— Что случилось, Карина, — спросил Артур. Ни жива ни мертва, она смотрела на экран инфоблока, не зная, что делать.

Вот так… Вот, что предчувствовал Рональд. Вовсе не пропажу землян. Хотя и ее — тоже. Ведь именно необходимость выйти в пространство Вселенной ради них и Изабеллы заставила его отлучиться. И это дало возможность проявиться главному игроку. Рональд предчувствовал это. Что игрок — Истинный дракон — попробует сыграть через нее, Карину. Через самую болевую точку Хранителя Вселенной.

Была небольшая надежда, что это всего лишь розыгрыш. Или пишет другой враг — сошка поменьше. Но чутье безошибочно подсказывало — это он. Тот, кто уничтожил Землю. Тот, кто много веков стоял у Рональда за спиной. Тот, кто и сейчас руководил геар, как марионетками. Новая строчка беззвучно пробежала по экрану: «Хочешь увидеть друзей живыми — ври».

— Ничего, — Карина незаметно повернула инфоблок, чтобы Артур не увидел. В глубине души она хотела, чтобы он схватил ее руку, перевернул и прочитал, что там написано. И избавил ее от необходимости принимать решение. Но Артур меньше, чем кто-либо, будет теперь нарушать ее личные границы. А она… она должна разобраться, должна защитить друзей и…

Сердце громко билось, кровь то отливала от лица, то приливала.

— Ничего, Артур… Просто волнуюсь сильно. За друзей, Изабеллу. За Рональда… — надо же, как складно получается врать, усмехнулась она самой себе. И продолжила, указывая на инфоблок: — Анька пишет, спрашивает, что случилось… А я даже не знаю, что ответить.

Артур положил руку ей на плечо, не заглядывая при этом в инфоблок.

— Напиши, что друзья не пострадали при нападении геар, что Изабелла ушла в другой мир, — посоветовал Артур. — Остальное объяснишь потом.

— Спасибо, — криво улыбнулась Карина и уткнулась взглядом в инфоблок.

«Теперь иди», — пробежала по экрану строчка. Карина сжала зубы, закусила губу. И сделала единственное, что могла сделать: посмотрела будущее друзей и Изабеллы. В скором времени они будут идти по какой-то прерии или пустыне… Она посмотрела дальше — долгая дорогая, тревоги, Изабелла без сил. Но смертельной опасности не увидела и от сердца немного отлегло. Игрок блефует, он не поймал Изабеллу и землян. На то он и игрок, чтобы применять разные приемы.

«Нет», — прочертила Карина на экране инфоблока. Спустя две секунды на экране пробежала строчка: «А если так? Посмотри!» Сердце снова отчаянно забилось, и, сжав подлокотник, Карина снова посмотрела в будущее друзей.

Они так же шли по прерии, но теперь вокруг них взрывались снаряды, один осколок угодил Духу в голову, другой снаряд разорвал на части Машу… «О Господи! Как это возможно! — подумала Карина, ощущая, что сердце бьется уже где-то в голове и угрожает разорвать ее на части. — Как он влияет на будущее?! Как меняет его!?»

«А если так?» — издевательски сообщил абонент. Карина опять бросила взгляд в будущее друзей. Теперь стало совсем нестерпимо. Они подходили к высокому зданию, и на них обрушивалась лавина мелких паукообразных геар, скручивала силовым полем и утаскивала в подземелье… А потом друзей, распятых у стены, пытали до смерти.

Карина почувствовала влагу на губах — видимо, закусила губу до крови.

— Да не беспокойся ты так! — рука Артура снова легла ей на плечо. — Вот ведь Анька твоя! Подливает масла в огонь?

— Да, она очень волнуется… Расспрашивает меня, — соврала Карина.

«Отпросись в туалет, и все будет как раньше», — абонент где-то на другом конце Вселенной, откуда он слал эти сообщения, уговаривал ее, словно маньяк, призывающий жертву не сопротивляться. Карина еще сильнее сжала подлокотник кресла.

Напряжение зашкаливало, билось в висках, разрывало ее на части. Хотелось закричать, чтобы пронзить эту невозможную, нереальную, слишком ужасную ситуацию. Впрочем, сколько уже было у нее этих ситуаций… И орать не поможет.

Почему именно она должна принимать решение за всех? За друзей, а может, и за весь мир?!

«Решай быстрее, — словно усмехнулся невидимый собеседник. — Дождешься его возвращения, и твои друзья точно умрут».

«Да нет же! — закричала Карина про себя. — Этого не может быть! Так не бывает! Не может он менять будущее так быстро». Так быстро, что за пару минут она увидела три варианта развития событий, каждый из которых был единственно возможным на тот момент. Как он это делает…

Впрочем… кто еще это может понять, как не она. Предсказательница Древних. Карина собралась. Кровь отлила от головы, сердце начало успокаиваться.

Она решит. Она возьмет себя в руки и решит. Она должна.

Решение… Он требует от нее решение — пойти или остаться. Вот в чем дело. Быстрое изменение будущего, хаос в нем — это возможно лишь в одном случае. Если кто-то очень важный для судеб Вселенной — ключевая фигура — быстро и искренне меняет решения. Если бы только она могла так же.

Быстрее, нужно думать быстрее. Времени на сомнения и панику нет.

Так, ключевые фигуры. И она одна из них. Карина выдохнула. Посмотреть отдаленное будущее для всей Вселенной. И понять, как то или иное ее решение повлияет на него. Потому что решить… просто решить она не может. Отказаться — значит обречь друзей на смерть. Согласиться — и, возможно, получив Карину в свои руки, этот игрок победит в войне, расшатает и уничтожит Вселенную. Это не мания величия, просто понимание процессов.

Такой прогноз требует очень много сил. Карина выдохнула еще раз и кинула взгляд в отдаленное будущее. Если она останется… Если она пойдет… Что ж, так и знала, усмехнулась Карина. И подняла взгляд на Рональда, неподвижно сидящего в кресле. Отрешенного, пытающегося в очередной раз сделать невозможное — найти пятерых, затерянных на другом конце Вселенной. «А может быть, я вижу его в последний раз», — пронеслось в голове.

Она не видела деталей. Будущее однозначно открыло ей лишь одну тайну. Если она останется тут… под крылышком у Брайтона с Артуром, дождется Рональда — не только погибнут ее друзья. Но и все остальное. Коралия — прекрасная планета с розовым небом, отражающимся в чистых озерах, Беншайзе с пронзительными ветрами на вершинах огромных гор и снующими инопланетянами всех мастей… Со временем колебания дойдут до Тайвани…

Карина встала. Забавно. Вряд ли она вернется из туалета. Уйти в туалет, как на войну. Смешно.

— Да что с тобой?! — спросил Артур, Брайтон тоже посмотрел на нее, хоть до этого глядел лишь на брата и напряженно думал. — На тебе лица нет!

— Я что-то неважно себя чувствую, — сказала Карина. — И… мне нужно в туалет… Очень!

Несколько мгновений оба Древних внимательно смотрели на нее, потом Артур приобнял ее за плечи.

— Пойдем, я провожу. Тебе нельзя оставаться одной..

— Ну в туалет-то ты со мной не пойдешь! — нервно рассмеялась Карина. Хоть именно об этом она и мечтала — чтобы Артур догадался и пошел с ней даже в дамскую комнату. А лучше — Брайтон.

— Нет, конечно, но я буду рядом.

— Нет, — неожиданно сказала Брайтон. — Рональд запретил Карине уходить.

Карина умоляющим взглядом посмотрела на него.

— Но… я не могу, Брайтон! Мне очень нужно… Ты же не хочешь, чтобы я …

— Нет, конечно, — Брайтон мягко улыбнулся. Секунду подумал, потом сказал. — Хорошо. Я понимаю, что ты переволновалась. Только провожу тебя я. Ар’Тур, ты останешься здесь, с Рон’Альдом.

— Хорошо, — кивнул Артур. — Так безопаснее для всех.

Видимо, Артур понимал, что сильнейшим Древним после Рональда был все же Брайтон, а не он сам. К тому же Брайтон — тоже в определенной степени телепат, у него больше шансов ощутить враждебное присутствие.

А она так надеялась, что ничего не получится. Так надеялась… Но спустя секунду Карина в сопровождении главы Союза вышла в коридор и перед ней открылась дверь туалета. Потом закрылась.

И она осталась одна.

Ничего не происходило. Никаких сообщений на инфоблоке больше не появлялось. В туалете царила та же спокойная тишина, что и должна быть. Можно было бы даже подумать, что ей все привиделось. Или что кто-то подшутил над ней. Если бы были только сообщения, а не картинки будущего…

Карина вздохнула. «Подожду немного и выйду обратно. Может быть, все обойдется…» Она облокотилась о край раковины и облегченно вздохнула, откинув волосы с лица. И тут по экрану инфоблока пробежала новая строчка: «Молодец».

Сердце снова гулко забилось, кровь отлила от лица, и Карине показалось, что она вот-вот потеряет сознание от внезапно вернувшегося напряжения. Просто устала уже его терпеть.

В этот момент воздух вдруг словно стал густым. Из ниоткуда — то есть из другого мира — вышел Рональд.

— Я ведь просил никуда не уходить! — с досадой сказал он и взял ее за руку. — Все готово. Пойдем, отдохнем, это было непросто!

Что-то не то, резкой волной нахлынуло чутье, прежде чем картинка будущего затмила все в ее разуме. И она провела большим пальцем свободной правой руки по безымянному, в надежде скинуть кольцо драконов. Словно зная, что так нужно, кольцо соскользнуло и неслышно упало на пол в тот момент, когда картинка перед глазами поменялась, и Карина оказалась в пышной траве другого мира.

* * *

— Да успокойся ты! — Карасев подошел к Изабелле с одной стороны, Маша — с другой. — Сонную артерию пощупать слабо? Тоже мне медик…

Андрей уверенно положил два пальца Изабелле на шею. Маша взяла ее руку, чтобы пощупать пульс… А Дух так и замер с опущенными руками, растерянный, коря себя на чем свет стоит. Пару мгновений назад, когда он увидел откинутую голову Изабеллы с пышной шапкой волнистых волос, прикрытыми глазами, бледную, неподвижную… он был уверен, что она умерла или умирает.

— Изабелла жива, — уверенно сообщил Карасев. — Успокойся… Лучше достань местную эту штуку, чтобы в себя приводить… Ну астин или как называется — то, что у них вместо нашатыря.

Маша встала за креслом и, ни слова не говоря, подставила свою грудь, чтобы поддержать голову Древней. «Хорошая, умная девка, — подумал про нее Дух, — не то, что я, идиот активный!» Замысел Карасева он понимал хорошо — занять его, Духа, делом, чтобы поменьше нервничал.

Игорь открыл аптечку на поясе, обязательную в космических путешествиях, унял дрожь в руках и достал прыскалку, распылявшую специальную жидкость перед носом пострадавшего. Брызнул пару раз перед лицом Изабеллы. Кажется, девушка глубоко вздохнула, веки дернулись. Но глаз она не открыла и в себя не пришла. Дух брызнул еще раз… Безрезультатно. Теперь и Андрей, и двое других землян смотрели на нее с испугом. Что это? Кома? Очень глубокий обморок? И это у Древней!

Дух не выдержал и еще раз заехал кулаком по пульту управления. Отвернулся. Если Изабелла пострадала… он никогда не простит себе этого. Да он жить без нее не сможет! Только и останется, что треснуть себе кувалдой по голове и вырубиться, как она!

— Так, спокойно, — Карасев второй раз измерил ей пульс. — Пульс слабый, но устойчивый. Ритм замедлен, но в пределах нормы. Думаю, она просто сильно перенапряглась, — Андрей явно старался говорить как можно спокойнее, но в его зеленых глазах, в том, как дергался уголок рта, Дух заметил острую тревогу. — Нужно просто дать ей время прийти в себя… Сейчас мы с тобой, Игорь, — он посмотрел на Духа, — вколем ей комплекс витаминов и поддерживающих веществ. Потом подумаем все вместе, как нам отсюда выбраться без Древней.

— Может быть, и никак… Только ждать, когда Изабелла придет в себя, — сказал Кирилл. — Мы ведь в другом мире, не известно, где. Может, вообще на другом конце Вселенной.

— Скорее всего, так и есть, — Духу удалось взять себя в руки, даже голос почти не дрожал. Он лишь сжимал руку Изабеллы и заставлял себя думать. — Хорошо, Андрей… Да не смотри ты так на меня! Я уже нормально! Мы с Машей вколем лекарства. У меня руки не дрожат! А ты сядь пилотом. Нам просто нужно перекантоваться здесь, пока Древняя не придет в себя. Переведем ее в медотсек, там на аппаратуре можно провести скрининг всех жизненных функций…

— Хорошо, — кивнул Андрей, пронзив его острым взглядом, и, видимо, убедился, что Духу можно доверить медицинские манипуляции.

— Маша, пригони кушетку из медотсека, нужно уложить Изабеллу… — начал Дух. Но подумал и осекся: — Хотя нет, подожди…

Он наклонился и подхватил бесчувственную Древнюю под колени и спину, поднял на руки. Надо же, Древняя, а весит немногим больше обычной девчонки ее комплекции, подумал он. И в сопровождении Маши пошел в медотсек.

— Ребята, — раздался вдруг голос Кирилла. — Посмотрите… По-моему, мы движемся к какой-то планете.

Дух, не отпуская Изабеллу, посмотрел во фронтальное окно. К ним действительно приближалась небольшая коричнево-зеленая планета. — И, Андрей, вот здесь датчик, он показывает что-то странное…

Андрей метнулся к пульту, взглянул на датчик.

— Веснериасцибельмодуль у нас… Блин, двигатель у нас заглох! — нервно сказал Анрей. — Вот и притягивает к первой попавшейся планете! Мать ее!

С Изабеллой на руках Дух подошел туда же. Андрей отчаянно пытался выровнять курс, включить резервную систему, но на лице читалась нарастающая тревога, почти паника.

— Резервный тоже не работает! — в сердцах сообщил Карасев.

— Пробуй еще, — сказал Кирилл. — Нужно найти выход!

— Маша, все же пригони кушетку сюда, — сказал Дух и удобнее перехватил девушку на руках. Если они сейчас разобьются, он, по крайней мере, будет рядом с ней. Маша кивнула и кинулась в коридор.

— Почему мы не выходим на орбиту? — спросил Кирилл. — По идее, мы не должны падать, должны стать спутником планеты…

— Остаточная инерция, — ответил Андрей. — По-видимому, после выхода сюда двигатели еще работали и начался запрограммированный разгон. А теперь… Теперь мы войдем в атмосферу планеты, и начнется неконтролируемое падение… Первый раз вижу, чтобы на этих кораблях что-то сломалось!.

— Ну вот, Изабеллу вырубило, — сказала Маша. Она вернулась, толкая перед собой кушетку на силовой подушке, и Дух аккуратно уложил на нее Изабеллу. Маша поправила подушку, чтобы голова Древней лежала прямо. — Видимо, эти прыжки так действуют…

— Только нам, землянам, нипочем, — грустно усмехнулся Дух. — Андрей, что можно сделать? — спросил он. — Мы должны выжить. Надо придумать.

Впрочем, Андрей и так сосредоточенно водил пальцами по пульту управления, и вся его фигура выдавала крайнее напряжение. В этот момент корабль тряхнуло — они вошли в атмосферу, и под ними открылась белая полоска облаков и разноцветный ландшафт.

— Попробую открыть аварийные закрылки, когда будем ближе к земле, — сказал Андрей. Датчик показывает, что их можно использовать.— Спустимся как на планере. Если получится…

Еще пару минут они неконтролируемо летели вниз. Все уставились во фронтальное окно, никто не садился. Встроенная защита блокировала перегрузки, и, если бы не данные датчиков, никто бы не догадался, что они неуправляемо летят к чужой планете, рискуя разбиться.

А Дух отчаянно держал за руку Древнюю. Если что… он был рядом до последнего. А ведь если бы она не пострадала, они просто ушли бы в другой мир.

— Сейчас, — сказал Андрей. Нажал что-то на пульте… и все ощутили, что падение стало более плавным. — Уфф… — Карасев вытер со лба выступившие капли пота. — Теперь сядем…

Ур-ра, — сдержанный, но радостный крик землян пронзил тишину рубки. А Дух крепче сжал руку девушки. Бросил взгляд на пульт и тоже выдохнул. Они живы. И вероятно, выживут. Где наша не пропадала! Только бы Изабелла очнулась… Большего он не просит.

— Между прочим, датчик показывает, что здесь есть вода, — сказал он. — И воздух пригоден для дыхания людей и гуманоидов.

— Осмотримся, значит, пока Изабелла… болеет, — сказал Карасев. — Кто знает, сколько нам придется пробыть здесь…

Спустя пять минут они мягко приземлились на ровной площадке между двух гор. В окне не видно было растительности или озер. Но земляне рассмотрели два холма и долину между ними. И Андрей мастерски направил корабль туда. Мягкий толчок — и все замерло.

— А ведь получилось, — с удивлением сказал Андрей. — Первая в моей жизни аварийная посадка.

— Молодец! — похвалил его Дух. Но добавил: — Скажи спасибо, что нас не к звезде притянуло…

— Вообще странное везение, — заметил Кирилл. — Планета, к тому же пригодная для жизни… И закрылки сработали.

— Наверное, это все потому, что с нами связано предсказание! — весело ответил Дух. Несмотря на тревогу, тот факт, что они только что избежали смерти и не пострадали, вызывал эйфорию. — Ну, я повез Изабеллу в медотсек. Посмотри, Андрей, может, разберешься, что там с двигателем…

Впрочем, Карасев и без напоминания начал что-то крутить на пульте. Потом залез под него и открыл отсек, в котором находилась часть техники.

— Я останусь с Андреем на подхвате, — сказал вечно спокойный Кирилл. Видимо, жизнь в бункере научила его сохранять присутствие духа. — Маша, помоги Игорю…

Маша кивнула и пошла за Духом, который толкал перед собой кушетку. В медотсеке Игорь поставил кушетку с бесчувственной Древней на место. Снова продолжительно посмотрел на нее и легонько провел рукой по ее щеке, не стесняясь Маши. Ему показалось, или в ответ на его прикосновение ресницы Древней дрогнули? Наверное, показалось. Изабелла тихо дышала, а лицо оставалось неподвижным, и таким же сосредоточенным, как в момент, когда она решила совершить этот прыжок. Дух отвернулся, на глаза просились слезы.

— Ты любишь ее? — мягко и тихо спросила Маша.

Дух растерянно обернулся к ней.

— Наверное… да, — сказал он. — С тех пор, как они с Артуром пришли нам помочь с адаптацией… Знаешь, она всегда была такая веселая, такая… яркая. И умная при этом.

— Ну почему же была! — улыбнулась Маша, положила руку Духу на плечо и подошла к девушке. — Говори, что делать. Сейчас узнаем, что с ней и будем лечить! Она обязательно очнется! Карина же очнулась, а ей, может, еще больше досталось…

— С Кариной был Рональд, — веско ответил Дух и протянул Маше датчики физиологического состояния. — А с Изабеллой только мы… Я возьму у нее кровь. А ты закрепи на запястьях датчики — это просто — оторвать защитный слой и налепить. На пару минут, этого достаточно. Коралийское чудо техники, блин…

Маша уверенно взялась за датчики и ловко прикрепила их. А Дух приоткрыл ворот универсала Изабеллы, приложил к сонной артерии анализатор и нажал на кнопку. Маленькая капелька крови тут же всосалась в прибор, и спустя пару мгновений в визуализационном тумане появились данные анализа. Дух вздохнул…

— Резкое падение всех показателей… для Древней. Для нас было бы нормой. Боюсь, витаминами не обойдемся…

А спустя пару минут, когда Маша убрала датчики, новый клубок визуализационного тумана продемонстрировал еще более неутешительный вывод: большая часть органов Древней работала в резервном режиме. Девушка словно впала в анабиоз. Обычный человек бы умер. А тело Древней перешло на какой-то странный, заторможенный режим функционирования. «Вероятно, это связано с резкой перегрузкой, подобной той, что происходит при длительном пребывании в подпространстве», — сообщил приятный женский голос, сопровождавшийся картинками органов и тканей тела. Тут же было несколько рекомендаций о том, что можно сделать. Большинство их предлагало срочно доставить пострадавшую в медицинский центр, где будет проведено лечение на специальном оборудовании.

— Мать твою! — с горечью сказал Дух. — Понимаешь, теперь вообще не ясно, когда она придет в себя…

— Обязательно придет, — Маша снова положила руку ему на плечо. — Ты медик, скажи, что делать. Ты сможешь ее откачать.

Дух собрался. Новая подруга права. Он должен сообразить, придумать что-то…

— Стимуляторы только сильнее истощат организм, — сказал он наконец вполне уверенно. — Введем витамины, Карасев прав. Много. Древним можно больше. И несколько комплексов, поддерживающих печень, легкие, сердце… Сейчас я подберу их.

— Хорошо, — улыбнулась Маша. — Давай, подбирай, а я ее за ручку подержу. По-моему, тебе спокойней, когда кто-то держит ее за руку…

— Это точно, — усмехнулся Дух и принялся заказывать препараты в медицинском шкафу. Некоторые он не знал — пришлось знакомиться с инструкцией и принимать решение, стоит ли использовать.

Ему казалось, что прошла вечность, что он копается уже сто лет… И с каждой секундой жизнь вытекает из Изабеллы. Постоянно оглядываясь на нее, он думал, может быть… сказать о своих чувствах, и она придет в себя. Но… это глупо. Тут нужно лечение, а не слова. Наконец комплекс препаратов был готов — Духу удалось подобрать их так, чтобы разделить всего на два укола — в одну и в другую руку. А Маша сказала, что прошло всего семь минут…

Дух попросил Машу подержать руки Изабеллы, аккуратно ввел препараты и наконец выдохнул. Надо же… Как это сложно, когда от тебя зависит жизнь самого дорогого существа… Даже если требуется всего лишь правильно подобрать лекарства.

— Ты молодец! — ободряюще сказала Маша.

— Спасибо, посмотрим, — невесело усмехнулся Дух, вглядываясь в лицо Изабеллы. Может быть, она сразу очнется? Но нет…Только дыхание стало глубже, а в лицо начали возвращаться краски.

И тут мощный толчок сотряс корабль. Дух пошатнулся, Маша тоже. Оба схватились за что попало, чтобы устоять. Но еще один толчок бросил их на пол. Дух уцепился за край кушетки, висевшей над полом, вскочил, не успев испугаться за себя, и рукой прижал Изабеллу к кушетке, чтобы ее не скинуло. Толчки следовали один за другим.

— Это что за хрень! — крикнул Дух Маше. И в этот момент, хватаясь за стену, в медотсек влетел Кирилл.

— Уходим, — крикнул он. — Датчики показывают — землетрясение! А мы не можем взлететь — оба двигателя… эээ… перегорели! Останемся здесь — уйдем под землю, вместе с кораблем…

И протянул руку Маше. Не долго думая, Дух наклонился к Изабелле, подхватил под спину, словно помогая сесть, и рывком забросил себе на шею. Так его когда-то учили носить на плечах пострадавших. И после одобрительного кивка Кирилла бросился за ним по коридору. С кушеткой было бы легче, но еще застрянет где-то в проходе. А времени нет. Совсем.

Корабль трясло, ребят кидало из стороны в сторону. Дух прикрывал рукой голову Изабеллы, чтобы не ударить о стены, и молился, чтобы удалось выбраться. Потом разберемся, как-нибудь разберемся. Лишь бы выбраться сейчас!

В дальнем конце они встретили Карасева — он отчаянно пытался открыть выход.

— Похоже, завалило! — крикнул он. — Попробуем аварийный!

Держась за стены, Карасев побежал в другой конец коридора, остальные за ним. Аварийный выход тоже не открывался, а, взглянув на Андреев инфоблок, копировавший данные из рубки, Дух заметил, что, согласно показаниям приборов, корабль наполовину под землей.

— Стойте! — сказал Дух, пытаясь отдышаться. — Кирилл, помоги… Возьми Изабеллу.

Отпускать девушку хоть на секунду Духу не хотелось. От этого становилось еще тревожнее, еще страшнее. Казалось, только он может достаточно бережно, с полной отдачей позаботиться о ней! Но другого выхода не было. Кирилл подходил лучше — здоровый мужик. Кирилл прислонился к стене, чтобы толчки не сбивали с ног, и принял девушку на руки.

— Придержи ее, — попросил Дух. Передав Изабеллу, он открыл ее поясную сумку. Вот оно… Силовой меч нашелся сразу.

Карина пару раз показывала ему, как обращаться с этим оружием. Игорь собрался, сейчас нужно быть ловким и суметь, несмотря постоянные толчки, сбивающие с ног. Держа невидимое лезвие над головой, чтобы не задеть никого из друзей, он подпрыгнул и резким ударом прорезал щель в четверть круга в потолке. Лезвие вошло в него, как в масло.

— Ну ты спецназ! — напряженно рассмеялся Карасев, чтобы разрядить обстановку. — Мы уходим все глубже, нужно поторопиться, давай я, я легче!

— Некогда! — ответил Дух и подпрыгнул снова… На третьем прыжке круг был замкнут. И толстый пласт металла упал в коридор, заставив Игоря и Карасева отскочить. Остальные, к счастью, были далеко. Из образовавшегося отверстия лился яркий солнечный свет.

— Андрей, давай подсажу, ты самый легкий! — крикнул Дух Карасеву. Примешь потом Машу.

— Нет, последним буду я, — девчонок нужно принимать вдвоем, — сказал Кирилл, аккуратно положил Изабеллу на пол и подставил плечи, чтобы Андрей встал на них. Андрей залез ему на плечи, и Кирилл, держась за стену, встал. Карасев взялся за край отверстия, подтянулся — несколько мгновений его ноги болтались внизу, потом исчезли.

— Быстрее! — отчаянно закричал он тут же, заглядывая в дыру. — Мы совсем уходим под землю!

Следующим был Дух — теперь Кириллу было сложнее подняться, Дух весил намного больше Карасева. Но вскоре Игорь, совершив отчаянный рывок, протаскивая себя в дыру, уже сидел на ее краю. Карасев был прав — лишь самый верх корабля еще возвышался над дрожащей долиной. Думать некогда, надо действовать…

Дух с Карасевым свесились вниз, насколько могли, приняли из рук Кирилла бесчувственную Изабеллу и втянули ее наверх. Потом была Маша… И наконец Карасев спустил Кириллу ремень своей поясной сумки. Тот уцепился за него. И трое землян, включая Машу, с трудом начали затаскивать его. Опасность придавала сил… У них получилось. А наверху Кирилл перехватился руками за край отверстия и подтянулся.

— Получилось! Я до последнего не верил, что выйдет! — честно сказал он и стер со лба пот.

— Быстро, уходим! — крикнул Дух, бросив взгляд вокруг. Кирилл помог ему снова закинуть Изабеллу на шею — сил было меньше, и девушка казалась тяжелее. И друг за другом — Кирилл придерживал Духа за локоть, чтобы тот не упал с грузом на плечах — земляне соскользнули с крыши корабля.

Земля под ногами ходила ходуном. Карасев махнул рукой на холм, который казался неподвижным, и они побежали к нему. Здесь действительно не трясло. Может, это и не землетрясение вовсе, подумалось Духу. Какие-то свойства породы в долине, вроде зыбучих песков. На вершине холма они остановились и, как по команде, взглянули вниз.

В этот момент светло-коричневая почва скрыла верхушку корабля. Дух выдохнул и показал Кириллу на спину — мол, помоги. Тот аккуратно снял Изабеллу и, придерживая, опустил на землю, Маша села рядом и приняла на колени ее голову. Дух устало распрямился и огляделся.

Во все стороны простиралась коричневая пустошь с редкими светло-зелеными кустами. Солнце жарило затылок. Пот заливал глаза…

— Ну мы и попали! — сказал он, когда дыхание немного выровнялось. — И главное — в другом мире! Даже имей мы корабль, нам не вернуться, пока Изабелла не придет в себя!

— Игорь, посмотри, — неуверенно сказала Маша. Дух обернулся к ней и увидел, как залитое солнечным светом лицо Изабеллы чуть шевельнулось. Веки дрогнули. Он кинулся к ней, принял ее из Машиных рук, приподнял за спину… В этот момент Древняя глубоко вздохнула и открыла глаза.

Несколько долгих секунд Дух смотрел в любимые зеленые глаза, не смея верить своему счастью.

— Игорь… — удивленно и тихо произнесла Древняя. Подняла руку и коснулась его щеки. Дух отчаянно перехватил ее кисть, прижал к губам.

— Я люблю тебя, — прошептал он и обнял ее.

Приди Изабелла в себя на несколько минут раньше, и, может быть, они не потеряли бы корабль. Ушли бы в другой мир. Но это было не важно. Главное, что она очнулась. Что можно снова смотреть ей в глаза, снова слышать ее смех, снова быть рядом с живой, самой лучшей на свете…

Изабелла слабо улыбнулась.

— Я тебя, наверное, тоже… — тихо ответила она. Еще несколько мгновений они неотрывно смотрели друг на друга. И Духу захотелось плакать — от счастья. Все не важно, когда они вместе. Когда они любят друг друга.

— Кхм… — прикрывая рот рукой, вдруг сказал Карасев. — Так, быстро целоваться. И давайте думать, что нам делать и как отсюда выбраться.

— Да стой ты! — возмущенно сказала Маша. — Дай людям в себя прийти. Не каждый день такое случается!

А Кирилл, отвернувшись, смотрел в бесконечную пустыню. Мужественное лицо казалось задумчивым, но спокойным. Только собранность, никакой тревоги. А потом вдруг развернулся, сделал два шага к Маше, уверенно притянул ее за талию и впился в ее губы быстрым, отчаянным поцелуем.

— Один я, как дурак… — тихо сказал Карасев. — Не с кем даже поцеловаться…

Дух и Изабелла улыбнулись, глядя на него. И Дух нежно и легко коснулся губами ее губ, задержался на пару мгновений, и повторил, встретив ответ… Это они могли себе позволить. Никакой катаклизм не должен быть помехой любви.

А Кирилл с Машей отчаянно, глубоко целовались, словно получили глоток воздуха и не могли надышаться, напиться друг другом.

На мгновение оторвавшись от упругих губ Изабеллы, краем глаза Дух заметил, что Андрей вздохнул и отвернулся. Недолго он смотрел на пустыню, потом сел, скрестив ноги. Будь они на Земле, Карасев закурил бы. Но в Союзе не было сигарет. Другу оставалось только ждать, когда две парочки насытятся внезапным обретением друг друга.

* * *

Некоторое время Асториан, проснувшись, не хотела открывать глаза. Слишком хорошо все было. Слишком глубоко. Раньше… Раньше она не знала таких ощущений, когда твои границы расплываются, тают, и ты становишься единым с другим живым существом. И в этом единстве бесконечное счастье, бесконечный покой, бесконечная радость и гармония. Лучше этого не может быть ничего.

И от этого она хотела отказаться?! Теперь собственная жизнь, поставленная на карту, совсем потеряла значение. Казалось бы, обретя счастье, жалко умирать. Но это произойдет не сейчас. К тому же все по-другому. Обретя такое счастье, умирать не страшно.

Не страшно никакое будущее, когда ты обрела его.

Асториан медленно приоткрыла глаза. Она в его объятиях. Так и заснула, кружимая немыслимым водоворотом, что затягивал и отпускал, затягивал снова и заставлял биться от наслаждения, от сладости, что становились почти невыносимыми. Как живое существо может вместить столько? Наверно, и не может. Это можно только вдвоем. Вдвоем — и каждый из этих двоих становится больше, глубже, сильнее.

Смуглые сильные руки крепко, но бережно держали ее. Так он держал ее все это время… Не отпускал даже в самые истошные моменты, когда казалось, пойти дальше по пути обретения друг друга уже невозможно. Когда собственные чувства и ощущения разрывали ее на части, он собирал ее обратно, дарил ей возрождение. И не отпускал.

Любимый. Истинный дракон. Ее любимый дракон.

Надо же… он спит. Не проснулся, когда она проснулась. И выполнил ее просьбу — принес ее обратно в грот.

Асториан мягко провела рукой по его спине, наслаждаясь горячей, упругой кожей. А мягкое покрывало скользнуло по ее телу, обнажая его.

— Ты самый лучший на свете, — склонившись к его уху, прошептала Асториан. Аргоах улыбнулся, не открывая глаз. Нашел рукой ее голову, мягко притянул к себе и поцеловал, вновь рождая удивительное чувство единения и счастья.

— Моя принцесса, — улыбнулся он краем губ, перевернулся на спину и открыл глаза.

Океан. Когда смотришь в его янтарные необычные глаза, то видишь океан. И сам попадаешь в него. Вместе они всегда в этом океане — качаются на волнах, уходят под воду, парят в бездне… Это их океан — на двоих.

Казалось, прошла вечность, пока Асториан бродила в янтарном море. А вынырнув из него, услышала:

— Что ты видела, Асториан? Какие необратимые последствия ты увидела, когда убежала от меня? И что поняла потом…? — Аргоах потянулся и сел, внимательно изучая ее лицо.

— Что ж… — улыбнулась Асториан. — Теперь я скажу тебе. Теперь ты меня не прогонишь… Смотри, — она родила перед внутренним взором то, что открылось в будущем. Собственную гибель, нужную для Вселенной. Тот вариант развития событий, что восстанавливал баланс в далеком будущем.

Молнией мелькнула боль в лице Аргоаха. Но Асториан знала: он такой же, как она. Легко жертвовать своей жизнью. Тяжелее — жизнью любимого существа. Но он сильнее ее… Он сможет принять это.

— Если бы я знал, — на мгновение отвернувшись, сказал Аргоах. Асториан ощутила густую волну, исходящую от его мощной фигуры. Столько в ней было разных чувств… Казалось, дракон готов проклясть все, ради чего жил свою бесконечную, огромную жизнь. Но не было одного — гнева на нее.

— Если бы ты знал, то сделал бы тот же выбор, что и я, — улыбнулась Асториан и погладила его грудь. — Важна система высшего порядка. Наблюдатели, я сама, да и ты… всего лишь подсистемы. Ты сделал бы тот же выбор — ради высшего, ради Вселенной, как бы далеко во времени ни отстояло это все.

— Да, возможно, — Аргоах обжег ее новым горячим взглядом, в котором плескалась боль — за прошлое и будущее. Боль потери, что еще не пришла, но разъедает душу своей неотвратимостью. — Но легко думать и говорить, что можно пожертвовать любой подсистемой. Пока этой жертвой не оказалось любимое существо.

— Зато я люблю тебя, и пока ничего не случилось, у нас вечность, — рассмеялась Асториан, села и прижалась обнаженной грудью к горячему смуглому торсу, обвивая руками его шею. — Возьми меня снова, Аргоах! У нас есть вечность — пока. И в ней мы можем принадлежать друг другу… Я твоя, понимаешь?!

Твердые руки бережно обняли ее, лаская, скользя по гладкой коже. Дыхание дракона приятно обожгло, заставляя снова хотеть единения, взаимопроникновения, того, что разрывает время, делает его незначимым. Превращает мгновения в вечность.

— Если я не придумаю, как предотвратить это, — прошептал Аргоах, мягко опрокидывая ее на покрывало, — то уйду следом… И обращу все это во благо.

— Не вздумай! — Асториан взяла в руки нависшее над ней любимое лицо. — Слышишь, не вздумай, Аргоах! Ты нужен Вселенной… Может быть, ты ее лучший Хранитель!

— Посмотрим… — сказал он на самой границе, прежде чем сотворить новый вихрь, в который они погрузились, не желая возвращения. Прежде чем срывать стоны с губ Асториан, обладать и дарить себя — в мирах и между ними. В телах — и без них.

Разрушать границы и созидать миры.

Спустя много часов, когда они вынырнули, Аргоах со смехом предложил отправиться пообедать.

— У меня нет цели заморить тебя голодом, — сказал он. — Сейчас ты не ощущаешь своего тела… почти. Но его тоже нужно кормить… — и вдруг стал серьезным. — Асториан, послушай, — он встал на ноги, протянул руку, чтобы помочь ей встать, и начал одевать, словно маленькую девочку. Ласково, но собранно и быстро.

— Что случилось? — удивилась Асториан, принимая заботу, но немного тревожась, увидев в лице любимого легкую озабоченность.

— Сюда идет Истинный дракон, я ощущаю колебания… А может быть, и не один… — ответил Аргоах, быстро одеваясь сам. — Думаю, тебе не стоит пока встречаться… с другими.

— Могут обидеть? — рассмеялась Асториан. — Ты ведь знаешь, я найду что ответить?

— Могут быть неприятными. Не забывай, что мы не любим уалеолеа, как и вы — нас… Не обязательно уходить в другой мир, но ты можешь подождать снаружи, пока я поговорю с ним. Можешь наблюдать, если хочешь…

— Конечно, если так удобнее, — улыбнулась Асториан. — Только не затягивай.

Вскоре Асториан быстрым шагом прошла по черному туннелю и присела на камешек возле входа. Интересно, что за новости принесет другой Истинный дракон. И что ему понадобилось от Аргоаха? Вроде бы они и встречаются редко…

Аргоах предложил понаблюдать, улыбнулась она самой себе. Отошла чуть ниже по склону, нашла небольшую лужицу чистой воды — в нее впадал бойкий, веселый ручеек. Провела рукой, заставляя воду застыть и показать ей, что творится в гроте. Вода вездесуща… Частицы влаги, которыми насыщен грот, принесут ей вести через своих собратьев. Так она сможет видеть и слышать все, что будет происходить внутри.