- Ну что, Аура Анорьевна, - улыбнувшись «очеловеченному» имени «эльфийки», произнес генеральный секретарь. – Есть тут для тебя одно чрезвычайно важное дело… С нами хотят пообщаться из одного параллельного мира, где тоже существует СССР – хоть и сильно не такой, как у нас. Мир, скажу прямо, куда более суровый, чем у нас тут – в отличие от нас, у них там идет фактически непрерывная война на «переферии» с одновременной гонкой космических вооружений. Ну и в техническом плане они нас хорошо так опережают… И быть их врагами мне бы очень не хотелось. Но для начала хотелось бы узнать, чего они от нас хотят…

- Я поняла, - кивнула Аурмид. – Но чем я вам помогу? Я же в вашей жизни понимаю меньше ваших подростков…

- Ну это наживное, - усмехнулся генсек. – Техники нашей ты уже не боишься, а что не знаешь, как оно все работает – так, честно говоря, у нас тоже многие этого не понимают… А там ты нам нужна в другом качестве. Ты наш лучший физиономист, ты легко распознаешь даже те эмоции, которые люди пытаются скрыть, тебя невозможно обмануть. Мне тут министр недавно рассказывал, как ты в последней командировке одного жулика, бывшего директора завода, расколола…

- Что сделала? – буквально полезли на лоб глаза у «эльфийки».

- Разоблачила, - пояснил генсек.

- А… Это было несложно, - улыбнулась Аурмид. – Вы, люди, в большинстве своем не умеете врать… С нашими Высокородными сложнее бывает зачастую…

- Почему? – не понял генсек.

- Их учат тому же самому, чему учили и меня, - усмехнулась девушка. – А потому они знают, на что мы в первую очередь обращаем внимание… Твердокаменные лица большинства Высокородных – как раз один из способов скрыть свои эмоции друг от друга. Собственно говоря, я уже предупреждала ваших людей на счет всего этого…

- Ну тогда с людьми оттуда ты тоже должна справиться, - заметил Антон Викторович. – мы в этом деле на тебя надеемся.

- Спасибо за доверие… Я сделаю все, что смогу, - ответила «эльфийка».

- Тогда готовься, - ответил генсек. – Кстати, тут недавно твоих ушастых соплеменников повязали… Пробрались на контролируемую советскими войсками территорию в вашем мире.

- Кого? – удивилась Аурмид. – Откуда?

- Судя по допросам пленных, тебя искали…

- Вот даже как, - тихо произнесла «эльфийка». – Хотя этого и следовало ожидать. Наш народ упрямый…

- Вот министр госбезопасности и хочет привлечь тебя к работе с пленными. Время пока у тебя есть…

На том их разговор и закончился, а на следующий день Аурмид выехала на Кавказ, где в тюрьме сидели в карантине ее соплеменники, и думала о том, как изменилась ее жизнь после того, как она оказалась в этом мире. И ощущения были странными, двоякими… С одной стороны, ей нравилось это общество, нравились отношения людей как друг к другу, так и к ней. Нравилось даже то, что не очень-то укладывалось в привычные рамки… Вроде отсутствия деления на «высокородных» и «низкородных», что любой человек, будь на то ум и желание, мог стать и мудрецом, и воином, и даже большим начальником. Нравилось то, что над людьми не висело множество вытекающих из обычаев запретов и ограничений, смысла во многих из которых она откровенно не понимала. Точнее, считала их чем-то само собой разумеющимся, без чего просто невозможно жить – и вот, оказавшись здесь, она вдруг осознала их совершенную бессмысленность… Что можно спокойно жить и без этого – и это вовсе не приводило к деградации общества до того феодального ужаса, что творился у людей их мира или прозванных «чертиками» рогачей. Здесь просто куда больше верили в людей, чем это было у них.

Да что уж говорить! Тут в целом в обществе было куда больше доверия друг к другу! Не было той подозрительности по отношению друг к другу, существование которой она осознала только после «приезда» сюда, не было постоянного страха нарушить какие-нибудь обычаи предков и тем самым если и не стать отступником, то на долгое время оказаться в «нерукопожатном сословии», кого будут демонстративно игнорировать… Здесь люди просто жили и строили свое будущее, а не оглядывались на «величие прошлого», веками выискивая мудрость в древних книгах и свитках – причем, в большинстве своем в одних и тех же, из рекомендуемого к изучению списка…

Да что говорить – даже здешний правитель, «генеральный секретарь ЦК КПСС», и сего советники-министры ей были симпатичны. Несмотря на традиционное для ее народа пренебрежительное отношение к человеческим правителям и сановникам, эти люди смогли заслужить у нее уважение уже даже тем, что они честно работали, а не думали, что бы еще урвать себе любимому и как еще простой люд ограбить. И ей нравилось общаться с этими людьми… Она бы могла десяток раз обмануть их, наврать с три короба, и они бы не смогли это никак узнать и проверить, но не хотелось… Даже сама такая мысль казалась ей каким-то кощунством, все равно что ребенка обмануть – грех, который не имеет прощения ни на Земле, ни у предков.

А с другой стороны… Ее привыкшую жить в гармонии с природой натуру откровенно пугала технологическая мощь этой цивилизации. Загрязняющие все вокруг и уничтожающие природу заводы, электростанции и автомашины, распыляемые над полями яды. Превращающие реки в болота электростанции… Разнообразные вредные для природы химические вещества, могильники для промышленных отходов… И, наконец, то, что вызывало у нее настоящий, дикий и непередаваемый, ужас – химическое и, в особенности, ядерное оружие людей! То, что за раз способно уничтожить целый город, превратить в безжизненное пространство гектары леса, а при массовом применении даже вызвать долгую «ядерную зиму» - нечто наподобие того, что описано в древних хрониках про Последнюю Войну! И нечто наподобие того, что уже пережил этот мир чуть больше полувека назад… А ведь природа с тех пор так и не восстановилась – это она поняла буквально при первом же посещении леса! И восстановится ли когда-нибудь теперь, во всяком случае без «помощи извне»? И эта, чуть не приведшая полвека назад к самоуничтожению, технологическая мощь человечества ее подавляла. Становилось страшно…

И, тем не менее, чем дальше – тем больше ей хотелось навсегда остаться в этом мире… Ведь чем дальше – тем больше она чувствовала себя здесь как дома. У нее уже даже глаза успели адаптироваться к более яркому свету, чем в родных лесах, пребывание на солнце теперь уже не вызывало неудобств. Вот только что делать с постоянной необходимостью скрывать уши и вытекающими из этого неудобств со слухом?

До места добирались сначала на поезде, а затем на автомашине до какого-то небольшого городка неподалеку от портала, где она побывала в самом начале… Но если она жила в «карантинном доме» на базе непосредственно около портала, то теперь ее «соплеменники» сидели в тюрьме на окраине города. Здесь они и карантин просидели, и теперь вот дожидались своей участи. И здесь уже ждали ее…

- Здравствуйте, Аура Анорьевна, - когда они добрались до места, обратился к ней лейтенант госбезопасности. – Мне велено встретить вас и на место проводить…

- Здравствуйте, товарищ лейтенант, - улыбнулась «эльфийка». – Ну пошли…

В тюрьмах Аурмид бывать еще не доводилось – и место ей откровенно не нравилось, словно давило… Длинные коридоры, посты охраны, безликие ряды дверей – и вот, наконец, кабинет какого-то местного начальника. Очередной раз проверив документы и, заодно, попросив показать уши, тот пришел к выводу, что прислали ему именно ту, кого надо – после чего перешел к сути дела.

- У меня тут десяток пленных «ваших», но кроме одного никто общаться категорически не желает. Делают вид, что не понимают – хотя мы с ними и на языке «Белого царства», и на вашем, хоть и плохо его знаем, пробовали объясняться – и все бесполезно. Только с одним вашим удалось общий язык найти, а остальные только смотрят на нас как на дерьмо и молчат, суки!

- Ну это ожидаемо, - ответил Аурмид. – Узнаю наш народ. Вы для них враги – так что странно, что хоть кто-то захотел общаться…

- Я уже думал приказать им рожу начистить, - поморщился контрразведчик. – Хоть оно и запрещено с точки зрения социалистической законности, но мы ж практически на войне… Но министр запретил. Так, говорит, психологически их расколем. Так что сидят они по одиночкам, жратву им даем, а в остальном никакого общения. А потом вот вас обещал вас прислать.

- Хорошо, - ответила «эльфийка». – Пусть ведут их главную…

- Уже, - усмехнулся контрразведчик. – Уже пару часов как в допросной сидит. Пусть понервничает…

- Тогда иду, - ответила Аурмид.

Идти было, разумеется, недалеко – и все это время девушка думала над тем, кто же и что ждет ее там, впереди. И вот и дверь допросной, лейтенант госбезопасности говорит, что камера в комнате включена сразу как туда доставили эльфийку. И, мысленно поморщившись при слове «эльфийка» и набросив на лицо презрительно-безразличную маску («Пленный не должен осознавать свою ценность для вас, - мгновенно вспоминались слова одного из их наставников по военному делу. – Он должен быть абсолютно уверен, что вы и так все или почти все знаете и что вообще таких, как он, у вас полно. И если он сразу и немедленно не станет отвечать, то вы просто перейдете к следующему, а ему перережете горло или воткнете нож в печень и бросите помирать». Дальше там шло про «силовые методы допроса» и болевые точки различных разумных видов с их демонстрацией на манекенах, но сейчас это было ни к чему), Аурмид открыла дверь и зашла в допросную комнату. Вот только, несмотря на теоретическую подготовку, практики ведения допросов у нее по сути и не было, а уж увиденное и вовсе несколько выбило ее из колеи…

- Глиндменель? – с удивлением увидев одну из своих подруг и «однокурсниц» по Дому Мудрости, произнесла эльфийка. – Ты?

- Аурмид? – тоже опознала ее сидевшая за столом, а затем ее лицо буквально перекосило от ненависти, - Отступница! Тварь! Подстилка человеческая!

Забыв про наручники, которыми она была пристегнута к стулу, эльфийка попыталась вскочить с места, но буквально сразу ее лицо еще больше перекосило от боли в запястье и она буквально рухнула на стул. И тотчас же следом за этим ей прилетела увесистая пощечина от Аурмид.

- Я подстилка? – буквально озверела эльфийка. – Я?! Тварь! Твои слова – оскорбление Клана!

- Клана? – вдруг истерически захохотала Глиндменель. – Ты говоришь про Клан? Так нет твоего клана больше! Нет! Нету! И не будет никогда! Ты отступница, Аурмид! И весь твой клан – отступники!

И тут из Аурмид словно выпустили воздух, и она буквально упала на «следовательский» стул. Перед глазами вдруг встали картины того, как ее мать с отцом, ее теток с дядьками и даже маленьких братьев и сестренок ведут на эшафот, где императрица лично отрубает им головы своей саблей, а тела вывозят за город и сбрасывают в болото, и от увиденного девушке стало плохо… Хотелось кричать, плакать, и плевать, что подумают на этот счет окружающие и даже вот эта ухмыляющаяся сволочь, бывшая подружка, но сил не осталось даже на это

- Как нет? – жалобно произнесла Аурмид.

- А вот так! – огрызнулась Глиндменель. – Отлучили их и вычеркнули из Книги Кланов. Так что нету больше твоего клана. И не будет никогда…

- Лишили чести, значит… Тогда могу тебя огорчить, - приходя в себя, ответила Аурмид. – Вот…

С этими словами эльфийка достала из кармана формы и положила на стол серебряную брошь со стилизованным изображением звезды.

- Пока жив хоть один носящий брошь – клан не может быть уничтожен. Так гласит древний закон! – торжественно произнесла эльфийка.

- С тебя сорвут ее едва ты приедешь в Большой Лес, а затем отрубят голову, - ответила Глиндменель. – Или сначала убьют тебя, а затем сорвут и уничтожат брошь. Ты отступница! Ты предала наш народ!

- Я предала? – вновь начала закипать Аурминд, но на этот раз все же смогла сохранить спокойный вид. – Это чем же, скажи мне на милость?

- Ты отказалась выполнить приказ и убить вторгшихся в лес людей! Сбежала к своим людям!

- Вот как, значит, вам все представили, - задумчиво произнесла девушка. – Ну да я понимаю, что правду императрица не скажет… Не было такого приказа! Ни до похода, ни на нашей встрече. А вот императрица нарушила Закон! Она не имеет права врать членам кланов и скрывать правды, а она и ее клан делают это на протяжении многих веков!

- Ты все врешь! Врешь! – воскликнула Глиндменель.

- Я вру? – спросила Аурмид и вдруг рассмеялась. – Вспомни, чему тебя учили в Доме Мудрости, Глин! Вспомни и смотри! Ты сама должна понимать, когда тебе врут!

- Я тебе не верю, - упрямо мотала головой эльфийка. – Так не бывает! Императрица не может врать!

- Я тоже так думала… Пока сама не узнала, - ответила Аурмид. – Пока императрица не рассказала мне истинную историю Войны Кольца и не показала небесную птицу мордорцев! А потом приказала забыть и отправила в лечебницу выпить настойку №9! Вот только не знала она, что на меня ее сила не действует, а пить какую-то дрянь я не захочу!

- Настойку №9? – произнесла Глиндменель, и на лице ее вдруг появился ужас. – Но ведь это же…

- Что? – когда ее собеседница вдруг замолчала, тихо спросила ее Аурмид.

- Зелье забвенья, - тихо произнесла эльфийка. – Ты же знаешь, что в нашем клане лучшие лекари… Его дают смертельно больным чтобы уменьшить боль, но после первого же раза они больше не могут жить без него и вскоре лишаются рассудка…

- Наркотики, значит, - вдруг произнесла совершенно незнакомое жителям Большого Леса слово Аурмид. – Вот чем хотела меня попотчевать императрица…

- Аур, скажи мне, что ты врешь! Ну скажи!

На Глиндменель теперь стало страшно смотреть… Она вся осунулась и словно даже стала ниже ростом, и тут Аурмид вдруг стало жалко подругу – которая, к тому же, ни в чем и не виновата… По сути, она ведь лишь исполняла приказ императрицы – и при этом искренне считала ее отступницей и, может быть, даже и впрямь человеческой любовницей. Но ведь, по сути, она такая же молодая и неопытная девчонка, как она сама была! Ну откуда ей было знать, что императрица и ее предки все прошедшие тысячелетия нагло врали Кланам? Откуда ей было знать правду про ту историю, что приключилась с ней?

Встав с места, Аурмид вдруг подошла к Глиндменель, достала из кармана ключ от наручников и, отстегнув, швырнула их куда-то в угол комнаты, а затем пошла и уселась обратно.

- Не могу видеть эту дрянь у тебя на руках, - глядя на бывшую (или теперь уже и не бывшую?) подругу, произнесла эльфийка. – Ты ведь не виновата в том, что эта сволочь обманула всех…

- Ты так мне доверяешь? – ошарашенно глядя на Аурмид, вдруг произнесла Глиндменель. – Но почему? А вдруг сбегу? Или попробую тебя убить?

- Не получится, - помотала головой Аурмид. – Комната заперта снаружи – и там дежурит несколько человек с их оружием. Впрочем, оно и не понадобится. Ты ведь помнишь, что я была лучшей у нас на курсе?

- Спасибо, - тихо ответила эльфийка. – Но если все это правда… Почему ты не созвала Совет Кланов?

- А мне дали бы это сделать? – пожала плечами Аурмид. – Человек императрицы следил за мной до самой лечебницы – я бы просто не смогла ничего другого сделать. Созыв Совета Кланов дело небыстрое – и даже если бы я сказала все Старшим, то вряд ли дожила бы до Суда Кланов. Оставалось только бежать…

- Но ведь своим бегством ты подставила весь свой клан! – воскликнула Глиндменель. – Как теперь с этим жить будешь? Ты отлученная, тебя даже права на судебный поединок лишили! А они теперь где-то в лесах! Ты никак не сможешь восстановить честь клана!

- Есть один вариант, - нахмурившись, ответила Аурмид. – Суд Вечности… И мне не имеют права в нем отказать, иначе против императрицы восстанут все Кланы!

- Но ведь это же… - в этот раз на лице Глиндменель нарисовался настоящий ужас, она даже постаралась забиться куда подальше – хотя, казалось бы, куда денешься со стула. – Ты так уверена в своей правоте? Ведь судить вас будут даже не боги и не предки, а сама Вечность! И кто проиграет в поединке, род того лишится посмертия от самого его основателя до ныне живущих, а души их навеки исчезнут!

- Я знаю про Суд Вечности не меньше твоего, - ответила Аурмид. – Но мне нечего бояться… Правда за мной.

- Ты сумасшедшая, Аур, - вдруг улыбнулась Глиндменель. – Я поверить не могу в то, что ты на такое решилась!

- А теперь проси прощения за оскорбление Клана! – вдруг жестко произнесла Аурмид. – Или я должна буду убить тебя!

- Прости меня, Аур, - тихо произнесла Глиндменель. – Пожалуйста…

- Прощаю, - кивнула в ответ Аурмид. – Хотя, знаешь, обидно было…

А спустя пару минут под ошарашенные взгляды наблюдающих за ними контрразведчиков две уже вновь подруги сидели в обнимку на столе и болтали. Бросаясь то в смех, то в слезы Глиндменель рассказывала про то, как все были шокированы поступком Аурмид, про императорский суд и церемонию Отлучения ее клана. Про то, как снарядили погоню и про устроенной людьми побоище – и про то, как ей приказали с небольшим отрядом тайно пробраться в земли людей «новой расы», убить ее и принести голову отступницы в столицу… И никто даже не хотел слушать никаких возражений – хотя она сама и в битве не была никогда, но с ними императрица отправила нескольких опытных «ликвидаторов», которые и должны были все сделать. В то время как задача отряда Глиндменель состояла лишь в том, чтобы защищать их во время пути. Увы, всех «ликвидаторов» люди убили во время облавы… И какое наступило облегченье теперь, когда Глиндменель узнала про невиновность подруги! Ведь с Судом Вечности не шутят – за всю историю их народа он случался лишь один раз!

- Ты словно взрослее стала, Аур, - в один момент вдруг произнесла Глиндменель. – Я с тобой словно маленькой себя чувствую…

- Так бывает, Глин, - вздохнула Аурмид. – Мне и самой порой кажется, что я лет на десять старше стала… Тут и тот случай… Да и пока тут живу столько нового всего узнала! И в свете этого словно переоценивать стала многое… Понимать то, что до того загадкой было, что просто на веру принимала…

То вдруг они вспоминали прожитые годы и мечтали о том времени, когда свершится суд, все наконец-то станет на свои места, а они смогут жить как прежде. И больше никогда не будут ссориться и слепо верить всем услышанному, кто бы и что бы не сказал! И все будет хорошо, и даже лучше, чем оно было!

- И что это было? – когда Аурмид наконец-то вышла из допросной, буквально на пороге встречал ее разъяренный майор госбезопасности. – Что! Это! Мать! Твою! Было?! Ты нам что тут устроила?! Допрос?! Или встречу подруг?!

- Извините, товарищ майор, - поняв, что и впрямь все пошло совсем не так, как оно, по идее, должно было быть, произнесла эльфийка. – Такого больше не повторится…

- Да уж точно не повторится! – огрызнулся майор. – Ты отстранена нахрен! Больше чтобы тебя близко тут не было! Я и так уж министру звонил – спрашивал, что с тобой делать! Не отправить ли тебя в соседнюю с твоей подружкой камеру!

- Я больше так не буду, - как маленькая девочка оправдывалась эльфийка. – Нас же учили допросам… Сама не знаю, что на меня нашло…

- Твое счастье, девка, что министр сказал тебя не трогать, - огрызнулся майор госбезопасности. – Тем более, что нашей цели ты, вроде, достигла. Хотя запись вашего разговора еще будут тщательно изучать… Но с министром уж сама объясняться будешь. А сейчас марш на станцию – и чтобы духа твоего здесь не было!

Так и закончилась первая встреча Аурмид со своей пленной соплеменницей, оказавшейся, к большому удивлению, одной из ее лучших подруг – Глиндменель из клана Утреннего Солнца… Той, с кем в самые молодые годы она играла в снежки на улице, с кем вместе училась сначала в школе, а затем и в Доме Мудрости, с кем общалась буквально до последнего!

***Прода***

В Москву эльфийка возвращалась в отвратительном настроении, ожидая от министра еще большего разноса и обвинений в полной некомпетентности и дурости. И каково было удивление, когда его не последовало.

- Ну здравствуй, - когда Аурмид зашла в кабинет министра, обратился к ней хозяин кабинета. – Что там у тебя получилось…

- Я сделала все неправильно… - тихо произнесла и замолчала эльфийка.

- Да? – изобразил удивление министр. – А я вот вижу все иначе… Ты смогла в коротком разговоре склонить на свою сторону убежденного, идейного врага. Тот, кто искренне ненавидел нас, теперь готов по твоему приказу порвать как тузик грелку вашу «императрицу»… Что тут скажешь? Молодец!

- Но товарищ майор… - буквально полезли глаза на лоб у Аурмид.

- Лейтенант Васильев завтра отправляется на новое место службы – опером в райотдел милиции в параллельный мир. Раз уж он в курсе их существования, - ответил министр. – После его воплей о том, что «тут хрен знает что творится» и заявлениях о том, что он вообще не понимает, кто тут кого завербовал, в госбезопасности ему явно не дело. Впрочем, к тебе тоже вопрос есть – какого хрена ты вела себя как провинившаяся школьница?

- В смысле? – не поняла сравнения эльфийка.

- «Дяденьки, я больше так не буду!» - ответил министр. – Ты, блин, кто? Офицер госбезопасности или погулять вышла? Почему не сказала, что не являешься его подчиненной, и потому он не имеет права тебя отстранять? А если чем недоволен – пусть обращается с рапортом к твоему непосредственному начальнику генерал-майору Карякину!

- Но ведь старших надо слушаться… А он меня и по возрасту старше, и по званию, - удивилась Аурмид.

- У нашего народа есть такая поговорка – «вырос, да ума не вынес», – ответил министр. – Вот это как раз тот самый случай… Более того – он вообще не являлся твоим непосредственным начальником. Его задача была лишь в том, чтобы ознакомить тебя с положением дел – и все! А не лезть в работу сотрудников Главного управления! Вот, кстати, взгляни сюда, - показал Аурмид на экран ЭВМ министр.

И, к своему большому удивлению, эльфийка увидала на экране весь свой недавний «допрос» Глиндменель, от начала до конца. Как оказалось, она не успела еще добраться до станции, а эта запись уже была передана в министерство, а затем переведена на русский язык, тщательно проанализирована – и установлено, что ничего криминального Аурмид не сказала и не сделала, а потому наказывать-то ее и незачем. В отличие от проявившего непрофессионализм и некомпетентность майора госбезопасности, что и предопределило ее дальнейшую судьбу…

- Я только одного не понял, - после просмотра видео произнес министр. – Зачем тебе какой-то суд понадобился?

- Я должна защитить своих близких и восстановить честь Клана, - ответила Аурмид.

- Близких твоих мы можем тоже сюда, к нам, вытащить. А честь клана… Стоит ли ради этого рисковать жизнью? Разве тебе у нас тут плохо? Так все равно рано или поздно придем мы к твоей «императрице» в гости… Тогда и посчитаешься с ней.

- Не понимаете вы нас все же, - грустно вздохнула Аурмид. – Честь дороже жизни… Дети Леса никогда не примут навязанного им решения. Даже если вы силой заставите мой народ подчиниться, даже если Клан будет официально восстановлен, это не вернет чести ни мне, ни моей семье и близким. Нас так и будут вечно считать отступниками и предателями, мы будем изгоями. Нас будут ненавидеть и мстить при первой же возможности… Потому я просто обязана доказать свою правоту.

- И что, других нет вариантов? Не подставляя башку?

- Нет, - отрицательно помотала головой эльфийка. – Я не могу созвать Совет Кланов поскольку наш клан лишили чести… Да и нет никакой опасности. Правда за мной, а потому меня не могут убить…

- Ты это серьезно?! – на этот раз министр был буквально ошарашен.

- Конечно, - кивнула девушка. – Для Суда Вечности не имеют значения ни боевые навыки, ни хитрость или коварство… Победит тот, за кем правда.

- Девчонка… - ошарашенно произнес министр, такой наивной глупости он не слыхал никогда в жизни. – Да тебя убьют прежде, чем ты до этой гребаной императрицы доберешься! Сотню раз! Рассказать, как? Могу прямо сейчас! А всем скажут, что такой результат суда! И все! Не будет ни твоего клана, ни его чести, ни тебя, дуры!

- Но я должна! – упрямо мотнула головой Аурмид. – Да и до поединка я буду под защитой Совета Кланов, а там лишь сама Вечность рассудит нас!

В кабинете воцарилась тишина – каждый думал о своем… Аурмид думала о том, как она восстановит справедливость и покончить с властью лжецов и клятвопреступников. А министр госбезопасности СССР генерал-полковник Трофимов – о том, что ему делать с этой девчонкой… Да, этих «эльфов» порой и впрямь тяжело понять… Жуткая смесь недоверья ко всему новому и какой-то детской веры в свои традиции и обычаи, безрассудной смелости и решительности со страхом нарушить какой-нибудь дурацкий обычай и боязнью общественного мнения… Этого не понял и тот же майор Васильев – а потому на полном серьезе начал подозревать, что весь «допрос» стал всего лишь игрой. И уже начал сомневаться в том, не «засланный казачок» ли Аурмид? Или не завербовала ли ее только что та, другая «ушастая»? С чего это она и наручники с нее сняла, и вообще обниматься полезла?

В отличие от того дурака, министр госбезопасности и сам пообщался с «эльфийкой» достаточно для того, чтобы составить собственное мнение, и анализ специалистов-психологов читал, а потому научился понимать их достаточно неплохо. Ну вот и что прикажете теперь делать? Запретить? Пожалуй, оно было бы правильнее всего… Вот только после этого ни о каком взаимном доверии не будет идти и речи. Эльфийка с ее представлениями о чести этого не простит никогда… Затаит обиду, и однажды это еще аукнется. Отпустить? Куда? На убой? Чтобы ее прирезали, отравили, пристрелили и сказали, что таков результат Вечного Суда? Сказать, что таков был ее собственный выбор, никто не неволил? Нет уж, не такой он подонок чтобы просто отправить на смерть молодую (во всяком случае, по меркам «эльфов») девушку…

- Хорошо, - наконец-то принял решение министр. – Поедешь на свой суд. Но только после курса боевой подготовке с нашим оружием и под защитой наших солдат! И, кстати, не забывай, что у нас скоро переговоры с «иномирцами»!

***

Чего постоянно не хватало Андрею Андреевичу Демидову – так это решительности. Впрочем, когда искали замену «не оправдавшему доверие» олигархов Примакову – тогда другого человека бы просто не допустили до власти. Ошибочка вышла… Да, Демидов и впрямь не обладал достаточной для главы государства решительностью, мог долго колебаться, торговаться, искать какие-то компромиссы, а если и действовать, то не напрямую… Отчасти именно эта осторожность позволила ему и успешно пережить 90-е – не подставиться по-глупому и не перейти дорогу кому не следует, а потому прочно стала одной из черт его характера. Но когда он понимал, что все, край, дальше некуда, и все же принимал окончательное решение, то пер напролом и не считался ни с чем. И этого недооценили… Как и недооценили того, что он хотел быть Хозяином, а не пешкой в чужой игре. И постепенно он этого и добился – и развернутая после ввода миротворцев на Донбасс кампания по борьбе с бежавшими на Запад олигархами стала кульминацией борьбы со старыми «покровителями». Когда были сброшены маски, и Андрей Андреевич показал свои зубы… Впрочем, не будь даже всех этих украинских событий – случилось бы то же самое, пусть чуть позже и под другим предлогом. А тут он еще и рейтинг среди избирателей прилично так поднял! Так что все получилось как нельзя лучше… И теперь всю «верхушку» занимали люди, которые так или иначе были обязаны ему.

Проблема в том, что сейчас во многом оказались затронуты и их интересы… И с этим приходилось считаться. Вот только отступать было некуда – даже если завтра он согласится на все условия американцев и капитулирует, то лишится всего и, в лучшем случае, будет доживать свою жизнь в старой хрущобе, подрабатывая дворником в местной управляющей компании… То же самое, впрочем, будет и с большинством «его» олигархов, потому скинуть его они не заинтересованы. Но поскольку они не в курсе всего дела, то сейчас откровенно не понимают происходящего и требуют от него пойти на уступки западу ради снятия санкций и тем помогают его откровенным врагам. Тем более, ситуация в стране и впрямь становится все хуже и хуже… Хорошо, что хоть с китайцами смогли договориться… Иначе еще полгода – и все, экономический крах… Тут бы и СССР не помог. Многого у них попросту нет, а что есть – того не хватит на две страны. В отличие от Китая, нет у них ориентированной на экспорт экономики.

И тут еще и эти… Другой СССР – где, как уже знал Демидов, до сих пор продолжается Холодная война. Причем, не только на Земле – там она вышла и в космос… Когда начались переговоры – ему продемонстрировали фотографии и видеозаписи кое-чего из того, что есть в том мире. Чтобы проникся, так сказать. А ведь было чем… То, что у них оставалось в картинах фантастов да в виде некоторых давно позабытых нереализованных проектов или даже черновых эскизов, то было в том мире повседневной реальностью. Висящие на орбите громадины боевых платформ, спутники-перехватчики и лунные базы, лазерная и рельсотронная ПРО и ПКО…

- Вам нас нечем заинтересовать, - заявил Демидову представитель того СССР, - В плане развития технологий ваша Россия отстает даже от многих наших стран третьего мира…

- Ну вообще-то мы и в космос летаем, и современная боевая техника у нас есть, и машиностроение, химическая промышленность, - попытался возразить Демидов.

- Сколько боевых самолетов седьмого или хотя бы шестого поколения может произвести ваша страна за год? А гиперзвуковых бомбардировщиков? – спросил в ответ представитель СССР. – А сколько сотен танков с современным вооружением и оптико-электронным оборудованием вы можете сделать за год? Про космос я вообще молчу… Где ваши ракеты с ядерными двигателями? Где многоразовые воздушно-космические корабли? Ваши «Протоны» с «Союзами» у нас были списаны еще в конце 70-х!

- Мы можем поставлять вам обогащенный уран, металлы, химическое сырье…

- Можете, - согласился посланник СССР. – И Советский Союз был бы готов покупать их… Проблема лишь в одном – в вашем капитализме. Мы не можем строить долгосрочные планы на сотрудничество со страной с вашей системой. Мы не можем быть уверены в том, что завтра вы не решите нас обмануть, прекратить поставки или в одностороннем порядке изменить условия договора. Как и вообще не можем быть уверенными в том, что завтра вас не сменит убежденный антикоммунист или агент Запада! Поэтому все вопросы сотрудничества с ваши будут решаться лишь после достижения договоренности с тем СССР, с которым вы уже имеете дело…

Сами переговоры должны были состояться в Миассе через месяц, в ноябре этого года, когда стороны закончат все приготовления, особенно в плане обеспечения безопасности и секретности, на что делали особый упор в «космическом» СССР… «Капиталистам» они традиционно не доверяли, а по тому готовились к самым разным неожиданностям, что Демидову было откровенно неприятно… Но, если удастся все же с ними договориться, перспективы намечались интересные…

Но проблем меньше не становилось. Откуда ни возьмись вдруг вновь выползла «внесистемная оппозиция» с разнообразными антикоррупционными расследованиями и болтовней про нарушения прав человека. Причем, лозунги подводились под это самые разные – от либеральных и демократических до откровенно националистических (про «армию гастарбайтеров» или Кавказ) и даже социалистических. Дошло до того, что на некоторых оппозиционных сайтах открыто критиковали Демидова, называя его «главным бизнесменом России» и рисуя суммы со множеством нулей, которые якобы лежат у него на счетах. Придурки! Денег на счетах у Андрея Андреевича, конечно, хватало – но такими суммами там даже и не пахло! В отличие от «нефтяных олигархов», которые старались лишь побольше хапнуть и вывезти за границу, у него деньги не на счетах в швейцарских банках лежали, а были в обороте. И вывести их оттуда означало бы остановить работу целой кучи заводов и обрушить весьма приличный сектор экономики…

Конечно, ФСБ постоянно блокировал все новые и новые сайты «борцов с режимом», даже арестовали нескольких наиболее засветившихся оппозиционных деятелей и по-быстрому посадили их за коррупцию, клевету и даже подготовку госпереворота… Но определенное влияние они все же оказывало. А потом все понеслось вскачь… Сначала ФСБ раскопало, когда и как начнется переворот – и, как оказалось, помимо обычных «мирных протестующих» в нем были задействованы некоторые лица из руководства армии, милиции и министерств. Кроме того, планировалась ликвидация целого ряда сторонников Демидова и даже его ближайших родственников, включая и племянницу вместе со всей ее семьей, на которых была оформлена большая часть его бизнеса. Самого же его, в зависимости от обстановки, предполагалось либо арестовать и, по примеру Милошевича, отдать под Гаагский трибунал, либо попросту пристрелить «при попытке задержания». Хотя на этот счет, наверное, были и еще дополнительные варианты…

Что ж, планы и силы сторонников установлены достаточно точно – и перепроверены сразу несколькими независимыми друг от друга группами людей. Так что можно быть почти уверенным, что все это верно. А, значит, пора наносить превентивный удар.

Участвующих в заговоре военных и милицейских начальников взяли, как говорится, «тепленькими» специально отобранные особо доверенные люди из ФСБ и службы безопасности его «корпорации». После чего вкатили им обвинения в коррупции, многомиллионных хищениях и превышении служебных полномочий. Большинство заговорщиков-чиновников повязали на следующий день прямо на рабочем месте. Тут уже обвинения были поразнообразнее – вплоть до организации наркотрафика из Афганистана. Один из планировавшихся лидеров оппозиции попал в смертельное ДТП с бетономешалкой, второй в нетрезвом виде утонул в бассейне у себя на даче, еще парочка устроили пьяный дебош в ресторане и были задержаны…

Выступление оппозиции все же состоялось – но пошло совершенно не по плану. Сначала толпу бухих и укуренных «протестующих» встретили отряды ОМОНа и милиции, а затем к делу присоединились и части внутренних войск. «Протестующих» без всяких переговоров и предупреждений встретили водометами с пожарными машинами, «черемухой», резиновыми пулями и дубинками, и вскоре в «оппозиционных» СМИ появились кадры «жестокой расправы демидовской военщины над мирными протестующими», а по федеральным каналам непрерывно крутили кадры арестов жгущих покрышки и припаркованные автомобили «борцов за демократию» и для сравнения приводили кадры с киевского «майдана» 2015 года… Не обошлось тут и без «неизвестных снайперов», вооруженных провокаторов среди самих «протестующих» и метателей бутылок с зажигательной смесью, но, в отличие от Киева, здесь было чем им ответить… А на самих «митингах» отметились и представители американского посольства в Москве…

В Москве, Петербурге и еще нескольких крупных городах ввели военное положение и комендантский час, на подавление организованных штатовцами «протестов» направили армейские части – и за пару дней все было закончено. «Неизвестных снайперов» уничтожали огнем из РПГ или пушек БМП, захваченные-таки «протестующими» здания брали силами ОМОНа. Полторы сотни «демонстрантов» в Москве были убиты, почти тысяча получили ранения и травмы той или иной степени тяжести, число задержанных исчислялось несколькими тысячами… Прошедшие более или менее тихо митинги в других крупных городах после этого стихли словно сами собой. Были убиты или арестованы почти все лидеры «внесистемной оппозиции», из страны выслали несколько сотрудников американского посольства.

Но самым интересным стали личности убитых «неизвестных снайперов»… И хоть большинство из них опознать было невозможно, но и оставшихся хватило для того, чтобы идентифицировать их как сотрудников американских спецслужб. «Бывших», разумеется – уволившихся со службы за месяц-другой до последних событий…

А вот предотвратить все теракты так и не удалось… Даже тех, что все же смогли организовать, хватило на то, чтобы погибло почти два десятка и пострадало еще вдвое больше человек. И, что было самым паршивым, среди погибших оказалась и его сестра с братом, а его племянница лежала в коме в строго охраняемой больничной палате… Сам Демидов не пострадал, хотя вариантов по его устранению было сразу несколько, и на четвертый день выступил по телевиденью, объявив о предотвращении организованной Западом попытки государственного переворота в стране, арестах заговорщиков и предателей и предстоящем суде над всеми его участниками. Попутно объявив о том, что последние события окончательно показали отношение Запада к России, и теперь они должны окончательно развеять все иллюзии на предмет возможности какого-либо долгосрочного партнерства и сотрудничества.

- События этих дней показали, что Западу не нужна свободная и независимая Россия, - закончил свое выступление президент. – Мы нужны им исключительно в виде холопов и «страны-бензоколонки».

А сразу же после выступления Андрей Андреевич поехал к племяннице в больницу. Наташа, как он уже знал, лежала в реанимации, и за прошедшее время ничего не поменялось… И почему-то именно сейчас, увидев ее в больничной палате с подключенным медицинским оборудованием, Демидов вдруг впервые в жизни взглянул на нее как на человека, а всего лишь один из инструментов своей промышленной империи и вдруг почувствовал себя сволочью… Да, он потакал ее прихотям, давал всякие дорогие подарки, через своих людей не давал совершать откровенных глупостей – но все это было не из какой-то любви к племяннице, а лишь потому, что так надо было для бизнеса. Он никогда не интересовался ни ее жизнью, ни тем, чего она вообще хочет… Все было предопределено заранее – и в том, что она выросла избалованной балбеской, главная вина была именно его. «А тебя вообще когда-нибудь интересовали другие люди? Чем они живут, чего хотят? – вдруг ехидно усмехнулся внутренний голос. – Ты же всегда всех оценивал исключительно с точки зрения того, кто тебе нужен, а кто нет, и что с кого можно поиметь! Ты использовал людей как вещи и выкидывал, как только они становились тебе не нужны».

- Мы пока ничего гарантировать не можем, - ответил на вопрос Демидова главный врач больницы. – Мы делаем все, что можем, но состояние очень тяжелое…

- Понятно, - ответил президент. – Обо всех изменениях немедленно докладывать мне лично. Будет нужно чего – достану немедленно!

Развернувшись, президент в сопровождении охраны двинулся на выход из больницы, где его уже ожидал бронеавтомобиль, на котором он передвигался последние несколько дней… Добравшись до Кремля, президент первым делом принял у себя начальника ФСБ с докладом о проделанной работе. Обыски, аресты, допросы участников событий и свидетелей… Списки участвовавших в подготовке попытки переговоров иностранцев и «эмигрантов».

- Готовьте публичное слушанье по делу, - выслушав до конца доклад, произнес президент. – И постарайтесь накопать на большинство обвиняемых, помимо участия в попытке переворота, и других преступлений – желательно, максимально мерзких и нелицеприятных… Убийства, изнасилования, педофилия и так далее в том же стиле… Мы должны не просто ликвидировать так называемую «внесистемную оппозицию», но и по максимум вымазать в дерьме и их самих, и их идеи. Чтобы ни у кого не было к ним ни малейшего сочувствия. И подготовьте отмену моратория на смертную казнь. Пора показать этим уродам свою решимость идти до конца…

Когда же начальник ФСБ ушел Андрей Андреевич вновь начал вспоминать события прошедших дней… Попытка государственного переворота, теракты, выступления по телевизору. Американский призыв к введению торговой блокады России и ожидающееся на днях заседание Совбеза ООН, где американцы будут орать о «нарушениях прав человека» в РФР. И многое-многое другое… Твою мать! Будь они прокляты, все эти параллельные миры! Было ведь все просто, понятно, все просчитано и запланировано… И вот, на тебе. Понеслось… И уже ничего с этим не сделаешь! Остается думать, как выкрутиться из сложившейся крайне неприятной ситуации…

***

- А ты и в самом деле эльфийка? – с интересов разглядывая новую знакомую, кого ей велели ввести в курс дела относительно повседневной жизни в ее родном мире, спросила Кристина.

Да, уши у нее и впрямь были очень странными, но это было единственным, что отличало ее от человека. Если, конечно, не считать того, что девушка была удивительно красивый – стройная фигура, симпатичные черты леса, заплетенные в косу длинные волосы… Да ей и косметики-то никакой не требовалось! Одень получше, и хоть прямо завтра на показ мод! Или в постель какому-нибудь олигарху – если тот, конечно, не представитель модной на Западе «ориентации»…

- Ну можешь меня и так называть, - улыбнулась собеседница. – Хотя мы и не любим этого названия… Мы предпочитаем называть себя Детьми Леса, «лесными», квенди… А «эльфы»… Так нас называют люди нашего мира после Последней Войны.

- Что за войны? – заинтересовалась Кристина. – И почему последней?

- Так принято ее называть, - грустно усмехнулась Аурмид. – Хотя, конечно, войны на том не закончились… Но таких больших войн не было больше никогда. Воевали же тогда с Мордором, проклятой страной короля Саурона…

-Мордор? – на этот раз у Кристины буквально полезли глаза на лоб. – Это из «Властелина Колец»? И что, у вас и магия была?

- Отчасти, - поморщилась эльфийка. – Я читала вашего «Властелина Колец»… Но это лишь человеческая версия нашей легенды о «Войне Кольца». А на деле я изучала древние летописи – и там было все сильно не так… Все было куда сложнее, и куда проще… и гаже. А магия… Я пришла к выводу, что так потомки прозвали обычное ваше электричество. Много позже Последней Войны, когда никто уже не помнил, что это такое и откуда бралось…

- А расскажи мне про ваш народ? – попросила Кристина. – Знаешь, в нашем мире так много книжек, где про эльфов говорится… Но то – выдумка, фантазия! А ты – настоящая эльфийка! А мне интересно…

- Хорошо, - улыбнулась, глядя на этот детский восторг собеседницы, Аурмид. – Расскажу…

И она начала долгий рассказ про жизнь народа «восточных квенди»… Про исход из зараженных ядами и радиацией городов и лесов Запада, примерно с территории европейской части СССР и восточной Европы, где после Последней Войны жить стало очень неуютно… Про то, как возникла страна Большого Леса к востоку от Уральских гор – огромное царство затерянных в тайге поселков и небольших – в столице жило чуть больше двадцати тысяч квенди! – городков. Про их взаимоотношения с живущими по соседству, а порой (как в случае тех же Больших Кошек – и прямо в их владениях!) видами, про войны с людьми и «чертиками», про военное дело и ремесла народа Детей Леса… Про законы и обычаи предков, которыми они руководствовались в своей жизни. И про то, что следует за их нарушения. И Кристина слушала про это буквально раскрыв рот… В ее воображении вырисовывалась очень своеобразная и ни на что из земной истории не похожая страна, которая лишь отчасти походила на то, про что она читала в книжках фэнтези… Нет, у «настоящих» эльфов и впрямь не было никакой магии. И жили они отнюдь не охотой и собирательством – были у них и свое сельское хозяйство, и свое крестьяне, про что предпочитали не писать авторы фэнтези. Тех больше интересовали эльфийские принцессы и колдуньи, а не «ушастые» крестьянки. Или хотя бы уж знаменитые мастера и мудрецы… А все «сверхъестественные» способности типа лучшей реакции, ловкости, лучшей регенерации и почти абсолютной памяти всего лишь вытекали из биологии – впрочем, про это-то Кристина уже знала. И жили они отнюдь не в и даже не на деревьях, а во вполне обычных построенных из дерева же домах… И вообще многое было совсем не так!

- Скажи мне, Аур, - когда «эльфийка» начала рассказывать про семейные традиции своего народа, спросила у нее Кристина. – Можно мне, кстати, тебя так называть?

- Можешь, - улыбнулась Аурмид. – Меня так все друзья зовут…

Да, Кристина эльфийке понравилась сразу – людей-то она хорошо «чувствовала» и могла быстро определить, кто есть кто. И что от него ждать… Этому ее учили – ведь без таких знаний жить в обществе Кланов было бы очень непросто. А поскольку девушка ей вполне приглянулась, то почему бы и не разрешить такое дружеское обращение?

- Хорошо, - улыбнулась Кристина. – Я вот слушаю тебя и не понимаю… Почему у вас замуж только один раз выйти можно?

- Таков обычай, - ответила Аурмид. – Для нас это ведь очень серьезный вопрос. Мы не выходим замуж за кого попало… Такое решение принимается лишь когда мы все тщательно обдумаем и примем решение. Недаром даже перед тем, как объявить двоих квендэ мужем и женой, им дается от одного до трех лет на раздумья… И лишь потом совершается церемония.

- А почему так?

- Так все просто… Я не знаю, что для вас любовь, но для нас это – словно продолжение дружбы. Когда мы настолько сближаемся, что возникает чувство душевного единства, - улыбнулась эльфийка. – Словно становимся частью друг друга – одинаково мыслим, чувствуем то, что чувствует другой, не представляем себе жизнь друг без друга… Очень часто мы создаем семьи с теми, с кем дружили с самого детства или со школы. И даже если кто-то умирает от болезни или погибает, то второй уже никогда не сможет забыть его и быть счастливым с другим. В древности бывали случаи повторных браков, но счастья они никому не принесли, и предки их запретили, и это стало обычаем…

- И что, никто никому не изменяет, не уходит из семьи?

- А зачем? – удивилась Аурмид. – С другим не будешь счастлив. Мы оттого и не торопимся с выбором, что ищем того, с кем будем чувствовать себя как одно целое…

- Ну в том мире, откуда я родом, многие пары расходятся из-за… хм… - смутилась Кристина, - этого… секса…

- А вот это – чисто ваше, человеческое, - вдруг рассмеялась эльфийка. – Я читала в книгах про людей, что вы от этого можете получать удовольствие… Но мы другие. Мы на это неспособны, а потому ваш секс для нас – лишь долг перед предками. Обязанность продолжить род…

- Вот как? – буквально разинула рот от удивления Кристины. – А говорят, что вы такие же, как и мы… Оттого-то у вас и детей много не бывает?

- Не знаю, - пожала плечами Аурмид. – Может быть… За то у нас нет и быть ни может ни беспризорников, ни детских домов. Мы рожаем детей лишь тогда, когда считаем нужным – и у нас каждый ребенок любимый и желанный… А не как у людей… Особенно тех, что в нашем мире! У кого дети как рабы пашут! Правда, в легендах говорится о нескольких случаях измен, но тогда виновных казнили как клятвопреступников…

- В смысле? – не поняла Кристина.

- Мы даем клятву всегда быть вместе, - пояснила эльфийка. – Что всю жизнь будем как одно целое, и никакая сила не сможет нас разорвать и разделить…

- А что делать, если ты полюбила парня, а он любит другую? – вдруг спросила Кристина.

- Я не знаю, - задумчиво произнесла Аурмид. – Для нас это – вечное одиночество… Но вы, люди, другие… Я вас плохо знаю.

- Спасибо, утешила, - хмыкнула Кристина.

- Ты ведь про себя, да? – пристально посмотрев на собеседницу, спросила эльфийка.

- Да…

- Ну разве что могу посоветовать прислушаться к своим чувствам, - ответила Аурмид. – Действительно ли это любовь…

- Аур, а напиши книгу про ваш мир! – вдруг улыбнулась Кристина. – А я попрошу у начальства, чтобы ее у меня на родине опубликовали!

- Зачем тебе это? – удивилась эльфийка.

- Знаешь, у нас много сочиняют про жизнь эльфов, - ответила девушка. – Есть целый жанр литературы – фэнтези, где эльфы чуть ли не на каждом шагу… И везде вы разные. Где-то – чуть ли не эталона и пример для подражания во всем. Где-то – самовлюбленные снобы-человеконенавистники…

- Кто? – не поняла незнакомого слова Аурмид.

- Зазнайки, - поправилась Кристина. – Но и в тех книгах везде лишь про высшее общество эльфов говорится, везде магия… А ты расскажешь всю правду – как есть, без прикрас!

- И это окажется никому не интересно, - усмехнулась эльфийка. – Все разумные любят сказки – как те легенды про Властелина Колец, что каждый вид сочиняет в своей версии… Их читают, их слушают, их рассказывают друг другу. Представляют себя на месте их героев и мечтают о том, что «вот они бы»… И практически никому не интересны документы Книгохранилища и хроники той же Последней Войны. Я брала с полок свитки и книги, которые до меня не интересовали никого порой по несколько веков – читала их и понимала, что легенда о «Войне Кольца» настолько исказила события прошлого, что там вообще мало общего! Так неужели ты думаешь, что многим будут интересны будни затерянной в тайге Страны Большого Леса, где живет меньше людей, чем в каком-нибудь вашем областном центре? Или многим будет интересно, как мы ходим в дозоры на границу? Как куем железо и льем бронзу, как делаем наши самострелы и изучаем ту науку, что у вас называют физиогномикой?

- Думаю, будет, - не согласилась Кристина. – Вот даже сейчас ты мне столько всего удивительного про вашу жизнь рассказала… Хоть про ваше прошлое, хоть про ваши обычаи…

- Ну не знаю, - ответила Аурмид. – Ну да ладно… Теперь твоя очередь про ваш мир рассказывать…

И Кристина начала рассказывать про свой мир, а эльфийка тщательно запоминала всю информацию. Про совершенно непонятное ей «общество потребления», где «жили чтобы жрать»… Специально придумывали какую-то никому ненужную фигню и тщательно ее рекламировали чтобы заработать на этом… Про повсеместное применение ЭВМ в самом разном виде – от уже знакомых Аурмид настольных устройств до крошечных карманных. Про свалки мусора везде, где не попадя, что повергло эльфийку в настоящий шок.

- Но зачем? – буквально прошептала она, спросив об этом. – Я видела здесь и дымящие заводы, и электростанции, и могильники промышленных отходов. Но все понимают, что это плохо! Понимают и стараются сделать так, чтобы этого было как можно меньше! Очищают дым и воду, свозят отходы в одно место, а не раскидывают где не попадя, строят заводы там, где от них будет меньше вреда, высаживают леса… Но зачем у вас люди превращают Землю в мусорную свалку? Зачем они уничтожают природу?

- От лени и жадности, - устыдившись своих «соплеменников», вздохнула Кристина. – Лень везти мусор куда надо… Жалко денег на его захоронение или переработку… Вот и поступают как проще.

- Но ведь это же ужасно!

- Что есть – то есть, - пожала плечами. – Впрочем… Не случись в этом мире Долгой зимы – и все могло бы кончиться тем же самым.

- Но почему?

- По тем же причинам, - усмехнулась Кристина. – Лень и жадность… Просто здесь люди привыкли экономить, не разбрасываться ресурсами. Да и в целом Долгая зима приучила к более внимательному и осторожному отношению к природе… Осознают, чем это может аукнуться. Да и больше у нас там этих отходов, гораздо больше. Тут бумагу или картон от упаковок сожгут или в макулатуру сдадут, а у нас там – пластики… У нас там целая куча электроники и прочей вредной гадости кругом… Да и технику ту же бытовую не один раз на всю жизнь покупают, а регулярно меняют.Не служит она долго…

- Капитализм – общество самоубийц, - тихо прошептала Аурмид.

Рассказала Кристина и про обилие кругом тех самых упомянутых ей пластиков, про массовую автомобилизацию, про приникшую всюду электроники. Про обилие камер и прочих систем слежения буквально на каждом углу. Про то, по каким принципам в целом жило капиталистическое общество и про его мораль… И чем дальше она говорила – тем меньше и меньше Аурмид нравилось услышанное… Казалось, что ей рассказывают про каких-то никогда не вышедших из детства дурачков и построенное ими общество. Общество всеобщего недоверия, цинизма, подозрительности… Общества, где ложь и обман – обычное дело, встречается на каждом углу. Где, как казалось эльфийке, вообще не осталось ничего святого… Как так можно жить? Ну как? Однако буквально добили ее сказанные Кристиной уже напоследок слова:

- Кстати, будь осторожна, Аур, - произнесла девушка. – Сама уже знаешь, по человеческим меркам ты – редкостная красавица… а у нас там очень многие считают, что если девушка красива, то она непременно дура. А потому могут попытаться приставать…

- Челюсть сломаю, - коротко ответила эльфийка. – Если понадобится, то и нескольким сразу…