.

Варвара поняла, что могло произойти по ее вине, осознала, успокоилась. Но спуститься вниз категорически отказалась, Зайцев остался с ней, а Борис отправился встречать полицейских.

Первым подъехал Плотвиц, Борис проводил его к трупу Алисы. Она все так же лежала на боку, ветер шевелил волосы на ее голове. Следователь надел резиновые перчатки, перевернул труп на спину, а в груди две раны, только одна пуля из двух прошла навылет.

— А где Марков?

— Там же, где и манекен, — усмехнулся Борис.

Хорошее начало дня, уже два восхождения на счету, впереди третье. Не соскучишься.

— Значит, отдыхали вчера культурно? — глянув на мангал и шезлонги, спросил Плотвиц.

— Марков ушел домой, потом вернулся за шезлонгами.

— А в шезлонге Алиса?

— Не знаю, как все было.

— А выстрелы когда слышали?

— Выстрелы? — Борис удивленно вскинул брови.

Странно, почему он не подумал, что они могли слышать выстрелы.

— Ветер с гор дул, — вспомнил он. — В море… Не слышали мы выстрелы… Зайцев мог слышать. Его дом ближе всех к морю.

— Зайцев, Зайцев… Где он?

— У трупа. И вдова там. Не смогли ее остановить.

К месту подъезжал уазик патрульно-постовой службы, Плотвиц дождался, когда наряд выгрузится, велел выставить оцепление. Одного постового взял с собой.