За несколько часов пребывания в больнице Луке полегчало. Кровяное давление удалось стабилизировать лекарствами, капельница помогла с обезвоживанием, мощное успокоительное позволило ему погрузиться в долгий, столь необходимый сон. А лучшим лекарством стало постоянное внимание тридцатилетней медсестры с потрясающей фигурой и в короткой белой юбке. Белла наблюдала за всем этим, сидя в углу и качая головой.
Иные мужчины безнадежны.
Лука пытался заключить сделку со своим давним знакомым, итальянским миллиардером-затворником. Его звали Карлотти, и он был наследником старинного семейного состояния, сколоченного на оливковом масле. Его убеждения отличались от взглядов Луки, но если речь заходила о деньгах, им всегда удавалось преодолеть разногласия. Карлотти близко знал премьер-министра и на протяжении многих лет его финансировал. По настоянию Луки он согласился уговорить премьера принять участие в сложном плане по перекачке денег из итальянской казны в фонд выкупа, принадлежащий компании в Испании, где платить похитителям вовсе не запрещено законом, в отличие от Италии, и где Карлотти проводил большую часть времени. Карлотти не хотел в этом участвовать, однако обожал Джованну и был готов на все, чтобы ей помочь. Премьер тоже не хотел, потому что очередной скандал мог легко свергнуть и без того неустойчивое правительство. Лука же горячо доказывал, что гибель Джованны от рук террористов нанесет ему гораздо больший ущерб. Премьер очутился в безвыходной ситуации. Лука считал, что сможет обойти закон и при необходимости запудрить мозги прокурорам. А Митч испытывал тревогу при любом разговоре, в котором упоминалось слово «прокуроры».
Следующим шагом стал разговор с Диего Антонелли, заместителем министра, с которым они познакомились в понедельник днем у Луки. Его офис находился в неприметном правительственном здании в районе Латеран на востоке Рима, рядом с дворцом, где когда-то жили папы римские, – так сообщил Роберто, имевший обыкновение указывать на мелкие исторические достопримечательности любому не римлянину, что слегка раздражало.
Во время своего визита в понедельник Антонелли был не очень-то радушен. Очевидно, встреча в четверг вечером в половине седьмого его тоже не обрадовала. Он заставил посетителей прождать двадцать минут и наконец пригласил их в небольшую переговорную рядом с кабинетом. Они быстро обменялись рукопожатиями, но не улыбками.
– Записи нашей встречи не ведется, – начал Антонелли и огляделся по сторонам, чтобы проверить, не подслушивает ли кто. Дверь была плотно закрыта и заперта. Митч подозревал, что здесь повсюду «жучки». – Если кто спросит, мы не встречались!
Уже не в первый раз Митч испытывал сомнения. Что он делает в этой комнате, если речь идет о взятке или незаконном платеже? Лука намекнул, что найдет достаточно лазеек в законе и получит деньги на выкуп, но Митч считал, что это забота исключительно Луки и его итальянских приятелей. «Скалли» не должна участвовать в преступном сговоре и пытаться обойти законы чужой страны. Он содрогнулся при мысли о том, какой шум поднимут из-за этого федеральные прокуроры с Манхэттена.
По словам Луки, цель встречи – заключить сделку с Антонелли, который должен стать посредником между Карлотти и премьер-министром. Из одного из своих внебюджетных фондов Министерство иностранных дел предоставит заем в размере пятьдесят миллионов долларов безликой корпорации, зарегистрированной в Люксембурге и управляемой одним из сыновей Карлотти. Соглашение о возврате займа подпишут, но это чистая формальность. Затем деньги попереводят туда-сюда и наконец поместят на счет, где они будут лежать наготове.
Антонелли, похоже, был не в восторге от сделки и общался лишь с Роберто, причем на итальянском. Митча это вполне устраивало. Он все понимал, однако предпочел бы ничего не слышать.
– По-вашему, советник, эта схема соответствует законам и не вызовет беспокойства в Министерстве юстиции? – спросил Антонелли.
– Не вижу никаких проблем, – уверенно заявил Роберто, хотя все трое знали, что неприятности подстерегают их на каждом шагу.
– Адвокаты премьер-министра рассмотрят ее сегодня вечером. Подозреваю, у них может быть другое мнение.
– Тогда сообщите об этом Луке.
Встреча продлилась меньше десяти минут, и обе стороны поспешно вышли за дверь. Митч попрощался с Роберто на улице и на первом же такси отправился в аэропорт. Его секретарша опять подгадала с рейсами, и он летел сначала до Франкфурта, затем до аэропорта Кеннеди. На заднем сиденье такси Митч закрыл глаза и с ужасом подумал о следующих десяти часах.
А как насчет следующих пяти дней? Кубышка с выкупом не только по-прежнему пуста, но и дала изрядную течь. Завтрашний «залог» в размере десяти миллионов долларов – простой шаг, хотя Митча раздражало, что два члена комитета проголосовали против. Отказав им в поддержке, страховая компания не только поступила недобросовестно – с этим позднее разберемся; она перечеркнула все возможные сценарии объединения средств. Сделка с Карлотти в лучшем случае сомнительна, в худшем – незаконна и, вероятно, не состоится. Митч доложит о ней Джеку Руху, который, несомненно, позвонит Луке и начнет орать. Все ему сочувствуют и отчаянно пытаются спасти Джованну, однако «Скалли» не собирается нарушать законы. В британском правительстве подвижек нет, несмотря на то что министра иностранных дел донимают многочисленные сотрудники «Скалли». Во второй половине дня Райли Кейси встретился с Джерри Робом из фирмы «Ридмор», чтобы выяснить, насколько тот заинтересован в быстром урегулировании иска «Ланнак». Разумеется, встреча была короткой, напряженной и совершенно бесполезной.