— Всё будет хорошо, — сказала она им, солгав сквозь зубы, когда обнимала их. Я это исправлю.

Как именно она что-то исправит, было выше её понимания, и её мысли и страхи продолжали атаковать её мозг, даже когда она была на грани блаженного сна.

Призрачный импульс энергии дразнил её — та же самая энергия дразнила её каждую ночь после смерти Ллос. Сначала она отмахнулась от этого, предположив, что это чувство было ещё одним симптомом её травмы от убийства предыдущей Королевы Воронов. Как тошнота, головные боли и воспоминания. Но сейчас? Может быть, это было больше связано с тем, чтобы быть новой Королевой Воронов.

Чем больше уставала Рейвен, тем больше тёмная магия перемещалась и кружилась внутри неё. Должно быть, это сила Ллос, но что Рейвен могла с ней сделать? Как она могла ей владеть?

Энергия продолжала танцевать и дразнить, перемещая полосы света и тени по комнате, заставляя её зрение колебаться. Луч тепла исходил из угла комнаты. Каждый раз, когда она сосредотачивалась на светящейся косе, перемещение прекращалось, и её разум успокаивался.

Она вскочила с кровати и, спотыкаясь, направилась к Косе Воронов. Энергия тени закручивалась спиралью и танцевала, бурля в её животе, создавая волны в её сознании. Выругавшись, Рейвен протянула руку и схватила холодное металлическое древко косы.

Всё остановилось.

Воцарилась тишина.

Движение прекратилось.

Рейвен закрыла глаза и заскулила от спокойной тишины. Слеза скатилась по её щеке. Прохлада слезы проложила дорожку по её раскрасневшейся коже. Окончательно. Мир.

Что теперь? Она не осмеливалась отпустить её, но ей нужно было поспать. Она подняла косу с пола и отнесла её к кровати. Бюстгальтер соскользнул с лезвия. Она легла, натянула тонкую простыню на своё потное тело и положив косу и блаженно закрыла глаза.

Глава 8

Иногда я думаю, что Бог, создавая человека, несколько переоценил его способности.

— Оскар Уайльд

Рейвен приоткрыла входную дверь в Детективное агентство Кроуфорда, балансируя подносом с кофе. На неё нахлынул приятный запах оружейного масла и бумаги.

Папа поднял глаза от стойки регистрации. Сегодня на нём была синяя рубашка поло, и хотя стол скрывал его брюки, Рейвен готова была поспорить, что он сочетал рубашку с тёмно-серыми или чёрными брюками.

— Ты в порядке, Рейрей? — спросил папа.

Помимо того, что ей пришлось проснуться задолго до обычного времени, в её голове всё ещё кружились события прошлой ночи. Она поставила поднос с кофе на стол и протянула один папе — большой чёрный кофе. Фу.

— Да, я справляюсь.

— Хочешь поговорить об этом? — Он повторил то же самое предложение, которое сделал прошлой ночью после того, как она замолчала во время допроса.

Её мозг всё ещё был слишком взбудоражен, и, честно говоря, они достаточно поговорили прошлой ночью.

— Ещё нет. Что у нас сегодня на повестке дня?

— Мы получили работу от страховой компании.

Мило. Эти задания, как правило, были простыми, но в то же время увлекательными. Большинство людей думали, что фильмы и телешоу точно изображают частное расследование, в котором сотрудники полиции ведут себя скорее как охотники за головами или полицейские, преследующие закоренелых преступников в захудалом преступном мире. На самом деле большая часть их работы приходилась на страховые компании или рабочие места, предоставляемые Компенсационные выплаты работникам Британской Коламбии. В расследованиях Кроуфорда они заполнили оставшиеся места от изменяющих супругов и пропавшими без вести лицами.

Благодаря способностям её семьи к превращению в лисиц, которые принесли с собой отличное обоняние, и способности Рейвен превращаться в стаю воронов, что позволяло ей вести наблюдение с воздуха и на большие расстояния без необходимости носить хвост, их агентство, хотя и небольшое, имело отличную репутацию в отрасли. Работа для страховой компании была лучшей. Они платили хорошо и вовремя, клиент был беспристрастен и предоставлял фактическую информацию, а цели, как правило, были с низким уровнем риска.

Рейвен вернула папе улыбку.

— Идеально. Что это за работа?

— Учитель ушел из-за производственной травмы.

— Они подозревают мошенническое заявление?

— Заявления, во множественном числе. — Папа сделал паузу. — Твой друг тоже звонил.

— Меган?

Какого чёрта ей звонить сюда? С ней всё было в порядке? Что ей было нужно?

— Нет.

— Ох. — Рейвен нахмурилась. У неё было не так много друзей за пределами семьи. — Маркус?

Папа хмыкнул.

— Нет. Какая-то женщина по имени Сара.

Воспоминание о невесте Роберта с её пышными каштановыми волосами и сверкающими глазами всплыло у неё в голове.

— Она мне не друг.

— Так сказала по телефону. Хотела получить скидку для друзей и семьи.

— Мы не предлагаем ничего подобного.

Не совсем верно. Если бы Меган или Маркус обратились к ней за помощью, она бы сделала это бесплатно.

— Это то, что я ей сказал. Она всё ещё приходит на собеседование как новый клиент.

— Ты объяснил наши расценки?

— Я объяснил. Кто она такая?

— Невеста Роберта.

Папа взял офисный телефон в одну руку и открыл новую папку, лежащую на поверхности стола. Он просмотрел единственный лист внутри и набрал цифры.

— Что ты делаешь?

Рейвен сделала глоток кофе. Ммм. Сливочная сладость покрыла её язык и согрела живот.

— Отменяю.

Рейвен поставила свой кофе на стол и выхватила телефон у отца.

Папины глаза расширились.

Она повесила трубку.

— Она думает, что он жульничает.

— Мне всё равно. — Папа сжал руки в кулаки. — Вероятно, так оно и есть. Не наш цирк, не твоя проблема.

Рейвен кивнула.

— Я знаю. Но я хочу надрать ему задницу.

Папа открыл рот, а потом закрыл его. Он потянулся, взял свой кофе из держателя и сделал большой глоток.

Рейвен подождала, пока он соберётся с мыслями.

— Ты уверена, что это полезно для здоровья? — наконец спросил он.

— Наверное, нет, но это будет приятно. — Она провела пальцами по гладкой поверхности стола и избегала зрительного контакта.

Папа вздохнул.

— Он этого заслуживает.

— Я с этим не спорю.

— Давай посмотрим, какой информацией она располагает, и пойдём дальше.

Папа закрыл папку и сложил руки поверх неё. Его рот сжался, и на его лице отразилась целая буря эмоций. И он, и мама изо всех сил старались отойти от своей родительской роли, но в конце концов, хотя Рейвен снова жила дома, она была взрослой. Технически. Как однажды выразилась мама, если Рейвен была достаточно взрослой, чтобы принимать собственные решения, она была достаточно взрослой, чтобы справиться с последствиями и навести порядок.

Однако это не помешало Рейвен обратиться к ним за советом, и они всё ещё пытались «помочь» и направлять. Но они больше отождествляли себя со свободным воспитанием, чем любой другой чрезмерно внимательный родитель.

Папа сделал ещё один большой глоток кофе.

— Тогда ладно, но пообещай мне одну вещь?

— Может быть.

— Если всё пойдёт не так… если собеседование поднимет слишком много неприятностей, ты отпустишь это?

— Договорились.

Дверной звонок звякнул, и Сара вошла, как по команде. Одетая в трёхдюймовые каблуки, микро-мини, слишком короткое для этого случая и погоды, и облегающий открытый топ, Сара напоминала ходячую детскую куклу. Она хорошо выглядела, но, чёрт возьми, разве ей не было холодно? Как она наклонялась?

Папа встал — ага, тёмно-серые брюки. Его пристальный взгляд сузился, когда он оценил невесту Роберта. Его нос дёрнулся.

Да, она тоже это уловила. Сара была своего рода оборотнем. Однако, не обладая таким же тонким обонянием, как у папы, она не имела ни малейшего представления о том, какого типа.

— Привет, Сара. — Рейвен прислонилась к папиному столу. — Есть какие-нибудь известия от Роберта?

— Ох. — Она тряхнула волосами. — Он вернулся.

Рейвен подавила желание поправить свою простую футболку и подтянуть джинсы.

Папа расправил плечи.

— Ты могла бы позвонить, чтобы отменить, не было необходимости проделывать весь этот путь.

Сара повернулась к папе и пригвоздила его строгим взглядом.

— Я хочу прижать этого ублюдка.

Папины брови взлетели вверх. Он взглянул на Рейвен.

Она пожала плечами. Кто она такая, чтобы отказывать женщине в мести? Жених Сары вернулся из неизвестной поездки, и она хотела нанять его бывшую, чтобы поймать его, когда любой частный детектив сделает это. И при этом, она выглядела чертовски сексуально, делая это.

Рейвен улыбнулась. Если бы не предыдущее отношение Сары, ей бы действительно понравилась эта женщина.

— Хорошо, мисс Эдвардс. — Папа шагнул вперёд и протянул руку. — Меня зовут Терри Кроуфорд. Почему бы нам не пройти в конференц-зал, и вы могли бы объяснить, как бы вы хотели, чтобы мы вам помогли?

Дверь закрылась, перекрыв поток духов Сары и задержав то, что осталось на её пути. Нечёткий, едва уловимый запах оборотня витал в воздухе.

Папа повернулся к Рейвен.

— Это было интересно.

Её плечи поникли. Сара предоставила не так уж много информации, но им и не нужно было много.

— Я проведу обычные проверки, — сказал папа. — Мы посмотрим, как много изменилось с тех пор, как ты встречалась с ним.

Рейвен фыркнула. Она знала, что папа расследовал её друзей и бывших парней, но это было самое близкое, что он когда-либо делал, чтобы признать это.

— Позволь мне обобщить то, что мы знаем, — сказал папа. — Десятого июля Роберт не вернулся домой в ожидаемое время. Когда он наконец вернулся домой, несколько дней спустя, он заявил, что работал втрое больше и ночевал в больнице, потому что слишком устал, чтобы вести машину. Сара заподозрила неладное, но не стала расспрашивать его дальше. В прошлую среду вечером Роберт снова не вернулся домой. На этот раз Сара отправилась в больницу и обнаружила, что он не был на смене. Когда он наконец удостоил Сару своим появлением, он дал ей то же самое оправдание. — Папа пролистал свои записи. — Он выглядел усталым, был одет в ту же одежду, не был чисто выбрит, и хотя от него пахло множеством разных людей, в этом нет ничего необычного, учитывая характер его работы. От него не пахло сексом.

— И это та часть, которую я нахожу странной.

— Всё это странно.

Рейвен побарабанила пальцами по крышке кофейной чашки.

— Он аккуратный урод. Предположительно, он провёл четыре дня или около того, вступая в незаконную связь. Конечно, он бы принял душ.

Папа кивнул.

— И если бы он не принял душ, от него бы пахло, как от другой женщины и их… деятельности.

Папа отложил ручку.

— Она оборотень, хотя я не уверен, какой именно. Её обострённые чувства должны были уловить сексуальную активность. Когда я спросил её о его внешности, поведении и запахе, она была очень точна в деталях.

— Она хочет надрать ему задницу. Если бы от него пахло другой женщиной или сексом, она бы упомянула об этом, — сказала Рейвен. Иногда клиенты скрывали информацию или лгали из-за смущения или гордости, но это не подходило Саре. Вообще. Эта женщина жаждала крови, и мысль о том, что Роберт получит своё, вызвала у Рэйвен практически головокружение.

— Итак, если он не с другой женщиной… — Папа постучал по блокноту концом ручки. — Что он делает?

— Поэтому Сара наняла нас, чтобы выяснить. — Рейвен заглянула через его плечо. — Обе встречи произошли в середине месяца.

Папа протянул ей календарь.

Рейвен поставила свой кофе и пролистала страницы, чтобы найти даты.

— Оба исчезновения начались во вторую среду месяца. Однако это самое долгое его исчезновение.

— А как насчёт августа и сентября? — Папа назвал два месяца между датами.

— Может быть, эти дни пришлись на середину его смены, и он взял их, чтобы пойти туда, куда он ходит, и Сара этого не заметила. Или, может быть, её не было в городе?

— Нам нужно будет подтвердить их расписание. — Папа захлопнул свой блокнот. — Спроси её.

Рейвен кивнула и схватила свой кофе.

— Я тоже устрою обыск в их квартире.

— Я мог бы это сделать.

— Я знаю, но я думаю, что я должна. Я знаю, как работает его мозг. Если я приду с пустыми руками, ты сможешь сделать второй заход. Кроме того, у нас есть второе дело.

— Будем работать. Хорошо, я проведу проверку, а ты подтверди расписание и обыщи их квартиру. Не жди слишком долго.

Рейвен откинулась на спинку пластикового стула и прижала к себе почти пустую кофейную чашку.

— Я не дилетант. У него завтра смена, а я не работаю. Тогда и пойду.

— Как ты думаешь, что он делает?

Рейвен пожала плечами.

— Я бы сказала, что посещаю интенсивную терапию для придурков, но мы оба знаем, что для этого требуется больше самосознания, чем есть у Роберта.

— Значит, ты понятия не имеешь, что он задумал?

— Ни единого.

— Тогда почему ты улыбаешься?

— Ты встретил Сару. Мы собираемся выяснить, что он задумал, и она собирается его уничтожить. Это будет потрясающе. — Может быть, космическая карма наконец-то дала о себе знать.

Папа покачал головой.

О-о-о. Обычно у него был такой взгляд, когда он готовился начать лекцию об этой дурацкой большой дороге.

— Итак, судебное дело? — спросила она.

Папа ухмыльнулся.

— Компания считает, что Келли Клементина, учительница четвёртого класса начальной школы Кэпитал Хилл, подала мошенническое заявление.

Рейвен допила остатки кофе и поставила чашку на стол. Компания выступала за Компенсацию работникам Британской Колумбии, регулирующее подразделение правительства провинции, ответственное за управление компенсацией любому работнику, получившему травму, связанную с работой. Учитель, подающий мошенническое заявление в WCBC? Рейвен выразила бы удивление, но это был не первый случай с учителем. Они исследовали учителей, медсестёр, монахинь… Преступники были всех форм, размеров, национальностей, ориентации, идентичности и профессий, как быстро обнаружила Рейвен, когда начала работать на своего отца.