Во время нашей еженедельной встречи за выпивкой Чарли вел себя странно. В чем не было ничего необычного. Чарли всегда был немного чудаковатым. Это нас и роднило. Но он еще никогда не казался таким… заторможенным.

– Значит, ты с фотографом. Расскажи-ка. – Он поднес к губам бокал пива Guinness. Я, надувшись, посмотрела на свой сухой мартини. Мне даже не нравился мартини. Я хотела чертов яблочный сидр и картошку фри. Просто так привыкла служить стереотипным олицетворением всех привлекательных культурных клише, которые нравились мужчинам, что порой забывала выходить из роли и быть самой собой.

– Нечего рассказывать, – решительно ответила я, прогоняя все мысли о чуть не случившемся вчера поцелуе и чуть не последовавшей за этим истерике. А поскольку на самом деле рассказать можно было многое, я решила озвучить сокращенную версию правды. Я доверяла Чарли. – Мы женимся, чтобы я могла здесь остаться.

Вот. Сказала открыто. Прозвучало не так уж и плохо, правда? Тогда почему меня терзало чувство вины, твердя, что я лгунья?

Чарли бросил на меня невозмутимый пугающий взгляд, как у директора, которому рассказали эмоциональную историю о том, что домашнее задание съела собака.

– Да, я довольно быстро это понял. Но вы ведь не просто друзья?

А были ли мы хотя бы друзьями? Сложно классифицировать наши с Риггсом отношения. Порой казалось, что мы настоящая пара. А иной раз я клялась, что мир слишком мал для нас двоих.

– У меня есть парень, – коротко напомнила я.

– Типа того, – поправил Чарли, приподняв свой Guinness в насмешливом тосте. – И давай признаем: он даже не рядом, чтобы бороться за твою любовь?

– Нет. – Я повращала бокал с нетронутым мартини. – Сомневаюсь, что он когда-нибудь… – Заботился? Ухаживал за мной как следует? Не воспринимал меня как должное? – …делал что-то подобное.

Чем больше времени проходило, тем меньше Би Джей вспоминался мне как настоящий человек. Я не могла объяснить почему, но он стал походить на какой-то символ. Ключевой элемент в моей очень – правда, очень, – запутанной книге. Это был не любовный роман – в этом я уверена. Триллер? Ужасы? Одно ясно наверняка – не книга по самопомощи.

– Я, конечно, мало что смыслю в отношениях, ангел, но одно знаю точно: любовь – не привилегия. Это потребность. Ты делаешь вид, будто вы с Бренданом можете восстановить все, что разрушено, но, если честно… – Чарли пожал плечом, слизав пивную пену с верхней губы. – По-моему, ты ставишь не на ту лошадь.

– Других в этом забеге нет, – напомнила я. – Эта лошадь скорее… одинокий волк?

– Есть и другая, – возразил Чарли.

Думаешь?

– Риггсу я не нравлюсь. – Я внимательно рассматривала Чарли, отчаянно желая, чтобы он оспорил мою теорию.

– О, нравишься. Просто он не хочет смириться со своей симпатией.

– Это… очень запутанно.

– Как и все сердечные дела. – Он провел пальцем по краям бокала, собирая пенку.

– Чарли, не глупи. Мы не подходим друг другу.

– Нестрашно. – Он допил пиво, затем взял куртку со спинки стула и надел ее. – Вы же не пара ботинок, так что это не обязательно.

– Погоди, что ты делаешь? – Я так и осталась сидеть со своим скучным мартини, сторонясь занятой Риггсом квартиры, будто ее захватила колония комаров, через которую мне предстояло прорваться.

– У меня прием у врача. – Чарли достал бумажник из заднего кармана. – Хочешь пойти со мной и подержать меня за руку?

– А тебе это нужно? – Даже будь у меня желание вернуться домой (которого однозначно не было), то я все равно не возражала бы составить ему компанию. Хотя Чарли был очень красивым, умудренным жизнью, обаятельным и привлекательным мужчиной, он всегда казался мне трагическим героем. Тем, кого хотелось ограждать и защищать.

– Нет. Все нормально.

Я вздохнула.

– Встретимся на следующей неделе в тот же день, в то же время?

– Если жизнь подарит мне еще неделю, я ни за что не пропущу. – Он подмигнул.

Я закатила глаза, прогоняя его прочь. Любитель драматизировать.

* * *

– Ты врешь. – Я прижала пальцы к глазам, борясь со слезами.

– Зачем мне врать о таком? – Голос Кирана донесся до меня во время телефонного разговора. – Мне это ни к чему.

– Я просто не понимаю, зачем ему это делать.

– Затем, что он мудак, Дафф. И всегда им был.

Я покачала головой, хотя брат не мог меня видеть. Вот и очередной удар на и так дерьмовой неделе, полной поисков работы и попыток не замечать моего соседа/жениха/совсем крошечную влюбленность. Того самого, за которого я выйду замуж меньше чем через три дня. После чего настанет бумажная волокита, бюрократия, и я подам заявление на получение супружеской визы.

Судя по звуку, Киран ел что-то хрустящее.

– Могу переслать тебе письмо, если хочешь.

– Давай.

– Ладно. Не убивай гонца, принесшего плохую новость.

Я села на кровати, взяла свой Mac и включила его.

Зашла в почту, где меня ждало пересланное письмо от Кирана.

—– Пересланное сообщение –

От: Брендан Эббот <brenfjr333@gmail.com>

Дата: Пятница, 20 июля

Тема: Всякое разное

Кому: Киран Маркэм <kkktookmybabyaway@gmail.com>

Киран, приятель. Надеюсь, у тебя все хорошо. У меня тут все отлично, но очень скучаю по твоей сестре (прошу, не говори ей, что я вышел на связь. Бедняжка будет только сильнее по мне скучать, и, говоря между нами, чем больше времени я провожу в раздумьях, тем сильнее ощущаю готовность сделать предложение, когда вернусь домой).

В общем, у меня есть пара вопросов об открытии ресторана. Знаю, что вы с отчимом держите необычную закусочную, в которой подают рыбу с картошкой фри. Есть общие вопросы о цепочках поставок, подрядчиках, найме персонала и прочем.

Дай знать, когда найдется несколько свободных минут.

Твой почти зять LOL

Значит, у него все же есть доступ к Интернету.

– Он думал, ты мне не расскажешь? – Почему-то я решила сосредоточиться именно на этом. Не на том, что Би Джей готовился сделать предложение. Видимо, он полный идиот, если решил, что мой брат-близнец станет хранить от меня секреты.

Киран фыркнул.

– Ты же знаешь, что мы неплохо ладим, но Би Джею свойственно быть слишком высокого о себе мнения. Он из тех парней, кто думает, будто я не сдам его лишь потому, что мы вместе пили эггног на Рождество.

– Но… зачем ему открывать ресторан? – спросила я.

– Послушай, Даффи, что-то тут нечисто… – Киран замолчал. – Заставляет задуматься, все ли он рассказал нам о своем отпуске.

Би Джей никогда не выражал интереса к открытию ресторана. А еще ужасно готовил. Если он искал направление для новой карьеры, то ему явно нужен план получше.

– Спасибо, что сказал. – Я всхлипнула.

– Не за что. Просто мне показалось, что это странно, так ведь?

– Странно. Ужасно. Сам решай.

– Что новенького? – Киран оживился, давая понять, что ему не по себе от моего резкого выражения эмоций. – Как там твой фиктивный жених?

– Риггс? – растерянно спросила я. – Хорошо, насколько мне известно.

О чем я уже довольно давно не интересовалась. Я избегала его всю неделю, но не сомневалась, что он жив. Он устраивал во всей квартире беспорядок, служивший верным признаком жизни.

– Он дает мне советы насчет моей хорошенькой соседки Шелби. Кажется, она оттаивает.

– О, классно, – рассеяно пробормотала я. – Прекрасно.

– Кстати, я его загуглил. Нашел кучу сделанных им фотографий. Он не профессиональный неудачник, как Би Джей.

– Хмм. Безусловно. – Я все еще обдумывала новость о Би Джее. – Прости, Киран, мне пора.

Закончив разговор с братом, я принялась метаться по гостиной. Стояло субботнее утро, сайты с вакансиями не будут обновляться до понедельника, так что проверять их не имело смысла.

К счастью, Риггс не ночевал дома. Я знала, что он спал с другими женщинами, ведь как еще объяснить, почему он пропадал всю ночь? Но мне все равно. Пусть пихает свой член, в кого пожелает, главное не в меня. Я попыталась поднять себе настроение, напомнив, что всего через три дня состоится прием в мэрии, а с ним и встреча с Фелисити Циммерман, крутым адвокатом, с которым нас связал друг Риггса.

– Милая, я дооооома. – Дверь распахнулась, и вошел Риггс с восхитительно помятым и основательно оттраханным видом.

Блин. Обычно я слышала, как он поднимается по лестнице, и пряталась в своей комнате, пока он не успел завязать со мной разговор. Сегодня же казалось, что он шел на цыпочках.

Точно. Потому что ему до смерти хочется с тобой поговорить.

– Привет, – холодно поздоровалась я. – Как прошла ночь?

– На девять из десяти. – Риггс подошел ко мне, когда я открыла холодильник, собираясь приготовить завтрак. Он захлопнул дверцу, не дав мне достать упаковку яиц.

– У меня есть мысль получше. – Он ухмыльнулся.

– Лучше, чем съесть самый важный прием пищи за день? – Я недоверчиво приподняла бровь. От него разило парфюмом другой женщины, и внезапно ложь, которой я себя тешила, о том, что мне плевать на его распутство, перестала казаться такой убедительной.

– О, мы позавтракаем. – Риггс опустил свою тяжелую руку мне на плечо, обхватил за шею и поцеловал в макушку. – И под стать мне завтрак станет лучшим в твоей жизни.

* * *

– Боже мой, Риггс, – простонала я, запрокинув голову, как Мег Райан в «Когда Гарри встретил Салли». – Кажется, мой рот только что испытал экстаз.

Я бросила вилку, которую только что облизала, в пустую тарелку. Это были, без преувеличения, лучшие вафли, которые я пробовала после переезда в Штаты.

Мы сидели в маленькой неприметной закусочной в Парк-Слоуп. Черно-белые полы в шашечку, ярко-красные диваны и неоновые лампы розового и голубого цветов. Все это служило основными атрибутами непримечательного заведения.

– Знаешь, – начал он, приподняв густую бровь, – я мог бы доставить его всему твоему телу, если ты…

Я подняла руку.

– Исключено.

– Даже в качестве моего свадебного подарка? – Он очаровательно подергал бровями.

– Откуда ты вообще узнал об этом месте? – Я описала вилкой круг в воздухе.

Риггс взял свою кружку и медленно отпил кофе.

– Не важно.

– Нет, важно, – настояла я. – Я уже много лет охочусь за вафлями, а потом ты вдруг набрел на лучшие в городе.

– Проходил мимо.

– По пути откуда?

Риггс сердито посмотрел на меня, явно раздраженный оттого, что я не бросаю тему.

– Я ночевал у друга.

– У друга? – Я ухмыльнулась, виляя плечами. Но чувствовала, будто меня пырнули ножом в грудь все преступники района. – Со школы? С работы?

– У сексуальной партнерши.

– Мило, что ты подумал обо мне сразу после секса с другой.

Его губы дрогнули в улыбке.

– Я всегда думаю о тебе. Ты моя девочка, Поппинс.

Как бы ни старалась, я не смогла сдержать бабочек, которые расправили крылышки у меня в животе.

– А твои сексуальные партнерши? – спросила я непринужденно, налив слишком много сливок в черный кофе в попытке отвлечься. – Они тогда кто?

– Моя отдушина, – кратко ответил он и подозвал официантку.

Она поспешила к столику, кокетливо ему улыбаясь.

– Я могу помочь, красавчик?

– Конечно, можешь. Есть обезболивающее?

Официантка надула губы, прижав щеку к плечу.

– Извини, но нам нельзя выдавать лекарства. Вопрос ответственности. Нас могут засудить.

– Я не подам в суд. – Он одарил ее ухмылкой, означавшей «я сейчас отделаю тебя до потери сознания». Той самой, которую я избегала всю неделю. Как и ожидалось, она сработала, будто заклинание.

Официантка перевела взгляд с Риггса на меня.

– А у твоей девушки его нет?

Как тонко. Как изящно. Кто-нибудь, скорее дайте этой женщине медаль за дипломатию.

Так уж вышло, что мне осточертели женщины, пытающиеся заполучить то, что скоро станет моим по закону.

– Вообще-то, я жена. – Я повиляла безымянным пальцем, демонстрируя кольцо Риггса.

– Но мы разводимся, – поспешил сказать он. – Сегодня же, раз моя женушка хочет, чтобы мне не достались обезболивающие.

Официантка явно вела внутреннюю борьбу, после чего вздохнула.

– Ладно. Сейчас вернусь.

Как только она ушла, я повернулась к Риггсу.

– Опять головная боль?

Он кивнул, потирая виски.

– Похоже, она у тебя часто.

– Да, – простонал он. – Уже пару лет. И становится все хуже.

– Ты не обследовался? – Я покосилась на его тарелку, все еще полную вафель.

Риггс пожал плечами.

– Каждый пятнадцатый мужчина страдает от хронической мигрени.

– Если тебе приходится принимать по пятнадцать – двадцать таблеток обезболивающего в неделю, то это не просто головная боль. Нужно сходить к врачу.

– У меня его нет, – процедил он, явно мучаясь от боли.

Наверное, у него нет медицинской страховки. Неужели журнал, в котором он работал, ничего не оплачивал? Вот же кучка недоумков.

– Ладно. – Риггс кивнул в знак благодарности за обезболивающие, которые официантка вложила в его ладонь вместе с запиской со своим номером телефона и бутылкой воды. – Давай поговорим о чем-нибудь другом.

– Например? – спросила я.

– Мы женимся на этой неделе.

– Можно? – Я потянулась к его вафлям. Риггс кивнул. Я знала, что он меня не осудит. Когда я посмотрела на него, набив рот горячими, пышными вафлями со взбитыми сливками и сиропом, глаза Риггса засияли от радости.

– Будь свадьба настоящей, кого бы ты пригласил? – спросила я.

– Она и так настоящая. – Он собрал пальцем взбитые сливки и облизал его. – И я бы пригласил все тех же. Кристиана, Арсена, Арью и Уинни. Может, Элис. Она псевдомамочка Кристиана.

– Звучит… прелестно. А как же семья? – спросила я.

– Они и есть моя семья.

– Я имею в виду родственников. Родители, дяди, кузены. Должен же кто-то быть. – Я снова потянулась к его тарелке, но он опередил меня, поменяв ее с моей пустой.

– Нет. – Риггс ласкал мое лицо взглядом. – Вообще никаких родственников. У меня даже хомячка нет.

– Как так? – Я помнила, как он нехотя признался, что у него было несчастливое детство, но тогда не стала его расспрашивать. А теперь мне вдруг стало ужасно стыдно за то, что была так эгоистично зациклена на себе.

– Ну, я всегда в разъездах, поэтому нет смысла заводить питомца. Хомяки меня особенно пугают. Они едят своих детенышей. Буквально.

– Риггс! – одернула я. – Как так получилось, что у тебя нет семьи?

– Долгая история, – ответил он.

– Я никуда не спешу, – настаивала я.

– А еще депрессивная.

Повинуясь внезапному порыву, я потянулась через стол и дотронулась до его ладони. Я впервые инициировала физический контакт.

– Я просто обожаю депрессивные истории. Они мои любимые. Не забывай, именно я говорила тебе, что, по моему мнению, Джейн Остин стоило убить мистера Дарси и заставить Элизабет и ее семью обратиться в Скотланд-Ярд, чтобы найти его убийцу. Именно я рассказывала тебе, что ходила в школу в рваной одежде и с пустыми ланчбоксами. Депрессивные истории – моя зона комфорта.

Риггс замешкался, улыбнувшись, а потом смиренно опустил голову.

– Я расскажу тебе сокращенную версию. В двадцать с небольшим мой дед сбежал из Шотландии в Сан-Франциско после того, как его католическая семья отреклась от него из-за взглядов. Там он познакомился с пожилым мужчиной, у которого была дочь. Эта дочь – моя мама. Три года спустя пожилой джентльмен сыграл в ящик, когда моей матери было четырнадцать, и оставил все моему деду, в том числе свою дочь. Дед оформил полную опеку и воспитал ее как родную. В восемнадцать мама забеременела мной. Парень, от которого она залетела, был каким-то бесполезным лоботрясом и не играет в этой истории никакой роли. Как только я появился на свет, мать сбежала с этим ублюдком, и меня растил дедушка. А потом, в девятнадцать, мама погибла в автокатастрофе. Сразу перенесемся вперед: дед умер, когда я был еще ребенком. Так что вот так. У меня нет семьи. У деда были друзья и коллеги, но никого, кто мог бы вызваться и приютить меня.

Я смотрела на него во все глаза, разинув рот. У Риггса и впрямь никого не было. Неудивительно, что он убежденный холостяк. Он понятия не имел, каково состоять с кем-то в отношениях.

– А твой биологический отец? – сдавленно спросила я, чего, надеялась, он не заметил.

Риггс пожал плечом.

– Я даже имени его не знаю.

– А семья в Шотландии?

– Может идти куда подальше. – Он откинулся на спинку стула с явным отвращением. – Похоже, они те еще сволочи. Когда дед умер, они предложили мне переехать к ним в Данди. Спасибо, но нет уж. Не терплю людей с предрассудками.

– Мне жаль, – тихо сказала я.

Риггс убрал свою ладонь и приветственно поднял чашку кофе.

– Не стоит. Я вырос нормальным. Разве нет?

– Да, – серьезно ответила я, чувствуя, как горят щеки. – Ты вырос прекрасным.

– А ты? – Он дернул подбородком в мою сторону. – Кого бы ты пригласила? Ну, кроме родителей и Кирана?

Родители, слава богу, каким-то чудом не видели вирусный ролик с предложением и даже не слышали о нем, пока его не удалили.

Я бросила в рот клубнику.

– Безусловно, Сосунка.

Риггс натянуто улыбнулся. Я не поняла почему. Думала, он просияет оттого, что я использовала это прозвище.

– И… – Я посмотрела на него и в последний раз вонзилась вилкой в его вафлю. – Обязательно, обязательно Гретхен.

* * *

День, о котором я мечтала с самого рождения – день моей свадьбы – обошелся мне в тридцать пять баксов. В сорок шесть с небольшим, если считать несколько американо со льдом, которые я заранее выпила для храбрости.

Невеста надела светло-голубые брюки из Marks & Spencer и белую блузку из Topshop, которую отчим подарил ей на Рождество два года назад. Жених выбрал повседневные черные джинсы и футболку с треугольным воротом. Он выглядел, как сексуальная голливудская звезда, но из тех, кто собрался пробежаться за веганским боулом с асаи, а не на красную ковровую дорожку.

Все гости были со стороны жениха, что лишь подчеркивало, как же я одинока в этом городе. Пришли Кристиан с Арсеном, богатые на вид парни, а еще их жены, Арья и Уинни. Слава богу, обошлось без пукающей собаки.

Мы стояли на лестнице у здания администрации, пили кофе со льдом и не обращали внимания на палящую жару. Арсен хмуро смотрел на туристов, будто они нанесли ему личное оскорбление, Уинни угощала меня домашними свадебными кексами «Красный бархат», а Кристиан и Арья то и дело поглядывали в телефоны, явно недовольные тем, что пришлось прервать насыщенный день ради фиктивной свадьбы.

– Мне все не верится, что ты женишься. – Кристиан покосился на Риггса за стеклами очков Ray-Ban.

– А мне все не верится, что мы делаем вид, будто этот балаган – настоящий брак. – Арсен нахмурился, и я поняла, что он выступал в роли плохого полицейского в этой компании. – Месяца не прошло, как он подцепил в «Пивном Братстве» сразу двух женщин.

– Господи, Арс. – Арья сердито на него посмотрела и хлопнула по руке. – Даффи вообще-то не глухая, если ты не заметил.

– А еще у нее есть мозг. – Кристиан снял солнцезащитные очки. – Значит, ей хватит ума не воспринимать это как нечто большее, нежели простое соглашение. Правильно, Даффи?

Я кивнула в оцепенении. Голова шла кругом. У Риггса был секс втроем? Мне претило, что я позволяла этой информации меня задеть, но списала все на то, что стала забывать Би Джея. Эмоции явно путались.

– Главное хорошенько продезинфицируй диван. – Арсен бросил на меня взгляд, способный заморозить даже Сахару. – Наш парнишка – настоящая пиньята[20] с венерическими заболеваниями.

Риггс рассмеялся, явно получая удовольствие от разговора, и в тот миг, стоя на ступеньках здания администрации за несколько минут до, предположительно, самого важного момента в моей жизни, я струсила.

Какая-то бессмыслица. Я сама умоляла Риггса жениться на мне.

Я невольно испытала глубокую печаль оттого, что мое бракосочетание понапрасну растрачено на бесчувственного Казанову, который больше всего любил цеплять первых встречных по выходным и чахнуть в роли вечного холостяка.

Но что хуже всего, я не могла остановить развернувшуюся цепочку событий.

Даже если Би Джей вернется и сделает мне предложение, я, наверное, его не приму. В тот день, когда он сказал, что уезжает, моя жизнь начала рассыпаться на части, как фигура из костяшек домино, и с тех пор становилось только хуже.

У меня никогда не будет идеальной свадьбы. На большее рассчитывать не приходится. Лишь на равнодушный обмен клятвами с малознакомым человеком в здании администрации.

Мне вдруг стало трудно дышать.

– Прошу прощения, – выпалила я, спустилась по лестнице и сошла на улицу. Я даже не могла толком контролировать свои ноги. Они просто зашагали прочь, будто по собственной воле. Словно знали то, что мой мозг пока не мог в полной мере постичь: что брак с этим мужчиной станет ужасной ошибкой, наказанием за которую будет жестокое разочарование.

Не успев понять, что происходит, я уже бежала по улице мимо витрин магазинов, офисных зданий и покупателей. Дыхание стало затрудненным, лоб покрылся испариной.

Почему я хотела остаться в Нью-Йорке? Здесь у меня не было ни друзей, ни работы, только крохотная квартира, а самым ценным имуществом служил ламинатор.

Я собралась повернуть за угол, как вдруг кто-то сзади потянул меня за запястье. Утащил в переулок, а потом прижал к раскалившейся на солнце кирпичной стене.

Ко мне прижалось огромное мужское тело. Я сделала резкий вдох. Точно в стиле Даффи Маркэм – стать жертвой ограбления в день, когда решила сбежать со своей фиктивной свадьбы.

– Среди всего дерьма, с которым я ожидал столкнуться в жизни, сбежавшая невеста не значилась. – Красивое лицо Риггса возникло всего в паре сантиметров от моего. Так же близко, как в тот вечер, когда мы чуть не поцеловались.

– Господи, Риггс. – Я с рыком толкнула его в грудь. – Ты до смерти меня напугал!

– Ты сбежала в день нашей свадьбы. – Он посмотрел на меня едва ли не с мучительной болью. – К которой, кстати говоря, принудила меня шантажом.

– Я не сбегала, – спесиво солгала я. – Просто… мне нужно было на воздух.

– На лестнице здания администрации воздуха предостаточно. – Риггс повернулся и указал на него. – Как и во всех прочих местах в городе. Что случилось?

– Я и-и-испугалась. – Я, запинаясь, озвучила правду.

Он посмотрел на меня в замешательстве.

– Не желаешь ли поделиться со мной еще какой-то информацией, которая не очевидна по твоему чертовому побегу?

Ого. Он и правда разозлился. Никогда не видела Риггса в ярости. Недовольным? Да. Равнодушным? Частенько. Но даже страдая от головной боли, он выглядел скорее раздраженным. А злым – никогда.

– Просто до меня вдруг дошло, что сегодня день моей свадьбы. В детстве я представляла все совсем иначе. И… – Я подавила всхлип. – Не было ни дня в моей жизни, когда я не думала о своей свадьбе. Поэтому мне очень грустно оттого, что все идет не так, как я планировала.

Риггс перестал хмуриться.

– Ты хотела этого, – тихо сказал он после многозначительного молчания.

– Я знаю. – На глаза навернулись слезы. Первая сорвалась, пока я не успела ее смахнуть, и потекла по щеке. Риггс вытер ее подушечкой большого пальца. – Моя прагматичная сторона, та, что хочет выйти за богатого, сочла это хорошей затеей. И до сих пор так считает. Но, наверное… наверное, во мне есть и другая сторона. Та, что любит «Гордость и предубеждение» в неизменном виде.

Я ведь несла какую-то бессмыслицу? И все же казалось, что мой будущий муж прекрасно понимал, к чему я веду.

Риггс со вздохом прижался лбом к моему лбу и закрыл глаза. Я сделала то же самое и поняла, что от его близости вскоре утратила чувство земного притяжения. Казалось, я плыву на облаках.

– Ты еще воплотишь эту мечту. – Он водил пальцем по моей щеке туда и обратно, успокаивающим, повторяющимся движением. – Просто не со мной.

– Я знаю. – Мой голос сорвался.

– И если есть Бог на свете, то и не с Сосунком тоже.

Я издала смешок и уткнулась ему в плечо. Не потому, что страшно расстроилась – хотя так и было, – а потому как сама не верила, что сдержусь и не поцелую его, когда он так близко. И это совершенно новая проблема, с которой я не горела желанием разбираться.

Просто порой, когда мои глаза закрыты, а сердце открыто… казалось, что Риггс Бейтс правда мой.

Он погладил меня по волосам, касаясь виска горячими губами.

– Ну ладно, Поппинс. Все будет хорошо. Поверь мне на слово. Я нечасто даю обещания.

Мне претило, что он называл меня Поппинс. Неужели только ею я для него и была? Странным эксцентричным персонажем?

Мы простояли так еще несколько минут, обнимаясь и дыша друг другом, пока телефон в переднем кармане Риггса не завибрировал от входящего звонка. Он достал устройство.

– Да?

– Вы опоздаете на свою же свадьбу, голубки, – объявил голос Кристиана из динамика. – Причем некрасиво, смею добавить.

– Мы идем, – коротко ответил Риггс.

– У тебя еще хоть есть невеста? – спросил Арсен.

– Едва, – процедил Риггс, смерив меня взглядом. – Вы очень хорошо постарались, чуть ее не спугнув.

– Не так уж и хорошо, раз свадьба еще в силе, – непринужденно ответил Арсен без намека на сожаление в голосе.

– Осторожнее, Риггс, а не то могу заподозрить, что ты правда хочешь на мне жениться. – Я старалась говорить непринужденно.

– Я хочу на тебе жениться. – Он закончил звонок и посмотрел на меня. – Эммету придется очень паршиво, когда я отправлю ему копию свидетельства о браке.

* * *

Час спустя мы с Риггсом стояли перед секретарем суда и обменивались клятвами. Друзья Риггса собрались вокруг нас в простом, однако, вызывающе коричневом зале. Декорациями служили деревянные стены и судейская трибуна. Секретарь облачилась в черную мантию. Отнюдь не сказочная вышла свадьба.

Секретарь, представившаяся Эллисон, была очень мила и, казалось, воодушевлена новой задачей зарегистрировать брак, что только усилило мое чувство вины, ведь в нашем случае невеста влюблена в кошелек другого мужчины, а жених, наверное, собирался провести ночь с другой женщиной. Или двумя.

– Ну что, голубки, вы готовы связать себя узами брака? – Эллисон повиляла плечами.

– Всю жизнь был готов ко встрече с этой женщиной, – подтвердил Риггс с ослепительной ухмылкой. Эллисон замлела. Эти улыбки должны быть запрещены законом. Женщина могла залететь от одной только его ухмылки.

– Ты прекрасно справляешься, – прошептала Уинни мне на ухо, сжимая мою ладонь.

– Боже, – простонала я. – Зачем ты это сказала? Неужели у меня настолько испуганный вид?

Уинни ответила мне теплой улыбкой.

– Немножко.

Как она вообще оказалась с более склонным к садизму братом Сатаны? Я не знала, но спасибо ей за то, что прибрала его к рукам.

– Вы такая красивая пара, – распиналась Эллисон, не замечая фарс, частью которого стала.

– А еще убедительная, – невозмутимо добавил Арсен, за что Уинни ткнула его под ребра.

– Можете взяться за руки, если хотите. – Эллисон смотрела то на меня, то на Риггса, видимо, озадаченная тем, что я стою в паре метров от будущего мужа. – Не нужно стесняться. Многие пары не понимают, что свадьба в здании администрации тоже может быть романтичной.

Риггса не пришлось просить дважды. Комично стряхнув руку Уинни, он взял меня за руки и притянул к себе. На ощупь его ладони оказались теплыми, сухими и сильными. Я не могла поверить, что выхожу за того самого сексапильного бога, которого всего несколько недель назад застукала с моей бывшей начальницей. Теперь Гретхен казалась далеким воспоминанием.

Эллисон начала церемонию с речи о «дорогих влюбленных», которую я прекрасно знала по десяткам свадеб, на коих побывала за свою жизнь в Лондоне, а потом напомнила нам о наших ролях и обязательствах в браке. Все это время я переживала астральное путешествие. Мне не верилось, что рядом нет моих родителей – что они даже не знают о свадьбе. К тому же все, что я пыталась вытеснить в подсознание, наконец подняло свою уродливую голову. Когда Би Джей вернется в Нью-Йорк, я буду замужней женщиной. Наши отношения были обречены с самого начала.

Риггс переплел наши пальцы, так приятно щекоча внутреннюю сторону моих ладоней, что все волоски на моем теле встали дыбом. Мы встретились взглядом, и он ухмыльнулся.

– Привет, малышка. – Риггс подмигнул.

Мое нутро сделало сальто.

– Привет, старик.

Он рассмеялся. Я опустила голову и покраснела. Краем глаза увидела, как Кристиан треснул себя по лбу.

– Да тут так и написано: «Фарс!» – Он поморщился. – Спермой Риггса.

– По-моему, ты проспорил, – манерно протянул Арсен.

– Когда мы виделись с ней в прошлый раз, она казалась более уравновешенной, – объяснил Кристиан в свою защиту.

– Ни одна женщина не способна устоять перед обаянием Риггса Бейтса, – процедил Арсен. – Он бы и монашку сумел соблазнить между делом в обеденный перерыв.

Я была готова повернуться и напомнить им, что я вообще-то здесь и все слышу, как вдруг Эллисон решила перейти к делу.

– Готовы ли вы, Риггс Карсон Бейтс, вступить в законный брак с Дафной Хелен Мэри Маркэм?

– Готов.

– Готовы ли вы, Дафна Хелен Мэри Маркэм, вступить в законный брак с Риггсом Карсоном Бейтсом?

– Да. – Мой голос прозвучал натянуто и неловко.

Эллисон улыбнулась.

– Я объявляю вас мужем и женой. Можете поцеловать невесту.

Риггс притянул меня к себе, держа за руки. А потом плавно, так плавно, что я сперва даже не поняла, что происходит, обнял меня за талию и прильнул к моим губам. В отличие от поцелуя в метро этот не был мимолетным. Это был настоящий поцелуй. С намерением, яростью и такой страстью, какая способна спалить все вокруг. Он разомкнул губы возле моих. Я закрыла глаза и поддалась мучительной пьянящей эйфории, когда муж кончиком языка коснулся моего.

По телу пронеслась горячая волна, и я вцепилась в его футболку, пока он кружил языком вокруг моего, обводя его грубо и решительно. У меня перехватило дыхание, и я устремилась своим языком за его. Вскоре мы уже целовались по-настоящему, и я забыла обо всем, кроме Риггса. О месте. И времени. И о самой себе. По спине побежали мурашки.

Он запустил длинные пальцы мне в волосы и провел ими по затылку, пока не обхватил меня за шею. Наклонился и углубил поцелуй. Я простонала ему в рот. Он рассмеялся мне в губы.

Эллисон громко прокашлялась, пытаясь вернуть нас с небес на землю.

– Мистер и миссис Бейтс. Думаю, у вас впереди целая жизнь, чтобы оттачивать мастерство поцелуя.

Риггс оторвался от меня с лукавой улыбкой. Так легко, так небрежно, что я споткнулась и налетела на него. Он удержал меня рукой, которой все еще обнимал за талию.

– Виноват. Немного увлекся.

В его голосе не слышалось ни капли эмоций, никакого напряжения или восторга. Он казался совершенно невозмутимым.

Я смотрела на него, дожидаясь, когда он обратит на меня внимание. Почему-то поцелуй показался мне настоящим. Иным, диким, не похожим ни на что, испытанное мною прежде.

Но Риггс даже не взглянул на меня.

– Увидимся дома, Поппинс. – Как только Эллисон вышла из зала, он нехотя обнял меня одной рукой и прижался губами к моему уху.

На этом он развернулся и ушел со своими друзьями.

Оставив меня с чувством, словно я падаю в такую темную и бездонную пропасть, что больше даже не вижу неба.