Эйми на мгновение растерялась, не зная, что сказать. Конечно, Кьелли нужно было отправиться с ними обратно в Киерелл, и, очевидно, это означало полететь, но Эйми не подумала о том, каково это — предложить подвезти её. Что, если Джесс это не понравится, и Эйми не сможет держать её под контролем? Что, если она подбросит Кьелли в небо?

Эйми повернулась, чтобы посмотреть на Джесс, но её дракон пристально смотрел на Кьелли, и тогда Джесс медленно опустила голову.

— Можно? — спросила Кьелли, но она уже двигалась, протягивая руку, чтобы осторожно положить её на лоб Джесс. Эйми была уверена, что сейчас ей откусят руку, но Джесс не пошевелилась. Ещё в первые дни тренировок Яра говорила ей, что никогда нельзя прикасаться к дракону другой Всадницы, но Эйми услышала тихий стон удовольствия, когда Кьелли погладила Джесс по голове.

— Драконы что-то чувствуют во мне, возможно, тяжесть веков, я не знаю, но они всегда были спокойны рядом со мной, — сказала Кьелли и отступила на шаг, слегка кивнув Джесс.

— Хорошо, — согласилась Эйми, но она нервничала из-за этого и чувствовала, что должна объясниться сейчас, на случай если что-то пойдёт не так. — Джесс ещё молода, и мы знакомы всего несколько месяцев.

Кьелли выглядела удивлённой.

— Могу сказать, что она молода, но вы обе ведёте себя так, словно связаны гораздо дольше. У вас, должно быть, очень сильная связь.

— Я… — Эйми запнулась. Кьелли только что сделала ей комплимент. Она всегда мечтала о подобном моменте, и он подкрался незаметно и произошёл так, что она даже не заметила. Она почувствовала, как румянец заливает её щеки, и быстро занялась перекладыванием седельных сумок, чтобы Кьелли этого не заметила.

В одном седле им обеим было бы тесновато, но драконьи сёдла были больше, чем лошадиные, и, учитывая, что седельные сумки почти не мешали, они бы поместились вдвоём. Кьелли подошла к ней и встала рядом.

— Знаю, что она здесь единственная самка дракона, и, возможно, было бы разумнее, чтобы один из более крупных самцов нёс двух человек, но, между нами говоря, я всегда считала, что самки на самом деле сильнее, — Кьелли быстро улыбнулась и подмигнула ей.

Эйми почувствовала, что должна объяснить что-то ещё, прежде чем они прижались друг к другу на спине Джесс.

— Вы ничего не подхватите от моей кожи, просто она выглядит немного странно. Я не заразна или что-то в этом роде.

К удивлению Эйми, Кьелли обхватила ладонями бесцветную половину её лица.

— О, дитя, я ни на секунду не подумала, что ты заразна. За свою долгую жизнь я повидала много разных лиц, и твоё далеко не самое странное, — Кьелли посмотрела на браслет на запястье Эйми, затем снова на её лицо. — Если бы у тебя было больше искр… — она замолчала и покачала головой.

Эйми хотела спросить, что она собиралась сказать, но Кьелли ухватилась за луку седла Джесс.

— Вас подсадить? — быстро спросила Эйми.

— Не забывай, я сильнее, чем кажусь.

И Кьелли подтянулась, перекинула ногу и через мгновение уже сидела в седле. Эйми была впечатлена — ей потребовались недели, чтобы освоить это. Она тоже осторожно вскочила и уселась перед Кьелли. Она чувствовала, как Кьелли прижимается к её спине, как её бёдра обхватывают бёдра Эйми, как она дышит ей в затылок. На мгновение она не могла поверить, что это происходит наяву. Кьелли, та самая Кьелли, сидела верхом на её драконе, обхватив её руками за талию. Ей хотелось вернуться в прошлое, в своё детство, и показать маленькой Эйми эту картинку.

Она достала из кармана свои лётные очки и, надевая их, пожалела, что у неё нет запасной пары, которую она могла бы предложить Кьелли. Она могла бы спрятаться за ней, если бы ветер стал слишком сильным.

— Ладно, Джесс, летим домой, девочка, — тихо сказала Эйми.

Она услышала, как Кьелли резко вздохнула, когда они взлетели. Скайдэнс и Малгерус оторвались от них, из-за дополнительного веса Джесс потребовалось больше времени, чтобы найти свой ритм и подняться выше.

— Я буду скучать по этому месту, — сказала Кьелли, когда они пролетали над высокими красочными зданиями Вортенса.

Эйми тоже будет скучать по этому месту, но не потому, что она знала это место, а потому, что теперь она никогда не узнает. У неё не будет возможности вернуться сюда и исследовать окрестности, увидеть эти машины в доках вблизи или научиться говорить на Главике. Она отбросила эту мысль в сторону и сосредоточилась на полёте.

Эйми и Джесс научились сохранять равновесие, когда летели, но из-за Кьелли на борту всё было иначе. Старшая женщина так и не научилась переносить свой вес, когда Джесс летела по небу, используя воздушные потоки, и это замедляло их движение. Тем не менее, Джесс не испугалась и не предупредила её, так что Эйми посчитала это победой.

Малгерус вырвался вперёд, его большие оранжевые крылья с лёгкостью сокращали расстояние. Скайдэнс держался поближе к Джесс, но летел не прямо, а взад-вперёд, описывая круги в воздухе. Он выглядел таким игривым, и Эйми пожалела, что они с Джесс не могут присоединиться к нему.

Теперь, когда они были вдвоём, Эйми чувствовала, что у неё накопилось пятьсот вопросов, которые она хотела задать Кьелли, и она пыталась решить, с какого из них начать. Она оглянулась через плечо. Кьелли сияла, широко раскрыв глаза и любуясь видом, открывающимся с неба. Эйми решила дать ей возможность насладиться им. Её вопросы могли подождать.

Глава 9. Начиная учиться

Они летели без остановки в течение нескольких часов, холмы постепенно сменялись бескрайней тундрой. Малгерус всё это время летел впереди, Джесс плелась позади, а Скайдэнс сновал взад-вперёд между ними. Когда они отправились в путь, Джесс не терпелось снова подняться в небо, но теперь Эйми чувствовала, как она устала. Она беспокоилась, что слишком сильно давит на своего дракона.

Когда небо окрасилось в розовые и золотые тона, Пелатина направилась вниз. Эйми и Натин последовали за ней и приземлились рядом со Скайдэнсом на кочковатую траву.

— Прекрасно, опять трясина, — пожаловалась Натин, спешиваясь и с хлюпаньем приземляюсь.

— Если что-то и может вернуть мне бодрость после кофе Кьелли, так это болота, — Пелатина наморщила нос и огляделась по сторонам.

Эйми, стараясь не пнуть Кьелли, тоже спешилась.

— Я думала, ты всегда счастлива. Разве это не твоя мантра? — спросила Эйми.

— Я, конечно, стараюсь, но, тьфу, чёрт возьми, — но, несмотря на жалобы, Пелатина всё равно улыбнулась Эйми и рассмеялась.

Эйми почувствовала, как её губы дрогнули в ответ, но полноценной улыбки не получилось.

— Надеюсь, ты остановилась не из-за меня, — сказала Кьелли. Эйми заметила, что спешилась она гораздо более скованно, чем садилась в седло.

— Нам нужно дать драконам отдохнуть несколько часов, иначе они начнут падать с неба. Я чувствую, как устал Скайдэнс, так что Джесс и Малгерус, должно быть, совсем выбились из сил, — сказала Пелатина.

Эйми взглянула на Натин, ожидая услышать браваду о том, что она никогда не чувствовала усталости, но вместо этого та погладила Малгеруса по шее и кивнула. Эйми знала, что им нужно отдохнуть, но чувствовала, как в ней поднимается паника из-за задержки.

— Что, если армия уже прорвалась в город? — спросила она, оглядывая остальных.

Пелатина быстро покачала головой.

— Нас не было слишком долго. Они, должно быть, уже завалили туннель.

— Почему ты так уверена? — спросила Эйми.

Девушка подошла и нежно положила руки на плечи Эйми.

— Не уверена, но мысли о худшем нам не помогут. Верь в Яру и наших друзей. Они сделают всё, что в их силах, чтобы выиграть нам больше времени и защитить город. И к настоящему времени это означает обрушение туннеля.

Пелатина была права, и Эйми поняла, что если бы она задумалась, то поняла бы это. Но у неё никогда раньше не было друзей, на которых можно было бы положиться. Это было странное, но приятное осознание. Поэтому она предложила Джесс прилечь в высокой траве. К её удивлению, Малгерус и Скайдэнс свернулись калачиком рядом с ней. Малгерус игриво цыкнул на неё, а Скайдэнс щелкнул своим хвостом. Похоже, сегодня вечером не только Эйми нуждалась в утешении.

— Я могу дежурить первой, — предложила Пелатина.

— Нет, вам двоим нужно поспать, — не согласилась Кьелли, указывая на Пелатину и Натин. — Мы с Эйми подежурим, — она повернулась к Эйми. — Мне бы понадобились месяцы, чтобы как следует научить тебя, но у нас нет времени, поэтому я постараюсь как можно быстрее научить тебя тому, что умею делать с браслетом. Надеюсь, ты быстро учишься.

Натин пожала плечами и вытащила одеяла. Казалось, Платина готова была возразить, но вместо этого она тоже успокоилась. Эйми видела, что глаза обеих девушек открыты и сияют в последних лучах заходящего солнца. Она почувствовала неожиданный прилив любви к ним обоим за то, что они не спали и присматривали за ней.

Кьелли достала из рюкзака лоскутное одеяло, расстелила его на траве и пригласила Эйми сесть рядом с ней. Примерно через минуту после того, как Эйми села, она почувствовала, как влага просачивается сквозь него, делая её задницу влажной.

— Итак… — начала Кьелли, но Эйми заговорила в тот же момент, перебив её.

— Мне страшно, — выпалила она.

Кьелли взяла её за руки.

— Когда я основала Небесных Всадниц, у меня была идея, что они будут самыми храбрыми девушками. Что люди будут равняться на них и чувствовать себя в безопасности, потому что они знают, что эти удивительные женщины готовы их защитить, — Кьелли провела пальцем по костяшкам пальцев Эйми, покрытым пятнами. — Я рада, что пробыла в городе достаточно долго, чтобы увидеть, как это произойдёт, но я не могла не задумываться, что стало с моими Всадницами после того, как я уехала. Новости на самом деле не доходят до Киерелла на севере. Затем я встретила вас сегодня, и за несколько коротких часов вы продемонстрировали все качества, которые, как я надеялась, должны быть у моих Всадниц.

Эйми моргнула. Эта похвала от самой Кьелли была самым удивительным событием, которое она когда-либо могла себе представить. Почему это случилось в тот самый день, когда она обнаружила, что дурацкий браслет, надетый на её запястье, убивает её?

— Я надела браслет не потому, что была храброй, — призналась Эйми. — Я надела его, потому что была расстроена тем, что мы нашли его, а не вас. Я хотела как-то чувствовать себя ближе к вам и меньше чувствовать себя неудачницей.

Эйми, которая жила несколько месяцев назад, пришла бы в ужас от мысли признаться в слабости перед удивительной Кьелли, но для нынешней Эйми это не казалось таким уж большим делом. Даже несмотря на то, что Натин и Пелатина притворялись спящими и подслушивали.

— У тебя есть кто-то в городе, кто гордится тобой? — спросила Кьелли. — Родители? Или возлюбленный?

Эйми покачала головой.

— Мои родители умерли, когда я была маленькой. Меня растили мои тётя и дядя, пока их не забрала болезнь. И…

Она замолчала, когда её мысли обратились к Лиррии. Она никогда не делала вид, что гордится Эйми. Каждый раз, когда она добивалась успеха на тренировках, Лиррия всегда говорила ей, что это потому, что она была замечательным учителем. В темноте её взгляд скользнул к Пелатине. Могла ли она быть кем-то, кто гордился бы ею?

— У меня есть подруги, — наконец сказала Эйми, и радость от этих слов затмила печаль из-за того, что её семьи не было рядом, чтобы видеть её.

— Хорошо. И, насколько я вижу, ты не потерпела неудачу, — сказала Кьелли.

— Когда я впервые надела браслет, я не знала, на что он способен, и чуть случайно не убила Яру. Она наш лидер, — сказала ей Эйми. — А потом я подумала, что вы Повелительница Искр, и мне придётся убить вас, чтобы спасти Киерелл. Но потом, когда я попыталась намеренно использовать браслет, я чуть не убила Петру.

Чего она не сказала, так это того, что после Петры она чувствовала, как сила браслета постоянно воздействует на её разум, требуя, чтобы её снова использовали. Это было менее настойчиво, когда циферблат был установлен в нейтральное положение, но Эйми беспокоилась, что произойдёт, если она поддастся этой силе. Они сидели бок о бок, но Кьелли была выше, и Эйми пришлось запрокинуть голову, чтобы заглянуть ей в лицо.

— Я понятия не имею, что делаю, — призналась она.

— Такова жизнь, дитя моё. Никто не знает, что делает. Ты совершаешь ошибки и разбираешься в них по ходу дела. Нет никого, кто был бы лучше тебя во всём, за что бы ни брался. Возможно, они лучше умеют притворяться, что знают, что делают, но мне нравится твоя честность.

Эйми это не убедило.

— Похоже, вы знаете, что делаете.

— Ну, а мне шестьсот двадцать четыре. Я очень хорошо научилась не обращать внимания на свои ошибки и двигаться дальше.

Эйми глубоко вздохнула. Она не могла переложить эту ответственность ни на кого другого, так что пришло время признать это.

— Чему мне нужно научиться? — Эйми оттянула манжету своего плаща. Она прижала браслет к груди, так что отблески её искры осветили его выгравированную поверхность. — Нужно ли мне научиться читать то, что на нём написано?

— Нет. Кворентинский — довольно сложный для изучения язык, в нём почти двадцать разных времён, и то, что на нём выгравировано, в основном просто напоминает о том, что нужно ответственно пользоваться браслетом. Думаю, ты это уже поняла. Тебе нужно научиться чему-то совершенно новому, чему даже мне не под силу. У меня есть теория, но я почти уверена, что она сработает.

— Что вы имеете в виду? — в животе Эйми скрутился комок беспокойства. Она подумала, что Кьелли собирается давать ей уроки, как Лиррия, показывающая им технику полёта, которую они могли бы скопировать.

— Ты уникальна, хотя я уверена, что тебе уже говорили об этом раньше, но я не имею в виду твоё лицо.

— Люди скорее использовали слово «уродливая», чем «уникальная», — сухо заметила Эйми.

— Поверь мне, шестьсот лет научили меня тому, что большинство людей — дураки. Я имею в виду, что ты уникальна из-за твоей связи с Джесс.