Я проснулась от запаха чего-то аппетитного и греховного.

Несмотря на пустые калории, которые я употребила вчера в виде водки, у меня потекли слюнки. Я поерзала в кровати. Поскольку мое одеяло наполовину сгорело после вчерашней оплошности, я спала без него. Не могла поверить, что чуть не спалила свою квартиру ради секса.

Если подумать, в то, что у меня был секс, я тоже поверить не могла. Да к тому же приятный секс.

В мыслях всплыли события вчерашнего вечера, а вместе с ними и сочетание головокружительного возбуждения и сокрушительного ужаса.

Я переспала со своим мужем. Моим адски горячим мужем.

Консумировав наш брак, мы заказали пиццу (пиццу! В будний день!), пили арбузные «Маргариты», которые Риггс приготовил с халапеньо (вкусные) и отправились спать в разных кроватях. Ну, в случае Риггса – на диван. Само собой, я могла предложить ему переночевать в моей постели, но не хотела показаться слишком навязчивой.

А еще не хотела, чтобы он воспринял это как предложение совать в меня свое достоинство, когда ему вздумается. Пусть даже сама я желала повторения вчерашней ночи. Я чувствовала, будто моим телом завладела женщина, которая в самом деле способна получать удовольствие.

Почистив зубы и надев практичное платье, я вышла в гостиную, где обнаружила гору пышных теплых вафель, аккуратно сложенную на тарелке на журнальном столике.

– Боже мой, вот это красота и изящество! – пропела я, бросившись к вафлям.

Схватила тарелку, поднесла ее к носу и вдохнула.

– Маленькие невинные создания. Кто же вас сюда поставил, в такое опасное место?

У меня потекли слюнки. Вафли что надо. Где Риггс их достал?

Дверь ванной распахнулась, и из нее вышел Риггс, выглядя вдвое порочнее, чем лакомство в моих руках.

– Наконец-то ты встала. – Он прошел в кухонный уголок, где открыл масло и шоколадный сироп.

Я решила, что он это купил, потому что на всем свете не существовало такого оружия, под угрозой которого я бы одобрила шоколад в своем доме.

– Поторопись, надо съесть их, пока не остыли.

– Съесть? – Я ахнула от такого кощунства и поставила тарелку, пока не совершила какую-нибудь глупость. – Риггс, я не могу постоянно нарушать диету, а мы вчера уже ели пиццу.

– Можешь и должна. В штате Нью-Йорк нет законов, запрещающих получать удовольствие, я проверил. – Он полил вафли шоколадным сиропом. – К тому же я видел тебя голой, поэтому смею авторитетно заявить: ты точно можешь себе это позволить.

Я почувствовала, как краснею с головы до пят.

– Прости. Я ценю твой жест, но правда не могу… Где ты их купил?

– Что купил? – Он сел и, взяв вилку и нож, отрезал себе огромный кусок вафли с шоколадом.

– Вафли, – ответила я, и в животе громко заурчало.

– Я их не покупал. – Риггс откусил и принялся жевать. – Сам испек.

– Ты их испек?

– Ага. – Он отправил в рот еще кусок. Чертов мужчина съест их все, пока я не успела даже попробовать. – Купил старую добрую вафельницу и ингредиенты. Плевое дело. Хочешь попробовать? – Риггс пододвинул ко мне вилку с лакомством.

Я не должна. Правда, не должна. Но боже, как же хотела. Я закусила нижнюю губу.

– Не, но шпшиб за жаботу, – пробормотала я.

– А можешь повторить на английском? – Он поднял голову от НАПОЛОВИНУ ОПУСТЕВШЕЙ тарелки. Нужно действовать быстро, если хочу попробовать. – Ничего не понял, потому что у тебя слюней полный рот.

Я нехотя отпустила губу.

– Нет, но спасибо за заботу.

– Без проблем. Я подумал, если ты их съешь, то я заработаю очки как лучший муж, а если нет, то смогу помучить тебя, демонстрируя, что ты упускаешь.

– Болван, – фыркнула я и тут же рассмеялась.

– Воображала, – бодро ответил он и откусил еще кусок.

Это уже слишком. Этот запах. Красивые золотистые квадратики. Тающее масло. Шоколад. Мужчина, который все это ел.

– Ох, ладно! – Я плюхнулась рядом с ним и вырвала вилку у него из рук. – Я попробую твои клятые вафли.

Риггс внимательно наблюдал за мной с улыбкой. Мерзавец злорадствовал. Я была готова пырнуть его вилкой, которую у него отобрала.

Я откусила кусок, отхватив вафлю, масло и шоколад в безупречной пропорции, закрыла глаза и издала стон. Необыкновенно. Сладкие и соленые в равной мере. Все еще горячие, хрустящие снаружи и мягкие внутри.

Невозможно, чтобы этот мужчина был так красив, хорош в постели, да к тому же умел готовить лучшие в Америке вафли. Он – оружие массового уничтожения.

– Просто неслыханно! – воскликнула я, откусывая еще.

Теперь он улыбался уже во всю.

– Да, видно, что ты страдаешь.

– Я имела в виду, что очень вкусно. Где ты научился их печь?

– В Бельгии.

Я чуть не забыла, что он путешествовал по свету, собирая повсюду всякие хитрости и любопытные факты в свою копилку талантов.

– Ты всегда учишься готовить местные блюда, куда бы ни отправился?

Он обнял меня за плечи.

– Скажу лишь: ты должна попробовать мою пиццу.

Тьфу. Этот мужчина невероятно хорош для моей сексуальной жизни, но сущий кошмар – для талии.

– Это, – я указала вилкой, – лучшие вафли, которые я пробовала. Лучше тех, что были в той закусочной. Какой твой секретный ингредиент? – допытывалась я. – Точно не дрожжевое тесто. Знаю, потому что пробовала.

Риггс изобразил, будто закрывает рот на молнию.

– Ты правда мне не скажешь? – возмутилась я. Пока нам удавалось не затрагивать тему нашего секса. Может, он вообще об этом забыл? Все же курил как-то чересчур много.

– Вафли – мой козырь. Я не отдам его без серьезной уступки с твоей стороны. – Он встал, подошел к кухонному уголку и взял себе из холодильника пиво. Казалось, будто он дома. И смотрелся так же. А это представляло еще большую проблему.

Риггс ногой захлопнул холодильник.

– Какие у тебя планы? Чем сегодня займешься?

Я со стоном доела оставшиеся вафли.

– Буду искать работу, чем же еще?

– Разве ты не говорила, что никто не рассмотрит твою кандидатуру, пока не получишь визу?

Я угрюмо кивнула, собрала подушечкой указательного пальца остатки шоколада с тарелки и начисто облизала. Виза. Мы даже не обсуждали этот проклятущий вопрос с тех пор, как поженились, потому что я его избегала. С каких пор я стала такой безалаберной?

– Думаю, все беспокоятся, что на это уйдет много времени. Сроки получения визы могут быть непредсказуемы. К тому же в последнем месте мне сказали, что проводят собеседования, чтобы закрыть вакансии в ближайшие несколько недель. Они не могут ждать четыре или пять месяцев.

Риггс отпил пива, а я сделала вид, будто не заметила, что он выпивает в половину девятого утра.

– Так почему ты не подождешь?

Я сдержанно улыбнулась.

– Отличный вопрос, Риггс. Ответ на него: потому что деньги с неба не падают.

Я уже всерьез подумывала взяться за подработку администратором и получать оплату в обход закона, лишь бы восстановить доход. Беспокоилась, как буду оплачивать аренду и счета без стабильного заработка. Я не могла бесконечно тратить свои сбережения.

– Возьми выходной, – не к месту предложил он.

– Я не могу, – ответила я.

– Составишь мне компанию.

– Прости, ты что оглох за последние пять минут? – Я нахмурилась. – Я не могу позволить себе выходной, Риггс. Я без преувеличения готова взяться даже за чистку обуви, чтобы продержаться на плаву.

Казалось, ему наскучил разговор. Как он не мог понять? Ясно же, что самому не привыкать к трудностям.

– Послушай. – Риггс покрутил на указательном пальце крышку от пивной бутылки, будто баскетбольный мяч. – Мы заедем к той юристке в офис и заполним заявление на выдачу визы.

– Я слышу лишь, что мне предстоит потратить еще больше денег.

– Может, уже прекратишь говорить о деньгах? – процедил он сквозь зубы.

– Может, перестанешь притворяться, будто у нас обоих с ними нет проблем? – возразила я.

– Я заплачу тебе, чтобы ты провела со мной день! – рявкнул он. – Довольна?

Я отпрянула и так расхохоталась, что заболел живот.

– Спасибо, посмеялась. Мне это было необходимо. – Я встала и отнесла тарелку в раковину. – И за вафли тоже. Они были восхитительны. Мне взять рамэн на обед? Угощаю.

Риггс проследил за мной взглядом.

– Я серьезно. Я заплачу, чтобы ты провела со мной день. Мне нужна помощница для проекта Discovery.

– С каких пор тебе нужны помощники? – Я прищурилась.

– С сегодняшнего дня, – проворчал он.

– Раньше ты без них обходился.

– Не надо сомневаться в моих методах. – Он нахмурился.

– Ладно. И что для тебя делает ассистент? – спросила я, подавив улыбку.

«Пожалуйста, скажи: “Доставляет мне удовольствие ртом”, – подумала я, после чего возник томительный вопрос: – С каких пор я так разговаривала? Пусть даже в своих мыслях?»

Риггс потер подбородок, обдумывая вопрос.

– Носит оборудование, помогает мне настроить свет, подменяет меня, когда я пробую разные объективы… – Он нахмурил брови. – Чистит мои ботинки, подтирает мой зад, дрочит мн…

– Как бы этой конкретной ассистентке ни хотелось засудить тебя за сексуальные домогательства, можешь не договаривать, – пропела я, споласкивая тарелку в раковине. – Сколько ты платишь?

Впрочем, это не важно. Я не в том положении, чтобы торговаться. Меня устроит и минимальная ставка.

Риггс облокотился на стол и подался ко мне.

– А сколько сейчас платят ассистентам фотографов?

– Понятия не имею. – Я рассмеялась. – Я стала им пятнадцать секунд назад.

– Две тысячи? Фиксированная ставка на день? – предложил он.

– Две тысячи? – Я поперхнулась. – Риггс, откуда ты возьмешь такие деньги? Ты даже не можешь заплатить за проезд в ме… – Я замолчала, возможно, немного запоздало, потому что он смотрел на меня с таким непонятным выражением лица, что захотелось затолкать свои слова обратно.

– Для тебя все сводится к деньгам? – тихо спросил он.

– Ну… а разве не для всех?

Он покачал головой с задумчивым видом.

– Отвечая на твой вопрос: я не могу себе этого позволить, а компания может. Discovery оплачивает услуги моего помощника. Так что я заплачу тебе и отправлю им счет.

Прозвучало так… странно. Но в то же время по какой-то непонятной мне причине, я знала, что Риггс найдет такие деньги. Он еще ни разу меня не подводил и всегда выполнял обещания. В отличие от Би Джея.

К слову, об этом болване: мне бы не помешало отвлечься. Поработать день с Риггсом будет полезно не только для моего кошелька, но и для психики. Да и потом, разве плохо работать на мужчину, за которого я вышла замуж, чтобы обмануть власти, и с которым только вчера занималась диким сексом? Что может пойти не так?

– А если у адвоката сегодня не найдется для нас времени? – спросила я, вспомнив что нам нужно подать заявление в иммиграционную службу.

Риггс язвительно рассмеялся.

– Да ты знаешь, кто я т… – Он резко замолчал и прокашлялся. – Найдется. Она близкий друг Кристиана.

Он что, только что выкинул номер про «Ты знаешь, кто я вообще такой?» Как странно. Он без преувеличения… ну, я хотела сказать «никто», но это неправильно. Для меня он значил очень многое.

– Итак, куда мы сегодня отправимся, напарник? – Я протянула ему мизинец.

– В самое романтичное место на свете. – Он обхватил его своим и покачал нашими руками, делая еще один глоток пива. – В заброшенную тюрьму.

* * *

Фелисити Циммерман занимала угловой кабинет в одном из самых роскошных небоскребов Манхэттена. Она была поразительно привлекательной женщиной чуть за сорок и обходилась с нами, как с членами королевской семьи. Сказала, что будет поддерживать нас на протяжении всего процесса, сначала во время подачи заявления на визу CR1, а потом, через две недели, и на грин-карту.

Она даже заполнила с нами форму I-130A, сказала, что отправит ее из офиса и подключит своих друзей в иммиграционной службе. На слух все это было очень обнадеживающе и ужасно дорого.

Как объяснила Фелисити, раз Риггс выступал заявителем, то ему необязательно лично присутствовать на собеседовании, но будет чудесно, если он сможет сопровождать меня, когда придет время.

– Самое главное – производимое впечатление. – Она по очереди посмотрела нам в глаза, дабы убедиться, что мы на одной волне. – И поскольку данные, которые вы указали в форме I-130A, довольно свежие и юридически подтверждают прочные отношения, да к тому же мистер Бейтс пойдет с вами, все это должно успокоить сотрудника иммиграционной службы. Даже если он не сможет присутствовать на самом собеседовании.

– Ничего, – сказал Риггс. – Я обязательно приду.

В конце часа я спросила Фелисити, сколько она берет за работу. Наверное, стоило начать с этого вопроса, но я не хотела нервничать на протяжении всей встречи.

– Девять сотен за час. – Она улыбнулась.

– Центов? – понадеялась я.

Риггс рассмеялся. Я застонала. Когда мы вышли из ее кабинета, он похлопал меня по спине.

– Не волнуйся, Поппинс. Продадим твои органы на черном рынке.