Путь по мирам был долгим. И молчаливым. Тот, кого она сначала приняла за Рональда, молчал, сжимал ее кисть горячей рукой и вел по лесам, полям, морскому берегу… Виртуозно менял миры — два шага здесь, маленький шажок — там. Так филигранно и четко, что на мгновение Карина засомневалась, вдруг это все же Рональд. Казалось немыслимым, что кто-то еще во Вселенной может так тонко ощущать миры и прокладывать по ним дорогу.

К тому же похититель был неотличим от ее антео. Та же внешность, тот же черный универсал, та же красивая посадка головы и упругая уверенная, но мягкая походка… Лишь что-то неощутимое, скорее на уровне души, чем тела, ощущалось другим.

В этом существе тоже была бездна — бескрайний космос, а может быть, океан. Но другой. Совсем другой… И даже не заглядывая ему в глаза, Карина чувствовала это. У каждого есть своя энергетика. Иногда подмена бывает очень тонкой… Но любящее сердце не может ошибиться и тут.

А как ей хотелось, чтобы это был Рональд! Хотелось хотя бы надеяться на это… Но даже надеяться она не могла. Душа видела другую душу. Подмену, подлог, когда вместо теплого и звездного космоса ей предложили пустую черную бездну. Не холодную — и от этого еще страшнее, еще бездоннее. Нейтральную, никакую. Без дна, потолка и края.

Да и будущее однозначно говорило — вскоре она окажется далеко от мира Коралии, от всего родного. Где-то там. В плену дракона. Именно это она увидела в тот момент, когда «Рональд» взял ее за руку и предложил пойти отдохнуть.

И становилось не просто страшно. Охватывал ужас. Ее кисть сжата железной рукой. Она может только идти с ним и делать вид, что еще не догадалась. Ведь неизвестно, что предпримет дракон, когда узнает, что она раскусила его игру. Что ему вообще нужно!

Единственное, что давало надежду — что она еще жива. Вряд ли дракон собирается просто убить ее. Это можно было сделать сразу. Не обязательно вести ее по мирам, приняв облик любимого. Но с другой стороны… Бывает участь похуже смерти. Например, вечная пытка… Вроде той, через которую когда-то прошел Рональд. Только вот есть ли в ней силы, чтобы пережить подобное? Вряд ли.

И еще страшнее было… не за себя. За всех, кто остался за спиной. В первую очередь — за антео. Потерять ее снова. Он выстоит, уже проходил через это. Но каково ему будет! Она знала, что он одобрил бы ее выбор… Пойти в неизвестность, точно зная, что лишь так предотвратит большую трагедию. Но… Какое одиночество ждет его опять, если не найдет ее, сколько боли и холода! Она должна выбраться, спастись…

Но она одна. Наедине с самым опасным существом во Вселенной. И помочь некому.

Холодный ужас заливал с головы до ног и становился таким сильным, что ее как будто выкидывало из тела. Она вновь смотрела на себя со стороны. И не давала себе в полной мере ощутить этот страх. Или само ее сознание, чтобы не сойти с ума, не позволяло этого. Лишь холодный пот выступал на лбу. И Карина думала, что руки тоже холодеют… А дракон чувствует это и может догадаться, что она его раскусила.

Наконец бесконечное петляние по мирам закончилось, и они оказались в просторной комнате с каменными стенами. «Замок», — подумала Карине. Красивая мебель на резных ножках, круглый столик… Все напоминало историческую часть Белого замка. Только воздух был холодным, незнакомым.

— Присаживайся, ты устала, — краем рта улыбнулся дракон, совсем как Рональд, отпустил руку и указал на кресло возле столика. Сам уселся напротив — непринужденно, красиво.

«А Рональд усадил бы меня себе на колени», — подумалось Карине. Не все повадки врага изучил дракон…

Карина вздернула сама себя. Надо как можно дольше не показывать, что она догадалась. В идеале — никогда. Пока он прикидывается Рональдом, убивать ее не будет.

— Где это мы? — как можно непринужденнее спросила она и села в кресло, попробовала откинуться… Но, видимо, жесты выдавали страх и нервозность. Поза была робкой, неуверенной…

Пришелец внимательно глядел на нее.

Страшно. Холодно. Оценивающий, проницательный взгляд. Из черной бездны… Мурашки по коже. Захотелось убежать отсюда — куда угодно. Можно даже в обморок или — в смерть… Потому что сейчас произойдет самое страшное, самое ужасное, показалось Карине.

— Умная девушка, быстро догадалась, — сбросив знакомую Карине улыбку, сказал пришелец. — Впрочем, у тебя были подсказки. Что ж…

Карина замерла. Вот и все. Ее игра закончилась, не успев начаться. Голова закружилась, и ей показалось, что сейчас она точно вырубится. Но новая волна адреналина ударила в сердце, и оно громко забилось, заставляя быть здесь и сейчас и терпеть эту невыносимо страшную ситуацию.

— Ты Истинный дракон? — стараясь звучать твердо, спросила Карина.

— Конечно, — усмехнулся собеседник. — Ты все поняла правильно. Кстати, первое — сними кольцо.

— Я уже сняла, — ответила Карина, подумав, что при разгромном счете это балл в ее пользу. Кольцо не достанется дракону и не сделает его могущественнее. — Там, в туалете.

«Только что он сейчас со мной сделает за это», — мелькнула мысль. И волна ужаса снова сжала сердце. Она видела, что ждать пощады или жалости от этой холодной бездны бесполезно.

Карина даже зажмурилась, ожидая, что сейчас произойдет нечто ужасное. Например, дракон просто вздернет ее на ноги железной рукой и задушит. Но ничего не произошло. Собеседник продолжал сверлить ее убийственно-черными глазами.

— Что ж… — сказал дракон. — Это говорит о том, что ты еще умнее. Но тем хуже для тебя. Я ожидал, что ты отдашь мне кольцо, и я из твоего разума смогу выяснить все о его планах и мыслях… Знаешь, ты сама могла бы даже не догадываться о них, но я хорошо изучил его. Глядя в твою память, я по деталям понял бы намного больше, чем ты. Ведь часть своих планов он наверняка скрывал от тебя — ради твоей безопасности.

Дракон говорил спокойно, рассудительно. Словно просто объяснял сложившуюся ситуацию. И не знай Карина, кто перед ней, она бы поддалась нейтральному спокойствию, что звучало в его голосе. Но она знала, кто он. И догадывалась, сколько ему лет… Наверное, ни одно живое существо не может прожить столько и остаться прежним. Сохранить сердце, способное чувствовать, душу, способную любить… Поэтому бездна, что смотрит на нее сейчас — такая нейтральная. А порой холодная, как космос вдали от звезд. Ведь космос — самое холодное место, если в нем нет огненных звезд, что рождают миллионы единиц энергии, сжигая сами себя. Прямо как люди…

А этот дракон уже давно не горел. В его космосе не осталось звезд. Карине не нужно было знать его историю, чтобы понять это. Потому что космос со звездами — теплый и горящий — она видела и знала. Делила с ним жизнь, планы, постель…

— Поэтому я рассчитывал прочитать тебя прежде, чем мы начнем… — продолжал дракон. — Но у тишины твоего разума оказалась другая природа. Что ж, Предсказательница, он поставил на тебя беспрецедентную защиту. На вашу беду. Даже если я попробую взломать ее, убью тебя, так ничего и не узнав, — усмехнулся он. А Карина победно улыбнулась про себя. Рассчитывал узнать через нее как можно больше, как от лица, «приближенного к императору». Но у него ничего не выйдет. Рональд хорошо застраховался.

— Здесь нечему радоваться, — небрежно сообщил дракон и задумчиво поднес руку ко рту, словно раздумывал и оценивал собеседницу. «Да, теперь он просто убьет меня как бесполезную!» — пронеслось в голове у Карины.

— Не сразу, — серьезно ответил дракон, а Карина изумленно уставилась на него. Догадался, что она подумала? Или все-таки читает ее мысли?

— Знаешь, я действительно живу очень давно, — сказал дракон с усмешкой в ответ на ее взгляд. — И хорошо изучил вас всех. Живых смертных. Вы удивительно однообразны. Диапазон того, что вы чувствуете или думаете в той или иной ситуации, — чрезвычайно ограничен. Причем, — он вдруг улыбнулся, словно был ученым, показывающим коллеге примечательный факт, — неважно, кто вы. Люди, гуманоиды или кто-то еще, сколько у вас рук и ног, сколько и каких голов… Ваши эмоции однообразны… — Он наклонился в сторону Карины, заставив ее инстинктивно вжаться в спинку кресла, и сказал: — Мне не нужно читать мысли, девочка, чтобы знать, о чем ты думаешь. Это и так написано у тебя на лице. А когда не написано — диапазон того, что ты можешь подумать, слишком узок, чтобы не догадаться. Вот беседа с ним, думаю, была бы интересней.

«Телепатия, эмпатия, просто понимание людей — все это по сути одно и то же, Карина», — всплыл в голове голос Рональда. Голос из прошлого и теплая приятная картинка тайванского ресторана в форме яйца, кружащегося над горами. И надежный высокий мужчина-Древний, которого она тогда… так приятно опасалась! Сейчас, увы, все было не так. Это был не он, и бояться действительно стоило! «Если очень хочешь и стараешься понимать людей, рано или поздно сможешь прочитать мысли. Да и нет необходимости их «читать», ты просто знаешь, о чем думает человек, ловишь образ. Потому что думают люди образами и чувствами, а не голыми мыслями. И для этого не нужно быть Древним. Требуется только время и большое желание…» — да, и Рональд когда-то сказал то же самое, подумалось Карине.

— Вижу, и он говорил тебе об этом, — почти доброжелательно улыбнулся дракон. — Однако перейдем к делу…

Мерзкие холодные мурашки пробежали по спине. Вот теперь все — к делу… Дракон с усмешкой изучал ее. Никуда не спрятаться от его заинтересованного и в то же время равнодушного взгляда. Она, как бабочка, приколота этим взглядом к спинке кресла…

А в разуме, мечущемся в поисках спасения, возникли картинки еще с Земли… Что делать, если вас захватили в заложники. Как вести себя, что говорить… Почему-то вспомнился плакат в вагоне поезда, где подписи к картинкам с заложниками и людьми с автоматами призывали не оказывать активного сопротивления, попробовать договориться, наладить контакт…

Хорошо. Глупо, наивно. Но что еще остается? Несмотря на страх, она должна попробовать узнать как можно больше об этом существе. И наладить с ним контакт, хоть какой-то… Пускай сейчас он поймет общее направление ее мыслей. Но не увидит наивный земной плакат из поезда у нее в голове, не увидит и не услышит конкретики… «Он ждет, что я спрошу «к какому делу» или что он собирается со мной делать. А я спрошу другое, — усмехнулась Карина про себя. — Что он будет со мной делать, я и так вскоре узнаю».

Никогда ей не переиграть дракона, чей возраст многие десятки тысяч лет. Но кто сказал, что нельзя попытаться?!

— Как тебя зовут? — спросила она, отвечая собеседнику острым, прямым взглядом. Глаза тут же пришлось отвести: смотреть в бездну было невозможно. Она словно резала тебя невидимым лезвием.

— Умная, — усмехнулся дракон. — Но это неважно. У меня было много имен… За эти тысячи лет.

— Но ведь когда-то было твое собственное, изначальное, — словно рассуждая, сказала Карина. — То, что дали при рождении…

— Кстати, Истинные драконы не давали своим детям имен при рождении, — словно вспоминая что-то очень давно забытое, медленно ответил дракон. — Лишь спустя несколько лет, когда становились ясны наклонности и характер новорожденного. Да, это было давно… Не важно, как и когда меня звали. Если хочешь, называй меня Агрионор — одно из самых благозвучных моих имен.

— Красивое, похоже на эльфийское… — доброжелательно ответила Карина. Неужели получается поддерживать беседу? Имени своего истинного не сказал, но все же…

И тут бездна словно дрогнула, исказилась. Как будто ему стало неприятно. «Ага, как же, не испытываешь ты чувств, — победно подумала Карина… — Испытываешь, как и все. Тебе может быть неприятно. И, похоже, ты не любишь эльфов».

— Скорее, человеческое, — ответил дракон из успокоившейся бездны.

— А сколько тебе лет? — словно невзначай спросила Карина.

И тут дракон рассмеялся. Даже расхохотался, глядя на нее.

— Что еще ты спросишь, чтобы оттянуть свою участь?! — усмехнулся он наконец. — Ты прекрасно понимаешь, что мне больше пятидесяти тысяч ваших коралийских лет. Да, я не молод… Думаю, конкретные цифры не важны. Так что еще ты спросишь? Мне интересно.

— Ну… — замялась Карина. И подумала, что с каждым нужно говорить на его языке, а все, что можно сказать четко про этого дракона — это что он хочет навредить Рональду, и что он игрок. — Ну еще я хотела предложить… Может быть, если мы перестали играть в то, что ты якобы Рональд, то ты примешь свой обычный вид? Мне интересно.

— Этот вид мне вполне привычен, — дракон в манере Рональда коснулся указательным пальцем уголка глаза. — Внешность, особенно, если она постоянна и неизменна, тоже накладывает отпечаток. Чтобы понять его, полезно было походить в его шкуре. Впрочем… я согласен удовлетворить твой интерес.

Дракон молча поднялся на ноги. И… рассыпался на множество черных частичек. «Мне бы удивиться…» — подумалось Карине. Но ничему магическому она уже давно не удивлялась…

Спустя пару мгновений на месте «Рональда» стоял другой мужчина. Тоже высокий, тоже статный. Тоже черноволосый и смуглый, с правильными строгими и весьма красивыми чертами лица. Но не Рональд. А на месте черной бездны в глазах плескался темно-янтарный океан, и, как щели в пустоту, зияли зрачки в форме песочных часов.

Страшный взгляд. Но, когда он принял свое истинное обличье, стало легче. Ушло тянущее ощущение подлога, чувство, что древнее зло говорит с ней из тела ее антео. Что ж… продолжим, если получится, подумала Карина. Сколько еще она продержится? Вряд ли долго. Вряд ли дракон позволит. Но она должна тянуть время. Ведь не исключено, что Рональд как-то уловит колебания, поймет, куда пошел по мирам дракон. Раз он может понять, куда привел Изабеллу «рывок силы».

— Спасибо, — насколько могла непринужденно сказала она. — А чтобы принимать другой облик, нужно проходить через первую, человеческую ипостась?

— Не обязательно, — небрежно ответил дракон. Теперь голос у него был режуще-холодный. Налет глубокого тепла, что вносил облик Рональда, исчез. Он снова уселся в кресло и положил ногу на ногу. Синее с серебром одеяние красиво облегало идеальную фигуру — мощную, но стройную. Красивый мужчина. Только нейтральное равнодушие с оттенком холода делало его резким и страшным, убивало все очарование

— Итак, ты, разумеется, хочешь знать, что тебя ждет… — дежурно улыбнулся он.

Карина опустила глаза. Конечно, хочет. Но после этих слов будет слишком близко к делу…

— Еще я хотела бы увидеть твою вторую ипостась, — ответила она. — Мне всегда нравились драконы!

Тот, кто назвал себя Агрионор, рассмеялась. Неприятно, режуще. Как исследователь при виде милой выходки подопытного животного, приготовленного на заклание.

— Любознательная, — сказал он. — В тебе есть ум и смелость. Признаюсь, разговор с тобой вполне интересен. Но… вряд ли дойдет до моей второй ипостаси. К делу.

— Хорошо, — вздохнула Карина и вжалась в спинку кресла. Она всего лишь букашка, которую это существо раздавит в любой момент. Остается пищать и надеяться, что ботинок монстра не сразу наступит на нее. — Что ты хочешь, почему преследуешь Рональда и ломаешь то, что ему дорого?

Дракон наклонился в ее сторону, заставляя Карину покрыться очередной волной холодных мурашек.

— Ты сама ответила на свой вопрос — я ломаю то, что ему дорого. Значит, хочу сделать плохо Рональду Эль. Так ведь? Он должен потерять то, что ему нужно. И тут не обойтись без тебя…

Острый луч понимания пронзил Карину. Все намного хуже, чем можно было подумать.

— Ты ненавидишь его? За что? Почему тогда ты не встретишься с ним? Ты ведь мог бы попробовать убить его… — про себя Карина поежилась. С самого начала она боялась, что Рональду придется драться с этим существом. Драться не играми и интригами, а в буквальном физическом, магическом или драконьем варианте…

— Слишком много вопросов. Но я не вижу смысла делать тайну, — дракон комфортнее откинулся в кресле и устремил на Карину внимательный холодный взгляд. — Почему бы нет? Рональд Эль убил мою истинную пару. Ты знаешь, наверное, что Истинные драконы любят один раз?

Карина растерянно кивнула. Она ожидала, что у дракона личный счет к Рональду. Но не думала, что такой!

— Такую потерю не прощают. Он уничтожил мое сердце. И спустя много тысяч лет я уничтожу его. Мне нет смысла встречаться с ним. Мне нужны его страдания, а не смерть.

— Но как это произошло? Как давно это было? Тысячу лет назад или полторы?! Может быть, он не хотел?! — сказала Карина, ощущая, что в голосе появляются чувства, что она больше не может сдержанно вести игру.

— Не своими руками, конечно, — усмехнулся дракон, и ледяная молния сверкнула в его взгляде. — Не важно, как именно. Это действительно было очень давно, много больше тысячи лет назад, даже двух тысяч. В те времена, когда мои собратья еще жили в этой Вселенной.

— Но Рональд тогда еще не родился! — отчаянно крикнула Карина. — О чем ты говоришь?!

— Были и другие жизни, — усмехнулся дракон краем рта, как Рональд. — Кому это знать, как не тебе, Предсказательница.

— Но… — Карина ощутила, что сейчас заплачет. Как достучаться до камня? Как пробиться к сердцу твердой скалы? Разве услышит он разумные доводы… — Ты можешь ошибаться! Вдруг это был не он! Откуда тебе знать! Кем он был?

— Не важно, — пренебрежительно махнул рукой дракон. — Это был он. Я остался в этой Вселенной, чтобы найти его. И заставить испытать ту же потерю. Почти пятьдесят тысяч лет я искал его среди родившихся. И нашел — сущность можно узнать, даже если она исказилась иным воплощением. Но, к сожалению, нашел, когда он уже потерял самое дорогое, свою «антеоли», — дракон пренебрежительно скривил губы. — Счет почти сравнялся. Знаешь… — продолжил он словно доверительно, еще сильнее наклоняясь в Каринину сторону. — Наверное, я еще долго ломал бы его проекты. Колол его мелкими иголками — мучая, но не убивая. Но он… он нашел и обрел тебя — в другом теле, но тебя. А ведь я сделал многое, чтобы этого не произошло…

— Что, например? — отчаянно сдерживая панику и слезы, спросила Карина. От такого мстителя не будет спасения. И да… она ферзь в этой игре. Не просто ключевая фигура как Предсказательница. Она орудие мести. Ее жизнь — разменная карта, чтобы отомстить. И не столь страшно за себя. Пожалуй, она привыкла умирать… Это не страшно. Страшно за Вселенную и за Рональда. Которые сейчас на кону, из-за того что когда-то этот дракон потерял свою пару.

— Уничтожил твою планету, — спокойно ответил дракон. И Карину передернуло. Судорога пробежала по телу, вызвав у Агрионора новую снисходительную усмешку. — Это была многоходовка. Я действовал не наверняка, но многое оправдалось. Хотел подставить его — это ты уже поняла. Ведь рано или поздно материалы из вашей аппаратуры должны были всплыть. И еще… знаешь, я чуял, что ты могла родиться на той планете. Что-то подсказывало мне: я на верном пути. Откуда мне было знать, что ты окажешься среди спасенных… Он переиграл меня в этом.

— Он ничего не сделал для этого! Это Божья воля! — возмутилась Карина, ее руки тряслись. Но сквозь страх и боль пробивался гнев. Хотелось броситься на это спокойное равнодушное существо… и убить голыми руками. Выцарапать глаза, разбить голову… За Землю, за Рональда. — Мы встретились случайно!

— Не уверен, думаю, его вела интуиция, — словно не замечая ее состояния, ответил дракон.

Карина выдохнула. Он все равно убьет ее. Это однозначно. А она не сможет причинить ему ни малейшего вреда. Нужно держаться… Нужно хотя бы узнать все перед смертью.

— Знаешь, — сказала она. — Я думаю, ты поступил неправильно. Месть тому, кто даже не помнит того своего воплощения, не принесет тебе победу. Лучше бы ты искал ее… Свою истинную пару. Ведь если мы встретились с Рональдом, то и вы можете.

— Я искал, — резко ответил дракон, янтарное море сверкнуло гневом. — Я остался, чтобы найти ее и отомстить ему. Но нашел только его…

— Но, может быть, нужно поискать еще…? Или ты не узнал ее, ведь теперь она в другом воплощении, не такая, как ты ее знал… — словно уговаривая, произнесла Карина.

— Я узнал бы ее сразу, — так же резко ответил дракон. — И не тебе судить меня, Предсказательница.

— Но ты все поставил на месть! А она затуманивает взгляд… — начала Карина.

— Стой, — дракон поднял руку останавливающим жестом. Почти таким же, как у Рональда. — Ты знаешь достаточно. Теперь к делу. Я не буду томить тебя ожиданием, мне нужно не это.

— Ты убьешь меня? — спросила Карина с надеждой. Игры закончились. Не исключено, что ей еще придется молить о пощаде. О простой смерти. Простая смерть лучше того, что, вероятно, приготовил дракон для них с Рональдом…

— Не просто. Хотя, разумеется, через некоторое время ты умрешь. А вот каким будет это время, зависит и от тебя, — почти доброжелательно ответил ей дракон. — И да… Карина, — он впервые назвал ее по имени. В холодном голосе вдруг снова появились доверительные нотки. — Ничего личного. Я не имею ничего против тебя лично. Ты мне даже нравишься. Все дело в нем.

— Ну так дерись с ним, как мужчина! — крикнула Карина. — Мсти, сражайся, дерись! Так ведь легче для всех! Или ты боишься, дракон?!

Дракон внимательно посмотрел на нее.

— Я не боюсь твоего мальчика, — улыбнулся он. — Успокойся, не заставляй меня применять к истеричке жесткие методы. Повторю: для него умереть — слишком просто. Но не волнуйся… Он умрет. Потом, когда вновь потеряет тебя — безвозвратно.

Карина выдохнула. Ей все равно, что он сделает с ней! Абсолютно все равно. Это существо заслуживает одного — презрения. Сильный, могущественный, умный дракон. И такое низкое существо… А ведь, наверное, раньше, до того как потерял свою пару, он не был таким, пронеслось в голове у Карины. Как хорошо, что Рональд устоял, не стал таким же, потеряв ее. Наверное, потому она и любит его, что в нем нет этой злости, мстительности, холода и равнодушия.

А дракон… Он просто не понимает … Не понимает, что проиграв, умерев, испытав все мучения, они выиграют. Ее жизнь не такая уж большая цена за благополучие Вселенной.

— О чем ты сейчас думаешь? — с интересом спросил дракон. — Я не до конца понимаю. Ну, кроме того, что презираешь меня…

— Не важно, — усмехнулась Карина.

— Ответь. Ты ведь понимаешь, что у тебя нет никакого оружия против меня. И от тебя зависит, сколько мучений тебе предстоит.

И тут Карина рассмеялась. Страх — паршивый, мерзкий страх перед этим существом — растаял. Наверное, так смеются смертники перед казнью. Когда уже нет надежды, но душа обретает новую опору. И смеется над своими убийцами. Ведь это они проиграли…

— Знаешь, дракон! — твердо сказала она. — У меня действительно нет никакого оружия — ты двумя пальцами можешь свернуть мне шею, мы оба это знаем. Кроме одного… Я вижу, что будет. И знаешь… ты проиграл. Ты еще сам не понимаешь этого, но ты проиграл. В тот момент, когда я решила пойти к тебе, путь развития ситуации был определен. И это неизменно, непреложно… Твои игры с принятием решений не помогут изменить это. Мне даже не нужно смотреть отдельно твое будущее, чтобы увидеть в нем крах… Потому что ты не понимаешь одного — побеждает любовь, самоотверженность, стремление к общему благу — правила игры все те же, с древних времен ничего не изменилось! А не месть.

Дракон неожиданно встал, и резкий холодный взгляд словно разрезал Карину надвое. Стало даже физически больно.

— Посмотрим, что ты скажешь потом, Предсказательница, — усмехнулся он. Но мгновение вспыхнувшего гнева быстро прошло. Он сел обратно.

Глупая, смешная девочка, — он покачал головой, словно издеваясь. И, наверное, так и было. — Мне давно безразличен ваш дурацкий баланс. Я качаю его лишь по одной причине — потому что это причиняет боль ему. Ему больно, когда гармония во Вселенной нарушена. В остальном мне все равно, что будет с вашими мирами и Вселенной. Моя победа в…

— Можешь не продолжать. Ты засчитаешь себе победу, если мы будем страдать и потеряем друг друга, — сказала Карина. — Я уже поняла. Так какие у тебя планы?

— Сейчас обговорим, — вполне доброжелательно улыбнулся дракон. — Думаю, общую линию ты поняла. Может быть, что-то я позволю выбрать тебе самой. Можешь считать это милосердием победителя… Или как хочешь. Я рассматривал много вариантов. Первый из них очень прост. Я мог бы увести тебя у него. Ты думаешь, что это невозможно, — дракон усмехнулся. — Но это возможно, и даже реально, если учесть мою природу. Но… в сущности мне это не нужно. К тому же он с легкостью примет это. Твоя измена — не то, что убьет Рональда Эль, он слишком заигрался в великодушие. Есть и другой вариант — долго мучить тебя, а потом убить, желательно у него на глазах. Не изящно, но эффективно. Долгое время он страдал бы от неизвестности, догадываясь о происходящем. К тому же ты умрешь мученицей и попадешь в высшие сферы, куда ему путь заказан.

— Не думаю, что заказан, — сквозь ледяную стену, что давила на нее от голоса дракона, сказала Карина. Резко, жестко. — Рональд не уничтожал планеты.

— Ты уверена? — то ли усмехнулся, то ли улыбнулся дракон. — Напомню, были и другие жизни. Для духа общий счет. Так вот, продолжим… Неплохой вариант, и, может быть, мы к нему еще вернемся. И наконец… Знаешь, он ведь любит лишь баланс во Вселенной и тебя. Желательно лишить его и того, и другого одновременно. Достичь обеих целей. Так или иначе, ты весьма ценный материал. Предсказательница. Это редкий Дар. Например, я лишен его. Ты могла бы перейти на мою сторону, работать со мной. А я раскачаю его обожаемый баланс еще сильнее… Разумеется, со временем ты все равно умрешь, чтобы он испытал дополнительную боль. Но долгие годы ты проживешь благополучно, занимаясь интересный делом, своим призванием — предсказывая будущее для меня. Вместе мы сможем научиться управлять им. У меня уже есть наработки в этой области, думаю, ты заметила, — он доброжелательно улыбнулся, но Карину обдало холодом. А сердце забилось еще громче. От этих рассуждений ее снова охватывала паника. Он что, совсем сумасшедший?! Как вообще может предлагать ей подобное?! Пожалуй, за десятки тысяч лет можно было хорошо изучить живых существ, чтобы понимать — она никогда не пойдет на это!

— А если у меня под рукой будет предсказательница, мои возможности расширятся. Он будет страдать и от того, что баланс все больше раскачивается. И от того, что будет подозревать твое участие в этом. Уверен, у него хватит разума разгадать это. Он начнет охоту не только на меня, но и на тебя. В идеальном варианте — найдет и убьет тебя своими руками. Не правда ли, очень красивый вариант?

— Весьма изощренный, — холодно ответила Карина. Чудовище. Перед ней чудовище. Нужно окончательно осознать это… Можно только драться до последнего за свою душу. И умереть достойно.

— Вижу, мои слова не находят в тебе отклика, — усмехнулся дракон. — Ты думаешь нечто подобное: лучше смерть, никогда… И тем не менее, мне этот вариант кажется самым выгодным. Ты будешь работать со мной, Карина. Все, что требуется — подавить твою волю. Кстати, это доставит ему дополнительную боль. Он знает, что ты больше всего боишься потерять свою волю, не иметь выбора. Даже сильнее, чем пыток, которых вы все боитесь… Удивительно, как живые существа чувствительны к боли…

— Ты тоже чувствителен к боли! — мстительно сказала Карина, смерив его презрительным взглядом. — Да, дракон, ты тоже ее чувствуешь! Именно боль превратила тебя в то, чем ты стал. Ты не выдержал боль потери и одиночества… И начал мстить. А Рональд — выдержал ее.

Дракон наигранно поморщился.

— Какие возвышенные рассуждения. Впрочем, скоро ты будешь говорить по-другому… Так вот. Поставив на тебя защиту, он осложнил задачу мне и подверг тебя большему риску. Имей я возможность проникнуть в твой разум, просто внушил бы тебе необходимое, подавил бы твою волю, так что ты думала бы, что сама принимаешь решения. Но Рональд Эль предпочел более сложный путь — и более мучительный для тебя. Как думаешь, могу я подавить твою волю, не проникая в твой разум?

— Можешь, — насколько могла спокойно ответила Карина. Ее снова выкидывало из тела, снова она как будто отсутствовала здесь и сейчас. Потому что напряжение и страх, диктуемые пресловутым, работающим против ее воли, инстинктом самосохранения — становились невыносимы. Она догадывалась, о чем говорит дракон.

— Да, ты права. Практически любого можно подавить пыткой, — улыбнулся ей дракон. — Но, повторю, я понимаю, что это не самое страшное для тебя. Да и не интересно, хоть у меня есть настоящие поэты этого дела — геар. Пока что мы пойдем другим путем…

— Каким? — спросила Карина.

— Вскоре узнаешь. Но, знаешь, что… Карина, — дракон усмехнулся и поднялся на ноги — высокий, непоколебимый, холодный. — Я обещал милосердие победителя. И я проявлю его… Подумай над моим предложением. Ты можешь работать на меня по своей воле. Это не избавит тебя от смерти в будущем, но предотвратит многие мучения. А для него это будет еще больнее… И, да… Ты понимаешь, что я увижу притворство. Ты можешь принять это решение только по-настоящему. Или не принять. Любую игру я замечу — думаю, ты уже поняла это.

— Мне не о чем думать, — ответила Карина. Сердце обрадовалось отсрочке. Инстинкт самосохранения ликовал. Но смысл оттягивать свою участь? Она просто не выдержит ожидания… А игру, притворство дракон действительно разгадает. Хоть именно притворство могло бы оттянуть время…

— И все же… — почти ласково улыбнулся ей дракон. — Подумай до вечера. Уверен, тебе понравятся мои игры — ты же любишь умных мужчин.

Он доброжелательно кивнул Карине и вышел из комнаты.

Уфф… Тело неожиданно расслабилось, растеклось в кресле. Отсрочка. И его больше нет рядом. Карина ощутила, как слезы расслабления текут по щекам. Словно пуля пролетела в миллиметре от нее, и она чудом выжила. Ненадолго… Скоро ее снова охватит напряжение и страх. Но сейчас она просто плакала, расслабленно, позволяя себе выпустить жесткий стержень, что мучил ее все это время.

«Господи, помоги мне…» — прошептала Карина. Никто, кроме Бога, ей не поможет. Ведь и Рональда привести сюда может только Бог. Тот, кто вне игр, тот, кто управляет всеми игроками.

* * *

Легкое раздражение не отпускало Аргоаха. Ему ни на секунду не хотелось отрываться от принцессы. Хотелось нежить ее, носить по мирам, показывать дорогие ему места, проекты и игры… Касаться ее светлой, трепетной, но решительной души. Хотелось ее — во всех смыслах. И сейчас, когда он только-только обрел свою принцессу, расстаться с ней хоть на мгновение казалось мучением.

Истинна пара… Его истинная пара. Та, что подходит ему, как ключ к замку. Та, с кем он сплетает не только тела, но и души. Как вообще он прожил в одиночестве столько тысяч лет? Как можно было жить, не зная ее? Теперь ему виделось, что прежде, до нее был только… холод. Холод и равнодушие. А еще одиночество. Сейчас, когда он узнал, как может быть по-другому, казалось, что вся его прежняя жизнь была воплощенным ледяным одиночеством, в котором он, с одной стороны, хранил, а с другой — играл, чтобы как-то развлечь себя. Все проекты потеряли смысл, стали лишь рябью на поверхности воды…

Смысл имело только то важное для Вселенной, о чем он думал, что хранил в сердце и собирался претворить в жизнь. Просто еще не придумал способ. И она. Она!

Аргоах усмехнулся. Можно было пройтись магией по гроту и очистить его от запахов и энергетических следов. Истинному дракону, что идет сюда, не обязательно знать о его личной жизни. Но зачем? Даже интересно, как отреагирует другой Истинный дракон на это.

Вскоре воздух стал густым, и посередине грота появились сразу два Истинных дракона. Он и она. Брат и сестра — Аргистар и Архиона. Редчайший случай — десять тысяч лет назад они родились как близнецы. Истинная драконица Ирстара произвела на свет сразу двоих Истинных драконов. Может быть, поэтому они были любимцами Правителя драконов Анбейра, что уже почти шестьдесят тысяч лет координировал действия Хранителей. Почти ни во что не вмешивался, но в экстренных случаях его решение было законом. Да и в особо важных случаях, когда требовалась работа нескольких Истинных драконов, он выступал руководителем. В любой момент он мог призвать кого-либо из собратьев, чтобы дать новый проект.

В человеческой ипостаси близнецы были высокими, как все Истинные драконы. Оба темноволосые, с гордыми чертами лица, нависающими бровями с изломом и твердой складкой губ. Да, похожи в чем-то и на Аргоаха. Все Истинные драконы немного похожи — статные, сильные, смуглые, темноволосые. Да и глаза почти у всех янтарные, со зрачками в форме песочных часов. Интересно, что эти особенности внешности передались и потомкам Истинных — Настоящим драконам.

— Приветствуем, Аргоах, — как младшие старшему, близнецы поклонились ему.

— Приветствую, — кивнул Аргоах.

На этом церемонии закончились. Архиона огляделась вокруг.

— У тебя здесь стало как-то уютнее, — томно сказала она и добавила чуть язвительно: — А еще пахнет физической близостью и гормонами счастья. Ты завел себе женщину, Аргоах? И даже привел в свою пещеру?

— Возможно, — нейтральным тоном ответил Аргоах. «Нет, видимо, нужно было убраться в пещере…» — подумал он, улыбнувшись про себя. Ему-то все равно, даже забавно. А вот Асториан, которая незаметно наблюдает, может быть неприятно.

— И что это за запах? Он мне знаком… — задумчиво сказал Аргистар. — Неужели уалеолеа?

— Аргоах?! — Архиона в наигранном изумлении подняла брови. — Ты связался с уалеолеа? Решил попробовать бессмертную на вкус? Кто она и где ты ее подцепил? Это эксперимент? Она вообще еще жива…?

— Думаю, вы пришли не для того, чтобы говорить о моей личной жизни, — улыбнулся Аргоах, подпустив в голос твердые нотки. Вообще-то Истинные Драконы уважали его, как одного из лучших Хранителей. А молодые побаивались, он считался загадочным и весьма жестким. Впрочем, молодых мало… «Нас всего сорок пять во всей Вселенной», — с какой-то едва осознаваемой тоской подумал Аргоах. Но и этого достаточно, чтобы… Впрочем, они пришли говорить именно об этом.

— Да, разумеется, — бросив взгляд на сестру, сказал Аргистар.

— Разумеется, не наше дело, — начала Архиона, перебив его. — Просто не хотелось бы, чтоб возникли разногласия с Наблюдателями, если ты случайно убьешь уалеолеа… Или если ты ее соблазнил против ее воли.

Но Аргоах ощущал ее ментальный фон — несмотря на завесу, что ставили Истинные на свой разум, прежде чем говорить с собратьями. Ведь далеко не всегда хочется открывать разум друг другу. Архионе было интересно, в чем дело. Ее просто распирало от любопытства… «Молодая, — подумалось Аргоаху, — сохранила живые чувства».

— Ни о чем подобном речь не идет, — спокойно ответил Аргоах. — Перейдем к делу. С какой целью вас прислал Анбейр?

— Он всего лишь просил передать, что мы рассмотрели твои соображения, оценили расчеты, — ответил Аргистар, — и считаем, что грядущее никак не связано с Хранителями. К тому же уходить из этой Вселенной Истинным драконам рано, — дракон с некоторой опаской посмотрел на Аргоаха, словно опасался его реакции на подобные новости.

Аргоах ощутил досаду. Впрочем… Он ведь и не ожидал, что Анбейр быстро оценит его соображения. Нужно несколько столетий думать об этом, чтобы прийти к тем выводам, к которым пришел он. Придется еще не раз воззвать к мудрости главного дракона. Или действовать на свое усмотрение.

— Я понял вас, — спокойно ответил Аргоах. — Передайте Анбейру мою благодарность за весьма быстрый ответ. И просьбу еще раз оценить мои расчеты.

Аргистар и Архиона с недоумением посмотрели на него. И кивнули.

— Благодарим за ответ, — улыбнулась Архиона. — У тебя есть, что еще передать Анбейру?

— Нет, — с усмешкой покачал головой Аргоах. — Вы, в любом случае, передадите ему свои наблюдения. И это ваше право.

— Что ж, тогда до встречи, Аргоах, — кивнул Аргистар.

— До встречи, — улыбнулась Архиона. И добавила, прежде чем исчезнуть: — Будь осторожен с уалеолеа. Наблюдатели не для нас…

Аргоах усмехнулся им вслед. Вероятно, они понятия не имеют о том, как любовь стирает различия, делает его принцессу родной и понятной для него.