Несмотря на палящее солнце, на крытой террасе отеля было прохладно и уютно. Болтовню гостей заглушал бойкий топот каблуков. Разнося завтрак, официантки ловко порхали между столиками. Со всех сторон покачивались подолы коротких юбок, под белыми кружевными фартуками дразняще подпрыгивали сочные полушария — наесться тут можно было и глазами. В воздухе пахло кофе и свежей выпечкой, а на каждой скатерти стояло по стеклянной вазочке со спелыми яблоками. Осмотревшись, я направился к столу, где уже устроились обе мои девчонки и цепко смотрели на меня, одним своим суровым видом отбивая всякий аппетит.

— Где шлялся вечером? — с ходу начала Саша, едва я только сел между ними.

— В казино ходил, — я решил не придумывать отговорок.

От такого ответа она даже растерялась.

— Зачем?..

— Голову проветрить.

С учетом того, что туда залезла Виви, это тоже было правдой.

— Только голову? Член часом не проветривал? — Саша мрачно проводила глазами официантку, чьи розовые трусики сверкнули из-под подола.

— Не сердись, — вмешалась Майя неожиданно и не очень охотно. — Это Лиля попросила его помочь, и некоторое время он будет занят по ее делам.

Видимо, обещание Лилит уже действовало. Других причин прикрывать меня у Майи не было.

— А, ну раз Лиля… — гораздо добродушнее произнесла Саша. — Сразу бы так и сказал, а то выдумал казино какое-то!

Она была готова позволить многое человеку, который обеспечил ей халяву.

— Вот только, — Саша подтянула к себе масленку и корзиночку с булочками, — странная она какая-то… Мне рядом с ней почему-то некомфортно, неловко, что ли… Чувство такое, будто она меня насквозь видит, причем буквально…

Ну это нормально — у меня рядом с этой «Лилей» вообще крыша уезжает.

— Так что спасибо тебе, — Майя стрельнула в меня глазами, — что согласился Лиле помочь. У меня теперь столько свободного времени из-за тебя…

— Ага, — подхватила Саша, размазывая масло по хлебу, — мы сегодня будем весь день гулять! Я уже даже маршрут набросала…

— Спасибо тебе, — добавила Майя, еле скрывая недовольство.

Оставалось только пожать плечами — меня пока что все устраивало. Стуча каблуками, официантка поставила на наш стол дымящиеся тарелки с завтраком и, сверкнув сочными бедрами, отошла. Почему-то от всего пахло печеными яблоками: и от каши, и от омлета, и от нее самой — казалось, их тут добавляли в каждое блюдо. Мои девчонки почти синхронно подхватили ложки, а я краем глаза заметил, как на террасу поднялись красотки с пластиковыми рожками на голове и плетеными корзиночками в руках — этакие дьявольские красные шапочки. Однако вместо листовок, которые торчали из их корзинок, они сейчас раздавали крохотные значки с логотипом отеля — точную копию того, что показывала мне утром Лилит.

Отвлекая, по столу с шумом заерзал Сашин смартфон. Она посмотрела на загоревшийся экран и нахмурилась.

— Вот же зараза!.. Твоя Алла, — пояснила она в ответ на мой взгляд. — Написала, что уже позавтракала и у нее дела. И вчера тоже у нее были дела, когда я звала ее вместе с нами на пляж. Она что, типа нас игнорирует?

— Похоже на то, — Майя подлила себе еще кофе. — Почаще бы так делала.

В этот момент, покачивая корзинкой, одна из чертовок подошла к нам. Сережки-змейки искрили изумрудами глаз в ее ушах. Я сразу ее узнал — она вчера дала мне листовку «Порнофеста» в парке. Как ее там? Кажется, Наташа.

— Всем привет, — кокетливо поздоровалась она. — А мы тут вот, мерч раздаем… Хотите?

Не дожидаясь ответа, она вытащила из корзинки поблескивающий значок и протянула — но не мне и не Майе, а Саше — глядя на нее с улыбкой демона-искусителя. Саша машинально потянула руку, однако в следующий миг Майя оттолкнула ее ладонь.

— Нет, не хотим, — отрезала она, бросив сердитый взгляд на коллегу. — Другим раздавай, а сюда не лезь!

— Ну как хотите, — Наташа беспечно пожала плечами и, забросив значок обратно в корзинку, повернулась ко мне. — Лиля сказала, что ты нам поможешь. Через полчаса у нас сбор у крыльца. Ждем…

Поправив рожки, она развернулась и деловито зашагала к другим столикам.

— Что ты с ней так сурово? — Саша лукаво взглянула на Майю. — Испугалась, что у меня появится новая подруга?..

Та в ответ фыркнула прямо в кофе.

Сразу после завтрака мои девчонки отправились на экскурсию по городу: Майя подошла ответственно к выданной ей задаче, раза в два удлинив составленный Сашей маршрут. Проводив их до конца яблонево-пальмового сада, я вернулся к крыльцу, ожидая, когда сюда подтянутся фамильяры Лилит с рожками, листовками и значками. Поблизости шумно крутанулась карусельная дверь, и мне навстречу с серьезным лицом вышла Алгон.

— Мы можем поговорить? — выбив каблуками дробь, она остановилась рядом. — Или ты все время будешь меня избегать?

Я очень постарался не хмуриться. Ну вот что за привычка у них всех начинать с наезда? Неужели думают, что так я буду разговорчивее?

— Я тебя не избегаю. О чем ты хотела поговорить?

— О лагере.

Я невольно поморщился.

— А может, поговорим о чем-нибудь другом?

— Мне Сэл все рассказал, — словно не услышав, продолжила Алгон. — Про то, что там было. Но ведь ничего же страшного в итоге не произошло… — она заглянула мне в глаза и нарочито спокойно добавила, будто убеждая меня: — Ну воспользовались тобой немного, с кем не бывает. Не стоит переживать…

Из груди чуть не вырвался смешок. Да, действительно — какая мелочь! Она тут лучше всех понимала. Вот только ее советы даже ей самой помочь не могли.

— Когда тобой немного воспользовались, — заметил я, — ты полезла на крышу.

На долю мгновения Алгон застыла, а затем резко развернулась и, грохоча каблуками, поднялась — почти взбежала — по крыльцу.

— Паш, — с другой стороны ко мне тут же подошла Наташа, — мы уже идем… Ты же с нами?

Карусель двери спрятала Алгон внутри отеля. Догнать ее? Зачем? Чтобы продолжить этот разговор?.. Отвернувшись, я присоединился к красоткам с рожками, в чьих руках болталось по корзинке с огненно глянцевыми листовками «Порнофеста» и сверкающими на солнце значками отеля.

— Значок отеля — бесплатный пропуск на «Порнофест»!.. Лучший фестиваль в твоей жизни!.. — зычно раздавалось с одного конца городской площади.

— Лучший опен-эйр в твоей жизни! — надсадно звучало с другого. — «Райские сады»!

Казалось, здесь сегодня развернулось настоящее сражение: кто кого перекричит. С одной стороны мелькали красные рожки, с другой — порхали белоснежные крылышки. Сначала девчонки Лилит раздавали значки и листовки на городских улочках, но потом дружно атаковали главную площадь, решив, что здесь улов будет больше. И вот теперь всей ватагой активно бегали среди туристов. Сладко улыбаясь, отлавливали одиноких парней, обнимали, смачно целовали в щеки и вешали им на грудь значки, пока обалдевшие парни млели от такой активной рекламной акции. Доставалось и девушкам — только без поцелуев, им в комплекте вручали пластиковые рожки, будто призывая быть похожими на себя.

Чем дальше, тем больше эти чертовки теснили ангелочков на площади, отбирая у них внимание гостей города. Белые крылышки уступали рожкам, небесные листовки огненным, а пафосные речи пухлым губкам, дарящим сочные поцелуи. Мне оставалось только следить, чтобы им никто не помешал. Впрочем ждать проблем пришлось недолго. С видом праведного недовольства из толпы выплыла Алина и в сопровождении парочки сердитых ангелочков отловила у столба с объявлениями Наташу. Следом завязался ожесточенный спор, что было понятно даже со стороны.

— И что не так? — я подошел к ним.

— Они нас выгоняют! — с кривым смешком пояснила Наташа.

— Это, — Алина без особой охоты повернулась ко мне, — наша территория!

— И где это написано? — уточнил я в ответ.

— Весь этот город, — Наташа сверкнула глазами почти так же ярко, как сверкали изумруды у ее золотых змеек, — наша территория… Это вы сюда заявились без спроса!

Ангелочки вокруг возмущенно замахали крыльями. От беготни среди толпы их проволочные каркасы немного погнулись, и перья неуклюже торчали в стороны, как у подравшихся куриц. Рожки в этом смысле были практичнее. Алина вскинула руку, и ее подчиненные послушно замерли.

— Давайте так, — дипломатично заговорила она, пробежавшись холодным взглядом по мне и Наташе, — мы поделим площадь. Вы в одном конце, мы в другом.

Не спеша с ответом, я покосился на туристов. Железные значки игриво блестели на футболках и сарафанах, делая их новых хозяев заметно бодрее и смелее. Те, кто раньше топтались в сторонке, теперь спешили знакомиться. На глазах завязывались новые парочки и расходились к столикам кафе. Огненные листовки «Порнофеста» горели почти в каждой ладони, в то время как «Райские сады» попадали в руки и почти сразу же оседали в урнах, не выдерживая конкуренции.

— Нет, — я повернулся к Алине, — мы ничего делить не будем. Люди сами могут решить, что им нравится больше.

— Сами! — фыркнул аж до отвращения знакомый голос за спиной. — Что они могут сами? Как был глупым кроликом, так им и остался!..

В солнечных лучах волосы переливались янтарем — красиво, но мне уже не нравилось. Гремя каблуками по мощеным камням площади, к нам подошла Юля в сопровождении двух девчонок и двух парней — целой свиты, которая ходила за ней так же послушно, как и толпа в лагере. У всех четверых на левом плече поверх одежды болталось по белоснежной ленте с небесно-голубой окантовкой и надписью «Патруль чистоты».

— Да просто выставим их, — заявила она и, скомкав листовку «Порнофеста», которую держала в руке, швырнула в урну. — Нас же больше.

Ее свита расправила плечи, явно готовая к любой команде.

— Только попробуйте, — отчеканил я.

— И что ты сделаешь? — ехидно прищурилась она.

— Достаточно, — ледяным тоном вмешалась Алина. — Раз вы не хотите делить территорию, то и мы больше не будем. Мы идем в ваш парк.

— Да ну? — Юля выгнула брови. — Будешь договариваться с этим сбродом? Когда можно их просто выгнать!

— Не помню, — Алина холодно скользнула глазами по ней, — с каких пор ты здесь главная? Иди займись своими задачами, — властно добавила она.

Их взгляды встретились — и за миг из холодных стали неприязненно горячими, способными оставить на коже ожоги. Обе тут словно соревновались, кто выслужится лучше — только Алина явно была главнее. Небрежно дернув плечом, Юля направилась прочь, и вся ее свита дружно потащилась за ней, а Алина и ее ангелочки не менее дружно свернули в сторону парка.

— Лилит говорила, что ты не подведешь, — улыбнулась мне Наташа и упорхнула с корзинкой к проходящей мимо группе парней.

Оставшись один, я прислонился к столбу и осмотрелся, проверяя, все ли в порядке у остальных. Внезапно в толпе туристов мелькнули две девчонки, которые в принципе могли тут быть, но увидеть которых я не ожидал — и уж точно не вместе. Что у нас здесь слет бывших одноклассников? Ася и Кира, о чем-то увлеченно переговариваясь, решительно шагали в мою сторону.

— Привет! — махнула мне Ася и расплылась в улыбке.

Что странно, в последнее время моя подруга детства только язвила и качала права.

— Привет! — не менее бодро махнула мне Кира.

Что еще более странно, некоторое время она со мной вообще не здоровалась, опасаясь, что ее хозяйке это не понравится. К счастью, ее бестии-хозяйки, встречи с которой я обычно переживал с трудом, рядом не было.

— Привет, — я пробежался глазами между ними, на миг остановившись на пухлой папке в руке Киры. Ответственная до крайности, она даже на отдых ездила с работой.

Обе замерли напротив, торжественно глядя на меня и будто чего-то ожидая.

— Не знал, что ты тут, — сказал я Асе.

— У меня здесь дела. Как и у тебя, — с легким нажимом добавила она.

— И какие же?

Кира рядом с ней важно приосанилась и прижала папку к груди.

— Мы с ней делаем план, — кивнула на нее Ася.

— Чего? — не понял я.

— План твоего спасения!

Прямо-таки «чего?» в квадрате.

— И как же выглядит мое спасение? — я даже не пытался скрывать иронию.

Распахнув папку, Кира охотно достала оттуда пачку переплетенных листов — весьма толстую, как тщательно сделанная курсовая.

— Это предварительный проект, — заявила она голосом, которым всегда напрашивалась в школе на похвалу, — но уже можно оценить.

Я молча забрал проект, на титульной странице которого, делая его еще больше похожим на курсовую, по центру было напечатано «План жизни», а чуть ниже — мои фамилия, имя и дата рождения. Только паспортных данных не хватало — не удивлюсь, если они есть где-то внутри. Пачка листов ощутимо давила на ладонь. Даже и не думал, что для меня столько можно напланировать.

С некоторым любопытством я распахнул документ, и мои брови удивленно поползли вверх. Внутри описывалось мое будущее — подробно, как инструкция к пылесосу или стиральной машинке. Реально, по разделам и пунктам указывалось, что, где и в каком возрасте мне делать. Начиная с универа, где я должен срочно сменить один факультет на другой. Затем мне надо записаться на языковые курсы, а параллельно пойти стажером в одну очень перспективную компанию.

Аж зачитавшись, я перелистнул страницу. Судя по выстроенной карьерной траектории, меня вели в топ-менеджера газовой корпорации, которым я стану… О, тут и это было! Через каких-то двенадцать лет. Надо же, как обо мне позаботились. Вот только это какие-то не мои фантазии. Оторвавшись от бумаг, я покосился на Асю, которая с довольным видом наблюдала за мной. Понятно, кто приложил руку. Так в чем проблема, шла бы в эту компанию и работала. Зачем в этом славном плане нужен я? Ответ нашелся через пару страниц — в разделе «семья».

— Во-первых, — Ася не сводила с меня глаз, — бросаешь свою демоницу. Рвешь с ней все контакты.

— Ага, — отозвался я, листая этот сюр дальше, — а что еще?

— Выгоняешь из дома всех шлюх. Одну за другой.

Круто. Уже бегу.

— И начинаешь встречаться, — она сверлила меня пристальным взглядом, — с нормальной, достойной, правильной девушкой!

— Уже и вариант подобрали, да? — я оторвался от плана, где совершенно четко был прописан один конкретный вариант, стоящий сейчас прямо передо мной.

Вместо ответа Ася поджала губы и насупилась, явно уловив мой сарказм. Обалденно за меня все решили. Так и подмывало спросить — с каких пор ты-то стала такой дурой?

— О, как увлекательно все расписано, — я пролистнул еще страницу со своей будущей счастливой жизнью. — Двое детей… А это пожелание или обязательство: не больше и не меньше?.. Интересно, — я тряхнул планом, — а тут есть, во сколько мне нужно умереть?

— Рай тебя простит, — влезла Кира, — если будешь следовать этому плану!

А зачем мне вообще это прощение? Помнится, я его не просил.

— И главное, — гордо продолжила Кира, будто приводя самый весомый аргумент, — сможешь стать фамильяром лучшего ангела на свете! Даже после всей твоей истории!

На этом моменте я чуть не заржал. Надо же, какая честь! Стать фамильяром самого двинутого ангела на свете было вообще последним, чего я хотел. Да я этого вообще не хотел! Проще сразу сдохнуть.

Девчонки смотрели на меня: Ася цепко, словно и правда думая, что я могу это принять, а Кира внимательно, словно ожидая, что я поставлю ей оценку за этот проект — круче был только ее список для дефлорации.

— Если бы я знал то, что знаю сейчас, — я повернулся к ней, — тогда на встрече выпускников, когда ты предложила тебя трахнуть, я бы тебя трахнул, вообще не сомневаясь. И тебя тоже, — я перевел глаза на Асю. — А потом, когда бы ты стала качать права, а ты бы точно стала, послал куда подальше. Так что, девчонки, — я развел руками, — извините, если обделил! А теперь идите отсюда вместе со своим планом.

Ася мигом развернулась и сердито застучала каблуками. Кира тут же поспешила за ней, а толстая кипа переплетенных листов осталась у меня в руках.

— План заберите! — бросил я.

Даже не оборачиваясь, они торопливо скрылись за углом ближайшего дома. Ладно, отправлю план своей жизни туда, где ему самое место. Свернув документ, я затолкал его поглубже в мусорку.

— Значок отеля — бесплатный пропуск на «Порнофест»! — проворковала поблизости Наташа, навешивая железный кругляшок на очередную футболку очередного туриста. — Приходи, тебе понравится… — следом на очередной щеке заалел сочный поцелуй.

— Лучший фестиваль в твой жизни! — вторила ей другая девчонка с рожками неподалеку.

Воздух вокруг, казалось, уже дрожал от звонких чмоков, которыми эти чертовки сопровождали раздачу значков и листовок. Не выдержав конкуренции, последние ангелочки хмуро упорхали на городские улочки — площадь теперь была нашей. Осматриваясь, я повернулся и неожиданно заметил знакомое лицо — счастливое настолько, каким я его ни разу не видел в универе. Радостно размахивая руками, ко мне во всю прыть спешил Даня — в светлой майке с многообещающей надписью «Начинающий донжуан. Но мало тебе не покажется…»

После короткого приветствия я все-таки не удержался от вопроса:

— Это что?

— Подарок по окончанию курсов, — он довольно разгладил майку. — Говорят, что девчонки будут оборачиваться и смотреть!

Да, реально оборачивались — смотрели и ржали.

— Проще вообще снять, — заметил я.

— Что, вот так прямо демонстрировать намерения? — изумился Даня.

А то твоя майка их косвенно демонстрирует.

— Но это же не главное, — странно восторженно продолжил друг. — Тренер сказал, что если хотим попрактиковаться, надо ехать сюда! И вот я всего третий день здесь — и уже девушку нашел! Представляешь?.. А вот и она, — он вскинул руку и энергично замахал кому-то в толпе.

Светлые локоны волнами рассыпались по плечам, пышные шарики прыгали под узким топиком. Я поднял глаза на ее лицо и выпал: эту девушку я знал. Даже не просто знал, а трахал — недели еще не прошло.

— Ну и как успехи? — я снова отвернулся к Дане. — Курсы пригодились?

Если рай поможет ему расстаться с девственностью, то, возможно, я их даже немного прощу.

— Да ты что, — отмахнулся он, — ну не сразу же!

А, ну тогда все как обычно. Тем временем девушка подошла и с невинной улыбкой остановилась около него.

— Это Паша, — весь засияв, Даня показал на меня. — А это Тома!

— Привет, — хмыкнул я.

— Привет, — захлопала ресничками она.

Очень, кстати, натурально захлопала, делая вид, что встретила меня впервые. Теперь понятно, чему их учили в том лагере: актерскому мастерству. И как я этого там не понял?

— И чем ты здесь занимаешься, Тома? — поинтересовался я, вспоминая, как шикарно она вращалась на шесте. — Отдыхаешь или, может, танцуешь?

Уголки ее пухлых губок, которые в лагере вовсю полировали мой член, недовольно дернулись.

— Не, — охотно влез Даня, — она тут волонтер!

— Правда? — я еле сдержал сарказм. — Людям помогаешь? И как, всем сразу или по-одному?

— Данечка, — она снова хлопнула ресничками, — я хочу мороженого…

Аж засветившись от удовольствия, он побежал исполнять ее просьбу. Мы остались вдвоем, и Тома наконец перестала натягивать улыбку.

— Тебе чего надо? — буркнула она.

— А тебе чего? — огрызнулся я. — Что ты к нему прицепилась?

— У тебя своя работа, а у меня своя! Не лезь!

Не слыша всего этого, Даня со счастливым видом выбирал мороженое у ближайшего лотка. Едва бы он так радовался, если бы знал, что он просто работа — волонтерство, так сказать.

— Короче, — подытожил я, — нечего с ним играть. Бросай его или дай ему.

— Я не даю, — Тома важно мотнула головой. — Я даю надежду…

— Вот только мне не заливай, — поморщился я.

Пусть со вступлением в рай весь компромат на нее и стерли, но я до сих пор помнил, что на мне она крутилась не хуже, чем на том шесте, давая все, что только можно дать.

— Как ты это себе представляешь? — проворчала она. — У меня таких еще шесть! Что, мне всем давать? Меня так выгонят!

— Тогда бросай, — отрезал я. — Пусть найдет нормальную девушку!

Даня уже спешил обратно, воодушевленно размахивая огромным рожком.

— Конечно, извини, — протянула Тома, чуть презрительно косясь на него, — но нормальная ему не светит.

— В таком случае, — бросил я, — ничего не стоит твоя надежда!

— Вот! — Даня подбежал к ней и услужливо протянул рожок. — Клубничный, как ты любишь!

— Спасибо, — она опять захлопала ресничками и, подхватив его локоть, настойчиво потянула прочь. — Ну пойдем, дел еще много…

— Каких еще дел? — нахмурился я. — Ты что тоже волонтер?

— Ну да, — простодушно отозвался Даня. — Мне по просьбе Томы работу дали! Работник сцены у «Райских садов». Здорово, да?..

Я чуть в ладони не хлопнул. Не только здорово, но еще и удобно! А не для того ли они дают надежду, чтобы на них бесплатно работали?

Исподлобья поглядывая на меня, Тома еще настойчивее тянула его прочь.

— Правда, классная?.. — шепнул мне Даня напоследок.

Она нетерпеливо уволокла его в толпу, он послушно и бодро пошел за ней, а я мрачно проводил их глазами. Стоило бы его предупредить, но что сказать? Не верь, у нее еще шестеро таких? С учетом скорости, с которой он принес мороженое, не поверит он мне, а не ей. Да и кто я такой, чтобы лишать его надежды? Сам потеряет.

Пытаясь проветрить голову, я немного прошелся по площади. Вокруг было шумно, но мирно. Смеясь и раздавая поцелуи, девчонки с рожками развешивали значки по попадавшимся им на пути туристам.

— Вступайте в «Патруль чистоты»! — вдруг отчетливо раздалось неподалеку.

Морщась, я повернулся. Янтарные пряди ярко сверкнули на солнце — раньше они мне нравились, теперь же резали глаза.

— Вступайте в «Патруль чистоты»! — скандировала Юля, стоя на углу, как шлагбаум.

Свита вокруг нее активно привязывала белоснежные ленты с голубой окантовкой к рукавам всех желающих — коих было не так много, как желающих получить поцелуй моих чертовок и сходить на «Порнофест». Но все же они были.

— Очистим вместе этот славный город от порока! — не затыкалась Юля.

Серьезно, ты этот город вообще видела? Или опять самоутверждаешься за счет других? Я с досадой отвернулся. Меня уже перекашивало и от ее голоса, и от нее самой. Пора посмотреть, что там за подарочек дала мне Виви.

Раздача листовок и значков закончилась к обеду, на который мои девчонки не заявились, коротко отписавшись в общем чате, что поехали смотреть местный заповедник. Я даже не знал, что тут такой есть. Майя, похоже, трудилась куда усерднее меня: я-то только до обеда, а она такими темпами будет на экскурсиях до глубокой ночи.

Покинув кафе, я вернулся в отель и открыл дверь своего номера. Однако вместо тишины меня встретили смачные женские стоны, источник которых вовсю отрывался за стенкой — словно кто-то приехал сюда только для того, чтобы круглосуточно трахаться. Знать бы еще кто. Флешка Виви по-прежнему торчала в телевизоре. Плюхнувшись на кровать, я подхватил с тумбочки пульт и нажал на кнопку.

— Ах! Ох! Ах!.. — горячие стоны мигом разлетелись по номеру, вполне способные потягаться с теми, что не умолкали за стенкой.

Янтарная прядь прилипла к вспотевшему лбу. Сладко жмурясь, Юля жарко трясла обнаженной грудью. Мне не надо было даже смотреть на экран — я уже по стонам мог сказать, в какой позе ее имели. К слову, сразу двое — один сзади, другой снизу. Совсем короткая запись начиналась внезапно и обрывалась внезапно, будто взятая из чьих-то воспоминаний — скорее всего, так и было.

— Ах! Еще… Быстрее!.. Жестче!..

Даже в такой ситуации — с двумя занятыми дырками — она умудрялась приказывать. Рот бы ей кто заткнул. Выключив телевизор, я раздраженно отбросил пульт. И какой смысл в этой порнухе? Я и так уже понял, что она шлюха. Зачем Виви мне это дала? Подрочить? Ну, я не настолько больной — может, я и потерял надежду, но точно не мозги. Номер вдруг обволокла тишина — стоны за стенкой стихли, поделившись последними мгновениями чьего-то весьма не плохого оргазма. Хотя от какой-нибудь шлюхи я бы сейчас точно не отказался. А уж в этом-то отеле наверняка найдется хоть одна, которая меня обслужит.

Хлопнув дверью, я вышел из номера. Нарисованная оргия на стене дразнила, словно бросая вызов повторить ее в реальности. Чуть не задев меня, соседская дверь со скрипом распахнулась и выпустила в коридор довольного незнакомого парня, застегивающего ширинку на ходу. Я усмехнулся, неожиданно заметив по ту сторону порога знакомую девушку, изрядно растрепанную и помятую. А вот и шлюха. Девчонка с параллельной группы, которая постоянно трепала языком и знала про все больше всех — по крайней мере, про меня и мою личную жизнь. Я так и окрестил ее — Всезнайка — не став выяснять имени. Кстати, я о ней тоже кое-что знал: например, как классно она отжигала на Красном балу, раздвигая рот и ноги для каждого, кто ее хотел. Видимо, это так понравилось Лилит, что она позвала ее еще и сюда. И вот теперь эта почетная гостью вовсю отрывалась и день, и ночь, прямо-таки не жалея себя.

Взмокшая от недавних нагрузок киска сверкнула из-под коротенькой юбки, мятой настолько, будто ее скатывали в жгут аж до талии. Слегка покачиваясь, Всезнайка тянула по стройным ногам трусики, которые до этого сжимала в руке, вероятно, решив, что сейчас самое время и место их надеть. Зачем? Все равно ведь снова скоро снимать.

Наши взгляды встретились, и она закатила глаза, явно меня узнав.

— Привет, — хмыкнул я, — потрахаться не хочешь?

А что? Девушка, готовая трахнуться с первым встречным, вполне может дать и второму. А подбирать фразы поизящнее для нее не хотелось.

— Иди лесом, — фыркнула она и наконец натянула трусы. — Ты не в моем вкусе!

Дверь громко захлопнулась. По-моему, тут не было вкуса — впускала в себя всех подряд. Ну и ладно, мало здесь, что ли, шлюх?

Я спустился в холл отеля и осмотрелся, прикидывая, куда направиться. В дальнем углу, прячась среди колонн, располагался небольшой, но весьма уютный бар с круглыми столиками, бархатными креслами и длинной стойкой. Мой взгляд замер на девушке, сидящей вполоборота на высоком барном стуле. Неспешно покачивая ножкой, она крутила в руке бокал, будто выжидая кого-то. О, а вот и еще одна. Даже искать долго не пришлось.

Короткое черное платье давало вдоволь налюбоваться стройными бедрами в чулках. Огромный вырез на спине уходил аж в ложбинку, как сигнал всем, что к ней можно и нужно подваливать. Тем более с этой красоткой я однажды трахался — правда, не при самых приятных для меня обстоятельствах, но сейчас это можно было исправить. Устрою ей секс прям на зависть, как она любит — иначе бы не связалась с Виви.

— Думал, — я подошел к ней, — ты живешь не в этом отеле. У вас же все лучшее, — со смешком добавил я.

— Ну да, у нас отель получше, — Ида, звездочка свингер-клубов, мгновенно повернулась ко мне, даже не удивившись встрече. — А сюда пришла кого-нибудь снять…

Ее взгляд выразительно пробежался по мне.

— Ну так пойдем потрахаемся? — предложил я.

Мне реально не хотелось заморачиваться, и девчонка сейчас была нужна такая, с которой можно не заморачиваться.

— Ну пошли, — согласилась Ида.

Она легко соскользнула с высокого стула. Пристроив руку ей на бедра — так, что ладонь как раз уместилась в обнаженную ложбинку, я потянул ее к лифту. Однако стоило сделать пару шагов, как в дальнем конце барной зоны за небольшим столиком, словно спрятанном ото всех в уголке, я заметил Алгон и Сэла. Они сидели друг напротив друга и о чем-то говорили. Внезапно она повернула голову — и наши взгляды встретились.

В следующий миг кресло резко, даже сердито скрипнуло. Что-то бросив Сэлу, Алгон вскочила с места и зашагала прочь из бара — мимо меня и моей спутницы, даже не обернувшись в мою сторону. Сэл ухмыльнулся, и я стиснул зубы. Ну вот какого ты так ухмыляешься, словно я чем-то подтвердил твою правоту? Какую и чем? Вытащив из кармана ключ, я протянул его Иде.

— Подожди меня.

— Что, — она вскинула брови, — прямо как доставка в номер?

— Да, — немного нетерпеливо отозвался я, — или иди в номер, или поищи себе кого-нибудь еще.

Но что-то подсказывало, что сюда она пришла именно из-за меня. Цокнув, Ида забрала ключ и направилась к лифту, а я, чувствуя, как растет досада, свернул к Сэлу, которой все еще смотрел на меня и ухмылялся.