Пуля пробила лоб Келли насквозь, и из выходного отверстия в затылке на пол брызнули кровь и мозги.

Тоуд-младший вернул оружие охраннику и переключил свое внимание на Джессику.

- Я думаю, ты знаешь, что это значит, но на случай, если тебе нужно пояснить - теперь ты принадлежишь мне.

Джессика так и думала.

- Ладно.

Здоровяк достал из пепельницы сигару и снова раскурил ее с помощью зажигалки "Зиппо".

- К нам нечасто приходят такие девушки, как ты, - сказал он ей, выпустив облако дыма. - Если честно, то скорее всего, никогда. Я думаю, ты сказала правду о том, кто ты, но я бы хотел еще немного покопаться в твоем прошлом. Если мне понравится то, что я узнаю, возможно, я смогу предложить тебе роль в моей операции.

Джессика нахмурилась.

- Вы имеете в виду, что-то вроде работы?

Тоуд-младший, усмехнувшись, пожал плечами.

- Не надо так удивляться. Я не достиг бы своего положения, если бы не увидел уникальную возможность. Бизнес, которым я здесь руковожу, требует наличия в штате нескольких крутых людей, чтобы все шло гладко. Я думаю, ты идеально подходишь для этой работы. Что думаешь?

Джессика взглянула на мертвую женщину на полу, затем встретилась взглядом с боссом.

- Что я думаю, так это то, что это лучше, чем пуля в голову в любой день недели.

Тоуд-младший расхохотался, хлопнув себя по ляжке и прислонившись своей пышной задницей к краю стола.

- Ты забавная. Ты мне нравишься. Однако, как я уже сказал, сначала мне нужно кое-что проверить. Я уверен, ты понимаешь. А пока, что ты думаешь насчет еще одного боя?

Джессика подумала о женщинах в клетках на арене, о том, как жалко выглядели большинство из них. Даже те, кто выглядел здоровее, не представляли реальной угрозы.

Она пожала плечами.

- Почему нет?

Босс оттолкнулся от стола и хлопнул в ладоши.

- Вот это настрой! - oн взглянул на охранников. - Проводите леди обратно в "октагон". Скажите Филу... - oн сделал паузу, чтобы подмигнуть Джессике. - Он управляет боями. Скажите Филу, чтобы ждал указаний, - oн уставился в пол, и его лицо скривилось от отвращения. - И приведите сюда кого-нибудь, чтобы навести порядок.

* * *

В "Музыкальном автомате и Блевотине" царил хаос.

Парень, который к нему приставал, был мертв после нескольких взмахов клинка, но Бубба Рэй нанес ему еще несколько ударов ножом для пущей убедительности. Вся нервная энергия, которая накапливалась в нем весь день, пока Лоретта насмехалась, дразнила и унижала его, выплеснулась наружу в виде взрыва убийственной ярости. В обычной ситуации он не был склонен к публичным вспышкам необузданного насилия. Конечно, ему нравилось иногда хватать людей и тащить их к Джеду домой для длительных сеансов пыток и изнасилований, но это было насилие, совершаемое в контролируемой среде. Если только что-то не шло наперекосяк с самим похищением, что случалось редко, риск был в основном довольно низким.

В значительной степени противоположное тому, что происходило сейчас.

После того, как он в шоке отскочил в сторону в начале своей атаки на щупальщика, несколько смельчаков попытались вмешаться. Почувствовав, что к нему тянутся чьи-то руки, Бубба Рэй выдернул нож из тела мертвеца и несколько раз полоснул им по широкой дуге, взад и вперед. Раздались крики и вздохи боли, когда лезвие рассекло кожу и потекла кровь. Последовали новые попытки вмешаться, но к тому времени он уже был на ногах, нанося удары снова и снова, опасно покачиваясь на высоких каблуках.

Вокруг него было достаточно людей, чтобы вскоре удалось объединиться и одержать над ним верх, но даже те, кто хотел этого, были остановлены маниакальными действиями Лоретты. К тому времени она уже порезала несколько человек своим ножом. Бубба Рэй увидел множество тел на полу неподалеку от нее. Некоторые были ранены, но по крайней мере у одного из них было перерезано горло, принадлежащее лохматому мужчине в простой маске Зорро. Люди, оказавшиеся между этими двумя очагами дикого насилия, происходящими так близко друг от друга, были ошеломлены и не знали, на чем им следует сосредоточить свои оборонительные действия.

Лоретта была вихревым дервишем, кромсающим плоть, заряженным энергией, она кружилась и резала, ее гибкая рука с безрассудной самозабвенностью размахивала окровавленным лезвием. Из поднятой руки женщины, пытавшейся защититься, вылетели пальцы. На лицах нескольких несчастных, которые не успели вовремя убраться с дороги, появились глубокие порезы. Бубба Рэй заметил это, продолжая неуклюже двигаться и поворачиваться в отчаянной попытке отбиться от тех, кто все еще пытался подобраться достаточно близко, чтобы обезоружить его. То, что он видел, как Лоретта уничтожала любого, кто был достаточно глуп, чтобы приблизиться к ней, внушало ему благоговейный трепет. Он ненавидел то, что она с ним сделала, ненавидел то, что его время на земле подходило к концу, но в те моменты он чувствовал себя с ней единым целым.

Это была их ночь. Их время.

Проведем время на танцполе, - сказала она ему.

Да будет так.

Он повернулся и приставил нож к горлу мускулистого мужчины в костюме капитана Джека Воробья. Мужчина подкрался к нему сзади, приблизившись на расстояние удара, но замешкался на миллисекунду дольше, чем следовало. Бубба Рэй не смог удержаться от смеха, увидев удивление на его лице, когда большое лезвие охотничьего ножа вонзилось в его плоть. Когда Бубба Рэй снова вытащил лезвие, из раны хлынула кровь, заливая его маску и перед платья. Мужчина, пошатываясь, шагнул к нему, протянув руку в последнем усилии схватить нож, но это усилие лишь принесло ему еще одну рваную рану в теле.

К этому моменту крики на танцполе и в баре были громче, чем зажигательный ритм группы на сцене. После того, как на протяжении почти всей песни продолжались многочисленные нападения на посетителей, выступление группы с грохотом и лязгом прекратилось. Когда затихли последние ноты прерванной песни, стали слышны громкие голоса, в которых звучали властные нотки.

Бубба Рэй посмотрел в сторону бара и увидел мужчин, одетых в форму сотрудников службы безопасности, которые пытались пробиться сквозь толпу. Некоторые направлялись на танцпол, но большинство пыталось добраться до высокого мужчины с тыквоголовой головой, который, как все еще был уверен Бубба Рэй, был какой-то мутировавшей версией Клетуса. В перерывах между ударами ножом, чтобы удержать как можно больше потенциальных героев на расстоянии вытянутой руки, он выглянул в сторону бара и увидел, что его тыквоголовый кузен вытворяет поразительные вещи. Он бил людей своими длинными, похожими на когти руками, сдирая кожу с гортани и лиц, вспарывая животы, из которых вырывались груды дымящихся внутренностей. Клетус отрывал головы и отшвыривал их, подбрасывая высоко в воздух, как баскетбольные мячи. Однажды Бубба Рэй увидел, как Клетус поднял человека и разинул свой зазубренный рот так широко, что мог откусить ему макушку. Он подбирал мертвые тела и размахивал ими, как бейсбольными битами в форме человека, сбивая с ног десятки людей.

Паническое бегство к выходу было неизбежным.

Охранники, пытавшиеся добраться до Клетуса, были загнаны в угол огромным количеством людей, пытавшихся пройти мимо них. В отчаянии несколько сотрудников службы безопасности вытащили оружие и открыли огонь по Клетусу, но преобразившийся двоюродный брат Буббы Рэя, казалось, был невосприимчив к ним. Пули подействовали на него не больше, чем японские "Зеро", обстреливающие Годзиллу из пулемета.

Оставшимся на танцполе людям не потребовалось много времени, чтобы понять, что у них проблемы посерьезнее, чем пара маньяков с ножами. Почти все бросили свои дела и присоединились к попытке покинуть "Музыкальный автомат и Блевотину". Бубба Рэй стоял, отдуваясь, посреди танцпола и смотрел вслед удаляющимся посетителям. В тот момент он был уверен, что они с Лореттой были единственными, кто остался на месте.

Он продолжал так думать, пока Лоретта не посмотрела в его сторону и не закричала:

- Берегись!

Но было уже слишком поздно.

Одинокий бродяга, который прятался в темном углу танцпола во время нападения, подкрался достаточно близко, когда Бубба Рэй отвлекся, и выхватил нож у него из рук. Инстинкт заставил Буббу Рэя повернуться к маленькому человечку в костюме Бэтмена.

Бэтмен размером с пинту вонзил нож в живот Буббы Рэя в тот момент, когда тот повернулся, вонзив его по самую рукоятку. Бубба Рэй попытался схватить мужчину за руки, чтобы вытащить лезвие, но нападавший держал его там, вращая внутри него. От взрыва ослепляющей боли у него подогнулись колени. Какая-то часть его сознания изумилась тому, как плоть, которая была мертва уже несколько дней, может испытывать такую сильную боль. Это было напоминанием о том, насколько могущественной была магия Хэллоуина, которую каким-то образом использовала Лоретта.

К сожалению, как он уже знал, сейчас она была недостаточно мощной, чтобы спасти его.

Лоретта появилась в тот момент, когда Бубба Рэй опустился на колени, схватил маленького Бэтмена и повалил его на пол. Мужчина закричал так же пронзительно, как любая женщина, с которой Бубба Рэй когда-либо развлекался в пыточной Джеда, но вскоре его крики сменились влажным бульканьем, когда Лоретта перерезала ему яремную вену.

Бубба Рэй убрал руки от раны на животе и вздрогнул при виде своих покрытых кровью ладоней. Когда последние силы его второго тела начали покидать его, он рухнул на пол и перекатился на спину, уставившись затуманенными глазами на разноцветные гирлянды, перекрещивающиеся на потолке. Зрение вернулось к нему, когда лицо Лоретты нависло над его собственным. Ее дешевая хоккейная маска исчезла, когда она опустилась на колени рядом с ним.

Со слезами на глазах она осторожно сняла с него маску Леди-зомби и отбросила ее в сторону.

- О, Рэй-Рэй. Мне жаль, что твоя последняя вечеринка закончилась раньше, чем мы думали.

Он издал последний хныкающий смешок, когда она погладила его по лицу окровавленной успокаивающей рукой.

- Bсе в порядке. По крайней мере, я ушел в свет с шиком.

Его глаза затрепетали, а голос ослаб.

Последний хриплый вздох вырвался из его горла, когда его мысли стали серыми, затем черными.

Лоретта наклонилась, чтобы поцеловать его.

Затем она уронила нож и присоединилась к безумному порыву убежать из "Музыкального автомата и Блевотины".

* * *

Джессика простояла в одиночестве в центре бойцовской площадки не менее десяти минут, прежде чем увидела, как из двери, через которую ее провели после того, как вывели из кабинета Тоуда-младшего, вышли несколько мужчин. Трое мужчин, вышедших из нее, теперь состояли из двух охранников, окружавших крупного лысого мужчину в двухцветной рубашке для боулинга. Когда дверь за ними закрылась, они направились к сцене, где у задней стены располагались клетки с женщинами.

До этого события она пассивно ждала в клетке, изо всех сил стараясь не проявлять никаких эмоций и никак иначе не реагировать на выходки все более беспокойной толпы. Совершенно разрозненный набор слов, которые кричали ей пьяные хулиганы в этот период, был почти впечатляющим. Некоторые из них были признаниями в любви и восхищении. По крайней мере, одно предложение руки и сердца было сделано, хотя оставалось загадкой, как парень собирался это сделать, учитывая ее статус рабыни владельца. Это была не просто похвала в ее адрес. Так же там было много уродства. На нее обрушился нескончаемый поток женоненавистнических оскорблений. Несколько мужчин в толпе закричали во все горло о том, что они хотели бы увидеть, как ее затопчут до смерти. Она изо всех сил старалась не обращать внимания на их злобные слова, но постепенно это начало ее задевать, медленно, но верно, настолько, что она почувствовала облегчение, когда мужчина в рубашке для боулинга поднялся по ступенькам на сцену и приказал охранникам вытащить одну женщину из клетки.

Перспектива убить еще одного невинного человека не доставляла ей удовольствия, но она понимала, что эти женщины обречены, несмотря ни на что. Это был далеко не первый случай, когда ей приходилось убивать людей, которые этого не заслуживали, чтобы сохранить свою жизнь. Не было никакого способа обойти то, насколько дерьмово это было, но это не остановило бы ее от того, чтобы пройти через это. Еще одно пятно на и без того почерневшей душе, в любом случае, не имело бы большого значения в данный момент.

Когда женщину, которую они вытащили из второго ряда клеток, опустили на сцену, Джессика начала сгибаться и разгибаться, готовясь начать процесс жестокого уничтожения противника. Женщина на сцене поморщилась, когда она неуверенно потянулась своими худыми конечностями. С такого расстояния было невозможно в полной мере оценить ее потенциал как бойца, но, судя по тому, что Джессика уже могла понять, беспокоиться было не о чем.

Но затем произошла интересная вещь.

Открыли еще одну клетку, и на сцену вытащили вторую женщину. Издали она выглядела чуть менее истощенной, чем первая женщина, хотя и не отличалась крепким здоровьем. Затем открылся еще одну клетку в нижнем ряду стеллажей, и смуглокожая женщина, двигавшаяся с мускулистой скоростью леопарда, вырвалась оттуда, ускользая от многочисленных охранников, и помчалась к краю сцены. Вскоре ее загнали в угол и усмирили электрошокерами, но на секунду Джессике показалось, что ей удастся спрыгнуть со сцены. Что она собиралась делать дальше, Джессика не знала. Сцену окружало слишком много людей Тоуда-младшего. Женщину бы все равно свалили, несмотря ни на что, но это, несомненно, была героическая попытка.

Трех женщин увели со сцены в бойцовскую клетку, и две худышки дрожали от страха под шквалом свиста и насмешек со стороны бурлящей толпы. Темнокожая женщина, в которой Джессика увидела латиноамериканку, как только подошла поближе, не выказывала страха, когда шла впереди остальных, гордо подняв плечи и подбородок.