Кира аккуратно закрепила оптический прицел «Шмидт и Бендер» и опорную треногу. Снайперской винтовкой «PSG1-A1» пользовались спецподразделения национальной полиции и гражданской гвардии, и не только в Испании. Продавец на складе в Венторро-дель-Кано пытался всучить ей «Барретт M82», находившуюся на вооружении многих армий мира, включая США и Испанию, но она отказалась. Такое мощное оружие ей было ни к чему. «Барретт» эффективна на расстоянии до двух тысяч метров, но Кира не собиралась стрелять так далеко. Она рассчитала, что Сарате остановит машину метрах в двухстах от дома, что как раз находилось в зоне досягаемости ее винтовки.

Она заняла позицию на верхнем этаже виллы в жилом квартале миллионеров, где и сама могла бы жить, если бы хотела поселиться в Испании. В Сьюдалькампо, рядом со старым бургосским шоссе А-1, легко найти настоящий особняк, защищенный от любопытных взглядов густой изгородью из аризонских кипарисов. Эта привилегированная зона с круглосуточной охраной находилась недалеко от мадридского аэропорта, в окрестностях спортивного комплекса королевского автомобильного клуба Испании, где можно заниматься верховой ездой, теннисом, гольфом и другими видами спорта.

Тем не менее она предпочитала вернуться в Хорватию, к сыну, который ждал ее у бабушки, в Трогире, небольшом городке на побережье Адриатики. Роскошь ее не соблазняла, ей вполне хватило бы жизни без постоянного стресса. Возможно, она занялась бы даже переводами поэзии, о чем когда-то понапрасну мечтала. Она отвела себе определенный срок, чтобы скопить нужную сумму, но теперь, когда скопила, продолжала заниматься тем же. Она не могла остановиться. Адреналин от требующей полной самоотдачи опасной работы держал ее на крючке.

Согласно расчетам Киры, белая «Дачиа Сандеро» с Сарате за рулем должна была появиться перед домом с минуты на минуту. Кира не испытывала нетерпения. В тех случаях, когда жертва была обречена и не имела шансов скрыться, ожидание доставляло ей удовольствие. Она любила выполнять работу безупречно и чувствовать превосходство над противником. Промахов она не допускала. Успешное выполнение заказа приносило ей чувство удовлетворения. Еще и месяца не прошло с тех пор, как она держала Анхеля Сарате в плену, но в тот раз он был нужнее живой, чем мертвый. Теперь поступил приказ его уничтожить и закопать. В ее задачу не входило выяснять причины и побудительные мотивы Клана. Сама для себя она решила, что это связано с его поездкой в Либерию, но в целом ее не волновало, права она или нет. Просто его нужно было убрать.

По Посольскому проспекту приближалась машина. Кира улыбнулась. Это была «Дачиа Сандеро». Она приложила глаз к окуляру и приготовилась к стрельбе. Нажать спусковой крючок следовало в ту секунду, когда Сарате ступит на тротуар. Хотя опыта ей было не занимать и она много раз стреляла в гораздо худших условиях видимости и в гораздо более сложных обстоятельствах, пульс у нее все равно участился. Особенно когда она поняла, что Сарате слишком долго не выходит из машины. Почему? Неужели он ее заметил? Или что-то заподозрил? На секунду Кира даже предположила, что ее предал Субигарай. Впрочем, это было маловероятно. Клан оплачивал лечение его жены и их проживание в Бриуэге. Кира сильно сомневалась, что журналист рискнет все это потерять.

На секунду рядом с машиной Сарате притормозила машина инкассаторов, закрыв Кире обзор. Когда она, наконец, проехала, «Дачиа Сандеро» оказалась пустой. Кира растерялась. Она не любила таких ситуаций, когда азарт переходит в тревогу, и ненавидела давать жертве фору. Что произошло? Однако винить себя в нерасторопности было поздно. Она спустилась на первый этаж. Сарате мог войти в любую секунду: поскольку дом выставили на продажу и в нем никто не жил, парадная дверь не запиралась. Достаточно было ее просто толкнуть. Кира заняла позицию рядом с лестницей и прицелилась в дверной проем. Стрелять нужно будет сразу, едва дверь начнет открываться. Киллерша имела дело с полицейским, он мог быть вооружен, поэтому рисковать она не хотела.

Вдруг на кухне зазвонил мобильный телефон. Мог ли он проникнуть в дом через заднюю дверь? Ведь ту точно заперли, но он мог ее взломать, мог проникнуть в дом через окно. Как бы там ни было, но мобильный звонил, выдавая чье-то присутствие на кухне. Кира пошла туда, держа оружие на изготовку. На подоконнике зарешеченного окна лежал телефон со светящимся экраном. Прежде чем Кира сообразила, что попала в ловушку, пуля пробила ей плечо. Уронив винтовку, она упала, но успела заметить, что стрелял Сарате. Он завел будильник, и этот звук обманул ее, заставив перейти в кухню. А Сарате в это время обежал дом и вошел в парадную дверь.

– Это уже вторая наша встреча. Или даже третья? Кто ты такая? – заговорил Сарате, держа ее под прицелом.

Кира зажала ладонью рану и окинула его надменным взглядом.

– Это ты убила Мануэлу?

– Ты действительно собираешься вести со мной беседу? Стреляй, и покончим с этим.

– Что ты знаешь о Клане?

В ответ Кира только усмехнулась.

– Отвечай! Или, клянусь, я разнесу тебе башку! Кто такой Аркади Ортис? Выдуманного Хасинто Прадо можешь не упоминать. Что он собой представляет?

– Спроси лучше, что он собой представлял. Он умер. Клан – его творение, но самого творца уже нет. Теперь Клан функционирует без конкретного руководства.

– Я тебе не верю.

– Ты гоняешься за призраком.

Сарате почувствовал, что у него задрожала рука. Он не хотел верить, что убийца отца мертв. Сдавив шею Киры захватом и приставив к ее виску пистолет, он попытался добиться от нее правды, но совершил ошибку, оказавшись от нее так близко. Она достала из потайного кармана нож и полоснула Сарате по руке. Он выронил пистолет, она бросилась за ним, но Сарате отшвырнул ее ногой и поднял оружие сам. Кира метнулась к двери. Несмотря на сильное кровотечение, Сарате бросился за ней, изо всех сил сжимая раненой рукой пистолет, но, выбежав на улицу, увидел стремительно удалявшийся мотоцикл.