В то время как число её стаи росло, у неё не было желания испытать разрушительную силу хищной птицы, свернувшую шею одной из её птиц. Нет, спасибо. Возможно, это не убьёт её и не повредит её человеческой психике, но всё равно причинит боль.

Роберт и таинственный мужчина, похожий на фанатика в твиде, одновременно встали и пожали друг другу руки.

Она не хотела или не нуждалась в том, чтобы видеть, куда пошёл Роберт, несмотря на острую потребность сказать ему, куда идти. На этот раз она последовала за таинственным мужчиной.

Он проскользнул в переулок и оглянулся через плечо. Он сунул руку в карман куртки и нырнул за следующий угол.

Дилетант.

Как будто она пошла бы за ним пешком.

Её птицы взлетели в воздух, пролетели над зданиями и врезались в стену боли.

Глава 23.

Всё в порядке, если ты позволяешь себе уйти, пока ты можешь вернуться.

— Мик Джаггер

Агония пронеслась через разум Рейвен, как интенсивная анастезия мозга на стероидах. Давление, похожее на тиски, сжало её коллективное сознание и сдавило.

Ай. Ай. Ай.

Её тёмная энергия сгустилась внутри. Её птицы слились в одну, и она материализовалась в своей человеческой форме на грязной крыше здания в центре Ист-Сайда

Холодная грязь от старой дождевой воды онемела на её обнажённой коже.

— Оооо. — Она обхватила руками раскалывающуюся голову. — Нехорошо.

Шаги таинственного мужчины затихли вдали.

К чёрту это. Она потянулась за своей тёмной энергией. Боль снова взорвалась по её нервам.

Тогда ладно. Никаких птиц.

Она с трудом поднялась на ноги. Водянистая грязь стекала по её обнажённому телу, и она смахнула прилипший к коже песок. Ей нужно было уйти от всего, что мешало её силам.

Она направилась на другую сторону крыши к ржавой пожарной лестнице и посмотрела вниз. Переулок был пуст, но идея разгуливать голышом в менее чем приятном районе рядом со стриптиз-клубами, ломбардами и местами обмена шприцев не показалась ей отличной идеей.

Она сделала глубокий вдох. Ей нужно было только отойти достаточно далеко от блокиратора, чтобы перевоплотиться. По крайней мере, она на это надеялась. Если бы давление, подобное тискам, каким-то образом разрушило или повредило её способность соединяться с Иной энергией, она была бы опустошена.

Чокнутый Один. Она бы никогда не выполнила своё соглашение с Бэйном, если бы это случилось.

Что он сделает с ней, если она потерпит неудачу? Что он сделает с её семьей? Лёд пробежал по её спине. Потеря её способностей не была вариантом. Не сейчас. Не таким образом.

Она спустилась по пожарной лестнице. Лестница не соскальзывала вниз — слишком ржавая. Дерьмо. Ей придётся прыгнуть.

Она перемахнула через перила и повисла в пяти футах над землёй. Её руки вцепились в холодный, влажный металл. Она посмотрела вниз.

Какого чёрта она смотрела вниз?

Идиотка.

Её руки соскользнули, и она упала. Её ноги шлёпнули по тротуару. Её колени подогнулись, и она покатилась. Боль пронзила её ноги, и она стиснула зубы.

— Ой. — Она оторвалась от тротуара. Ещё больше грязи и застоявшейся дождевой воды покрыло её кожу. От неё пахло лишь немногим лучше, чем от грязи, прилипшей к земле. Она выпрямилась, слегка пошатываясь.

— Это был прекрасный прыжок. — Старый хриплый голос прогрохотал из-под грязного одеяла.

Рейвен замандражировала.

Бездомный ютился под влажной тканью рядом с мусорным баком. Он выглянул из-под длинных маслянистых волос.

— Ты не должна быть здесь в таком виде.

— Я знаю. — Она колебалась. Ей следовало бы спросить его о таинственном мужчине, но она была голой и в грязном месте. Ага. Время для одежды.

Она отвернулась от блокиратора и побежала. Её груди болезненно подпрыгивали, а зад трясся. Чёрная шпинель ударилась о её грудную кость.

Дождь сорвался с неба и с грохотом обрушился вниз. Крупные капли дождя падали ей на голову и отскакивали от тротуара. Ледяной дождь стекал по её конечностям и смывал грязь.

Бег и в лучшие времена был отстойным занятием, но бегать босиком и голышом было определённо хуже. Её ноги шлёпали по мокрой земле.

Она снова потянулась за своими птицами.

Ай. Ай. Ай.

Боль взорвалась в её голове. Она выпустила сущность ворона и отшатнулась в сторону. Дерьмо. Ещё немного бега. Когда её зрение прояснилось и звон в ушах стих, она выпрямилась и заставила одну ногу двигаться перед другой, снова и снова, пока не набрала скорость.

Она свернула за угол на главную аллею и снова попыталась дотянуться до своей тёмной энергии.

На этот раз она подключилась. Никакой боли. Её магия усилилась, быстрая, яростная и тёмная. Он поднялся по спирали, как вихрь, и поглотила её. Комфортная и успокаивающая, она приняла свою силу, как будто скользнула в свою любимую пижаму. Теперь она могла вернуться домой, где было тепло, чисто и безопасно.

Сила продолжала вращаться и вращаться. Полоса изменчивой теневой магии тёмного мира пронизывала энергию ворона в вихре. Вместо того, чтобы разделиться на стаю воронов, она путешествовала по теневому измерению и преобразовалась в своей подвальной комнате.

Тёплый воздух коснулся её липкой кожи, и дождь капал с её обнажённого тела на ковёр с коротким ворсом. Она похлопала себя по груди, чтобы убедиться, что ожерелье всё ещё на месте.

— Четко, — сказала она. Её кожу головы покалывало.

— У тебя получается всё лучше, Эйнин.

Рейвен пискнула и резко обернулась. Мокрые волосы хлестали её по лицу. Тени соскользнули с угрожающей фигуры Коула и собрались в углах комнаты. Мягкий свет, свисающий с потолка, подчёркивал резкий разрез его скул и челюсти. Его тёмные глаза вспыхнули.

Сморщенный стержень Одина, смотреть на него было опустошением.

— Спасибо, — прохрипела она. Неприятное давление обхватило её грудь и сдавило.

— Ожерелье тебе идёт.

Она взглянула вниз на чёрную шпинель, примостившуюся в ложбинке её груди. Капли воды стекали по её телу, следуя изгибу груди.

— С одеждой или без?

— Одинаково, но я нахожу, что мне больше всего нравится этот образ. — Он шагнул вперёд, всё поддразнивание исчезло с его лица, сменившись такой горячей потребностью, что волны тепла исходили от его кожи. — От тебя пахнет дождём.

Она сглотнула. Её тело жаждало его прикосновений. Она хотела, чтобы он заключил её в объятия и заставил её нервы петь. Она едва пережила то, что отослала его в первый раз. Если бы она снова попробовала сладость, сказала бы она снова «нет»? Когда-либо? Отослать его подальше? Захочет ли она этого? Понадобится ли ей это? Его прикосновение было наркотиком.

— Ты слишком много думаешь, — сказал он.

Она улыбнулась.

— Дай угадаю. Я должна просто чувствовать?

Он кивнул.

Она убрала мокрые волосы с лица.

— Я боюсь, что если я позволю себе снова почувствовать тебя, я потеряю всякое представление о том, кто я есть.

— Тогда мы разделим один и тот же страх. — Его глубокий голос прокатился по ней, как ласка.

Что сказать? Могущественный Лорд Теней чего-то боялся?

Он сделал ещё один шаг вперёд. Теперь, прямо под лампочкой, свет отбрасывал тени на его лицо.

— То, что у нас было, не типичный опытом для меня. Если я закрою глаза, я почувствую тебя в своих объятиях. Я хочу тебя снова и снова, даже несмотря на то, что ты отослала меня прочь. Предоставить тебе время и пространство было одной из самых сложных вещей, которые мне когда-либо приходилось делать.

— Даже держа моего брата в форме лисы, пока ты смотрел, как я взбираюсь на дерево, чтобы пробраться в дом моих родителей?

Его серьёзное выражение лица слегка дрогнуло.

— Да.

— Тяжелее, чем наблюдать, как бывшая Королева Воронов нападает на меня?

— Определённо.

— Даже соединяя части Царства Света и Подземного мира, чтобы создать Царство Теней?

Коул зарычал.

— Даже это.

Её рот открылся. Давление снова сдавило её грудь.

— Но страх потерять себя в тепле твоего тела — ничто по сравнению со страхом не быть с тобой, — сказал он.

Она закрыла рот и сглотнула. Его слова растопили её сердце и прогнали холод в костях. Её сомнения и страхи улетучились вместе с поднимающимся жаром из её глубины.

— Я часто думаю о тебе как о наркотике, вызывающем привыкание.

— Это подходящая аналогия. — Он кивнул и сократил дистанцию. Тепло всё ещё исходило от его кожи, и тени поднялись из пределов комнаты, чтобы окружить их. — Не можешь насытиться?

— И выход — это ад.

— Ты всё ещё хочешь, чтобы я держался подальше? — спросил он. Большой и грозный, он сдерживался… даже сейчас. Он всё ещё давал ей возможность дышать, сбежать, если она хотела, но она не хотела дышать. Не без него.

— Нет, — сказала она.

С этим простым словом он заключил её в объятия. Тени ласкали её кожу.

— Я не уверен, что смогу отпустить тебя снова, — сказал он, в его голосе слышался намёк на предупреждение.

Она кивнула. Она не очень много знала ни о нём, ни о Тёмном мире. Внутренняя работа, политика и динамика были полной загадкой, как и Коул. Почему её Иная энергия пела всякий раз, когда он приближался, и усиливалась от его прикосновений, вместо того, чтобы гаснуть, как это было с другими Иными?

Несмотря на так много вопросов без ответов, Коул был добрым под своей смертоносной внешностью. Он был внимателен и уважителен и держал себя в руках, потому что она просила его об этом. И хотя она приказала ему убраться, он работал за кулисами, чтобы обеспечить её безопасность. Рурк был прав — слова могут ввести в заблуждение. Действия этого не делали. В её голове не было назойливых голосов, пытающихся предостеречь её, как это было, когда она встречалась с Робертом. Она не сомневалась в Коуле как в мужчине. Уже нет.

Коул терпеливо ждал, пока её мозг боролся, спотыкался и карабкался, чтобы осознать правду, которую всегда знало её сердце. Она протянула руку и скользнула по его фарфорово-гладкому лицу. Тёплый и настоящий, совсем не похожий на гранитную статую. Его хищный взгляд оставался прикованным к ней в ожидании.

— Если ты отпустишь меня, — прошептала она. — Я разобьюсь и сгорю.

Его тёмные глаза вспыхнули.

— Тогда я тебя не отпущу.

Такое простое решение. Она открыла рот, чтобы прокомментировать, но губы Коула сомкнулись на её губах. Этот контакт прогнал все оставшиеся мысли из её головы и оставил только его. Только Коул. Её энергия поднялась вверх, чтобы вплести в себя его опьяняющую силу.

— У тебя есть носок? — он отстранился, чтобы спросить.

— Носок? Ты имеешь в виду презерватив?

— Нет. Я имею в виду носок. Твой брат предложил воспользоваться носком, если мы не хотим, чтобы нам мешали.

— Ох. — Образы её семьи промелькнули в её голове. Фу, нет. Гадость. Убийца настроения.

Коул усмехнулся, притянул её ближе и окутал их своими тенями. Тёмная энергия унесла их прочь, через измерения между мирами. На этот раз Рейвен проследила за движениями вокруг них и поняла цель его магии. Он плавно сплёл полосы тени, чтобы перенести их в Царство Теней.

Они перенеслись в его спальню.

— Гораздо лучше, чем носок, — сказала она.

Он ухмыльнулся и снова поцеловал её. Его руки и тени касались её, повсюду, пробегая по её телу и скользя по коже.

Она пульсировала от желания. Она схватила край его рубашки и потянула её вверх. Он отступил назад и позволил ей стянуть мягкую ткань с его тела. Как только рубашка освободила его голову и руки, он расстегнул ремень и стянул джинсы вниз.

О боже. Без белья.

Его впечатляющая эрекция оказалась на виду, и Коул вышел из одежды, валявшейся у его ног. Он снова притянул её к себе. Её грудь прижались к его обнажённой груди. Его рот нашёл её рот, и она растворилась в ощущении его губ и языка, а также в опьяняющем лесном аромате, окружавшем их.

Глава 24.

Я действительно пытаюсь быть потрясающей сегодня, но прошлой ночью я была такой чертовски потрясающей, что я в изнеможении.

— Неизвестный, электронные открытки

Рейвен старалась не ёрзать, пока Майк смотрел на неё через кухонное сервисное окно. Дуновения тёплого воздуха, наполненного жиром для гамбургеров, ласкали её лицо.

— Ты слишком счастлива, чтобы работать, — заметил он. — Что случилось? Ты разобралась со страховым случаем?

— Нет.

Она точно знала, почему улыбка продолжала дразнить её губы и отказывалась уходить. Она знала несколько причин, и все они начинались с буквы «О».

— Выяснила, что задумал Роберт?

— Не совсем.

Дерьмо. Такое направление расспросов не привело бы к желаемому месту назначения. Предупреждение! Отвлечь. Переключить.

Он скрестил руки на груди.

— Случилось что-то странное, — сказала она.

— Оу? Ну, выкладывай уже. Мы в затруднительном положении.

Рейвен фыркнула. Закусочная была пуста.

— Келли пошла в кафе, чтобы встретиться с тем же мужчиной, что и в прошлую среду, но на этот раз я не последовала за ней, когда она уходила.

Брови Майка поползли вверх.

— Роберт появился.

У него отвисла челюсть.

— Ни хрена себе.

— Он тоже встречался с тем же парнем.

Майк нахмурился.

— Тогда, я не могу быть человеком дающим советы по жизни. Роберт не из тех, кто понимает, что он мудак, которому нужна помощь.

— Я подумала то же самое. Итак, по какому поводу они встречались? — Она постучала пальцем по гладкой столешнице.

Дверь закусочной распахнулась, и они оба повернулись к ней.

Бэйн прошёл через вход со своим обычным хмурым видом.

Чёрт возьми. Плечи Рейвен опустились. Она не видела Коула с сегодняшнего утра, и ей уже нужна была следующая доза. Её тело затрепетало от воспоминаний о его прикосновениях, и тепло разлилось по всему телу. Её щёки вспыхнули.

Пристальный взгляд Бэйна сузился, и он остановился у стойки.

— Что с тобой не так?

— Ничего. — Рейвен пригладила свои вьющиеся волосы.