Даже близко не силен.

Так что он продолжал танцевать в своей нелепой манере, а Лоретта продолжала смеяться. Через некоторое время она перестала делать свои странные, беспорядочные движения и начала копировать его движения. Несколько других танцоров поблизости заметили это и начали делать то же самое. Кто-то окрестил его "танцем зомби", и вскоре он превратился в целое действо, по крайней мере половина танцующих исполняла его в той или иной версии. Даже группа включилась в это действо, исполнив песню, которую певец объявил "Зомби-буги".

Бубба Рэй не знал, чувствовать себя польщенным или смущенным. Ему казалось, что над ним смеются, но все, казалось, веселились от души. Только когда один из танцующих попытался обнять его сзади, он понял, что происходит. Он застрял на своем старом, укоренившемся восприятии самого себя, которое больше не имело отношения ни к кому, кроме него самого. За исключением Лоретты, все, кто тусовался в "Музыкальном автоматe и Блевотинe", когда смотрели на него, видели привлекательную женщину в откровенной одежде. Над ним не смеялись, по крайней мере, не в злом смысле. Они присоединились к ним, потому что считали его крутым и волнующим человеком, с которым они хотели бы быть рядом.

Это было чертовски странно.

И сбивало с толку, потому что Бубба Рэй никогда не имел ни малейшего представления о том, каково это - быть в центре такого внимания. На несколько мимолетных секунд он почувствовал, что почти наслаждается этим.

Затем парень потерся о него.

Инстинктивно рука Буббы Рэя потянулась к сумочке. Парень продолжил тереться, когда его пальцы сомкнулись на рукояти ножа. Он начал доставать его из сумочки, когда случайно повернул голову и увидел человека, который, как ему показалось, мог быть Клетусом Митчеллом. А может, и нет. Он не был уверен, потому что этот человек был выше его странного кузена как минимум на фут. Телосложение, несомненно, было похожим, и на голове у него была та же гниющая тыква, только теперь она выглядела немного по-другому. Более мясистая. Или более гнилой на вид. Трудно было сказать наверняка, потому что человек, который, возможно, был его двоюродным братом, а, возможно, и не был, находился в главном зале бара и стоял неподвижно, пока вокруг него сгущалась толпа. Тыквоголовый медленно поворачивался, словно изучая море пьяных людей. Какая-то часть души Буббы Рэя все еще твердила ему, что ему нужно что-то сделать с этим чуваком, который трется своей эрекцией о его задницу, но парень с тыквой завладел большей частью его внимания.

Он был такого роста, что возвышался над всеми присутствующими. В нем было что-то жуткое и сверхъестественное. Чем дольше Бубба Рэй вглядывался, тем больше убеждался, что одежда, в которую был одет парень с тыквой, была той же самой, в которой он в последний раз видел Клетуса, только теперь она выглядела растянутой и разошедшейся по швам. Разорванная одежда делала его похожим на хеллоуинскую версию Невероятного Халка.

Может быть, это было сделано специально?

Это могло быть частью его костюма.

И, возможно, он ходил на ходулях, чтобы казаться очень высоким. Ладно, это было нелепо, и Бубба Рэй это знал, но как еще объяснить то, что он видел, когда был на 99.9% уверен, что это его двоюродный брат?

Словно почувствовав эту мысль, тыквенная голова повернулась в сторону Буббы Рэя, оранжевые глаза уставились на него, словно с помощью какого-то сверхъестественного радара. Мгновение спустя зазубренные, окровавленные тыквенные зубы обнажились в широкой улыбке.

Бубба Рэй вздрогнул.

Это Клетус. Я не знаю как, но это так.

Тыквенное лицо отвернулось от него... и продолжило поворачиваться, совершая полный оборот на 360 градусов, а зубчатая ухмылка продолжала становиться все шире.

В любую другую ночь, столкнувшись с подобным зрелищем, Бубба Рэй поставил бы своей первоочередной задачей убраться как можно дальше от него. Помимо первоначального шока от узнавания, больше всего он ощущал странное, более глубокое чувство родства со своим кузеном, которое было глубже, чем их общая родословная. Как и Клетус, он изменился, стал чем-то новым. Он чувствовал в Клетусе смертоносные намерения, но это тоже было нормально. Со своей стороны, он уже был обречен. Он уйдет с восходом солнца. Лоретта сказала это, и он поверил ей. Что же касается остальных этих людей, то, по его мнению, ему было абсолютно наплевать на всех них.

Больше нет.

Парень, стоявший позади него, теперь держал руки на груди Буббы Рэя. Он говорил непристойности, говорил ему все, что хотел с ним сделать.

Лицо Буббы Рэя окаменело, а внутри все похолодело.

Хватит.

Он высвободился из объятий мужчины, достал из сумочки нож и, развернувшись на каблуках, нанес им удар в сторону. Из-за колебания, которое произошло, когда он это сделал, траектория удара его руки немного отклонилась от цели. Вместо того чтобы перерезать мужчине горло, острый край лезвия полоснул его по лицу. Из пореза на щеке хлынула кровь, когда мужчина в шоке отпрянул. Он отшатнулся, поскользнулся и упал на пол.

Бубба Рэй набросился на него прежде, чем тот успел подняться.

Позади него Лоретта радостно завопила, радуясь кровопролитию.

- Черт возьми, да!

Когда неподалеку от нее раздались крики, Буббе Рэю не нужно было оборачиваться, чтобы понять, что она пролила свою собственную кровь. Он поднял клинок и опустил его, вонзив в выпученный глаз вредителя-щупальщика.

Откуда-то издалека, возможно, из главного зала бара, раздалось еще больше криков, полных крайнего ужаса, наполнивших воздух. На сцене продолжала играть рок-группа "а-ля Дракула", а "Музыкальный автомат и Блевотина" погрузились в бедлам.

* * *

Внизу, в "Логове Греха", Джессику вывели из клетки для драк и сопроводили под вооруженной охраной в тот же самый подсобный кабинет, куда ее приводили ранее. Большая часть зрителей спустилась с трибун и обступила ее, когда ее вели по проходу, приветствуя и пытаясь дотронуться до нее. Охранники отбивались от них дубинками и электрошокерами, разбивая в кровь лица платящих посетителей и выбивая не один зуб. Их безудержный энтузиазм поразил Джессику. Они вели себя так, словно находились в присутствии спортсменки-суперзвезды, а не кого-то, кого еще полчаса назад никогда не видели.

Келли и Тоуд-младший ждали ее в подсобном помещении. Те же двое мужчин в западной одежде по-прежнему сидели по разные стороны старого дивана, попыхивая сигарами и разглядывая ее с непроницаемым выражением лица. Двое охранников с оружием в руках остались с ними в комнате, в то время как остальные вышли в коридор.

Келли обняла Джессику, как старую подругу, хлопнув ее по спине, прежде чем разжать объятия и отступить назад, покачав головой, черты ее изуродованного лица исказились, выражая что-то похожее на благоговение.

- Боже мой, это было невероятно. Ты говорила, что у тебя есть кое-какие навыки, но я и представить себе не могла ничего подобного.

Джессика пожала плечами, ничего не сказав.

Тоуд-младший докурил сигару и, выйдя из-за стола, ткнул в Джессику указательным пальцем.

- Как тебя зовут, женщина?

Джессике не понравился его тон, но она знала, что лучше не вступать в словесную перепалку с таким человеком, как он, в ситуации, когда она находится в столь невыгодном положении. Одно неверное слово с ее стороны, и он прикажет своим людям порубить ее на куски и закопать в глубокой яме. Келли могла бы возразить, но она не была уверена, что это что-то изменит.

Она вздохнула.

- Джессика.

Он хмыкнул.

- Кто ты по происхождению, Джесс? Где ты научилась драться, как чертов наемник?

Джессика терпеть не могла, когда люди - особенно мужчины - сокращали ее имя. Какая-то часть ее уже горела желанием врезать по тупой физиономии этого человека. И снова она подавила желчь, поднимающуюся в ней, чтобы остаться в живых.

- Я - бывшая военная. Тайные операции. Обученный убийца.

Тоуд-младший вынул сигару изо рта, хмыкнул и покачал головой, взглянув на Келли.

- Ты знала обо всем этом?

Келли покачала головой.

- Нет, Большой Эйч. Я клянусь. Я просто зналa, что у нее есть немного бойцовских способностей, и подумалa, какого черта, может, стоит посмотреть, смогу ли я заработать на ней немного денег.

Тоуд-младший задумчиво кивнул, затянувшись сигарой. В его глазах появился хищный, оценивающий блеск, когда он оглядел Джессику с ног до головы. Затянувшись сигарой еще раз, он перевел взгляд на Келли.

- Я сделаю щедрое денежное предложение за нее прямо сейчас. Как насчет двадцати пяти тысяч?

Кэлли не выглядела довольной.

- Я могла бы зарабатывать гораздо больше, если бы у меня было больше шансов, как у ее владельца. Даже к концу сегодняшнего вечера я бы заработала больше.

Широкая улыбка расплылась по лицу Тоуда-младшего, но выражение ее не коснулось его глаз. Он подошел к Келли, нависая над ней, как хищник, которым он и был.

- Это правда, маленькая леди, но также верно и то, что сегодня вечером ты подослала обученного убийцу к моей лучшей девушке. К твоему сведению, к девушке, на которую я возлагал большие надежды, - Келли съежилась и отодвинулась от него. - Теперь все это, черт возьми, исключено. Хотелось бы верить, что ты не натравила этого крутого убийцу на мою чемпионку, заранее зная, на что она способна, но я так не думаю.

Глаза Келли наполнились слезами.

- Клянусь, я не знала. Tы должeн мне поверить. Я знаю, насколько это было бы глупо. Я бы обязательно рассказала тебе, прежде чем пытаться пригласить ее на бои.

Последовало долгое молчание, пока Тоуд-младший пристально смотрел на дрожащую женщину. Воздух в кабинете сгустился от предчувствия неминуемой расправы. Джессике показалось, что мужчина был в нескольких секундах от того, чтобы обхватить тонкую шею Келли своими большими мускулистыми руками и задушить ее.

Затем он отступил, и его широкая улыбка вернулась.

- И где же сегодня твой любящий муж? Честно говоря, я удивлен, что вижу тебя здесь без него, - oн фыркнул. - Черт возьми, я вообще удивлен, что вижу тебя здесь. Давненько мы не виделись. Очень давно, - oн взглянул на одного из мужчин, куривших сигары на диване. - Как ты думаешь, сколько времени прошло, Эмброуз?

Эмброуз махнул рукой.

- Три года или около того.

Его зеркальное отражение на противоположном конце дивана кивнуло.

- Ага. Три года и несколько месяцев.

Тоуд-младший усмехнулся.

- Похоже на правду, - несмотря на смешок, выражение его лица было бесстрастным, когда он снова встретился взглядом с Келли. - Ты все еще не сказала нам, где сегодня твоя лучшая половина.

Кэлли не могла унять дрожь.

- Он выехал на... патрулирование.

Слезы хлынули из ее глаз.

Тоуд-младший ударил ее тыльной стороной ладони, сбив на пол. Он положил тлеющую сигару в стеклянную пепельницу и помассировал костяшки пальцев, насмешливо глядя на плачущую женщину.

- Я не выношу лжи от женщин с ангельскими лицами. С чего ты взялa, что я приму это от изменщицы с лицом, похожим на паззл? Я позвонил шерифу вскоре после того, как ты появился здесь. Хочешь знать, что они рассказали мне о Далтоне?

Келли в отчаянии завыла, свернувшись калачиком на полу. Она выглядела такой разбитой, какой Джессика никогда не видела ни у одного человека. Когда она не ответила на вопрос большого мужчины сразу, он задал его снова. И снова она не ответила, а просто продолжала плакать.

Тоуд-младший вздохнул и разочарованно покачал головой.

- Шериф сказал мне, Келли, что они ничего не слышали о твоем муженьке со вчерашнего дня. Интересно, с чего бы это...

Его тон в последней части фразы указывал на то, что это было чисто риторическое утверждение, а не реальный вопрос. Он вообще не ожидал никакого ответа, тем более честного.

Джессика решила, что на данный момент ей нечего терять, если она скажет правду.

- Она кастрировала его раскаленной кочергой для камина. Затем она убила его, пронзив этой кочергой его мозг.

Тоуд-младший взглянул на нее, приподняв бровь.

- Черт. Серьезно?

Джессика кивнула.

- Пошлите кого-нибудь из своих парней проверить, если вы мне не верите.

Здоровяк хмыкнул.

- О, я обязательно пошлю туда своих людей, но я верю вам, мисси.

Он протянул руку одному из охранников ладонью вверх, показывая, чего он хочет, согнув пальцы. Оружие охранника уже было вынуто из кобуры, вероятно, в качестве меры предосторожности на тот случай, если Джессика намекнет на то, что хочет попробовать еще несколько приемов, которые она продемонстрировала в бойцовской клетке, на мужчинах в этой комнате. Он вложил его в руку Тоуда-младшего, бросив на Джессику суровый взгляд, призванный отбить у нее охоту что-либо предпринимать теперь, когда он был вооружен только дубинкой.

Джессика слегка кивнула в знак того, что поняла. Не то чтобы она пока собиралась что-то предпринимать. У другого охранника в комнате все еще было оружие, и такое же жесткое выражение его лица говорило о том, что он был более чем готов пустить его в ход при малейшем намеке на что-то подозрительное с ее стороны.

Здоровяк передернул затвор пистолета, дослал патрон в патронник, затем прицелился в съежившуюся на полу женщину, которая начала подниматься, когда увидела надвигающийся ствол пистолета. Она начала говорить, предпринимая последнюю отчаянную попытку выторговать себе выход из надвигающейся на нее беды.

Это было бесполезно.

Достаточно было увидеть мрачное выражение лица владелицы клуба, чтобы понять это.

- Заткнись, блядь, - сказал ей Тоуд-младший. - Ты не хуже меня знаешь, что убийство Тримбла в этом городе приравнивается к смертной казни. Я делаю тебе одолжение, куколка. По крайней мере, так все закончится быстро.

Он нажал на курок.