Мне целых два дня удавалось избегать своего новоиспеченного мужа после свадьбы.

В первый вечер я позвонила подруге из Кембриджа, которая работала в юридической компании на Манхэттене, и предложила ей выпить вместе. Лора (именно Лора, а не Лаура) уже пару лет пыталась со мной встретиться, с тех самых пор, как переехала в Штаты. Я упорно увиливала от ее предложений. Би Джей терпеть ее не мог с той поры, когда ее застукали за употреблением запрещенных веществ в кембриджском кампусе во время учебы на юриста. После этого она тихо перевелась в Дарем, но часто приезжала, чтобы повидаться с друзьями.

После пяти порций водки с содовой и обмена сплетнями, во время которого Лора ввела меня в курс всех скандалов, что приключились с ребятами из нашего выпуска по ту сторону Атлантики, я призналась, что вышла за американца ради визы, что он поцеловал меня и что теперь я от стыда не могу даже вернуться в нашу общую квартиру из страха, что начну к нему клеиться.

Лора отнеслась с пониманием, и как только сообразила, что ей не уговорить меня с ним переспать («Но Би Джей аж в Непале! И, могу добавить, тот еще болван, который не заслуживает твоей верности»), то разрешила переночевать у нее.

Две ночи я спала у нее на диване, пока Лора не решила проявить твердость.

– Послушай, дорогуша, я безумно тебя люблю, но хочу вернуть себе личное пространство. Тебе пора. – Она опустила руку на талию, встав посреди гостиной на фоне очертаний Манхэттена, видневшихся за окном высотой от пола до потолка.

– Эй! – простонала я, зарываясь в плед на ее диване. – Ты должна быть моей опорой.

– Ты бросила меня и нашу дружбу ради парня по имени Би Джей, – напомнила она, пригрозив мне пальцем. – Ты вообще не заслуживаешь никакой опоры. К тому же я оказываю тебе услугу. Заставляю расплачиваться за свои поступки.

– Ох, но расплата ужасна. – Я сбросила плед и вскочила. – Как… как… как песни Оливии Родриго.

– Не смей оскорблять Оливию Родриго под моей крышей. – Лора пригрозила пальцем. – Эта женщина написала мою любимую песню для расставания. Я слушаю ее каждый раз, когда бросаю очередного парня. То есть по семь раз в неделю. – Она побрела на кухню, которая была полностью белоснежной и… ну, имелась в квартире. Не то что моя крохотная стойка с микроволновкой и одной конфоркой. – В любом случае, брак – не одноразовое явление. Ты не Ким Кардашьян, дорогая.

– Он даже не написал мне с тех пор, как сбежал с нашей свадьбы, – посетовала я, шагая за ней к кухонному островку.

– По эмоциональному развитию вам обоим двенадцать лет. – Лора открыла холодильник.

– Может, и так, но я хотя бы хронологически ближе к этому возрасту, – сказала я, надувшись.

Лора закатила глаза и достала два обезжиренных йогурта – один для нее и один для меня.

– Не важно старше он или нет, ты бы с радостью станцевала с ним «горизонтальное танго».

– А если я правда хочу спать со своим мужем? – Я прикусила нижнюю губу.

– Тогда я тебя поддержу. С помпонами и всем прочим.

– Лора. – Я взяла у нее йогурт и сунула полную ложку в рот. – Даже будь он в моем вкусе, он не ищет отношений.

Она вздохнула.

– К сожалению, ты проявишь безупречную выдержку. Как и всегда.

– Думаешь? – Я оживилась.

– После того как он бросил тебя в зале? – Она наморщила нос. – Готова поспорить, что едва ты его увидишь, то сразу затеешь ссору. А теперь проваливай, пожалуйста, из моей квартиры. Я хочу потанцевать голышом под песни Оливии Родриго на полную громкость.

* * *

Я уже ехала домой на Uber, когда в крышку гроба моей истории с Би Джеем забили последний гвоздь.

Как только я села в такси, на телефоне отобразился входящий видеозвонок. На миг сердце описало сальто в груди. Неужели Риггс наконец-то решил меня проведать?

Но плечи поникли, едва я увидела на экране имя Кирана. Неохотно смахнула пальцем, будто брат виноват, что он не мой муж.

– Да, старший братец? – Я закатила глаза, потакая ему. Но лицо Кирана было белым, как мамина фирменная вареная курица, и, похоже, он дома, хотя в это время дня должен работать в закусочной.

– Ты одна? – Он взволнованно глянул на меня, будто мог рассмотреть окружающую обстановку.

– А что? О боже. Шелби ведь не подала на тебя в суд за домогательства? Говорила же, что плохая идея сверкать своим…

– Что? – Его глаза вспыхнули. – Нет, нет. Речь не о Шелби. У нас с ней все отлично.

– Что происходит? – Я нахмурилась. – Когда ты в последний раз выглядел таким неуверенным и взволнованным, то наложил в штаны, Кир.

– Во-первых, я тогда просто пытался пустить газы. Вышло нечто среднее. И там был португальский шведский стол, Даффи. Я должен был попробовать все. – Он почесал небритую щеку. – Ах, черт. Но новости у меня все же есть.

– Что случилось? – допытывалась я.

Его глаза, такие же фиолетовые, как мои, наполнились тревогой.

– Ну… речь о Би Джее.

Я поджала губы, ожидая продолжения. Киран лихорадочно заморгал. Пытался подобрать правильные слова, и я сразу поняла, что их нет.

– Даффи, он идиот.

– Что он сделал? – По какой-то непостижимой причине мне стало гораздо легче, раз дело не в том, что Киран попал в беду.

– …без преувеличения самый тупой парень, какого я только встречал.

– Киран. – В моем голосе послышалось раздражение.

– …даже считаю преступлением смешивать нашу первоклассную ДНК с его, если вы однажды поженитесь.

– Киран! – рявкнула я.

– Ладно, ладно. – Он поднял руки. – В общем, вчера вечером перед сном я заглянул в ноутбук, чтобы проверить, не ответила ли Шелби. – Брат опасливо меня рассматривал, словно я могла вспыхнуть пламенем. – Кстати, не ответила, но это уже другая история. Я рассказывал, что говорил о ней с Риггсом? Он перезвонил мне на следующий день после нашего с тобой разговора. Подумал, что мне стоит пригласить ее на свидание, когда в следующий раз увижу ее у газетного киоска. Но откуда мне знать, если она…

– Да твою ж налево, Киран, закончи уже.

– Точно, точно. На чем мы остановились?

– Ты сел за ноутбук, – простонала я.

– Да! В общем, мне пришло восемь писем от Би Джея.

– Восемь? – У меня отвисла челюсть. Би Джей – любитель писать односложные сообщения.

– Странно, да? – Он кивнул. – Все они были в одной ветке.

– И… что в них говорилось?

– Только что переслал их тебе.

Телефон известил о новом электронном письме. Я открыла его.

—– Пересланное сообщение –

От: Брендан Эббот <brenfjr333@gmail.com>

Дата: Среда, 28 сентября

Тема: ГДЕ ТЫ

Кому: Киран Маркэм <kkktookmybabyaway@gmail.com>

Кейн, дружище, ты где? Я так нпился.

* * *

Кейн, ты ще тут? поймал ткси?

* * *

Чееееерт. Я облажался. лол. Трахнул ту блондинку. Девчнку из Финляндии? Хахахаха. Ты был прав. сиськи не настщие.

* * *

Даффи не длжна узнать.

* * *

Я так надрался, что ща вырублюсь. Ваще не знаю, как он встал. позвони мне

К горлу подступила желчь, а сердцебиение участилось до опасной отметки. Я не могла поверить в то, что прочитала. Не могла поверить, что это написал тот же человек, с которым я провела так много лет своей жизни. Планировала жить до конца своих дней.

Следующее письмо шло с другой временной отметкой – шесть часов спустя.

* * *

Привет, Киран, это Би Джей. Прошу прощения за вчерашнюю цепочку писем. В них… я предстал далеко не в лучшем свете. Мой друг, Кейн, взломал мою почту и стал разыгрывать людей. Пожалуйста, не воспринимай это всерьез. Разумеется, я бы никогда не стал делать все то, что описано в письмах (напиваться, изменять Дафне и так далее).

Постараюсь чуть позже тебе позвонить.

Би Джей.

* * *

Привет, Киран, это снова Би Джей. Немного поразмыслив, я решил кое в чем признаться. Не хочу усугублять ситуацию враньем и знаю, что серьезно облажался. Меня все утро рвало, и я никак не могу перестать думать о содеянном. Надеюсь, мы сможем сохранить все между нами. Понимаю, что это серьезная просьба, но, прошу, выслушай меня.

Я сейчас не в Непале, а в Таиланде с другом. Поэтому и спрашивал тебя на днях об открытии ресторана. Мой друг, Кейн, хочет открыть заведение на Самуи.

Как ты, наверное, уже догадался, я перепутал вас с Кейном, потому что твое имя тоже начинается на «К», и ты оказался последним, кому я отправлял письмо.

Прошлой ночью мы были на пляжной вечеринке. Ситуация немного вышла из-под контроля. Я сильно напился. Я изменил Даффи в ПЕРВЫЙ и ЕДИНСТВЕННЫЙ раз. Формально я ей даже не изменял, потому что она вроде как бросила меня перед нашим прощанием в Нью-Йорке. Понимаю, что сейчас это мало что значит, учитывая, сколько вранья я наговорил ей об этой поездке. О месте назначения, о моей компании и цели. Но прошу, не позволяй, чтобы это происшествие испортило твое мнение обо мне. Я провел с твоей сестрой почти десять лет и люблю ее. Это должно стать моей последней гулянкой перед тем, как я сделаю ей предложение. Дело ТОЛЬКО в этом. Повеселиться немного, прежде чем мы оба остепенимся.

Послушай, я уверен, если мы созвонимся и поговорим, то я смогу лучше объясниться. Не мог бы ты, пожалуйста, ответить на мой звонок?

Би Джей.

* * *

Киран? Ты на связи? Я несколько раз пытался дозвониться…

Я закрыла глаза и сосредоточилась на дыхании. Как-то так вышло, что за последние несколько недель вся моя жизнь пошла наперекосяк. Я потеряла работу. Своего парня. Умудрилась выйти замуж за кобеля, у которого проблемы с обязательствами, а Би Джей изменил и врал мне.

– Дафф, – простонал Киран со страдальческим видом. – Прошу, скажи что-нибудь.

Внутри все горело. Не столько от боли, сколько от злости. Главным образом на саму себя. Мне некого винить. Я сама сделала ставку на избалованного богатея, с которым у меня мало общего, и дорого за это поплатилась. Может, Риггс прав, и мне пора подумать о том, чем я хочу заниматься, а не о том, как хочу жить.

– Мне пора, – выпалила я.

– Даффи…

Я повесила трубку, в оцепенении повернувшись к водителю Uber.

– Можете сделать незапланированную остановку?

– Х-м-м-м… – Он поймал мой взгляд в зеркале заднего вида. – Вам придется зайти в приложение и…

– Мой парень, с которым мы встречались семь лет, сказал моему брату, что переспал с другой на пляжной вечеринке, хотя мне говорил, что помогает монахам в Катманду. Ну, а теперь?

В кино в этот момент водитель сказал бы что-то вроде: «Милая, я тебя понял, давай устроим трепку».

Но это не кино. Это моя жизнь. Поэтому водитель чуть не закатил глаза и пробормотал:

– Да… это отстойно… но вы все равно должны изменить маршрут поездки в приложении.

– Просто остановитесь здесь, пожалуйста.

Я кое-как вылезла из такси, чувствуя себя уязвленной и растерянной. До дома оставалось еще несколько кварталов, но если бы мне пришлось еще хоть минуту просидеть в замкнутом пространстве, я бы, наверное, выпрыгнула из окна.

Я заглянула в магазин алкогольных напитков, купила себе бутылку водки, сунула ее в бумажный пакет и пошла домой.

Если я и привлекала осуждающие взгляды прохожих, то не замечала этого. Полностью вошла в роль пьяной обманутой девушки.

В сумочке зазвонил телефон. Я полезла за ним, потягивая водку и позволяя горячему жгучему ощущению окутать горло. Когда я достала телефон и увидела на экране имя Би Джея – конечно же, он все это время не отключал мобильник, – мое сердце даже не екнуло.

Как грустно, что я несколько недель надеялась и молилась, чтобы Би Джей позвонил мне, пока сама думала, что он в Непале, а теперь чувствовала лишь нежелание вести официальный разговор о расставании. Я сбросила звонок. Он набрал снова.

Чертов Киран. Видимо, сказал Би Джею, что я все знаю. Я снова отклонила вызов. На третий раз отключила звук и убрала телефон в сумочку. Пусть Би Джей почувствует, каково это, когда тебя игнорируют.

Я не знала, сколько времени прошло, пока не оказалась у своего дома. Поднимаясь по лестнице, чувствовала себя совершенно пьяной и развратной. Пока проходила мимо двери Чарли, мысленно отметила, что нужно проведать моего соседа. Я так упорно избегала своего нового мужа, что пренебрегла обязанностями. Одна из которых – обеспечить одинокому мужчине необходимое общение.

Только с четвертого раза мне удалось вставить ключ в замочную скважину и наконец открыть дверь. Свет в квартире не горел. В темноте мерцало тусклое голубоватое свечение телевизора. Я с трудом волочила ноги, икала и отпихивала на ходу поношенные кожаные ботинки Риггса.

Значит, он здесь. Чудесно. Прекрасно. Лучше пресечь этот разговор в зародыше.

– Даффи. – Риггс встал с дивана, как ученик, который ждал у кабинета директора. Выглядел при этом особенно привлекательно после того, как мы не виделись несколько часов подряд. – Эй. Я не хотел тебя беспокоить, н…

– Ох, проклятье! – простонала я громко и весьма агрессивно. – Обязательно быть таким красавчиком? С растрепанными волосами, ямочками на щеках и мышцами и… и… без волос на плечах. Такое впечатление, что природа не в курсе, что ты достиг средних лет.

Риггс озадаченно на меня уставился.

– Эм… спасибо?

– Ты в отличной форме. – Я глотнула водки. – И ты мне нравишься.

– Почему ты орешь? – Он нахмурился. Я не могла утверждать, но он выглядел немного расстроенным. То есть не немного, а как следует. То есть ЧРЕЗВЫЧАЙНО. Щеки раскраснелись, а глаза так потемнели, что стали похожи на бездну.

– Потому что я нажралась в хлам. – Я рассмеялась, ощущая невероятную пустоту внутри. Смех эхом отдавался в легких.

– Не то слово. – Риггс окинул меня взглядом. Напряг челюсти. – Где ты была?

– У коллеги.

– Парня или девушки?

– Не твое дело у кого, – радостно объявила я. – Давай не будем делать вид, будто ты не ходишь к своим подружкам, когда пожелаешь.

– И ты не могла написать? Позвонить? «Привет, Риггс, кстати, я ночую у подруги, жива. Так что не отправляй поисковую бригаду». Ну знаешь, как нормальный человек?

– А сам почему мне не написал? – Я, спотыкаясь, поплелась к нему и ткнула пальцем в грудь.

Он раздул ноздри и прищурился.

– Не я же…

– Нет, ты, – перебила я. – В администрации. Ты меня бросил.

Невероятно, но я вовсе не думала, что вымещаю на Риггсе злость на Би Джея. Я совершенно искренне чувствовала, что меня сильнее ранил мой фальшивый муж, не пожелавший провести со мной время после нашей фиктивной свадьбы, чем мой настоящий парень, который после почти десятилетних отношений сбежал с какой-то финнкой с искусственными сиськами. Или то была шведка?

Казалось, Риггс готов сбросить меня с Эмпайрстейтбилдинг.

– Нельзя так сбегать.

Я запрокинула голову и расхохоталась.

– Почему? Ты построил на этом карьеру. Побег, без преувеличения, составляет всю твою индивидуальность.

– Мы не обо мне сейчас говорим, – натянуто ответил он.

– Полностью согласна. – Я сделала еще глоток водки. – Мы никогда не говорим о тебе. Я ничего о тебе не знаю. К чему такая загадочность, Риггс Бейтс? Что ты скрываешь?

И пускай я отчаянно желала узнать о нем больше, но чего мне сейчас хотелось по-настоящему, так это расстегнуть его джинсы, встать на колени и доставить ему удовольствие, пока он не сорвется. Секс из мести – лучший секс, по крайней мере, мне так говорили.

Но Риггс не выглядел ни пылким, ни возбужденным. Вид у него был такой, будто он готов промыть мне желудок и отправить в оздоровительный центр.

– Послушай, я должен перед тобой извиниться и объясниться за случившееся после нашей же…

– Би Джей мне изменил, – сказала я, вновь его перебив.

– Что?

– Разве ты не рад? – Я захихикала, бесстыдно прижимаясь к нему и поглаживая пальцами его шею. – Ты с самого начала был прав насчет Сосунка.

– Нет, я не рад. – Он схватил меня за плечи и осторожно подвел к дивану, на который я плюхнулась, как мешок. – Что случилось?

Я, фыркнув, отмахнулась.

– Перестань, пожалуйста, делать вид, будто тебе хоть что-то небезразлично. Так уж вышло, что я тебя знаю, Риггс Бейтс.

– Ты ничего обо мне не знаешь. – Он снял с меня обувь, и тогда я впервые обнаружила, что у меня мозоли размером с собственный нос от того, что последние несколько часов я бесцельно бродила по Манхэттену. – А теперь выкладывай, Поппинс.

Я прищурилась и запрокинула голову, чтобы сфокусировать на нем взгляд.

– Я тебе нравлюсь? – спросила я внезапно.

– Что? – озадачился он.

– Я. Тебе. Нравлюсь? То есть ты бы переспал со мной, выпади такая возможность?

Риггс уставился на меня так, словно я оставила мозги у Лоры. Признаться, может, так оно и было.

– Какая разница? – процедил он наконец.

Я забралась к нему на колени, усевшись задницей прямо на его пах. Обняла его за плечи и выпятила губы, предпринимая попытку соблазнения.

– Это важно, потому что я очень хочу, чтобы ты со мной сегодня переспал.

Риггс замер, прижав руки к бокам, будто диван намазан суперклеем. Его дыхание стало затрудненным, ни одна мышца не дрогнула. Кроме той, что продолжала стремительно увеличиваться и утолщаться под моей задницей.

– Ты пьяна. – Его голос прозвучал хрипло и чувственно.

– А ты возбужден.

– Как и всегда, – проворчал он с измученным и несчастным видом, в кои-то веки лишившись самоуверенности.

– Ну, а я не всегда пьяна, так что лучше сделать все по-быстрому, пока я не пришла в чувства, – дразнила я, взявшись за край его рубашки.

Он схватил меня за запястье, поднял и с пугающей легкостью усадил обратно на диван.

– Ты сегодня не в себе.

– Если честно, сомневаюсь, что хоть раз была такой настоящей за последние годы. – Я провела пальцами по его широким плечам. Не могла перестать к нему прикасаться. – Давай, Риггс. Ты переспал с половиной населения планеты. Чего стоит еще одна отметка на твоем ремне? – Я наклонилась, чтобы прикусить мочку его уха, но промахнулась и вместо этого задела зубами подбородок.

Риггс издал низкий рык, из-за чего его твердая как камень грудь напряглась.

– Даффи.

– Консумировать брак – наша христианская обязанность, – уговаривала я, проводя языком от его уха до шеи. Он не остановил меня, но и прикасаться не стал. – Неужели ты не хочешь обеспечить себе местечко в раю?

– Этот поезд уже ушел. Не удивлюсь, если меня встретят в аду с конфетти, – манерно протянул он.

– Никогда не поздно. Бог прощ…

– Я атеист, – перебил он.

– Ну, конечно. Мой грешный муж.

– Ты сегодня мелешь какую-то ерунду, Поппинс. – Риггс отодвинулся от меня. Но все равно сидел с тоскливым видом ребенка, который неохотно отказывается от разноцветного торта ко дню рождения.

– Но если Бог все же существует? – рассудила я, внутренне признавая, что, наверное, побила какой-то мировой рекорд, став самой непривлекательной соблазнительницей. – Вдруг Он сейчас наблюдает за нами? Вдруг устроил нам испытание, а мы его проваливаем? – Я припала губами к его ключице и с силой пососала.

– Так, ладно. – Риггс вскочил на ноги. – Хватит на сегодня приставаний. Я не стану, спать с тобой, пока ты в стельку пьяна. Я, черт подери, не утешительный приз вместо Сосунка.

– Но Риггс! – заныла я, взмахнув руками.

Он с крайне сердитым видом сунул ноги в ботинки.

– Дам тебе отоспаться и больше никогда об этом не упомяну, потому что ты, по-видимому, в довершение ко всему прочему превратила меня в джентльмена.

О нет. Я никуда его не пущу. Он же переспит с другой. Мне на ум пришла потрясающая мысль.

– Подожди! – Я подскочила, о чем тут же пожалела. Голова закружилась.

Риггс снова повернулся ко мне.

– Что?

– Я хочу принять твое предложение.

– Какое?

– Посмотреть вместе фильм для взрослых.

Он нахмурился.

– Когда я такое предлагал?

– В метро. – Я лучезарно улыбнулась. – В тот вечер, когда мы поужинали и сбежали, не расплатившись, помнишь?

В тот вечер, когда он заступился за меня. От воспоминания по спине побежали мурашки.

Риггс провел языком по нижней губе. Судорожно сглотнул. Я видела, что он пытается принять решение.

– Я не пожалею об этом, – причитала я. – Готова даже подписать заявление. И заламинировать его.

Наконец его безупречные губы растянулись в нерешительной ухмылке.

– Тебе нужна помощь.

– Так помоги мне! – Я раскрыла объятия. – Помоги мне изведать свою сексуальность. Би Джей был ужасен в постели, Риггс. Ужасен. Брал меня по-собачьи, а потом падал рядом, пока я еще даже не достигла кульминации. Клянусь, он не нашел бы мой клитор с картой и поисковой бригадой, даже если бы над ним висела неоновая вывеска.

Было приятно сказать это вслух. Пускай это жестоко и мелочно, но все же это правда.

– Что ты задумала? – Риггс вскинул бровь. У него красивые густые брови. Мне захотелось провести по ним пальцами.

– Выбросить Би Джея из головы, – объявила я, а потом добавила: – но я понимаю, что ты не хочешь мной пользоваться. Поэтому я готова посмотреть с тобой фильм для взрослых, что в принципе не подразумевает прикосновения, а значит, не считается эксплуатацией.

– Без прикосновений, – предупредил он.

– Вообще. – Я выставила два пальца. – Слово скаута.

– Ты хоть была в скаутах? – Он с сомнением на меня покосился.

– Нет, – призналась я. – Была слишком занята учебой, оттачивала фальшивый акцент и заполняла лотерейные билеты.

Мы оба рассмеялись.

Пускай я напилась, но все же признавала правду: меня влекло к Риггсу с самого начала, и я не стану жалеть о своем решении переспать с ним, если он согласится.

Я, затаив дыхание, ждала его вердикта.

Наконец, он взял свой телефон с журнального столика между нами.

– Возьми ноутбук. Я переверну твою жизнь, Поппинс.

Полчаса спустя мы сидели на диване, положив Риггсу на колени мой ноутбук поверх его внушительной эрекции и смотрели «Робин Блуд».

Что касается сюжета, то в «Робин Блуд» его не было. Но Робин был очень продуктивным вором в том смысле, что уже выкрал четырех женщин у их мужей и довел их всех до иступления.

Само собой, одновременно. А это значит, что ему пришлось проявить изобретательность с пальцами ног.

Лично я не смогла понять, в чем тут прелесть. Конечно, достоинство героя походил на аквапалку для плавания, но все выглядело очень искусственно. Все эти стоны и крики, идеальные силиконовые груди и подстроенные оргазмы. Ни один актерский талант не оказался потрачен впустую на это произведение. Могу сказать, что все участники делали это только ради гонорара.

Поэтому уже на середине получасового фильма я начала зевать, посматривать на часы и размышлять, сколько вирусов сейчас просачивается на мой ноутбук с сайта для взрослых.

Риггс, который, похоже, тоже не слишком увлекся и будто не дышал последние полчаса, повернулся посмотреть на меня.

– Не твое?

Я пожала плечами.

– Ты раздул из мухи слона. Я ожидала… большего.

– Большего? – Казалось, он на взводе. – Чего еще тебе желать? Тут жидкостей хватит на олимпийский бассейн, а мы еще даже не дошли до сцены с секс-игрушками.

– Спасибо за спойлер. – Я состроила гримасу. – Дальше скажешь мне, на ком из них он женится.

– Женится?.. – Он сник. – Поппинс, он ни на ком не женит…

Поняв, что я шучу, Риггс издал хриплый сексуальный смешок и выключил ноутбук. О нет. Теперь точно нет ни единого шанса, что мы дойдем до дела. А сейчас, когда я почти протрезвела и могла в полной мере оценить его по достоинству, Риггс был особенно хорош собой.

– Как голова? – тихо спросил он.

– Полна угнетающих мыслей, но в остальном нормально. А твоя?

Выражение его лица стало мягче, когда он, по всей видимости, вспомнил о приеме, на который я его записала. Я покраснела. Он думал, что я в него влюбилась или что? Ведь это не так. Просто дурацкий прием у врача. Любой бы поступил так же. Это правильно.

– Хорошо, – тихо сказал он. – Спасибо.

– Но ты все равно пойдешь на прием.

Он ухмыльнулся.

– Вижу, ты опять начала мной командовать. Явно протрезвела.

– Вообще я выпила всего полстакана. – Мы оба перевели взгляд на бутылку водки на журнальном столике. Риггс кивнул.

– Рад, что вернулась настоящая ты.

– Настоящая я все равно хочет секса с тобой.

Он напряг челюсти.

– Чтобы вернуть Сосунка?

Я пожала плечами. Если честно, я хотела секса с Риггсом просто потому, что он самый привлекательный, пленительный и волнующий мужчина, какого я только встречала. Но признаться ему в этом – ужасная идея. Он не терпит моногамию.

– Скажи мне, Дафна, по-твоему, я какое-то бесполезное развлечение? – Его голос прозвучал так равнодушно – даже не верилось, что он исходил от него. Холодно.

– Что? Нет! – ответила я с придыханием. – Конечно, нет.

– Уверена в этом? Я ведь правда переспал с половиной чертовой вселенной. – Он говорил с издевкой, но его глаза походили на два замерзших озера боли.

– Я тебя обидела? – Я нахмурила брови. – Риггс, твои приятели…

– Ты не мой приятель. У тебя нет оснований, чтобы составлять обо мне мнение, – сухо ответил он.

Я в ужасе выпрямилась.

– Слушай, я вовсе не это имела в виду. Просто… – Хотела уговорить тебя переспать со мной по собственным ничтожным эгоистичным причинам. – Думала, что делаю тебе комплимент. Большинство мужчин только рады прослыть бабниками. Это предложение без обязательств.

– Мы женаты. – Я не могла отвести взгляд. В его глазах бушевала буря, и я впервые осознала, что у Риггса все же есть чувства. Причем множество, если начистоту. И никто до сих пор не обращал на них особого внимания.

– Фиктивно, – тихо сказала я.

– Живем вместе по-настоящему.

– Я большая девочка, – ответила я, удивившись лавине эмоций, бурлящих в моей груди. – И очень долгое время была хорошей, поступала правильно и играла по правилам. – Я замолчала. – Я устала играть роль благоразумной карьеристки. Я хочу сделать что-то, потому что сама этого желаю, а не потому, что вижу в этом верный способ достижения цели.

– И это «что-то» – я, – закончил он, скривив свои губы Купидона в язвительной ухмылке. – Я польщен, но откажусь.

В его интонации прозвучала такая непреклонность, что я решила больше не спрашивать. Гордость бы мне не позволила. Внезапно меня переполнило раскаяние оттого, что поставила его в такое положение. О чем я только думала? Отнеслась к нему как к какой-то секс-машине.

Я печально кивнула.

– Прости.

– Не стоит извиняться. Без обид, да?

Я заставила себя поднять взгляд и улыбнуться ему.

– Без обид.

Тогда, желая развеять напряжение, заполонившее пространство настолько, что в комнате стало почти нечем дышать, я объявила:

– А теперь, прошу меня извинить. Пойду поглажу блузки. Это всегда поднимает мне настроение.

На этот раз он не наградил меня своим привычным смешком. Я молча ушла в свою комнату, гадая, когда смех Риггса Бейтса успел стать моим любимым саундтреком.

* * *

Поскольку у меня не было места даже для столовых приборов, а тем более для гладильной доски, я гладила одежду на кровати, подложив кусок плитки, чтобы не сжечь одеяло. Оттого глажка превращалась в непростую задачу, раз мне приходилось сгибаться крючком, чтобы идеально отутюжить одежду, не оставив ни складочки. Как ни странно, я уже не получала привычного удовольствия от занятий, которые позволяли мне казаться представительницей высшего класса.

Я рассеянно водила утюгом по одной и той же складке на вишнево-красной блузке. Мне удавалось не думать о том, что произошло у нас с Риггсом, и сосредоточиться на новообретенной ненависти к Би Джею.

Я размышляла, всегда ли он был таким паршивым человеком или стал избалованным в последние годы, когда понял, что я останусь с ним ради привилегий? Полагаю, он всегда был недоумком, а я просто старалась это не замечать. Что ж, можно смело сказать, что меня ткнули носом в дурное поведение Би Джея. И никакое богатство в мире не стоило того, чтобы оставаться с ужасным партнером.

Я снова вела утюгом по складке на рукаве, когда почувствовала, как что-то твердое и теплое прижалось сзади между бедер. О нет. Неужели я обмочилась? Могу поклясться, что протрезвела.

Погодите, нет. Это ладонь. Человеческая. Ладонь Риггса?

Обожемой.

Я непроизвольно сжала мышцы, а внизу живота теплыми волнами разлилось напряжение. Он обхватил меня сзади, и я не могла понять, какие чувства главенствовали во мне: то ли смущение, то ли возбуждение от неожиданного поворота событий.

Мне хотелось тереться о его ладонь, пока не достигну наслаждения, но я замерла, испугавшись, что это какая-то игра или расплата за мое эгоистичное поведение.

– Мы нарушим правила дома. – Его голос прозвучал так низко и хрипло, будто доносился со дна океана.

Я облизала губы, вспомнив о глупом договоре на дверце нашего дурацкого холодильника.

– Мы вообще не в доме живем, ведь так? Это квартира, да и правила созданы, чтобы потом их разрушил художник[21]. Или так Пикассо…

– Это не означает, что мы пара, – продолжил он хрипло. Провел средним пальцем выше, дразнящим движением касаясь интимного места поверх белья и штанов.

– Я знаю, – ответила я, и мой голос сорвался.

Риггс надавил пальцем, натягивая ткань моих трусиков. Я с рычанием бросила утюг и расправила плечи. Он надавил второй рукой мне на поясницу, удерживая меня в согнутом положении.

– Мне больше нравится вид отсюда, – прошептал он мне на ухо.

– Риггс! Как ты смеешь? – Я жеманно фыркнула, пытаясь сохранить остатки гордости.

– Легко. Ты объективируешь меня и используешь для секса из мести, чтобы потом подразнить своего парня, когда он вернется. Я видел это уже сотню раз, Поппинс. Я стану твоим рычагом давления. Око за око. И ему придется смириться с тем, что я с тобой переспал, потому что он тоже был неверен. Но в итоге вы простите друг друга и будете жить долго и несчастливо в большом доме в пригороде с помощницей по хозяйству, которая едва достигнет того возраста, чтобы стать искушением для Сосунка.

Он грубо раздвинул мои бедра. Я поддалась без возражений, хотя все, что он сказал, прозвучало возмутительно.

– Может, я не приму его обратно, – возразила я.

Риггс издал мрачный смешок.

– Не сыпь обещаниями, которые не готова исполнить. Ты слишком увлечена идеей стать миссис Посредственность с избалованными отпрысками и членством в загородном клубе.

Я громко сглотнула от унижения и возбуждения. Я правда не собиралась принимать Би Джея обратно, но не хотела сейчас о нем говорить.

– Суть того, чтобы быть плохой… – Риггс наклонился, прижимаясь ко мне возбужденным достоинством, и провел губами вдоль моей шеи. – Что это не принесет никакого удовольствия, пока ты это не признаешь. Так признай. Ты сейчас займешься сексом со своим мужем, которого считаешь нищим, никчемным неудачником, и делаешь это только для того, чтобы потом козырнуть этим перед Сосунком.

Я открыла рот, чтобы возразить, но не проронила ни слова. Он усмехнулся в ответ на мое молчание.

– Умница. А теперь мы сделаем по-моему, ведь ты хочешь, чтобы было хорошо, а я хочу проверить свою теорию.

– Какую теорию? – Мне наконец удалось совладать с голосом. Он прозвучал так, будто в горле полно песка.

Риггс прижался приоткрытым ртом к моему подбородку, отчего у меня по спине побежали мурашки. Он собрал мои волосы и перекинул их через другое плечо.

– Хочу узнать, правда ли развращать хорошую девочку веселее, чем приручать плохую.

Внизу живота встретились мучительное беспокойство и сильное возбуждение. Восхитительное сочетание: ожидание внезапного, желание нарушить свои же границы и промчаться мимо них навстречу неизвестности. К мужчине, которого в обычных обстоятельствах я бы никогда даже не рассматривала.

– Ты думал о сексе со мной? – пропищала я.

Крепкие мышцы его пресса задрожали от смеха возле моей поясницы.

– Постоянно. – Он сильнее надавил указательным пальцем. – Черт. – Впился зубами в мою шею. – Подери. – Опустил руку к моим брюкам и умело их расстегнул.

Риггс спустил мои штаны, потом трусики. Я жаждала его поцелуев. Жаждала ощутить его вкус, как в тот раз, когда он жадно поглощал меня в здании администрации, будто я его любимый десерт.

Я стояла, согнувшись, со спущенной до лодыжек одеждой, и ждала его следующего шага. Риггс решил обойти вниманием мою интимную область и обвел пальцем грудь поверх кофты. Меня накрыла волна желания, и я прижалась ей к его ладони, моля о большем. Я не узнавала саму себя в своих действиях. В своей потребности в чем-то столь первобытном и примитивном.

– Тебе нравится? – прошептал он мне на ухо, опьяняя своим запахом.

– Да.

Риггс взялся за край моей кофты и рывком спустил ее вместе с лифчиком. Моя грудь высвободилась из оков одежды. Он обхватил ее и поднял к моему лицу.

– Прикоснись.

Я беспрекословно дотронулась до своей груди. Риггс простонал, стоя сзади, и меня захлестнуло желание, заставляя кровь закипать в венах. Мысль о том, что я могу вызвать такую реакцию у этого почти совершенного создания, дарила удовлетворение.

Он схватил меня за талию, прижался возбужденным достоинством к ягодицам и уперся лбом в мой затылок.

– Твое тело слишком восхитительно, чтобы доставаться такому придурку, как Сосунок.

– Спасибо, – пролепетала я. С трудом.

– Это не комплимент, а наблюдение. – Он провел грубой, как наждак, ладонью по моему бедру к промежности. – Еще никогда так сильно не хотелось поцеловать чьи-то губы и в то же время заткнуть рот.

– Я…

– Просто двигайся и не порти мне момент, Поппинс.

Риггс потянул меня за волосы и прижал спиной к своей груди. Я всхлипнула. Опустила голову ему на плечо. Не прекращая свои действия, он нащупал большим пальцем чувствительный бугорок и стал дразня обводить вокруг, так к нему и не прикасаясь. Я извивалась, жаждая его прикосновений, отчаянно желая большего.

– Пожалуйста… – простонала я.

– Что «пожалуйста»? – Он шевелил губами возле моей шеи.

– Пожалуйста, прикоснись ко мне там.

И он прикоснулся. Ох, как прикоснулся.

Я закрыла глаза и содрогнулась всем телом. Уже оказалась на грани пика наслаждения, а я никогда не испытывала его во время секса. Именно поэтому секс с Би Джеем стал для меня утомительным. Я воспринимала его как обязательную кардиотренировку. Как пилатес.

Риггс провел языком вдоль моей шеи, спускаясь к плечу. Он ускорил движения руки между моих ног, с правильным нажимом кругами поглаживая чувствительное местечко и убирая руку именно в тот момент, когда я оказывалась на грани. Конечно, он лучше вибратора. Стоило догадаться. В роли мужа Риггс Бейтс был настоящим проклятием. Плох во всем, в чем должен быть хорош – ни перспектив, ни денег, ни эмоций, ни верности, – и хорош в том, что касалось греха и забвения.

Через несколько минут я почувствовала, как подкашиваются колени, и громко всхлипнула. Удовольствие было невыносимым, по телу пронеслась мощная волна возбуждения. Я извивалась и дергалась, ощущения были слишком сильными, слишком приятными, слишком яркими.

– А-х-х-х-х-х-х-х, – простонала я.

– Нет. – Риггс убрал руку от моего интимного места, которое все еще пульсировало, разомкнул мои губы пальцем и заставил их облизать. – Скажи мое имя.

– Риггс. – Я громко дышала. – Риггс.

Риггс. Риггс.

Неужели я любительница кричать в постели?

– Черт, – тихо выпалила я. – Не могу поверить, что кри…

Но, прежде чем я успела договорить, он дернул меня назад, и я вдруг оказалась на полу.

– Моя очередь. – Риггс навис надо мной, приблизившись лицом к моему лицу. Мои губы разомкнулись, будто по собственной воле, призывая его поцеловать меня. Но он уже направил хмурый взгляд туда, где скоро соединятся наши тела, и спускал свои джинсы.

Я принялась сбрасывать нижнее белье и брюки с лодыжек, желая ускорить процесс. Риггс схватил меня за бедро и прижал, удерживая на месте.

– Не снимай. Так сильнее ощущения.

Он хотел сделать это, пока мои ноги почти сведены?

– А он поместится? – спросила я и подняла взгляд от достоинства, которое он сжимал.

Риггс одарил меня самой ослепительной, самой душераздирающей улыбкой с ямочками на щеках. От мысли, что эта улыбка никому не принадлежала, что у нее не было дома, не было человека, который любил бы ее и с нетерпением ждал в конце дня, мне хотелось плакать.

– Как-нибудь пролезет. – Он выставил два пальца. – Слово скаута.

Я приподняла бровь.

– А ты-то был скаутом?

– Еще чего.

Риггс наклонился к груди, которую недавно отпустил, и прикусил чувствительную кожу. Я задрожала. Я вот-вот снова достигну пика, а он еще даже не начал. С этим мужчиной потом никто не сможет сравниться, и он прекрасно об этом знал.

Риггс опустил руку мне между ног и, согнув пальцы, задел точку, которую Би Джей никогда даже не пытался найти. Он провел губами по моему лбу и застонал, развевая дыханием волосы возле моего лица.

– Ты такая возбужденная, Даффи.

Я покраснела, опустив голову. Риггс взял меня за подбородок и приподнял лицо, чтобы я посмотрела ему в глаза. Но все равно не поцеловал меня, и это сводило с ума.

– Ты все еще хочешь этого? – прохрипел он. – Никогда не поздно передумать.

– Боже, нет.

Выражение его лица стало напряженным.

– То есть да! – в панике уточнила я. – Я все еще хочу этого. Нет, я не передумала.

От облегчения, отразившегося на его лице, у меня участился пульс. Он достал презерватив из кармана и использовал его. В глубине души я порадовалась, что принимаю противозачаточные таблетки.

Риггс опустил руку между нами, развел мои бедра, насколько позволяли спущенные до лодыжек брюки, и медленно вошел. Мы, соприкоснувшись лбами, наблюдали за процессом. Я никогда и ни с кем не делала ничего более возбуждающего в постели. По иронии я, строго говоря, и не была сейчас в постели.

– О боже. – Я опустила голову на пол и закрыла глаза. – Все равно что смотреть, как волшебник достает ленточки изо рта, только наоборот. Он у тебя бесконечный.

Риггс запрокинул голову, издав и стон, и смешок одновременно.

– Ты молодец, Поппинс.

Я пискнула в ответ. Ощущала себя наполненной до дискомфорта. Будто меня начинили до краев. Чувство было странным, но не неприятным. Риггс замер, чтобы дать мне возможность привыкнуть.

– Говорил же. – Риггс прошелся взглядом по моему телу и с загадочной улыбкой остановился на глазах. – Поместился.

– С трудом. – Я надула губы. – Ну, зато хотя бы приятно.

По крайней мере, я так думала. Потому что потом он начал двигаться.

И стало не просто приятно. А божественно.

Пока Риггс двигался, я поняла, что нет вообще ничего общего между тем, чем занимались мы с Би Джеем, и тем, что происходило сейчас. Было так хорошо, что хотелось плакать. Казалось, будто Риггс чиркнул спичкой и зажег всю комнату. Пляшущие вокруг нас языки пламени ласкали мою кожу.

Второй пик удовольствия настиг меня через пять минут, но я продержалась еще пятнадцать, после чего Риггс раздул ноздри, напряг челюсти и достиг кульминации.

С запрокинутой головой, светлыми локонами, обрамлявшими его лицо, словно нимб, и острыми, как лезвие, римскими чертами лица, он выглядел так, что было трудно не увидеть в нем жестокое искушение.

Это был без преувеличения лучший секс в моей жизни.

И к сожалению, он на одну ночь.

Дойдя до кульминации, Риггс навалился сверху. Я зачарованно рассматривала его лицо. Он первым нарушил молчание.

– Ну что? Выбросила его из головы? – Риггс говорил равнодушным тоном, и я уже мысленно представила, как через пять минут он закурит сигарету и сядет раздетым по пояс у окна с видом на улицу.

– Эм… да, спасибо.

Он поцеловал мое обнаженное плечо.

– Всегда пожалуйста, женушка.

Я громко сглотнула, услышав это слово. От него оно прозвучало мучительно безупречно, но я знала, что Риггс никогда не скажет этого всерьез.

А ты этого хочешь? Вы полные противоположности. Начали с взаимной ненависти, что было всего месяц назад.

Но, быть может, я правда этого хотела. Какая разница, что Риггс не зарабатывал кучу денег? Я могла стать добытчицей. Мы могли быть счастливы. Очень жаль, что он никогда даже не допустит такой мысли.

– Хм, Поппинс? – Он щелкнул пальцами у меня перед глазами, и я поняла, что ненадолго отправилась в Страну фантазий.

– Да? – Я прокашлялась.

– Почему пахнет так, будто у тебя в квартире пожар?

Я сонно посмотрела на него, пока не вспомнила, что оставила включенный утюг на кровати.

– Вот черт! – Я оттолкнула его и вскочила на ноги. Забыла, что так и не сняла брюки, и чуть не упала на кровать. На кровать, которая, скорее всего, полыхала.

Риггс оттащил меня обратно в безопасное место. Встал. Мы оба в потрясении уставились на мой матрас.

Утюг прожег рукав блузки. На красивой рубашке виднелась дыра с обугленными краями. Жар прошел через плитку и оставил темное пятно на одеяле. Риггс взял утюг, отнес к окну в гостиной и перевернул его, чтобы остудить.

– Надеюсь, ты не рассчитываешь, что он заработает.

Риггс взял маркер из стаканчика с ручками на кухонном столе, снял колпачок зубами и неспешно подошел к холодильнику, приковав взгляд к списку, который мы заламинировали. Затем вычеркнул из него один пункт.

Правила дома:

Не заводить животных

Не приводить любовников

Не сближаться с супругом

Но правила созданы, чтобы их нарушать.

Жаль, что я не могла сказать того же о сохранности своего сердца.