Гар-Ног-Тон, Пустошь

Факелы чадили и потрескивали, освещая подвал дома Сломанного рога. Воздух пропитался запахом смолы и оружейной смазки, поблескивающей на лезвиях топоров, висящих на потрескавшихся стенах из серых камней. Свет от пламени факелов дотягивался до жёлтой от старости карты, разложенной на массивном столе из ссохшейся древесины.

Минотавр хмуро поглядел на карту. Но тут же оторвался от неё, стоило в подвал проникнуть его верному слуге Хамелеону.

— Ну что? Ты проследил за человеком из-за Стены? Как он погиб? Или он успел сбежать из логова жрицы Маммоны? — с нетерпением прорычал зверочеловек.

— Повелитель, он убил её, выз-с-свав чёрного дракона Хаоса! — восторженно выпалил Хамелеон, словно это знание жгло его изнутри, заставляя скорее поделиться им с начальством.

— Как? — опешил минотавр и непроизвольно потрогал свой единственный рог. Ведь он поклялся копытами Сварга, что спилит его, ежели человек убьёт жрицу. А Хамелеон сейчас подтвердил его победу.

Сломанный рог со смешанными чувствами начал жадно расспрашивать своего слугу. А тот рассказал о битве человека со жрицей, посетовав, что не слышал их разговора, да ещё чуть не погиб, когда подземелье начало рушиться.

— … Человек ис-са стены — не просто человек, иначе бы он не смог выз-с-свать дракона Хаоса и победить жрицу Маммоны, — убеждённо закончил Хамелеон и схватил стоящую на столе кружку с бражкой.

Он принялся шумно глотать напиток, запрокидывая голову по мере опустения кружки.

— Может, ты и прав, — пробормотал Сломанный рог, крепко задумавшись. — Обычный человек, пусть даже сильный маг, не сумел бы одолеть жрицу в её собственном логове, да ещё подчинить дракона. Что если под личиной человека из-за Стены скрывается жрец кого-нибудь из богов Хаоса? Может, самого Сварга? Мы ведь служим ему. А ежели жрец пришёл ко мне, выходит, что сам Сварг обратил на меня свой взор?

— О-о-о! — со священным трепетом выдохнул Хамелеон, отлипнув от кружки.

— Мы завтра же пойдём в Паучью чащу! — решительно выдал минотавр, сжав волосатые пальцы в пудовые кулаки. — Надо воспользоваться тем, что среди прислужниц Маммоны сейчас начнётся грызня за место высшей жрицы. Те, кто метят на это место, примутся убивать друг друга, дабы сократить число конкуренток. Благо я уже подготовил воинов клана. А уж если сам Сварг заметил меня, значит, на мне его благословение. Мы точно победим, Хамелеон!

* * *

Бальный зал, Петроград

Людей в зале уже собралось столько, что было тяжело дышать. Да ещё многие девушки благоухали духами так сильно, словно приняли ванну из них. Хорошо хоть прислуга додумалась приоткрыть окна, впустив внутрь прохладный вечерний воздух.

Я встал подле одного из окон и в очередной раз прошёлся внимательным взглядом по смертным, с нетерпением ждущим, когда кто-то из официальных лиц даст отмашку к началу бала. Пока же все активно разговаривали друг с другом. А я искал среди людей Шилова и его бывшую жену, но не находил. Неужели их до сих пор нет в зале? Двери вон уже закрыты. Или они просто не попались мне на глаза? Народу же ого-го сколько.

Внезапно одна из дверей открылась. Но это оказался не Шилов, а какой-то колобок в золочёном мундире с эполетами. Народ тут же принялся приветствовать его и расступаться перед ним.

— Ах вот вы где, Громов, — прогудел здоровяк Румянцев.

Он вместе с недовольной Огневой подошёл ко мне.

— Ты же обещал, что вернёшься, а сам пропал, — попеняла мне девушка, сощурив глаза.

— Я как раз шёл к вам. Просто не быстро шёл, совсем не быстро. Со стороны могло показаться, что я просто стою.

Баронесса тяжело вздохнула, показывая, что с такими остротами мне самое место в первом классе. Здоровяк же слабо усмехнулся и перевёл взгляд на колобка в мундире.

— Министр обороны князь Романов, — сказал Румянцев.

— Хорошо у нас в армии кормят, — иронично оценил я фигуру колобка, остановившегося возле дальней стены, чтобы ему было видно всех приглашённых на бал, курируемый его министерством.

— Громов, держи при себе такие речи, — шикнула на меня Огнева, взволнованно оглянувшись. Вдруг услышал кто? Но рядом с нами никого не было, поэтому девушка с облегчением выдохнула.

Князь же взял микрофон и начал приветственную речь, понёсшуюся над головами притихших смертных. Он расхваливал собравшихся, говоря, что сюда пригласили только лучших из лучших кадетов, будущее империи, её защитников, многие из которых уже сражаются с монстрами по ту сторону Стены.

Люди с улыбками на лицах слушали его. Ведь похвала и кошке приятна. Кадеты непроизвольно выпрямляли спины и гордо вскидывали головы. Мол, вот какие они орлы.

А я лишь краем уха слушал князя, снова и снова выискивая взглядом Шилова и его бывшую жену. Нет, их здесь нет! Может, что-то произошло? Или все же они ускользнули от моего взгляда?

Я решил ещё немного поискать их. Надо будет обойти зал, но после речи князя. А пока я мысленно вернулся к персоне Дагры. Если она действительно крутится где-то рядом со мной, то я снимаю перед ней шляпу. Мне бы тоже доставляло истинное удовольствие находиться подле своей жертвы, прямо перед её носом, зная, что она скоро умрёт. Так месть станет слаще.

Пока же князь закончил свою речь и удалился, сопровождаемый громом аплодисментов.

Музыканты же взялись за свои инструменты, приготовившись воспользоваться ими по назначению.

— Первым будет вальс. Им всегда открывают бал, — сообщила баронесса и многозначительно посмотрела на меня.

— Позвольте пригласить вас на танец? — официально проговорил я, глянув на девушку.

— Позволяю.

— Доброслав, тебе бы тоже надо найти пару, — бросил я занервничавшему здоровяку. — А то ты выглядишь, как мой телохранитель.

— Меня всё устраивает, — выдал тот и нервно расстегнул верхнюю пуговицу рубашки, словно ему не хватало воздуха.

— Как знаешь, — пожал я плечами.

Вскоре грянула музыка и по залу закружились сотни пар. Баронесса танцевала отменно, но и я был не хуже, а даже лучше. Мне доводилось танцевать вальс в залах, полных существ с божественной кровью, где вино текло рекой, а столы ломились от блюд с деликатесами вроде икры Кракена.

— А ты хорошо вальсируешь, — удивилась баронесса, глядя мне в лицо.

Её дыхание касалось моего подбородка. При этом моя правая рука лежала на её тонкой талии, а левая — сжимала ладонь девушки.

— «Хорошо» — не то слово. Ты, наверное, хотела сказать великолепно, — проговорил я, попутно ища среди пар Шилова с его бывшей женой.

Мне опять не удалось их найти. Зато я обнаружил возле стены Белову рядом с каким-то высоким брюнетом с породистым лицом, покрывшимся красными пятнами ярости. Девушка тоже не получала удовольствия от их разговора. Её глаза метали молнии, а пышная грудь бурно вздымалась, грозя выскочить из декольте.

— Предлагаю подтанцевать к Беловой и подслушать её ссору вон с тем пареньком, — проговорил я, поддавшись любопытству.

— Поступок, недостойный аристократа, — насупилась баронесса, но тем не менее позволила мне увлечь себя в ту часть зала, где графиня собачилась с парнем.

— … Отец расторгнет брачный договор. Клянусь богами, я не выйду за тебя замуж, — донеслись до меня негромкие, но сочащиеся яростью слова графини, пытающейся говорить потише, чтобы её услышал только брюнет.

Однако на них и так практически никто не обращал внимания. А мы с баронессой танцевали среди пар, которые находились за спиной Беловой. Она не могла нас заметить. А вот брюнет прекрасно видел наш дуэт, но он же не знает нас.

— Мы ещё посмотрим, — процедил смертный, сощурив глаза.

— Да что тут смотреть? У отца уже есть несколько причин, чтобы разорвать договор. Всё решено.

— Вот уж нет, — выдохнул он, скрежетнув зубами.

Но я уже видел в его глазах злость, возникшую от осознания близкого поражения. Парень сам не верил, что ему удастся спасти этот брачный договор. Но он всё-таки пытался, пусть попытка и была обречена на провал с самого начала. Они вон и двух минут не разговаривают, а уже шипят и рычат, как собаки. Между ними столько же любви, сколько между мной и стухшим куском жареной говядины.

— Кажется, это жених Беловой, — прошептала Огнева, кружась в танце.

— Да ты что? А я-то думал, кто же это такой? Брат, что ли? Или, может, сестра? — сыронизировал я, заслужив тяжёлый взгляд баронессы.

Впрочем, её внимание тут же вернулось к ссоре.

— Я не дам тебе уйти от меня, — прохрипел объятый гневом паренёк, схватив девушку за запястье.

— Пфф, — насмешливо фыркнула блондинка и легко стряхнула его лапу. — Ты ничтожество. Тебя на бал-то позвали из-за заслуг твоего отца, а не твоих. А сам ты никто. Тоже мне герой выискался.

— А кто герой? — процедил тот, отчаянно пытаясь держать себя в руках. — Громов? Чего так удивлённо смотришь? Да, я уже слышал, что ты пытаешься затащить этого выскочку в свой гарем. Как тебе только не стыдно так себя вести. Ты же аристократка… а не… а не…

— Кто? — с вызовом бросила девушка и выпрямилась во весь рост. — Договаривай. Не будь трусом.

— Блудница. Вот ты кто, — наконец-то разродился брюнет, презрительно скривив губы.

— С меня достаточно! — вдруг вынырнул из моря танцующих Рыльский, чьё лицо побагровело от гнева. Казалось, ещё немного, и из его пор брызнет кровь.

Я досадливо поморщился из-за того, что не заметил Рыльского. Нет, мне было плевать, что он тоже подслушивал. Но ведь так, увлёкшись чужой ссорой, можно и какого-то киллера не заметить.

— А ты ещё кто такой? — брезгливо сморщил нос брюнет, окинув насмешливым взглядом Рыльского, сжимающего кулаки.

— Тот, кто защитит честь графини Беловой. Вы поплатитесь за свои оскорбления. Их можно смыть только кровью. Дуэль! — решительно прошипел смертный, пожираемый гневом.

Однако он не скатился на мат и грубости. Держался как настоящий аристократ. А вот когда он наезжал на меня, то вёл себя гораздо более хамски. Видать, тут сыграло роль моё не больно-то и высокое происхождение. Точнее, не моё, а Громова.

— Граф, уйдите, — с напором бросила ему Белова, раздувая крылья носа. — Вас ещё тут не хватало.

— О, это один из твоих ухажёров? — плотоядно усмехнулся брюнет. — Что ж, я с радостью заставлю его харкать кровью. Я принимаю твой вызов, идиот. Нынче же ночью, после полуночи, мы будем биться магией в парке Перуна. Конечно, если ты не струсишь к этому моменту.

— О-о-о, я непременно приду, — оскалился Рыльский.

Брюнет смерил его презрительным взглядом и гордо удалился.

А я иронично прошептал:

— Приятно смотреть, как договариваются о дуэли два дурака, которые почему-то не восторгаются мной. Надеюсь, тебе понравилось это зрелище, Огнева. А теперь пора оттанцовывать отсюда, пока нас не заметили.

Мы с новой силой закружились в вальсе, двигаясь в сторону окон. Там нас уже ждал мрачный Румянцев. Видимо, он сообразил, что чуть ли не один стоит, как лох, без пары.

К счастью, у Огневой оказалось не такое уж каменное сердце, так что она подарила Доброславу второй танец. А я принялся отплясывать с какой-то рыжей девицей из другой академии, но не забывал поглядывать по сторонам, выискивая Шилова с его бывшей женой.

В конце концов мне удалось их отыскать! Это случилось после третьего танца и короткого перерыва на то, чтобы съесть пару закусок, красующихся на столиках, расставленных вдоль стены.

Я ринулся к Шилову, но чуть не врезался в графиню Белову, выросшую передо мной.

— Громов, надо поговорить, — сказала она, покосившись на музыкантов, снова взявшихся за инструменты. Перерыв подходил к концу.

— Потом, — попытался я отмахнуться от неё, опасаясь, что Шилов снова пропадёт.

— Нет, сейчас, — настойчиво выдала она и следом быстро застрекотала, понимая, что я могу и свалить, наплевав на её настойчивость: — Громов, я понимаю, что вы с Рыльским друг друга недолюбливаете, но окажите мне услугу, станьте его секундантом. Ночью его ждёт дуэль с моим… кхем… женихом. Но уже практически бывшим женихом. Вы один из лучших воинов, кого мне доводилось видеть. Помогите мне, пожалуйста. Да, Рыльский идиот, но он наш идиот, из нашей академии…

Блондинка говорила что-то ещё, пытаясь уговорить меня. Но я уже торопливо кивнул, лишь бы отвязаться от неё, и продолжил свой путь, услышав за спиной слова искренней благодарности.

Эх, придётся потратить время на чужую дуэль. Надеюсь, она хотя бы будет кровавой и жестокой.

Пока же я протолкался через толпу людей и подскочил к Шилову, распространяющему запах вина. Его глаза уже масляно поблёскивали, а улыбка не покидала смуглого лица.

— Рафаэль Игоревич, где вы весь вечер пропадали? — сразу спросил я, ища взглядом его спутницу. Но она как сквозь землю провалилась. — И где же ваша бывшая жена? Клянусь бородой Перуна, я видел её с десяток секунд назад.

— Да я опоздал немного, а потом тут ходил туда-сюда, — неопределённо покрутил рукой тренер и следом указал на небольшую дверь. — А вон там можно найти неплохие запасы вина. Их чуть позже вынесут приглашённым. Но я уже снял пробу. Официанты оказались очень отзывчивыми. Даже удивительно.

— А где же ваша бывшая? — повторил я вопрос.

— Она отправилась в дамскую комнату, — проговорил Шилов, оценивающе посматривая на какую-то женщину лет тридцати.

Она над чем-то весело хохотала, запрокидывая голову. У неё аж грудь тряслась. А там было чему трястись. Пара стоящих рядом с ней мужчин постоянно косилась на декольте женщины, которая наверняка являлась сопровождающей из какой-нибудь академии.

— Ваша знакомая? — кивнул я на даму, решив в обществе Шилова дождаться его спутницы.

— Пока нет, — задорно улыбнулся Рафаэль Игоревич. — Смотри и учись, Громов. Думаю, минуты три у меня есть до возвращения бывшей.

Шилов подмигнул мне и энергичной походкой двинулся к хохочущей женщине. Она встретила его улыбкой, а мужчины кисло глянули на красавца-тренера.

Я же посмотрел в сторону двери, ведущей в коридор. Бывшая жена Шилова должна вернуться в зал через неё. Она последняя, кого я не проверил. И что-то теперь именно она начала вызывать во мне смутные подозрения. Я ведь никогда с ней толком не общался. Она предпочитала держаться от меня подальше. Да и по словам Шилова, её в последнее время как подменили. Впрочем, он сказал, что и моя первая любовница Анна тоже изменилась, и не в лучшую сторону.

Ладно, подожду её и всё выясню.

А она что-то не торопилась возвращаться. Прошли уже три минуты, а её всё не было. Зато вернулся улыбающийся Шилов, который опять завёл свою шарманку, что мне нужно больше тренироваться. Я поддакивал, глядя на дверь.

Бывшая Шилова всё не появлялась. А потом она всё-таки вернулась в зал и уставилась в нашу сторону. Рафаэль Игоревич помахал ей рукой. А она поманила его ладошкой. Дескать, иди сюда. Ну он и пошёл, а я следом за ним…

* * *

Где-то в Пустоши

Красноватый сумрак укрывал холмистую равнину, лёгкий ветер шевелил ломкую траву, а зверочеловек со львиной головой и змеиными глазами стоял перед подрагивающим клочком тёмно-серого тумана, превышающего людской рост.

Серебряная корона на его голове слабо поблёскивала, а чёрные доспехи с кроваво-красными знаками бога Сварга, казалось, поглощали даже минимальный свет.

Неожиданно туманное нечто исторгло двухголового зверолюда, чьё мускулистое крылатое тело оказалось покрыто многочисленными шрамами и ожогами.

— Вы вернулись, — довольно оскалился хаосит в короне. — Хм, даже удивительно. Лишь один из сотен способен на такое.

— Вернулись и готовы служить, — уверенными голосами выдали головы.

Их глаза полыхали мрачной силой, верой в собственную мощь и неукротимой жаждой мщения.