Эммет:

На Аляске очень красиво в это время года. И температура идеальная.

Риггс:

Куплю тебе билет в один конец.

Эммет:

Ты скажешь мне, что тебя в ней не устраивает?

Риггс:

Нет.

Эммет:

Я получу приглашение на свадьбу?

Риггс:

Тоже нет.

Эммет:

Я все еще не купился на то, что ты решил остепениться и отказаться от разнообразия.

Риггс:

Хорошо, потому что мои отношения не продаются. Готовь столовые приборы. Тебя ждет огромная порция унижения.

* * *

– Объясни мне еще раз, в чем логика покупать своей фальшивой невесте настоящее кольцо с бриллиантом. – Арсен щелкнул пальцами. Мы были в ювелирном магазине. Прошла неделя после нашего с Поппинс разговора о кольце. Мой лучший друг вышагивал по белому мраморному пространству, с прищуром рассматривая бриллиантовые браслеты и изумрудные ожерелья.

– Она такая чопорная, что ее может хватить сердечный приступ, если кто-то заметит, что она носит фальшивое. – Я раздраженно барабанил пальцами по стеклянной витрине в ожидании, когда вернется консультант с образцами.

– А тебя это волнует, потому что… – Кристиан склонил голову набок, наморщив лоб.

– У нее нет ни работы, ни страховки. Одна только ее госпитализация обойдется мне дороже всей свадьбы. – Я просмотрел сообщения на телефоне.

– Только взгляни на себя, безнадежный ты романтик. – Кристиан язвительно цокнул. – Возможно ли, что она чуточку тебе нравится?

– Ты же ее видел. – Я посмотрел на него в недоумении. – Похоже, что она в моем вкусе?

– Любая живая женщина в твоем вкусе, каким бы слабым ни был ее пульс, так что ответ – да, – невозмутимо сказал Арсен.

Даже если не принимать во внимание, что она блевала в мою сумку, шантажом заставила на ней жениться и как минимум дважды в день называла меня деревенским дурачком, у Даффи был псевдопарень. Я не испытывал к ней антипатии, но точно не являлся ее самым большим поклонником. А главное, она обладала чертой, которую я больше всего презирал в людях – была жадной до денег.

– Она красотка, – угрюмо признал я. – Но еще готова выйти за осужденного за убийство ребенка, если у него есть яхта. Она настоящая охотница за деньгами.

– А ты играешь роль бедного Оливера Твиста, – закончил Арсен, теребя пару дорогих сережек, которые подумывал купить своей жене. – Значит, нет никакого риска, что она в тебя влюбится. Впрочем, его не было бы, даже знай она, что ты миллиардер. В тебе меньше важных для партнера качеств, чем в бутылке спрея от насморка.

С тех пор как Арсен влюбился во вдову любовника своей девушки, а затем и женился на ней, он воображал себя Ромео двадцать первого века.

– Благодарю за непрошенное мнение. Непременно обойду его вниманием. – Я облокотился на витрину. Консультант вернулся с множеством обручальных колец на белой атласной подушке.

– Прошу, сэр. Пожалуйста, дайте знать, если возникнут вопросы.

У меня и впрямь возник вопрос: Какого черта я творю?

Я все еще не мог поверить, что женюсь.

– Похоже, ты немного ошарашен. – Кристиан посмотрел на меня. – Уверен, что хорошо все продумал? Брак – это бремя. И не важно, настоящий или фиктивный.

– Я не боюсь брака. – Я принялся вынимать и рассматривать кольца одно за другим. – Но предпочитаю с ним не связываться, как и с веществами.

– Потому что, как и вещества, он вызывает привыкание. – Кристиан указал на серебряное кольцо с бриллиантом огранки «кушон».

Нужно найти что-то не убийственно дорогое. Я не хотел засветиться как миллиардер перед женщиной, которая готова выйти за сбежавшего кретина, названного в честь орального секса, и все ради возможности ходить в магазины на Пятой авеню.

Арсен, нахмурившись, уткнулся в подушку с кольцами.

– И какое, по-твоему, напоминает Дафну Маркэм?

– Не знаю. – Я просмотрел все варианты. – А есть такое, которое пошло бы тридцатитрехлетней разведенке с тремя детьми и взятым в аренду домиком на курорте в Аспене?

Арсен посмеялся.

– Ну разве не везучий ублюдок?

Я знал, что она хотела что-то восхитительно безвкусное с бриллиантом размером с ее голову. Но еще знал, что она сразу поймет, если куплю ей что-то дорогое, а я не спешил ее радовать.

– Ей наверняка не понравится фамильное кольцо. – Я почесал щетину на подбородке и подтолкнул подушку с кольцами к консультанту. – А значит, именно такое она и получит.

– Фамильное? – Кристиан сердито на меня посмотрел. – Чтобы иметь фамильные украшения, нужна семья. А ты одинок, как клетка головного мозга в Конгрессе.

– Спасибо, что напомнил.

Арсен похлопал меня по плечу.

– Было бы желание, а способ найдется.

– Ограбим какую-нибудь милую пожилую даму? – спокойно поинтересовался Кристиан. – Потому что это единственный способ раздобыть для этой женщины фамильное украшение.

– Старушке ни к чему беспокоиться. – Арсен развернулся и направился к стеклянным дверям. – Отправимся туда, где можно продать душу за несколько баксов.

– На Уолл-стрит? – Мы с Кристианом неохотно пошли за ним.

Арсен рассмеялся, тормозя такси.

– Пройдемся по ломбардам.

* * *

После посещения семи бруклинских ломбардов и одной покупки я вернулся в свое любовное гнездышко с Поппинс, так же известной как женщина, которая блевала в мою сумку, а потом имела наглость сказать мне, что я дикарь, раз выбросил эту сумку в мусорный бак, потому что от нее все провоняет.

Я открыл дверь. Ее голос наполнил квартиру, словно мыльные пузырьки. У нее в самом деле был самый манерный акцент, какой я только слышал, в том числе у представителей королевской семьи.

– …нет, Киран. Показывать соседке свой голый зад – это точно не форма ухаживаний.

– Почему? – Я услышал мужской голос, раздававшийся из динамика на кухне.

– Потому что это домогательства, разве нет? – Даффи прислонилась к кухонному островку, потягивая воду с лимоном, и пока меня не заметила. – К тому же она от этого не проникнется к тебе симпатией.

– Почему нет? – требовательно спросил Киран. – У меня отличное чувство юмора, а задница еще лучше.

Стоп, стоп, стоп. Это Киран, ее брат-близнец? Почему он говорил, как Майкл Кейн? Даффи разговаривала, как принцесса, получившая аристократическое воспитание и частное образование, а он… как человек, который чистил ее камин.

А потом до меня дошло. Даффи родилась не в богатой семье. Конечно нет. Поэтому она так одержима богатством.

– Милая, я дома! – Я вошел на кухню, решив немного ее подразнить. В конце концов, я не делал этого уже четыре часа.

Она подняла голову от гигантской бутылки с водой и уставилась на меня так, будто я передал ее в руки мафии.

– Кто это? – поинтересовался Киран на том конце провода.

– Никто. – Даффи бросила на меня устрашающий взгляд, так и говоривший «не смей», и дополнила его бешеными жестами.

– Ее жених. – Я открыл холодильник и взял себе зеленый сок.

– Привет, приятель. Я ее старший брат Киран, – ответил он, ничуть не смутившись.

– Брат-близнец, – поправила она. – Он родился всего на несколько минут раньше.

– Это потому, что она перевернулась задом вперед.

– Это многое объясняет. – Я залпом выпил ее сок из салата или из чего там еще. – Я Риггс. Приятно познакомиться.

– Спасибо, что нарушил закон ради моей сестры.

– Да не за что, мне просто нужен был повод. – Я подмигнул Поппинс и отсалютовал ей пустой бутылкой из-под сока. Она проворчала что-то невнятное в свою бадью с водой.

– Так зачем ты это вообще делаешь? Женишься на ней? – спросил Киран. – От сумасшествия? От скуки? Ты страхолюд?

Я издал резкий смешок. Трудно поверить, что эти двое появились из одной утробы. Киран – герой рабочего класса, а она – подражательница Кейт Миддлтон. Как небо и земля.

– Мне нужна фиктивная жена, чтобы отделаться от босса.

Это пробудило в нем любопытство.

– Она к тебе клеится?

– Он хочет на восемь месяцев отправить меня на Аляску.

Все это время Даффи стояла как комнатное растение, повернув телефон экраном ко мне и ненавидя каждое мгновение моего разговора с ее братом.

– Что ж, приятель. Хорошая новость в том, что тебе не придется тосковать по холоду, раз поселишься под одной крышей с моей сестрой.

Мы оба рассмеялись. Даффи резко отдернула телефон.

– Ладно, вообще-то у меня планы на сегодняшний вечер, так что вам придется продолжить этот сеанс сближения позже.

– Когда? – спросил Киран. – Готов поспорить, что Бриггс мог бы дать дельный совет о том, как мне заманить мою соседку в постель.

– Его зовут Риггс, – процедила Даффи. – И я бы не доверила ему даже уход за мертвым кактусом, что уж говорить про любовные советы.

– А кактус может погибнуть? Или стать еще мертвее? – вслух размышлял Киран.

– Может, – подсказал я. – Если переусердствуешь с поливом.

– Замолчите. Хватит брататься. Просто… прекратите. – Поппинс раздраженно покачала головой.

– Твоя сестра от меня просто в восторге. – Я закинул на плечо полотенце, которое мне выдала Даффи, и зашагал в ванную. – В общем, попрошу ее прислать тебе мой номер телефона. Что-нибудь придумаем. Сексуальная Соседка в два счета окажется в твоей постели.

– Спасибо, приятель.

Быстро приняв душ, я вышел в гостиную и заметил, что Даффи принарядилась. Надела одно из своих платьев герцогини Занудвилльской, а волосы заплела в косу. К несчастью, чем благопристойнее она старалась выглядеть, тем больше фантазий о сексуальной библиотекарше рождалось в моей голове.

Поппинс походила не просто на озорную монашку, а на порядком провинившуюся.

– Что такое?

– Ничего. – Даффи поправляла серьги перед маленьким зеркалом в коридоре, избегая моего взгляда.

Я надеялся, что ее больше не рвало в мои вещи. Таких выкрутасов я бы уже не вынес.

– А что с лицом? – Я встал перед ней голый по пояс и прошелся полотенцем по волосам. Я был жилистым и спортивным, но она оказалась первой женщиной, которая не пыталась взобраться на меня, как на дерево, едва я демонстрировал свой рельефный пресс.

– Ничего.

– Ты что, написала мне в ботинки?

У нее отвисла челюсть.

– Зачем мне писать в твои ботинки?

– Потому что ты похожа на мстительное создание, а умение тебя злить – мой нереализованный талант.

– Не могу поверить, что тебе скоро сорок. – Она помассировала виски. – Нет, я не писала тебе в ботинки.

– Тогда почему у тебя такой виноватый вид? – Я насухо вытер спину, размышляя, что хотел бы заказать сегодня в доставке. В этом доме вообще не было ничего съедобного. Кроме моей соседки.

Поппинс наконец-то заметила, что на мне одно только полотенце, повязанное на талии, и громко сглотнула.

– У меня к тебе просьба.

– Я тронут. – Я склонил голову набок. – И тебя тоже потрогаю, если я угадал, в чем заключается твоя просьба.

– Перестань, пожалуйста, вести себя как жиголо.

– Тогда перестань, пожалуйста, смотреть на меня так, будто я он и есть.

Даффи опустила голову, вращая большими пальцами.

– А знаешь что? – Она издала нервный смешок. – Забудь.

Она схватила сумочку, вскочила на ноги и помчалась к двери. Вышла в коридор и развернулась на каблуках.

– Ладно, хорошо! Несколько бывших коллег из WNT пригласили меня выпить на прощанье. Я хотела спросить, не захочешь ли ты пойти со мной в качестве моей пары. Мы могли бы сделать несколько фотографий. Показаться на публике. Так бы обозначили наши… э-э… отношения.

Мое воображаемое возбуждение сошло на нет. А вот детектор брехни среагировал так сильно, что норовил вылететь в атмосферу.

Они ни с того ни с сего решили проявить к ней доброту? Очень маловероятно.

– Твоей пары, – отрешенно повторил я. Все еще надеялся, что не обойдется без наготы, когда она попросит об одолжении.

– Фиктивной пары, – поправила Даффи с чопорным кивком.

Самое время напомнить ей, что эти люди видели меня с Гретхен, и у них могут возникнуть вопросы, главный из которых: какого черта?

Я не имел ни малейшего желания идти на это сборище, но раздражающее (и непрошеное) стремление проявить заботу одолело мою совесть. Я был не готов отправить Даффи в логово льва, зная, что ее могут съесть целиком. Ей бы не помешала победа. Особенно при том, что у нее, похоже, проблемы с уверенностью в себе. Иначе она не стала бы использовать фальшивый акцент в дополнение к дизайнерской одежде из секонд-хэнда.

– Ладно. – Я вздохнул. – Но не забудь сделать и сохранить фотографии. Я не стану страдать с этими придурошными хипстерами понапрасну.

– О, Риггс, спасибо! – Даффи подбежала ко мне, но, когда оказалась рядом, остановилась и уставилась на мою голую грудь. Ее щеки покраснели. Она неловко стукнула меня по бицепсу. – Ты… э-э… лучший.

– Тебе это дорого обойдется. – Я пригрозил ей пальцем.

Она отступила на шаг назад, плотно поджав губы.

– Если думаешь, что я буду оказывать сексуальные услуги всякий раз, когда ты…

– Я не настолько озабоченный, а ты не настолько сексуальна. – Я перекрестился, озвучив наглую ложь. Она воплощала в себе все семь смертных грехов, стоило лишь вытащить ее из платья в духе Элизабет Беннет. – Я о том, что тебе придется платить в буквальном смысле. Я же нищий, помнишь?

Ее лицо расслабилось.

– Точно. Да. Куплю тебе пару пинт, конечно.

– И поесть.

– Не наглей, мальчик.

Боже, да ей сорвет крышу, когда она поймет, что я собрался заказать еще и закуски.

* * *

Час спустя мы сидели в модном ресторане в Верхнем Ист-Сайде. Даффи представила меня своим бывшим коллегам: Сэди, Уоррену, Далтону и Эмбер. Я сразу же забыл, кто есть кто, не желая забивать голову этими профессиональными притворщиками. Мужчины надели элегантные брюки и рубашки с закатанными рукавами. Женщины выглядели так, словно пришли на прослушивание в шоу о недвижимости на Netflix, и представляли собой нечто среднее между редкостными богачками и проститутками.

Сразу стало очевидно: они просто хотели узнать, что случилось с Даффи после ее истерики. Ожидали увидеть ее в полном раздрае спустя неделю после кошмарного ухода.

Наш столик заказал закуски и несколько бутылок вина. Даффи робко потягивала его из бокала.

– Спасибо, что пригласили, – тихо пробормотала она в бокал. Она пришла только для того, чтобы обозначить наши отношения. Я всегда мог оценить хорошего афериста, когда он мне встречался.

– Мы сами рады, милая. – Одна из женщин посмотрела на свою подругу, будто спрашивая взглядом: «Да когда она уже расплачется?» На ее декольте открывался такой щедрый вид, что на его фоне Билл Гейтс становился похож на скрягу. – Признаться, нас очень впечатлило, как ты поставила Гретхен на место.

– Да. Она давно напрашивалась, – кивнул один из мужчин, откусывая от брускетты с антипасто[16]. – И хватило же ей наглости обвинять тебя в краже ее одежды.

– У вас вообще разный размер. Она так сильно располнела за этот год. – Одна из женщин подалась вперед, тыча соломинкой в кубики льда в своем коктейле. – Кстати, это правда? Что она теперь носит сорок четвертый? Один из ее стилистов сказал мне, что на днях она с трудом влезла в юбку сорок второго. Сидит на кето-диете, как же. Она точно ест углеводы. Может, даже каждый день.

Поппинс нахмурилась.

– У Гретхен никогда не было проблем с фигурой. Ее вечная проблема – это болтливый рот.

Претензий не имею, но у меня иной опыт с оральными навыками Гретхен.

– Так что, ты подашь на нее в суд? – поинтересовалась одна из дикторов. Все, мы официально оказались на Олимпиаде дрянных девчонок.

– Нет. – Даффи потянулась разгладить сложенную на столе салфетку. – Я знаю, что отреагировала слишком остро. Не стоило… ну знаете, терять контроль. Просто я оказалась в стрессовой ситуации.

Собравшиеся за столом серьезно закивали. Теперь, когда стало ясно, что Даффи не намерена совершить самоубийство и не собирается весь ужин поливать грязью бывшую начальницу, все быстро утратили интерес.

Я выпил еще два бокала вина, удивляясь, почему люди ценили напиток, который готовили другие, топча фрукты босыми ногами, выше, чем совершенно гигиеничное пиво, сделанное в пивоварне. Может, моему соседу Чарли будет что сказать на этот счет.

– Так вы что, типа, вместе? – Женщина-клон номер один указала пальцем на нас с Даффи.

Казалось, Поппинс сейчас опять вырвет.

– В общем, да.

Я положил руку на спинку кресла Даффи, победоносно улыбаясь.

– Еще как вместе. Как я мог устоять перед искушением? Ведь ради меня Даффи бросила своего парня.

Если уж я собрался бесстыдно врать, то хотя бы получу от этого удовольствие.

Даффи наступила мне на ногу каблуком, оказавшись не в восторге и не боясь сломать мне кости.

– Почему ты порвала с Би Джеем? – спросил мужчина-клон номер два.

– Это потому, что он кретин? – поинтересовалась женщина-клон номер два.

– Потому что он носил зимой фетровую шляпу? – Женщина-клон номер один содрогнулась.

– Он не кретин, и фетровая шляпа казалась мне по-своему очаровательной. – Даффи отвечала на вопросы, не теряя самообладания. – А отвечая на ваш главный вопрос, то, полагаю, мы просто отдалились друг от друга. Я желаю ему всего наилучшего. Он сейчас в Непале.

– В Непале? Люблю итальянскую кухню! – воскликнула женщина-клон номер один.

– Она в Неаполе, – манерно протянул я, уткнувшись в бокал.

Неудивительно, что Даффи не обзавелась друзьями в WNT. Эти люди обладали совокупным коэффициентом интеллекта как у мусорного ведра.

– Ух ты. Ты такой умный, – вкрадчиво проговорила женщина-клон номер один, хлопая ресницами. – Видимо, правду говорят. Всех хороших уже разобрали?

После этой вдохновляющей беседы Даффи настояла, чтобы мы сфотографировались все вместе. Сцена выглядела такой же естественной, как синтетическое стекло, пока моя фиктивная невеста велела всем втиснуться в кадр для нескольких снимков и улыбнуться. К счастью, эти люди любили фотографироваться.

– Эй, а не ты ли на днях был в офисе Гретхен? – Мужчина-клон номер два щелкнул пальцами и указал на меня. – Черт, точно ты! Такие предплечья я везде узнаю.

И вот внезапно в результате паршивого поворота событий нас разоблачили.

Даффи инстинктивно сунула руку под стол и сжала мои пальцы. Ее ладошка оказалась маленькой, горячей и взмокшей.

Я ощутил некоторую солидарность с ней. Настолько сильную, что готов был выставить Гретхен козлом отпущения. Она ведь в самом деле просила меня пожертвовать собственной жизнью и свободой и жениться на незнакомке ради ее карьеры. Тем самым подставила меня и того хуже.

– Да. – Я отправил в рот устрицу. – Пришел, чтобы высказать все, что о ней думаю. Никто не смеет так обращаться с моей невестой.

– В самом деле? – Женщина-клон номер один принялась обмахиваться с мечтательным видом.

– Даффи была очень обижена и расстроена из-за поведения Гретхен, и я не собирался сидеть сложа руки и смотреть, как она терпит. – Я погладил Даффи по волосам рукой, которую положил на подлокотник ее кресла. Поразительно, но она не спалила мои конечности.

– Обожемой, она так ужасно обращалась с нашей Даффи. Смотреть на это было невыносимо. – Женщина-клон номер два надулась. А потом сразу добавила: – Знаете, по городу ходит слушок, что она изменяет мужу?

Даффи, ахнув, подскочила в кресле. Мне пришлось усадить ее обратно, опустив руку на плечо, пока она не ударилась в потолок.

– Что? Кто тебе такое сказал? – спросила она пронзительным голосом.

– Слышала на занятиях фитнесом.

– Сомневаюсь, что кто-то способен терпеть эту женщину, если не связан с ней законными обязательствами, – вмешался я.

– И не говори. – Женщина-клон номер один кивнула.

– Ох, Даффи, у тебя непревзойденный вкус в мужчинах, – вздохнула женщина-клон номер два.

– Так, ладно. – Мужчина-клон номер один посмотрел на часы. – Пожалуй, пора закругляться. У меня завтра занятия на велотренажере в шесть утра.

– С Хулио? – пропела женщина-клон номер два.

– Да! – Он хлопнул в ладоши. – Он готовит новую тренировку под Мадонну.

Вот поэтому, дамы и господа, я не задерживался в Нью-Йорке дольше, чем необходимо. Я утратил слишком много мозговых клеток, пока сидел здесь и слушал привилегированных притворщиков из среднего класса с неоправданно высокой зарплатой.

– Даффи, были очень рады тебя видеть. – Все встали, взяли свои куртки и сумки. – Большое спасибо за ужин. И, само собой разумеется: если тебе когда-нибудь что-то понадобится – рекомендательное письмо, записка, замолвить доброе словечко – только попроси.

Мы с Поппинс остались одни с этими словами поддержки. И неоплаченным счетом.

А еще женщина-клон номер два сунула мне в руку записку со своим номером телефона. Согласно нашей с Даффи договоренности, я мог ей позвонить. Но где-то на подкорке уже решил, что не стану связываться с теми, кто имеет какое-то отношение к моей фиктивной невесте. У нее было всего – сколько? – три, четыре близких человека? Невелика жертва, да и она не заслуживала очередного поганого партнера. Даже если между нами все не по-настоящему.

К тому же где-то глубоко, глубоко, глубоко внутри, в самом хранилище, я все еще думал, будто есть малейшая вероятность, что однажды мы переспим. А интрижка с ее бывшей коллегой уничтожит такой шанс пылающим огнем.

– И это люди, которые вещают нам новости? – Я искоса на нее глянул. – Я бы не притронулся к ним даже пачкой «Фритос».

Даффи закрыла глаза и простонала.

– Не могу поверить, что они повесили на меня счет.

– А я могу. Они подонки.

– Ты ведь знал, что это плохая затея? – Она сделала глубокий вдох. – Почему мне не сказал?

– Мудрость приходит с опытом, Поппинс. – Я равнодушно пожал плечами. – А шрамы служат отличным напоминанием о том, что в будущем нужно избегать ошибок.

– Думаешь, они знают о вас с Гретхен? – спросила она, жестом попросив официантку принести счет.

– Нет. – Я встал, похлопал себя по переднему карману и потянулся, зевая. – Иначе расспрашивали бы нас до потери сознания. Сейчас вернусь, надо сходить по-большому.

– Просто не верится, что ты это сказал. – Она пронзила меня свирепым взглядом. – «Сходить по-большому».

– Какие-то проблемы? – Я вскинул бровь.

– Порой мне кажется, что ты специально меня раздражаешь.

– А ты и впрямь высокого о себе мнения, моя дорогая, оказавшаяся из рабочего класса, невеста?

Я отошел, чтобы оплатить счет. Затем вернулся, потянул свою невесту за руку и прошептал ей на ухо:

– Как быстро ты можешь бегать в этих туфлях?

– А что? – Она напряглась.

– Мы уйдем, не заплатив.

– Нет, мы не…

Но тут я бросился бежать, и у нее не осталось иного выбора, кроме как помчаться за мной.

В конце концов, я ведь прихватил с собой ее сумочку от Кейт Спейд.