Детектив достал блокнот.

— Сегодня те же сотрудники, что вчера. Менеджер FBO — Анита Санчес. Сорок два, замужем. Джои Уилсон заправляет. Двадцать восемь. Холост. Дважды попадался за травку. Ничего серьёзного. И Марк Клинтон — механик. Пятьдесят, разведён. Ветеран Ирака. Другие механики есть, но на этой неделе не работали. Тихое время. Кроме травки, приводов нет. Никто не связан с Нэшем. Он живёт в Орландо. Иногда пролетает здесь — встретиться с адвокатом и банкиром, как вчера. И насколько я знаю, Нэш ни с кем здесь не ссорился.

Райм сказал:

— Нет, если кто-то из них заложил СВУ, то потому что им заплатили. Или шантажировали.

— И, — добавила Сакс, — все они знают самолёты и точно знают, куда заложить бомбу для максимального ущерба.

— Думаю, да. Как хотите действовать, Линкольн?

— Я поговорю с ними. Буду считать их свидетелями. Успокою. Скажем, что не подозреваем, но намекну, что подозрительны к помощнику на обходе. Как его?

— Кейбл. Джим Кейбл.

— Они поймут, что Кейбл главный подозреваемый. И надеемся, помогут описать, что видели, если он подходил к самолёту. Что делал. Если один из них виновен, он — или она — попробует укрепить дело против копа или хотя бы отвести внимание от себя. Я постараюсь поймать на лжи.

Райм подумал о сказанном. Рассмеялся.

Джиллетт посмотрел с любопытством, подняв бровь.

— Это противоположность тому, чем мы обычно занимаемся. Я беру улику и ищу правду. А теперь ищу ложь.

Он улыбнулся каламбуру, вспомнив слова Джиллетта.

Где лежат улики...

Затем выражение стало мрачным. Снова начался яростный ливень. Порывы ветра. А потом, в довершение, град.

— Чёрт возьми. Думаю, мы нашли ситуацию, где принцип Локара не работает, Сакс.

Французский криминалист Локар утверждал, что при каждом преступлении происходит обмен уликами между преступником и местом или жертвой, и наоборот. Если работать упорно и умно, криминалист найдёт связь. Локар, видимо, никогда не сталкивался с флоридским штормом, поднимающим заборы.

— Мне нужны факты перед допросом, детектив, — сказал Райм. — Как была ориентирована машина?

— Нос там. — Он указал. — Хвост там.

Самолёт стоял параллельно ангару, в тридцати футах. Нос слева, хвост справа.

Детектив продолжил:

— Так что вы скажете, что подозреваете, как Кейбл обошёл дальнюю сторону самолёта, заложил СВУ и продолжил обход?

— Намекну.

Вспышка света привлекла внимание. Райм посмотрел через дождь и туман на улицу.

— Сакс, пока я говорю с сотрудниками, проверь те здания.

Он заметил здания со стеклянными фасадами, офисный комплекс.

— «Бургер Кинг» тоже. И закусочная. Посмотри, были ли свидетели, когда самолёт стоял на поле — или, лучше, камеры.

— Ладно. Пойду.

Сакс вышла из ангара, побежала под дождём и забралась в фургон. Машина качнулась по полю, под порывами ветра, к выезду.

— Где я могу с ними поговорить?

— Там? В углу ангара?

Райм закатился в небольшой офис без окон в задней части ангара.

Его первая реакция на дело без улик была разочарование, потом забавление, а теперь внутри что-то жаждало попробовать навыки полиции, которыми он не пользовался очень давно.

Детектив Джиллетт пошёл звать первого сотрудника.

Затем, напомнив себе, что он вот-вот станет следователем, Линкольн Райм решил придумать пару вопросов.

Анита Санчес была деловой женщиной за сорок. Короткие тёмные волосы, тёмная кожа, ярко-красная помада. Костюм строгий, тёмно-синий с белой блузкой. На лацкане — серебряная булавка с крыльями орла.

Она села напротив Райма за стол и казалась беспокойной, но не больше, чем он ожидал в таких обстоятельствах — особенно учитывая состояние Райма. Кресло, сложная моторизованная модель, притягивало взгляд. Она хотела на него посмотреть, но, казалось, боялась, что это невежливо.

Райм задал нейтральные вопросы, потом:

— Заметили ли вы, подходил ли помощник Кейбл к хвостовой части самолёта во время обхода?

— Помощник Кейбл?

— Да.

— Он такой приятный парень. Вы его подозреваете?

Она посмотрела на цифровой диктофон.

— Мы просто собираем факты.

Он повторил:

— Видели ли вы его у крыльев или двигателей самолёта?

— Простите, офицер... мистер Райм. Я всё время была в офисе, и оттуда не видно поля.

— Всё время?

Он спросил это, потому что ей показалось, она подчеркнула слово.

Санчес быстро добавила, будто Райм знал правду:

— Теперь, когда думаю, я выходила один раз. Но к машине на стоянке. В противоположную сторону от джета. Он был за спиной, так что даже если бы помощник был там, я не видела.

Он задал другие вопросы о Кейбле и видел ли она кого-то ещё на территории, кроме двух других сотрудников, даже если камеры показали, что никто не входил в зону FBO. Ответы были короткими — она не болтала и не предлагала информацию.

У Райма была подруга Кэтрин Дэнс, агент калифорнийского бюро расследований. Она специализировалась на кинесике — анализе языка тела — при допросах подозреваемых и свидетелей, и он с неохотой уважал это искусство, наблюдая за ней. Один урок: когда подозреваемые болтают и предлагают детали, они чаще нервничают, а значит, могут лгать.

По Санчес он решил, что она, вероятно, говорит правду, и её поведение не указывало на вину.

После её ухода детектив Джиллетт привёл Марка Клинтона в ангар. В джинсах и пыльной серой рабочей рубашке худой мужчина с бородой, слегка пожелтевшей от жевательного табака, смотрел куда угодно, только не на Райма, садясь.

Райм начал с предварительных вопросов. Знал ли он Нэша, знает ли кого-то, кто хотел ему навредить?

На всё ответил отрицательно. Он часто глотал и пальцы дёргались — не обязательно признаки лжи, просто нервозность.

Наконец Райм перевёл вопрос на Кейбла. Видел ли он помощника у самолёта? Особенно сзади?

— Когда это было?

— Около девяти тридцати вчера.

— О, я тогда работал здесь, но ничего не видел. То есть не мог. Слишком много бликов от солнца, если смотреть из двери ангара.

Он задал ещё вопросы, но Клинтон всё ссылался на помехи зрению.

Райм признал, что слепота — по какой угодно причине — хороший отвод для свидетеля или подозреваемого.

Своей хорошей рукой Райм потянулся и поставил диктофон на паузу.

— Ладно. Спасибо.

Механик встал, вытер руки о джинсы и вышел за офицером из ангара. Джиллетт вернулся через пару минут с плотным мужчиной в коричневом комбинезоне и бейсболке, из-под которой торчали густые каштановые волосы с сединой.

Ещё предварительные вопросы, на которые Джои Уилсон отвечал с готовностью помочь.

Затем Райм спросил, видел ли он Кейбла у самолёта.

— Э-э, кажется, видел.

— Где?

— Не помню. Шёл в столовую. На завтрак. Ха. «Столовая» для завтрака. Смешно.

— Вы не видели его, когда заправляли?

— О, я его не заправлял... мистера Нэша, то есть.

— Вы не заправляли самолёт?

Уилсон поднял взгляд с пола.

— Нет, видите ли, он не был запланирован. Его джет может пройти две тысячи миль на баке. Чем больше несёшь — топлива, то есть — тем тяжелее и хуже расход. Лучше лететь с минимумом. Мистер Нэш заправлялся бы в Бразилии. Помню одного парня на Cessna Citation — вот это классная машина. Вы в ней были? Нет, ну, это превосходная авиационная техника, и он садится со ста галлонами в запасе, представляете? Экономил на топливе! Летит на двухмиллионном самолёте и жмотится на Shell.

— Просто подтверждаю, вы видели помощника Кейбла у самолёта.

— Довольно уверен. Не поклянусь. Скажем, семьдесят процентов. Нет, пятьдесят пять.

— Спасибо за сотрудничество.

Мужчина ещё раз взглянул на кресло и ушёл.

Райм и Джиллетт собрались обсудить его поведение, когда вскоре вернулась Сакс.

— Есть находки, Райм.

— Фото кого-то с усами и в чёрной шляпе, заряжающего бомбу-мяч порохом и вставляющего фитиль?

— Не совсем, но близко.

— И?

— Видео. Из одного офисного здания.

— Так быстро достала? — спросил Райм.

— Я была убедительна, — сказала Сакс. — Ну, скорее угрожала.

— Хотите посмотреть? — спросил Джиллетт.

— Пожалуйста.

Он вставил карту в компьютер и начал проигрывать. Пока смотрели, Райм рассказал Сакс, что узнал — кратко о историях трёх подозреваемых.

Самолёт, естественно, не видно, но хорошо видна дверь офиса Southern Flight Services.

Движение.

— Смотрите.

Дверь FBO открывалась, и Анита Санчес выходила.

Она повернулась и исчезла из кадра.

— Ха, — сказал Джиллетт.

Анита Санчес шла налево. Точно противоположно тому, что она сказала.

Райм сказал:

— Значит, она врала. Она шла к самолёту.

— Она что-то несла? — спросил Джиллетт.

Трудно сказать из-за плохого качества. Может, сумочку. Или небольшой пакет с пластидом C4.

Ах, интересно. Райм начал думать, что в допросах что-то есть.

Джиллетт сказал:

— Наверное, недостаточно, чтобы её задержать.

— Но можно получить ордер на прослушку. Или порыться в её офисе, — сказала Сакс.

— Конечно, организую.

Он достал телефон.

Затем Райм склонил голову.

— Чёрт.

— Что, Райм?

— «Гниссап серт он».

— Что? — спросил Джиллетт, держа телефон.

Сакс кивнула.

— Только что поняла, Райм.

Он сказал детективу:

— Посмотрите в правый верхний угол.

— Та вывеска?

— Да.

— Что с ней—? О, она задом наперёд.

GNISSAPSERT ON... NO TRESPASSING

Джиллетт рассмеялся.

Райм же не веселился.

— Поэтому изображение такое тусклое. Это отражение.

Сакс сказала:

— Камера, наверное, смотрела в окно одного из офисов. Стеклянный фасад как зеркало. Казалось, Санчес повернула к самолёту. На самом деле — от него. Как она и сказала. Она говорила правду.

— Почти так же плохо, как свидетели, чёртовы видео. Чёрт.

Он почувствовал себя преданным единственной криминалистической зацепкой.

— Она невиновна, — сказал детектив.

— Не невиновна, — поправил Райм. — Мы просто не поймали её на той лжи.

Он пожал плечами.

— И в её допросе ничего больше не указывает на неё.

— А механик? — спросила Сакс. — Как его снова?

— Марк Клинтон.

— Да.

— Нельзя поймать на лжи, если человек ничего не говорит. Он был ослеплён солнцем.

— Было солнечно? — спросила Сакс. — Вчера был ужасный шторм.

Джиллетт сказал:

— Чистое голубое небо до десяти примерно. Потом пришёл шторм. Да, он говорит правду тоже.

Райм, однако, сказал:

— Или нет.

Он смотрел на дверь ангара.

— В смысле, Линкольн?

— Океан за нами?

— Да.

— Восток.

Джиллетт сказал:

— Чёрт возьми. Верно. Ангар открывается на запад. Утром в девять никто внутри не увидел бы солнца. Свет шёл с противоположной стороны.

— Ладно, значит, он врал.

— Но какой мотив лгать? — спросил детектив. — Он просто сказал, что ничего не видел.

— Это не важно, — напомнил Райм. — Нам нужно только найти обман и начать давить.

— Так что, ордер? — спросил Джиллетт.

— Я бы сказал...

Голос Райма затих. Он смотрел на поле.

— Я бы сказал, подождите. Верните его сюда.

— Клинтона?

Таутовая улыбка Райма говорила: кого же ещё?

Несколько минут спустя мужчина снова был в ангаре. Райм окинул его взглядом с любопытным выражением.

— Мы просто пытаемся точно определить, где стоял самолёт, и надеялись, что вы поможете. Я знаю, были блики, но у вас было ощущение положения самолёта, верно? Потому что солнце отражалось от стёкол.

— Не столько от стёкол, сколько от фюзеляжа. Он был серебристый, знаете ли. Не белый, как у большинства частных джетов.

— Серебристый, хм. Должно быть, бликов было немало.

— Всегда так, когда пилоты ставят параллельно ангару. Надо бы дверь сделать, но во Флориде это не окупается. Два раза в год пользоваться. А там, где колодки, да, примерно там и стоял самолёт.

— Хорошо. Спасибо.

Когда он ушёл, Райм цинично рассмеялся.

— Ещё одна проблема с отражениями. Понимаете, почему нельзя доверять чувствам?

— Значит, он невиновен... Извините, Линкольн. Я хотела сказать: он может быть виновен по полной, но мы его там не застукали.

Райм хмыкнул. Очарование допросов быстро угасало. Ему напомнили, почему он считал улики основой расследований.

— А что с последним подозреваемым?

— Заправщик. Джои Уилсон.

Райм вспомнил тот допрос.

— Он больше всех казался лжецом. Может, впечатление, но такое ощущение. Болтал без умолку. Увиливал... Ах, но, возможно, здесь что-то есть. Он сказал, что вроде видел помощника у самолёта, верно?

— Вроде. Не мог поклясться.

— Но Кейбл не подходил к самолёту, — заметила Сакс.

— Нет. Его обход — вокруг зданий и колонок.

Райм кивнул.

— И откуда он знал, что Нэш летит в Бразилию? Если не заправлял, то и план полёта знать незачем. Давайте снова вызовем Уилсона, поговорим. Надавим.

Идея казалась бесплодной, но других не было.

— Я схожу за ним, — сказал детектив и зашагал под дождём к месту, где Уилсон парковал заправщик — видимо, только что пополнил. Райм увидел, как мужчина взглянул на Джиллетта и, притворившись, что не заметил взмаха, быстро пошёл к потрёпанному «Хонда Аккорду», прыгнул и умчался.

— Он удирает, — сказала Сакс. Она инстинктивно посмотрела на единственный транспорт здесь — фургон. Сакс любила машины. Ремонтировала, перебирала детали, водила как молния. Но погоню на прокатном фургоне она не собиралась устраивать.

Это и не имело значения. Детектив Джиллетт сам неплохо водил. Через пять секунд он был за рулём своей машины и, включив мигалки и сирену, рванул. Большой «Крайслер» занесло, но он не дал врезаться в заправщик, а объехал. Затем проскочил ворота и исчез на шоссе.

Час спустя детектив Джиллетт ввёл в ангар закованного в наручники Джои Уилсона.