Подобрав юбки, Филлида взбежала по ступенькам на этаж выше и тотчас поняла, что истошные вопли – лишь кульминация начавшегося ранее скандала. Мистер Хартфорд стоял перед дверью в комнату своей жены, пытаясь войти внутрь. Как раз в тот момент, как Филлида вынырнула из-за угла, из комнаты раздался очередной визгливый выкрик и в коридор вылетел какой-то предмет.

Мистер Хартфорд отпрыгнул в сторону. Мимо его головы пролетел фарфоровый кувшин для воды и с грохотом разбился о противоположную стену коридора. Бросившись к двери, он закричал:

– Амелия, постой, ты ведь не знаешь…

– Отстань от меня! – взвизгнула его жена. Сейчас сложно было представить себе ее обычную холодную элегантность. – Убирайся, я сказала! Ты и тво… – эти слова утонули в очередном грохоте, за которым последовал глухой удар. Филлида поморщилась, вспомнив чудесную статуэтку из оливкового дерева, которая украшала столик у кровати. Похоже, уже не украшает, грустно подумала она.

К этому времени в коридор из соседних комнат вышли Девайны и мистер Гримсон, чья спальня была в самом конце коридора, рядом с серой комнатой. Мистер Девайн с тревогой осмотрел свою дверь, в которую чуть не попал кувшин.

– Амелия, не надо горячиться, – умоляюще сказал мистер Хартфорд, оглянувшись на зрителей. – Давай мы спокойно…

– Убирайся! – завизжала она еще громче. В проеме двери на секунду появилась тонкая рука, обнажившаяся до плеча в широком рукаве шелкового халата. – Только посмей подойти ко мне…

– Пол, э-э… возможно, стоит немного подождать?.. Ваша жена слишком взволнована, – мистер Девайн выступил вперед и успокаивающим жестом положил руку на плечо Хартфорду. – Вам стоит чуть-чуть…

Мистер Хартфорд несколько мгновений смотрел на руку, замершую на его плече, затем резким движением стряхнул ее. Его лицо потемнело от гнева, и в какой-то момент Филлида даже испугалась, что он ударит мистера Девайна.

– Не надо! – тихо и резко сказал мистер Хартфорд и отступил назад. Мистер Девайн побледнел и тоже сделал шаг назад, расширяя пространство между собой и разгневанным супругом.

Дверь в спальню Амелии Хартфорд с грохотом захлопнулась, а зрители так и остались стоять в коридоре, раскрыв рты от изумления.

На лестничной площадке четвертого этажа появились заспанные Баджли-Родсы и мистер Слоуп. Из двери, ведущей на служебную лестницу, высунулась Бесс, вооруженная небольшим ведерком и перьевой метелкой, и сразу же спряталась за спиной мистера Гримсона.

Миссис Агата, мистер Макс, так же как мистер Доббл и Фредди, тоже появились в коридоре, немного запыхавшиеся, так как поднимались снизу.

Мистер Хартфорд обвел взглядом всех присутствующих и, не говоря ни слова, повернулся и исчез в своей комнате. После того как дверь за ним захлопнулась, тишину в коридоре нарушали только тихие всхлипы, раздававшиеся из комнаты его жены.

– Что же, – деловито сказала Филлида, – Бесс, будь добра, смети осколки разбитого фарфора. Фредди, возьми тряпку и подотри воду с пола. Завтрак подан и ждет вас внизу, – обратилась она к зрителям, большинство из которых были наряжены в пижамы и шлепанцы, несмотря на то что близился полдень. – Но если вы предпочитаете выпить кофе у себя в комнате, пожалуйста, позвоните, мы принесем вам поднос.

– Пожалуй, мне следует с ней поговорить, – пробормотала миссис Девайн.

В белом шелковом халате с китайскими драконами и непрактичных домашних туфельках с перьями, она вышла вперед. Ее обычно тщательно уложенные темные волосы сейчас были убраны под экзотический алый тюрбан. Даже едва поднявшись с постели, она выглядела как кинозвезда.

– Амелия, это я… можно войти? – она тихо постучала в дверь миссис Хартфорд.

– Я принесу чая, хорошо? – вызвалась Филлида. Ей до смерти хотелось услышать, что жена Джеффри Девайна будет говорить его любовнице.

Миссис Девайн кивнула, затем осторожно повертела ручку двери. Та открылась, и молодая женщина просунула голову внутрь.

– Амелия? Можно войти?

Услышав неразборчивое приглашение, она проскользнула внутрь.

– Что же это такое происходит? – возмущенно воскликнула миссис Баджли-Родс. Ее волосы неопрятными прядями свисали на плечи, на лице виднелись следы плохо смытого вечером макияжа. – Что за дикость?!

– И правда, что в них вселилось, не представляю себе, дорогая! – Супруг взял ее под руку. – Поднимемся наверх, пора переодеться, мне кажется, я созрел для завтрака. Где шляется негодяй Лоренс? Вечно его нет, когда он нужен.

– Он отправился с Фанни вниз прогладить стрелки на твоих брюках, дорогой, – ответила его жена, поднимаясь по лестнице. – Только почему-то они застряли там надолго…

– Да она же просто безумна! – пробормотал Тадди Слоуп, косясь на дверь миссис Хартфорд. – Почему я не удивлен? Я-то еще вчера заметил, что она не в себе. Хрупкая психика и все такое.

Быстро собрав небольшой поднос с чайником и двумя чашками, добавив порезанный ломтиками лимон, молочник и сахарницу, Филлида повернулась, чтобы пройти к двери миссис Хартфорд, но на ее пути возник Тадди Слоуп.

– Не забудь зайти в мою спальню, милашка, – сказал он. – Пожалуй, я тоже выпью кофе у себя. Сахарок можешь не брать, он же нам не понадобится, правда? – с откровенной ухмылкой он осмотрел ее с головы до ног.

– Конечно, мистер Слоуп, – сказала Филлида. – Как только отнесу поднос миссис Хартфорд и миссис Девайн.

– Смотри не задерживайся, – предупредил он, но с дороги отошел.

Филлида вздохнула. Значит, теперь ей уже не задержаться в комнате надолго, чтобы подслушать беседу двух дам, ведь посылать горничных в спальню Слоупа она не станет ни за что на свете.

Но пока нужно было выполнить первое задание, и Филлида постучала в дверь миссис Хартфорд и зашла внутрь.

Боже, ну и побоище! Комната выглядела даже хуже, чем она ожидала. Вздохнув, Филлида переступила через обломки фарфорового таза для умывания – пары разбитому кувшину. Картины на стенах висят криво, на постели кавардак – простыни, одеяла, подушки смяты и перекручены. На изящном туалетном столике – опрокинутая чашка чая. Прелестная статуэтка из оливкового дерева, изображавшая кошку с выгнутой спиной, валяется на полу, а ее длинный хвост – рядом.

Миссис Девайн едва взглянула на Филлиду, которая бесшумно занялась приготовлением чая, уверенная, что миссис Хартфорд так расстроена, что наверняка вообще не заметит ее присутствия.

– …он такой хам!.. – всхлипывала миссис Хартфорд. – Ему наплева-а-а-а-ть… совершенно наплевать на мои чувства-а-а… и как он смеет обвинять меня в том… – тут она разрыдалась еще громче и в сердцах схватила подушку и начала осыпать ее ударами.

– Ну перестань, прошу тебя, Амелия, – успокоительным голосом сказала миссис Девайн. – Я уверена, что Пол совершенно не желал тебя огорчать! Мужчины – такие грубые, неотесанные создания, что с них взять? Налейте сюда, пожалуйста, еще немного, вот так. Он и сам показался чем-то очень сильно огорченным. На нем прямо лица не было. Тебе надо переговорить с ним и объясниться раз и навсегда.

– И зачем мы во-о-о-бще сюда приехали?.. – жалобно воскликнула миссис Хартфорд. – С-с-сначала убийства, а теперь это! И нам теперь даже не уехать!

Филлида, притворяясь невидимой, молча собирала разбросанные по полу осколки, надеясь, что ее не выставят из комнаты. Ей ведь нужно убрать мусор, верно? Что будет, если кто-то наступит босой ногой на острый край черепка! К тому же удобно прислушиваться к разговору и при этом выглядеть занятой, если у одной из леди возникнет желание осмотреться.

– Иногда я его просто ненавижу… – продолжала миссис Хартфорд, поднимая к подруге заплаканное лицо.

– Ну что ты такое говоришь? – миссис Девайн легонько гладила ее по спине, как будто стирая боль. – Вот твой чай, выпей, дорогая, тебе станет легче. Конечно же, ты так не думаешь. Вам просто надо выяснить отношения, не сейчас, конечно, а когда этот кошмар закончится. Вернетесь домой, поговорите, и все наладится, вот увидишь! Я надеюсь, инспектор позволит нам разъехаться уже сегодня.

Интересно, знает ли миссис Девайн правду о своем супруге и женщине, которую она сейчас утешает? Если так, она гораздо более терпима и великодушна, чем сама Филлида.

Если только… если только она не хочет спровадить Хартфордов отсюда как можно скорее, чтобы лишить мужа искушения позволять себе вольности с Амелией.

Поскольку разговор крутился вокруг одной темы, Филлиде становилось все сложнее ползать по полу, собирая осколки – к тому же она наткнулась на здоровенный кусок фарфора, величиной с ее руку, на котором явно виднелись следы крови. Еще немного, и ее лучшее платье будет погублено. Она встала, сжимая в руках осколки таза, и тихо произнесла:

– Что еще пожелаете? Миссис Девайн? Миссис Хартфорд?

– Ничего! – резко сказала первая.

Выйдя в коридор, Филлида с неприятным, щемящим чувством вспомнила, что мистер Слоуп до сих пор ждет ее в сосновой комнате. Что же делать? У нее нет ни времени, ни терпения обучать этого бабника хорошим манерам. Тут она заметила Фредди, подтиравшего лужу на полу, и немного приободрилась.

– Фредди, я должна отнести поднос в комнату мистера Слоупа. Засеки время и ровно через шесть минут постучи ему в дверь и скажи, что меня срочно вызывает к себе миссис Агата.

– Хорошо, миссис Брайт, – сказал он.

– Запомни, ровно через шесть минут. Только не опаздывай, прошу! Даже если никто не ответит, все равно войди в комнату, понял?

– Да, мэм, – по выражению его лица она поняла, что он прекрасно осведомлен об опасностях сосновой комнаты.

Как раз в эту минуту из серой комнаты вынырнула Бесс.

– Ой, миссис Брайт! Слава богу, вы здесь. Мне надо кое-что вам показать.

Что-то в комнате мистера Уоринга? Как интересно… С горящими глазами Филлида шагнула вперед, но резко остановилась. Проклятье! Ведь ей же нужно отнести кофе кобелю Слоупу… Почему она вообще переживает из-за этого отвратительного представителя людской фауны? Пусть жалуется миссис Агате или мистеру Максу, ему все равно ничего не светит, разве что его самого навеки исключат из списка гостей Маллоуэн-холла. Легкая улыбка заиграла на губах Филлиды.

– Фредди, могу я попросить тебя самого отнести кофе мистеру Слоупу? Если он спросит, скажи, что меня срочно вызвала миссис Агата и что я попросила тебя позаботиться о нем.

Осмотрев поднос, Филлида с затаенным злорадством добавила к чайным приборам здоровенную сахарницу.

– Итак, что ты хотела мне показать? – обратилась она к Бесс.

– Я не знаю, важно это или нет, миссис Брайт, но странно как-то выходит. Никто в серой комнате не живет после того, как мистера Уоринга… э-э-э… после того как он умер, а камин растопили.

Филлида вошла в комнату вслед за горничной и бросилась к камину. Ну конечно, за решеткой дымился небольшой костер, над кучкой золы поднимался легкий дымок.

Дым не от дров. От бумаги!

Здесь кто-то пытается сжечь улики!

Торопливо схватив кочергу, Филлида быстро разбросала полуобгоревшие обрывки в стороны. Некоторые из них не сильно пострадали.

Она протянула руку и выхватила из камина пару обрывков.

Фотографии.

– Что это, миссис Брайт? Ой, не может быть… ах… неужели это… – Бесс покраснела и с трудом перевела дыхание. – Боже мой! Это же неприлично! – Девушка сунула руку за воротник и вытащила маленький золотой крестик, висевший на ее груди. – Преподобный Себастьян, защити нас от дьявольских козней!

Филлида поднялась на ноги, рассматривая фотографии. Конечно, сама она не пришла в ужас от увиденного, хотя это ее и заинтриговало. Она столько в жизни повидала, что давно решила ни о чем не судить с точки зрения общепринятой морали.

На фотографии явно виднелись обнаженные ягодицы высокого, стройного мужчины и тень другого мужчины, стоявшего к нему лицом. Второй мужчина обнимал своего компаньона за мускулистый зад.

Филлида перевела взгляд на вторую фотографию. Она оказалась еще более откровенной, на ней двое мужчин (непонятно, персонажи первой фотографии или другие) стояли, обнявшись и слившись в поцелуе. Оба были обнажены, а их руки располагались так, чтобы у зрителя не оставалось сомнений в том, чем именно они занимались.

К сожалению, верхние части фотографий, где должны были находиться лица участников, сгорели в камине.

– Так… – пробормотала Филлида. – Их сфотографировали через окно… Или с верхушки дерева? Но кто смог подобраться так близко…

Она внимательно рассмотрела фотографии, уделяя особое внимание убранству комнаты. Что там стоит на каминной полке? Черт возьми, не разглядеть! Нужно взять лупу и хорошенько изучить детали, а лупа лежит в ее гостиной.

– Спасибо, Бесс, ты мне очень помогла, – механически произнесла Филлида, хватая со стола два листка чистой белой бумаги. Она сложила листы поперек и осторожно вложила внутрь каждого поврежденные фотографии. – Никому не говори об этом, хорошо?

– Конечно, нет, миссис Брайт. – Бесс все еще держалась за свой крестик, но ее глаза уже горели любопытством. Ужас от вида «неприличных» фотографий очень быстро сменился восторженным интересом.

Филлида выпрямилась, разглаживая в руках две импровизированные папки.

– Ты знаешь, кто заходил сюда? Кто разжег здесь камин?

– Нет, мэм, не знаю. Я не видела никого, да и сама зашла случайно. Просто подумала, что, раз мистер Уоринг больше здесь не живет, я заберу белье в стирку.

– Очень хорошо, ты все сделала правильно, Продолжай уборку, пожалуйста, – Филлида еще раз внимательно осмотрела комнату, в особенности место вблизи камина. Вдруг преступник забыл на видном месте инкриминирующие его улики?

Она не могла поверить своей удаче, когда обнаружила на каминной полке коробок спичек – наверное, его оставили там впопыхах, пытаясь разжечь пламя. Вчера его точно здесь не было, за это она отвечает. Ведь комнату обыскивала не только она, но и констебль, и инспектор.

Филлида с жадностью схватила коробок и чуть не застонала от восторга – ее остановило только присутствие горничной. На коробке явно виднелся логотип гостиницы «Старый плющ». Именно там останавливались мистер и миссис Баджли-Родсы по дороге в Маллоуэн-холл.

Ей не терпелось все рассказать инспектору Корку.