Сначала Поздеев ухитрился скрыть третий класс за продленным обучением в двух начальных на полгода. Потом, осмелев, открыл без доклада губернатору и третий класс, опять на полтора года. Так он догнал пятигодичное училище. Это уже не то что образование для «людей нижних состояний»; это выше разрешенного купеческого образования, близко к образованию для детей дворян и чиновников.
Такое училище в старых жалких клетушках не умещалось. Бородатый Поздеев размашисто шагал по своему дому, переходя из залы в залу.
— Вот экие бы хоромы дать училищу, так все классы влезут и для университета места хватит!
Теперь он прихожую вытянет во всю длину дома, образуется, как это у городских называется, коридор; из него в классы по обе стороны входи, никого не тревожа. Так он и сделает, а то уж попа выселили, а все мало места. Правда, и полиция разрослась. Надобно строить новое училище. Пусть господа владельцы для своего благодетельного престижа просветителей учредили во второй столице учебное заведение[17] и хлопочут, чтобы их пансиону дали права гимназии. Они — там, мы здесь.
— Построим, за нами дело не станет. Мы тоже — просветители! Ха! Ха! Ха! — загрохотал лошачьим басом Поздеев, ободряя себя и предвкушая, как он владельцев «подоит» и половину сметной суммы на постройку «денежка в денежку» из владетельского кошелька заморского изделия пересыплет в свою уральскую мошну. Это он умеет не хуже соседских управителей. В его карман всякое влезет.
Управляющий был доволен, что губернское начальство — этого Селастенника[18] плешивого — ему удалось обойти. Программу он увеличит и себя прославит в делах ловким и заботящимся о просвещении людей. Другой задумается, прежде чем с ним тягаться, ибо сказано в святых притчах: «…с ловкими не судись», что он, Поздеев, как раскольник[19], из православия принимает.
Старого и плохо разбирающегося в катехизисе отца Еосигнея сменил Матвеев, отец Георгий, молодой, с громким голосом и проворной жеребячьей рысью. Он рад был введению в программу катехизиса: учащиеся будут истинными христианами, а сам он получит дополнительную оплату, очень существенную для бедного попа.