Рен узнал о том, что Мисти уехала, только спустя два часа после этого события. Настроение у него сразу испортилось. Он даже не успел с ней попрощаться, а когда узнал, что Гранниа поехал с ней, то расстроился ещё больше. Желание идти на прощальную вечеринку окончательно пропало. Рен написал письмо с просьбой забрать его вечером и весь день провалялся на кровати.

— Ты точно не хочешь с нами? — уточнил Гин уже в сотый раз.

— Да, — проворчал Рен.

— Чувак, оставь его. У него невеста сбежала, — сказал Ка.

— Она не сбежала, — запротестовал Рен. — И она пока не моя невеста.

— Ну да. — Ка закатил глаза.

Почему-то все вокруг были уверены, что их свадьба скоро состоится. В этом не был уверен разве что сам Рен. Всё, что касалось Мисти, делало его полностью беззащитным.

В дверь постучали. Гин открыл её и сразу отпрыгнул в сторону. Рен уловил запах и скривился.

— Там карета из Дракадриата прибыла, — произнёс Убор.

— Отлично, — сказал Рен, встал, взял сумку с футляром и повернулся к парням.

За год они неплохо сдружились. Пусть и бесили немного друг друга иногда.

— На свадьбу-то пригласишь? — хитро уточнил Ка.

— Конечно. — Рен широко улыбнулся и хлопнул его по плечу.

— Удачи вам с Мисти, — произнёс Гин.

— Вам с Норой тоже, — серьёзно ответил Рен.

Гин кивнул. Им с Норой предстояло небольшое путешествие в Гирмиан. Не самое приятное место для альрауны. Рен ещё раз окинул взглядом их маленькую комнату и вышел. До кареты чуть ли не долетел. Ему не терпелось вернуться домой, рассказать обо всём семье и отправиться в Майнхен к Мисти. Не стоит заставлять её долго ждать.

* * *

Когда ночью карета приземлилась, Рен изнывал от желания выбраться из неё. Он ступил на каменную дорожку и, наконец, вздохнул полной грудью. Открывшийся взгляду простор окрылял его. Рен медленно поплёлся по саду к замку, который в два раза больше всей академии Айфель. Едва его завидев, стража открыла высокие дубовые двери.

Рен вошёл в холл. Его шаги эхом отскакивали от стен. Ночные слуги тут же склонили головы. Рен подавил желание начать напевать себе что-нибудь под нос. Он прибыл довольно поздно и решил сразу пойти спать. Рен дошёл до своей комнаты, кинул сумку на пол, осторожно положил футляр на диван и лёг на кровать. Спать ему, однако, совсем не хотелось. Как только он закрывал глаза, сразу видел Мисти. Ей добираться до дома было куда дольше. Она, скорее всего, ещё в пути. Если он быстро получит одобрение семьи, то, возможно, они смогут приехать в Майнхен одновременно.

Рен вскочил на ноги. Радостное возбуждение не давало ему уснуть. Он вытащил скрипку и пошёл на балкон. Последний раз Рен играл на ней для Мисти, а потом стало совсем не до игры. Ему даже показалось, что скрипка немного обиделась на него за то, что он долго её не использовал. Рену пришлось настроить инструмент заново.

После этого он начал играть с силой и энергией. Музыка лилась быстро, вторя его чувствам. Рен ощутил желание взлететь вверх и посмотреть на Дракадриат с высоты, но подавил его. Нечего его Дракону крылья распускать. Рен закончил мелодию своим любимым тремоло и с наслаждением вдохнул прохладный свежий воздух. Стало намного лучше.

Рен вернулся в комнату, убрал скрипку, лёг и, наконец, уснул. Проспал он до самого обеда. Слуги редко его будили, когда расписание позволяло, а сейчас большинство обитателей даже не знали, что он вернулся. Настроение Рена взлетело до небес. Он встал, переоделся и отправился в обеденную залу.

За огромным массивным столом разместилась вся его семья. Слуги заметили Рена, и он приложил палец к губам, прося их помолчать. Отец, как обычно, притащил с собой документы, но под строгим взглядом матери не решался их посмотреть. Растус широко зевнул, перед тем как положить в рот кусочек отбивной. Брат предпочитал вставать очень рано и заканчивать основные дела до обеда. Он, наверное, уже ужасно устал. Мама смерила отца и брата недовольным взглядом.

— Когда-нибудь работа вас сгубит, — произнесла она.

— Не в ближайшем будущем, мам, — дружелюбно ответил Растус.

Она вздохнула.

— Кто-нибудь в курсе, когда карета поедет за Реном? Насколько я помню, занятия уже должны закончиться, — проворчала Родриэна.

— Может, через пару дней? — рассеянно ответил отец, потом столкнулся с раздражённым взглядом матери и добавил: — Дай парню немного погулять. Ещё успеешь его здесь замучить.

— Я бы не хотел, чтобы меня мучили, но тоже по вам ужасно соскучился, — вклинился Рен, заставляя их всех обернуться.

— Ты когда приехал? — удивлённо спросил брат.

— Вчера ночью и уже ужасно голоден, потому что проспал завтрак, — ответил он и занял свободный стул.

— У вас разве не намечалась прощальная вечеринка? — уточнил Рабрион.

— Не люблю вечеринки, — отмахнулся Рен.

Ему принесли зажаристый стейк с овощами. Он начал быстро есть его, смакуя каждый кусочек. Так хорошо, как дома, нигде не готовили.

— На твоём месте я бы откосил от работы ещё как минимум на пару дней, — признался Растус.

— А я и так собираюсь это сделать, — ответил Рен с набитым ртом.

— Прожуй, а потом объяснись, — серьёзно произнесла мама.

Рен проглотил кусок и откашлялся. Он почему-то начал очень сильно нервничать.

— Я собираюсь сделать официальное предложение о браке, — заявил Рен.

Растус чуть не подавился соком, закашлявшись. Родриэна медленно опустила вилку в тарелку. Рабрион поднял одну бровь и уставился на Рена.

— Кому? — настороженно спросил отец.

Рен глубоко вдохнул.

— Мистритии Майнхен, — на выдохе произнёс он.

Воцарилась тишина. Рен слышал, как сильно бьётся его сердце.

— Ты не можешь жениться на ней, — первой очнулась мама.

— Могу. Я уже сделал ей предложение в Айфеле и подарил кольцо из чешуи. Забрать слова назад — означает опозорить драконов, — резко ответил Рен.

— В этом случае я предпочту позор, чем эту свадьбу, — рыкнула Родриэна.

Рен оскалился.

— Я уже принял решение. Скрывать не буду, мне хотелось получить вашу поддержку, но я женюсь на ней в любом случае.

— Если ты переживаешь за Майнхен…

— Я не настолько благороден и самоотречен, чтобы из-за чувства вины или ответственности за других жениться, — прервал брата Рен. — Я до безумия люблю её. Вы же и сами это заметили в день Солнцестояния.

— Я думала, это глупое увлечение само пройдёт, — со вздохом призналась мама. — Говорю ещё раз: мы не позволим тебе жениться на ней.

Рен вскипел. На его лице появилась чешуя, а на пальцах выступили когти. Он сжал руки в кулаки в попытке успокоиться.

— Рен, это не наша прихоть. Мы поступаем так не потому, что Мистрития как личность — плохая партия. Это необходимость, — твёрдо сказал отец.

— И в чём проявляется эта «необходимость»? В нашей ссоре или моём несчастье? — рявкнул Рен.

Отец с матерью переглянулись. Растус напряжённо нахмурился.

— Объясните ему всё. Он не настолько мал, чтобы не понять, — попросил брат.

— Рен, милый, мы уже говорили тебе, что нельзя игнорировать слова оракулов. Если ты воспротивишься им, то… — Родриэна закусила губу, эти слова давались ей нелегко, — то умрёшь. Одной из самых ужасных и болезненных смертей.

Рена будто молнией поразило.

— Вы хотите сказать, что у меня никогда не было выбора? Либо смерть, либо убийство? Просто отлично. — Он вскочил на ноги и начал метаться из угла в угол.

Почему его жизнь должна быть такой дерьмовой? Рен на секунду представил, как он разрушает Майнхен и как отчаянно плачет Мисти. Этого нельзя допустить. Он резко остановился.

— Я не буду исполнять такое предсказание, — уверенно заявил Рен.

— Рикрен! — Родриэна вскочила на ноги.

Её била крупная дрожь. Отец встал и усадил её обратно.

— Ты понимаешь, что говоришь? — прорычал Рабрион.

— Да. Я не убийца, и вы это знаете. Это моё решение, и никто, кроме меня, не может на него повлиять, — твёрдо отозвался Рен.

Родриэна начала плакать. Сердце Рена дрогнуло, но разум остался непреклонным.

— Я отправлюсь в Майнхен и сделаю официальное предложение Мистритии. Мне бы хотелось провести свои последние дни в качестве её мужа, — продолжил Рен, а затем вышел из зала и направился к конюшням.

— Когда вы сможете подготовить летучую карету? — спросил он у смотрителя, влетев в деревянные ворота.

Пухлый дракон опустил взгляд.

— Простите, пегасы устали. Им нужна минимум пара дней. Я могу запрячь обычных, — промямлил он.

Рен прикинул и понял, что быстрее будет доехать на лошадях, чем ждать пегасов. Он теперь в любом случае не успеет прибыть в Майнхен в то же время, что и Мисти.

— Меня устраивает этот вариант, — ответил Рен и пошёл в свою комнату за вещами.

Он увидел, что слуги ещё не успели разобрать его сумку, и обрадовался. Рен схватил её и вернулся обратно в конюшни. Карету уже подготовили. Он забрался в неё и приготовился к долгой поездке. Дверь в карету неожиданно открылась. На соседнее сидение сел недовольный Растус.

— Ты упрямый придурок, который довёл мать до истерики, — проворчал брат.

— Собираешься остановить меня? — хмуро спросил Рен.

— Это возможно?

Рен покачал головой.

— Вот и я так думаю. Хочу поговорить с королём менехуне. Возможно, есть какой-то способ изменить пророчество или хотя бы сгладить его углы. Надо попытаться найти хоть что-то, — отозвался Растус.

— Спасибо. — Рен широко улыбнулся.

— Заткнись. Я с тобой больше не разговариваю до тех пор, пока перед мамой не извинишься, — холодно произнёс брат.

Рен кивнул. Поездка прошла в напряжении. Он не думал, что молчанка Растуса будет так сильно на него давить. Ссора с семьёй отзывалась болью в сердце. Рен осознал, что они впервые так серьёзно поругались. А всё из-за того, что они просто хотят его защитить. Может, он перегнул палку? Как Мисти постоянно с таким справлялась? Карета резко затормозила.

— Мы приехали, — сказал кучер.

Рен открыл дверь, вылез на траву и осмотрелся. Они ехали несколько суток, Рену в карете спалось плохо, и он сначала решил, что это сон. Майнхен представлял собой какие-то руины. Низенькие дома, никаких заборов и облагороженных участков. Всё вокруг утопало в траве и нестриженых деревьях. Справа от него гуляли куры.

— Ну и дыра, — озвучил его мысли Растус.

Рен ещё раз осмотрелся и не понял, где стоит сам замок. Где ему Мисти-то искать? Тут он заметил женщину в форме прислуги. Она шла, опустив голову, и в упор их не видела.

— Извините? — окликнул её Рен.

Женщина вздрогнула и удивлённо на него уставилась. Вид у неё был какой-то очень уж потрёпанный. Рен вспомнил, что именно она приезжала вместе с королевской четой к Мисти в академию Айфель.

— Вы… Вы… — заикаясь, начала она.

— Мы приехали к Мистритии из Дракадриата, — ответил Рен, поняв ход её мыслей.

Служанка неожиданно побледнела. Из глаз у неё полились слёзы. Рен переглянулся с таким же растерянным Растусом.

— Простите, я… — Женщина глубоко вдохнула, выдохнула и посмотрела прямо в глаза Рену. — Принцесса Мистрития Майнхен скончалась вчера ночью.

— Что? — переспросил Рен, посчитав эту шутку очень неудачной.

— Мистрития умерла-а-а… — Служанка разразилась слезами.

В Рена будто молния ударила. Это бред. Настоящее сумасшествие. Она была в порядке, когда покидала академию, и здесь провела меньше суток. Мисти не могла… Его руки начали дрожать. Рен схватил женщину за плечи.

— Где она? — прорычал он.

Она указала пальцем на пристройку. Рен рванул туда, не обращая внимания на оклики Растуса. Он влетел в крохотное помещение и увидел Мисти, лежащую на белоснежном помосте.

— Нет-нет-нет, — прошептал Рен, подходя к ней.

Он схватил её за руку и ощутил леденящий холод. Ноги перестали его держать. Он тяжело опёрся на помост.

— Этого не может быть. — Рен покачал головой.

По его лицу потекли слёзы. Он задыхался от разрывающей на части боли.

В помещение вошёл Малтириаш в сопровождении жены и младшей дочери. Вид у них всех был ужасным, но Рена это не волновало. Милитина вскрикнула, когда увидела его. Монодика тут же схватила её за руку и вывела наружу. Малтириаш остался стоять, пошатываясь на ногах. Он встретился взглядом с Реном и отвёл глаза в сторону.

— Что произошло? — прорычал Рен.

Выросшие клыки мешали ему говорить внятно, но король менехуне его понял.

— Она выпила яд, — отрешённо ответил он.

— Зачем?! — громогласно спросил Рен.

— Я не уверен, но думаю, Гранниа что-то ей наговорил. Он исчез утром, оставив только заявление о расторжении помолвки. Не стоило мне доверять баггейну. — Малтириаш начал плакать.

Рен почувствовал, как его захлёстывает злоба.

— До вас только что это дошло? Неужели было так сложно поверить в собственную дочь?

— Я не хотел, чтобы всё так вышло. Просто пытался защитить её, — проскулил король.

— Почему все вокруг так уверены в том, что знают, как будет лучше? Полюбуйтесь теперь, к чему привели ваши старания, — едко произнёс Рен, не узнав собственный голос.

Его туловище начало удлиняться. Он схватился лапами за голову. Мысли его расплывались. Их начала застилать животная ярость. Гранниа не мог далеко уйти. Он должен ответить за содеянное. Дракон оскалился, становясь всё больше. Если бы этот глупый король мог понять свою дочь, то этого бы не случилось. Малтириаш тоже должен ответить за свои поступки. Крыша здания разлетелась, позволяя Дракону расправить огромные красные крылья. Оракулы не просто так сделали подобное предсказание. Теперь Рен полностью понял и принял его. Он должен жить, чтобы отомстить всем, кто навредил Мисти. Майнхен расквитается с Реном за смерть той, кого он так сильно любил. Пусть его боль потонет в огне вместе с этим королевством и его жителями.