Или нет.

Потому что еще одна проблема, с которой он боролся, заключалась в том, что какой-то части его нравились агрессивные манеры, которые она проявляла по отношению к нему, возможно, он даже находил это... возбуждающим. Он пробормотал проклятие и вернулся к работе с пилой. В то же время Лоретта возобновила свои некроэротические манипуляции с впечатляюще большими сиськами Морин. Пока он продолжал пилить, как было велено, ее действия снова оказались весьма отвлекающими. Он смог закончить отделять голову полу-женщины, но его разрез был не таким прямым и чистым, как у королевы бала выпускников.

Пока Лоретта была занята пришиванием головы Морин к телу мертвой подруги номер два, Бубба Рэй отнес отрезанные головы обеих своих мертвых подруг в мини-кемпер, чтобы спрятать их в шкафчике. Хотя он понимал, что для попытки реанимации нужен жизнеспособный мозг, он сожалел о потере своих подруг в их первоначальном виде. Их тела были прекрасны, но такими же были и их лица.

Оказавшись внутри мини-кемпера, он не смог устоять перед возможностью провести некоторое время с их головами, прежде чем убрать их в шкаф. Он лежал с ними на кровати, поочередно целуясь с каждой из них, что было так приятно, как он и ожидал, несмотря на то, что время от времени ему приходилось выплевывать насекомых. Он так возбудился, что снова почувствовал искушение вынуть свой пульсирующий член и провести им по их лицам, но удержался только потому, что знал, что Лоретта этого не одобрит. Она хотела, чтобы он приберег свой пыл до подходящего момента, когда, черт возьми, это произойдет. Тем временем он получил самую большую порцию посиневших яиц, какую ему когда-либо доводилось испытывать.

Он подпрыгнул от неожиданности, когда Лоретта закричала, чтобы он выходил на улицу. Одна из голов выскользнула у него из рук и со стуком упала на пол. Он наклонился, чтобы поднять еe, когда Лоретта снова закричала на него, еще злее, чем в первый раз.

- Ладно, придержи своих чертовых лошадей! - крикнул он ей в ответ.

Поцеловав в последний раз каждую пару сочных голубых губ, он убрал их в шкаф и вышел на улицу, отметив, что Лоретта, похоже, закончила прикреплять голову Морин к телу номер два. В этом случае симметрия была немного нарушена, отчасти из-за того, что он неаккуратно резал ножовкой. А еще потому, что Морин была женщиной пропорционально крупнее подруги номер два, более высокой и широкоплечей. Очевидно, для того, чтобы это сработало (в той мере, в какой это сработало), потребовалось изрядно растянуть плоть. Даже при хирургически точном разрезе голова пожилой женщины не совсем правильно смотрелась бы на ее новом теле. Вместо этого голова была прикреплена под странным углом, и это неприятное ощущение стало еще более заметным, когда по указанию Лоретты Бубба Рэй приподнял подругу номер два в сидячее положение.

Презрительная усмешка искривила губы Лоретты. Затем она вздохнула и покачала головой.

- Сучка выглядит так, будто сломала шею, танцуя слэм. Как бы там ни было. Все, что я могу сделать. Положи ее на стол рядом с другой, толстячок.

Бубба Рэй сделал, как было велено, и положил ее на стол для пикника рядом с телом подруги номер один, расположив тела так, чтобы они были направлены в противоположные стороны.

После этого они приступили к подсоединению автомобильных аккумуляторов к трупам с помощью нескольких комплектов соединительных кабелей, используя по два комплекта кабелей для каждого тела. Они прикрепили один комплект кабелей к лодыжкам каждого тела, в то время как второй комплект был прикреплен к винтам промышленного размера, вбитым с каждой стороны шей прикрепленных голов. Винты послужили вдохновением для эксперимента Лоретты - старой экранизации "Франкенштейна" с Борисом Карлоффом в главной роли. Поскольку аккумуляторы уже были заряжены, они начали подавать электрический ток на тела, как только были подсоединены кабели. Слабый ток подготавливал тела к предстоящему большому толчку.

Удовлетворившись приготовлениями, Лоретта достала две мокрые банки "Курс Лайт" из пенопластового холодильника, который Бубба Рэй держал снаружи мини-кемпера. Она протянула одну ему, открыла другую и сразу же сделала большой глоток, пока пена стекала по руке. За первым глотком последовал более длинный и глубокий, ее горло двигалось, когда она пила, запрокинув голову. Она продолжала, пока не осушила всю банку, после чего раздавила пустую, бросила ее через плечо и рыгнула, как парень из студенческого братства после первой попойки.

Бубба Рэй еще даже не открыл свою банку.

Лоретта нахмурилась, выхватывая ее у него.

- В чем дело, "киска"? Пить не хочется? - oна открыла банку и осушила пиво почти так же быстро, как и первую, ухмыляясь, когда бросила вторую через плечо. - А как насчет того, чтобы трахнуть меня? Не хочешь этого сделать?

Бубба Рэй сглотнул.

- Да, мэм.

Затем в ее смехе послышались издевательские нотки.

- Tы уверен? Ты, блядь, не хочешь, как обычно, изображать из себя недотрогу?

Он покачал головой.

- Hе хочу.

Снова этот издевательский смех.

- Что ж, очень жаль, сучка, - oна предостерегающе погрозила ему указательным пальцем. - Никакой "киски" для тебя не будет до окончания главного события.

Бубба Рэй застонал.

- Ну, какого хера мы ждем? Иди включай.

Лоретта достала из холодильника еще две банки "Курс Лайт" и снова протянула одну Буббе Рэю.

- Потому что еще не время, балбес.

Бубба Рэй открыл свое пиво.

- Когда же настанет время?

Насмешливая гримаса на лице Лоретты сменилась выражением удивительной серьезности.

- Мы хотим сделать это ровно в полночь, - сказала она, взглянув на свое запястье, как человек, который проверяет время, только часов там не было. - Осталось чуть меньше двадцати минут.

Бубба Рэй нахмурился.

Он хотел было сказать что-нибудь о невидимых часах, но решил не открывать эту банку с червями. То, что у нее не все в порядке с головой, он и так знал. Если она видела то, чего там не было, вряд ли это можно было назвать удивительным.

- Это как-то связано с тем, что завеса между мирами истончается, о чем ты говорилa ранее?

Она кивнула, потягивая пиво.

- Да. Я знаю, ты думаешь, что ничего не произойдет, но скоро сам все увидишь. Когда настанет полночь и мы щелкнем выключателем, мертвые восстанут. Я гарантирую это.

- Почему ты так уверенa? - хмыкнул Бубба Рэй.

Она пожала плечами, разводя руками.

- Меня кое-чему научили, но это тоже из тех вещей, которые невозможно должным образом объяснить словами. Tы должен увидеть. Tы должен почувствовать. Я уже чувствую, как темная энергия, которая становится сильнее в это время года, собирается вокруг нас, раскрывая свой максимальный потенциал по мере того, как вечереет и минуты приближаются к полуночи.

Бубба Рэй уставился на нее, не зная, что сказать.

Он никогда не слышал, чтобы она так говорила. Она говорила почти как незнакомка, как какой-то своенравный дух, вселившийся в тело его кузины.

Они сели за стол для пикника спиной к распростертым телам и погрузились в молчание, потягивая пиво и ожидая, когда пройдут последние минуты до полуночи. Ожидание все еще продолжалось, когда Бубба Рэй допил свое пиво, которое он держал в руке. Он уже был готов подойти к холодильнику и принести еще, когда Лоретта резко вскочила на ноги и сказала:

- Пора, ублюдок.

Бубба Рэй не стал просить разъяснений. Он поднялся на ноги и остановился неподалеку от стола для пикника, в то время как Лоретта заняла позицию рядом с переносным трансформером и снова посмотрела на несуществующие часы на своем левом запястье. Несколько мгновений ее губы беззвучно шевелились, пока она продолжала смотреть на это.

Затем она указала на Буббу Рэя и сказала:

- Считай в обратном порядке от десяти.

Он колебался лишь долю секунды, прежде чем начать отсчет. Как только отсчет достиг "нуля", Лоретта щелкнула выключателем трансформатора, вызвав ощутимое шипение энергии, сопровождаемое слышимым гудением мощного тока. В следующий момент винты, воткнутые в шеи испытуемых, начали светиться стальным синим светом. Вскоре после этого тела начали заметно вибрировать. Сердце Буббы Рэя бешено колотилось, когда он наблюдал за происходящим. Лоретта была права, по крайней мере, в одном: он почувствовал разлитую в воздухе энергию, нарастающий заряд, который начался еще до того, как она включила трансформатор.

Что-то происходило, что-то выходящее за рамки простого протекания электрического тока. Кто-то появился, проникнув сквозь тонкую завесу в этот мир, наполнив журчащий поток темной магией.

Затем, в одно и то же мгновение, оба тела на столе для пикника резко выпрямились.

Бубба Рэй громко вскрикнул от испуга и отшатнулся назад, споткнувшись о собственные ноги и тяжело рухнув на землю.

Лоретта широко раскинула руки и подняла голову к небу, хихикая от безумного ликования.

Из-за приоткрытой двери самогонного сарая Джед Митчелл с живым интересом наблюдал за происходящим.

24.

То, что вытворяли в тот вечер его племянник и дочь его брата, поразило Джеда. Для человека, который в тот же вечер наткнулся на создание мощного зелья для регрессии возраста, это был немалый подвиг. Кстати, зелье, которое он создал с благородным намерением продлить жизнь любимого старшего члена семьи, человека, которого он позже убил. Дважды. Человек, чью кровь он жадно пил из перерезанной яремной вены, как голодный вампир.

Другими словами, он повидал кое-что дерьмовое.

По-настоящему лютое дерьмо.

И все же, он был ошеломлен многим из того, чему стал свидетелем, когда подглядывал за ними через приоткрытую дверь самогонного сарая. Сначала они жестоко расправились с молодой парой, которую похитили. Им повезло, что одному из них или обоим не удалось скрыться в лесу. Если бы он не был там и не предупредил их о парне, который вылез из багажника "Шевелле" с монтировкой в руках, все могло бы быстро пойти наперекосяк. Они смогли предотвратить катастрофу, но с трудом.

Вернувшись к этому моменту в сарай, Джед решил продолжить наблюдение за ними в надежде, что они скоро закончат свои дела и отправятся в мини-кемпер. У него были свои серьезные дела, которые нужно было уладить, и он с нетерпением ждал возможности заняться ими. Проблема заключалась в том, что пока Бубба Рэй и Лоретта были рядом, он не мог чувствовать себя комфортно, оставляя сарай без присмотра на достаточное время, чтобы забрать все необходимое для начала работы. Он мог бы приказать Буббе Рэю не высовывать голову, чтобы посмотреть, и мальчик, вероятно, уважил бы этот приказ. Он был неугомонным и иногда вызывал сильное раздражение, но всегда строго придерживался нескольких правил, которые Джед выдвинул в качестве условия для стоянки его мини-кемпера на его территории.

С Лореттой все было совсем по-другому.

Она была воплощением Джокера. Если бы она услышала, как Джед велел Буббе Рэю держаться подальше от сарая, она бы почти наверняка ворвалась туда, как только он скроется из виду. В этом случае все ставки были бы аннулированы. Бубба Рэй задался бы вопросом, почему его дядя пытался скрыть печальную судьбу его кузенов. Сама попытка скрыть это, серьезно подорвала бы правдоподобие любой истории, которую он мог бы придумать.

Нет, он застрял.

Он должен был оставаться там, где был, пока они не уйдут, удерживая их, если потребуется, физической силой.

Его раздражение росло вместе с удивлением по мере того, как он продолжал наблюдать за ними. Он полагал, что удаление голов и прикрепление их к другим телам - вот предел "франкенштейновского дерьма", но оказалось, что это была лишь первая фаза гораздо более безумного плана. Он начал понимать картину в целом, как только к телам подсоединили соединительные кабели. Они намеревались оживить трупы с помощью электричества или, по крайней мере, попытались это сделать.

Джед не смог удержаться от смешка по поводу глупости всего этого. Если бы оживление трупов было таким простым делом, люди занимались бы этим веками. То, что эти двое были не самыми острыми инструментами в арсенале, не стало для него открытием. Хорошей новостью, по его мнению, было то, что их эксперимент с Франкенштейном скоро провалится, и в этот момент они, как он надеялся, возьмутся за что-нибудь другое.

Чего он не учел, так это странного изменения атмосферы снаружи. Это произошло, когда невменяемый дуэт взял длительный перерыв после завершения подготовки к реанимации. По мере того, как шли минуты, а они разговаривали и пили, разочарование Джеда росло в геометрической прогрессии. Ярость дошла до такой степени, что он начал подумывать о том, чтобы убить их. Он мог быстро вернуться в дом, взять еще несколько патронов для своего ружья, а затем вернуться и расстрелять их.

До этого момента он не задумывался о новых семейных убийствах, но идея была весьма привлекательной. Какого черта, он уже убил троих своих родственников за одну ночь, так зачем останавливаться на достигнутом? Он мог бы устроить настоящий погром, убив столько Митчеллов, сколько сможет. Когда-то это было немыслимо, но, опять же, почему бы и нет? Он долгое время был объектом презрения среди такой большой фракции клана.

Возможно, наконец-то пришло время заставить некоторых людей заплатить.

Заставить заплатить всех.

От этой идеи он отказался, как только почувствовал заряд странной энергии в прохладном воздухе снаружи. То, что это был продукт чего-то не совсем естественного, стало очевидно сразу. Это было заметно даже из его укрытия за дверью.

Когда они включили трансформатор, он почувствовал гудение сильного электрического тока глубоко в своих костях, но это не имело большого значения по сравнению с растущей оккультной энергией. В свое время Джед совершил много, давайте посмотрим правде в глаза, сомнительных с моральной точки зрения поступков, включая множество жестоких садистских убийств, но это была работа человека, навязывающего свою волю другому человеку. Это было естественно. Но, эта неизвестная сила, к которой подключались его племянники, казалось, исходила откуда-то из-за пределов этого мира, и это пугало его до чертиков. К тому времени, когда трупы на столе для пикника приподнялись, он уже не был удивлен.