Всё чаще в сознании Матвея укреплялась идея, будто время — это самый капризный ребёнок во всей вселенной. Вот ты просишь его идти побыстрее, желая поскорее пережить не самые приятные отрезки в своей жизни, а оно в ответ нахохлится, примет горделиво-напыщенную позу, и как по волшебству заставляет секундные стрелки ползти со скоростью слизняка. А взмолишься время притормозить, дать передышку, так оно устремится со скоростью урагана, не давая возможности даже с мыслями собраться.

Вот и сейчас, когда они наконец добрались до гаражей в южной части «Мак-Мердо», время раскапризничалось и голосом Дэна равнодушно пробормотало:

— Без пяти два.

Утро казни настырно подбиралось всё ближе, выглядывало из кустов как хищник, выжидая удобного момента для нападения, в то время как у Матвея не было ничего, способного защитить Лейгура от его кровожадной пасти.

Оказавшись в зоне гаражей, в воздухе повис запах электрической гари. Откуда-то доносился звук работающий болгарки. Послышался громкий свист, а за ним крик — звали какого-то не то Фрэда, не то Фрэнка; среди всего этого шума трудно было расслышать имя.

В считаных сантиметрах от них проехал пикап, нагруженный старыми автозапчастями.

— Смотри, куда прёшь! — крикнул ему вслед Джесси и пробурчал себе под нос. — Ненавижу грёбаные гаражи.

Под ногами Матвей заметил металлический отблеск. Это сверкали на солнце разные мелкие болтики, гайки и прочее. Хоть сейчас ходи их и собирай как ягоды.

Не останавливаясь, Дэн указал на один обшарпанный гараж со стоявшим рядом вездеходом.

— Нам туда, двадцать первый гараж.

Сзади раздался хлопок, загремели упавшие на пол железяки. Лавина мата обрушилась на одного из механиков. Бедолага что-то там напортачил с двигателем, и тот задымился.

Когда они втроём зашли в гараж номер двадцать один, никто из механиков не торопился их встречать. Лишь двое парней, с чашками в руках, обдали их коротким взглядом и вернулись к разговору.

Дэн коснулся одного из работяг, согнувшийся над двигателем. Тот оторвался от дела и обратил в их сторону своё вымазанное копотью лицо.

— Да, вы кто? — спросил он и рукавом вытер нос, оставив на нём ещё больше грязи.

— У вас Генри Хикс ещё за старшего? — спросил Дэн.

— Угу.

— Где мне его найти?

Механик указал в дальний левый угол гаража.

— Возле того серого вездехода.

— Спасибо.

Старшего по гаражу, Генри Хикса, они застали в позе начальника — тот с видом знатока наблюдал за тем, как один из подчинённых занимался сваркой крыши старого вездехода.

— Мистер Хикс? — обратился к нему Дэн.

— Секунду, — быстро отмахнулся он, не повернув к ним головы. Всё его внимание сосредоточилось на парне-сварщике. — Макклири, я не пойму, у тебя в руках сварочный аппарат или кисть для рисования⁈

Тот прекратил сварку и поднял забрало маски. Совсем ещё мальчишка, с пухлыми губами и пушком под носом.

— Сварочный аппарат, мистер Хикс, — неуверенно пробормотал тот.

— А по мне так кисть! Иначе как объяснить, что ты им машешь как долбанный Пикассо перед мольбертом⁈

Лицо мальчишки озадачилось. Слова «Пикассо» и «мольберт» он явно услышал впервые.

— Держи руку твёрдо и веди ровный шов! — продолжал давать наставления старший механик. — Это тебе не рисунки малевать, здесь нужна стабильность и точность! Усёк?

— Да, мистер Хикс.

Забрало снова закрыло лицо юноши и отразило в защитном экране сноп искр.

Генри быстро повернулся к ним: обрюзгшее лицо, седая бородка, толстая шея, ну вылитый морж.

— Да, слушаю вас. Вы кто? Чего надо?

Говорил он быстро, словно с минуты на минуту должен был отправиться в деловую поездку.

— Мы пришли задать пару вопросов насчёт Вульфа Кольтера, — объяснил Дэн. — Он же ведь здесь работал, если мне память не изменяет.

Генри прищурился, маленькие чёрные глазки прощупывали Дэна от макушки до пят.

— А, мистер Шутер… — с легкой хрипотцой сказал он. — Не сразу вас признал. Вы изменились.

— Ага, — Дэн чуть развел руками в стороны, давая разглядеть себя получше, — решил тут сесть на диету, вот и сбросил мальца.

Генри многозначительно хмыкнул: решил пропустить очевидный сарказм мимо ушей, а может, и вовсе его не уловил.

— Вульф Кольтер значит… — старший механик без предупреждения двинулся в другой конец гаража. Дэн и Матвей последовали за ним. Джесси, как всегда, принял решить скоротать время, устроившись на свободном стуле и закинув одну ногу на другую.

— Правду говорят, что сегодня утром схватили того исландца? Ну который Вульфа с его дочкой на куски порезал?

Дэн и Матвей переглянулись.

— Да, правда, — ответил Матвей, в очередной раз смешивая коктейль изо лжи и правды.

— Ясно… Полагаю, мэр не будет с ним сюсюкаться и скоро отправит кормить рыб. А по мне так лучше сбросить мерзавца в расщелину, в одной куче с отходами. Туда ему дорога. А то ишь чего, воду этой ублюдской кровью марать…

Генри завершил свой путь у верстака, с закрепленным в тисках корпус генератора. Взял в руки шестигранник и стал быстрыми движениями выкручивать болты. Всё это он делал так, словно и не было никаких внезапных посетителей у него за спиной, прервавших его рабочую рутину.

Матвей подумал, что если бы они развернулись прямо сейчас и ушли восвояси, Генри Хикс забыл бы об их существовании уже через пару минут.

— Так вот, Вульф Кольтер… — напомнил ему Дэн.

— Ну да, Вульф. Крутой механик! — не прерывая дела, сообщил Генри. — Такие на вес золота… Не то что эти вот проходимцы… Жаль мужика.

— Он не сообщал вам о проблемах с ваттами?

— Мне? Нет, ничего такого не сообщал.

«Ну вот, кажись, уткнулись мы в тот самый тупик, которого я так опасался» — с досадой подумал Матвей.

Генри рывком закрутил последний болт

— Правда… — он бросил шестигранник на стол и обернулся к ним, — за три месяца до того, как его… ну это, убили, он стал брать сверхурочные.

— Вот как? — Дэн положил руки на бедра, выказывая свою заинтересованность.

— Брал лишние смены, батрачил без выходных, короче, больше на себя работы взвалил. Один раз даже так заработался, что потерял сознание. Вон там это случилось, у третьего подъемника.

Генри указал им в сторону большой стальной буквы «П», на котором стоял старый внедорожник, разобранный на составные.

— Я после этого его с трудом уговорил отдохнуть, хотя бы на сутки, чуть ли не силой прогнал из гаража, — механик облизал губы и всё всматривался в этот подъемник, с виду прокручивая случившееся в голове.

— Человек так над собой измываться не станет, только если ему капец как срочно не понадобилось заработать побольше ватт в кратчайшие сроки, — заключил Дэн уже известный им факт. — Вы не знаете, для чего они ему понадобились? Говорил он с вами?

Генри развёл плечами.

— Нет, не говорил. Моё дело простое — человек хочет работать, я даю ему работу, и всё тут. Но хотите знать моё мнение? Дело тут вовсе не в ваттах.

— Вот как? И в чём же?

Рука механика скользнула в широкий карман комбинезона за тряпкой. Он сел на стул, вытер выступившие на лбу бисеринки пота и заговорил:

— Да горе он своё заглушал.

— Горе?

— Ну да, после того случая в гараже, с женой этого исландца. Как же её… — Он стал щелкать пальцем.

— Сольвейг, — подсказал Матвей.

Глаза механика, полные влаги, взглянули на него с растерянным удивлением.

— Да, Сольвейг, чудное имечко. Ну так это, я к чему это клоню: у всех людей это по-разному происходит, когда они горе переживают. Одни в бутылку лезут, другие нюхают эту дрянь из пингвиньего дерьма, а такие как Вульф Кольтер с головой погружаются в работу, пытаются забыться, вот.

Генри немного помолчал и поскрёб ногтями жилистое горло.

— Я вот чего вам скажу… — Он осмотрелся, убеждаясь, что их не подслушивают, а после зашептал по заговорщически: — Окажись я на месте этого исландца, то смерть жены тоже не простил бы. Как представлю, что мою жену, мою Линду… ух, даже думать не хочется! Полагаю, на моём месте многие бы так поступили.

Поневоле Матвей представил, как на Машу или, например, на Арину сваливается огромная бандура с весом в полтонны, оставляя от их любимых одно только мокрое пятно. Смог бы он смириться и простить виновника этой трагедии, даже зная, что всё это произошло по неосторожности?

— Но я это к чему… — неожиданно продолжил Генри. — Вот убил он Кольтера, понять это пускай и не все, но смогут. Да только вот дочку то его, маленькую ещё совсем, вот её то за что? Ведь девчушка-то ни в чём не виновата.

Механику на его вопрос ответила одна только тишина.

За спиной послышались удары по металлу и бренчание ключами.

— Может, получится ещё что-нибудь вспомнить? — Дэн раскачивался с носков на пятку, держа руки в карманах. — Какие-нибудь ссоры с коллегами? Странное поведение? Что-нибудь?

— Нет, никаких ссор. А про его поведение я вас всё сказал. Всё что знал, по крайне мере.

Генри хлопнул себя по коленям и медленно встал со стула, резко выдохнув.

— Полагаю, на этом мы закончим наш разговор. У меня ещё сорок два внедорожника и вездехода, нуждающиеся в техобслуживании прежде, чем сюда набегут собиратели со всех станций.

— Благодарю. — Дэн обернулся к Матвею. На лице шерифа было написано, как он поскорее хочет скорее покончить со всем эти. — Уходим.

Выйдя наружу, их весьма нелюбезно поприветствовала презрительная гримаса Джесси.

— Мы здесь закончили, — ответил ему Дэн, прежде чем молодой охранник успел открыть рот, намереваясь в очередной раз отчитать их.

— Ну наконец-то, — выдохнул Джесси.

Сердце Матвея замерло в груди.

— Закончили? — Он коснулся руки Дэна и повернул его к себе. — В каком смысле закончили? Мы даже…

— Нечего тут расследовать, ясно тебе⁈ Поиграли в сыщиков, и на этом всё, баста! Твой дружок убийца, и всё услышанное мной за последние несколько часов прямо указывает на это. — Он выпятил пальцы и стал загибать их по очереди: — Очевидный мотив, психологический портрет, отсутствие алиби, и да… Его присутствие на месте преступления!

— А что насчет ватт? С какой стати Вульфу понадобились ватты, это как ты объяснишь?

— Да как угодно! От желания нанять кого-нибудь для убийства Эйгирсона, до переезда в более престижный уголок этой проклятой станции ради своей дочери.

— Это не факты, а всего лишь твои домыслы.

— Иди к чёрту, Беляев, — скрипя зубами прыснул он. — Я не собираюсь больше участвовать в этом цирке. Если так хочешь, разгребай всё это дерьмо сам, а меня, изволь, вытащить отсюда, как ты и обещал. — Он приблизился к нему на шаг и ткнул пальцем в грудь. — Или вновь собираешься меня кинуть, а?

Всего несколько часов Матвей провёл с новым Дэном, и этого вполне хватило для потери терпения. Больше он сдерживаться не намерен:

— Знаешь, все эти месяцы, там, за тысячи километров отсюда, я себе места не находил — всё думал: Кейт не станет с тобой церемониться и, несмотря на своё обещание, прикончит тебя. Признаю, я ошибался насчёт неё. Потому что ты, — он ткнул в него пальцем, — отделался чертовски легко.

Складки на лице Дэна дрожали от судороги. Желваки беззвучно двигались. Кожаная перчатка скрипнула от сжатого кулака.

— Я спас тебя в тот день, неблагодарный ты ублюдок. Не дал им растерзать тебя на куски, и после этого ты…

Внезапно у Матвея перехватило дыхание, а в груди сначала почувствовалась тяжесть, которая лопнула как пузырь, и переросла в режущую боль. Ноги подкосились, и собиратель, скрючившись, упал на колени. Столько ударов прикладом и кулаками он перенёс за последнюю неделю, но именно этот показался ему больнее всего.

— На вот, гнида, держи мою благодарность, — прошипел Дэн. Колено шерифа дрогнуло, наверняка в желании нанести заключительный штрих в виде удара в лицо, но Джесси успел оттащить его назад, схватив за плечо.

— Ну всё, хорош!

— Эй, у вас всё в порядке? — донёсся настороженный голос откуда-то справа.

Матвей обернулся и увидел высокого и худого мужчину с пышными усами, закрывающую всю его верхнюю губу. Во взгляде карих глаз выражалось умеренное любопытство. Подходя к ним, он хромал на левую ногу.

— Да, всё в порядке, — ответил Джесси, — мы уже уходим.

И едва эти двое развернулись, незнакомец обратился к ним:

— Погодите! Тут короче… я случайно подслушал ваш разговор с начальником Хиксом, про Вульфа Кольтера. Думаю, у меня найдётся что вам рассказать.

Матвей заметил, как Дэн втянул носом воздух, словно возвращая себе утраченные остатки терпения. Сам же собиратель, пересиливая упорно не отступающую боль, постарался встать на ноги.

— Да, мы слушаем, мистер?.. — с усилием произнёс Матвей.

— Вуйцик, — ответил механик и почесал живот. — Я стал работать вместе с Кольтером сразу, как только перебрался сюда, в «Мак-Мердо». Помог он мне сильно здесь, устроил вот механиком… Я ему за это по гроб жизни благодарен.

— Ну и что там с ним? С Кольтером? — Дэн чуть ли не выплевывал эти вопросы.

Мистер Вуйцик сунул руки в нагрудные карманы комбинезона, оттопырив большие пальцы.

— Работал у нас здесь год назад мужичок один, коренной макмердовец, по фамилии Абернати, имя Джордж. Я с ним мало был знаком, потому ничего хорошего и плохого о нём сказать не могу, слышал только, что мастер он был на все руки. Ну да не об этом речь…

Вуйцик присел на старую шину, с проржавевшим диском. Потом сложил в ковшик руки и дыхнул на них, чтобы согреться. Видно, он так торопился их догнать, что позабыл прихватить с собой перчатки.

— Ну так вот, — продолжал он свой рассказ, — в ноябре прошлого года к нам в гаражи нагрянули силовики, сцапали бедолагу Абернати и прямо на месте пустили ему пулю в лоб. Не церемонились ни секунды, казнили вот так… — Он громко щелкнул пальцами. — Как тюленя грохнули, и глазом не моргнули.

Матвей заметил, как Дэн сменил позу с полуоборота и повернулся к рассказчику полностью. Лицо его выразило короткий намёк на озабоченность.

— Позже я от мужиков узнал, что грохнули его за связи с сопротивлением. Он вроде как поставлял им запчасти, инструменты, всякое такое…

— Я до сих пор не пойму, какое это имеет отношение к Вульфу Кольтеру, — процедил Дэн, едва не скрипнув зубами.

Вуйцик выставил раскрытую ладонь.

— Наберитесь терпения, мистер, я почти закончил. — Механик выдержал паузу, предоставляя шерифу возможность последовать его просьбе. Дэн надул щеки и выдохнул, мол, продолжай.

И Вуйцик продолжил:

— Всё, что я скажу дальше, — сугубо моё личное мнение. Но, полагаю, его вполне можно отнести к тем странностям в поведении Вульфа, о которых вы спрашивали мистера Хикса. — Он глубоко вдохнул и протяжно выдохнул, будто собирался нырнуть под воду на долгое время. — В общем… я думаю, что именно Вульф был как-то причастен к смерти этого Абернати.

«Хм, это что-то…» — пронеслось в голове Матвея.

— Как? — громко и холодно произнёс Дэн.

— С Вульфом я работал постоянно. Через наши руки прошёл не один вездеход с пикапом — одним словом, почти всё время мы были вместе. Так вот, после того как Абернати убили, он с тех пор ходил как привидение: бледный, молчаливый, старался держаться в стороне и вообще работать в одиночку. — Он положил ладони на колени, наклонился вперёд, будто собирался поведать страшную тайну. — И всё бы ничего — ну, убили коллегу, понятно, так просто из головы не выкинешь. Только вот… проходит месяц, и однажды ночью он заявляется в гараж — пьяный в стельку. У меня тогда своей крыши над головой не было, ночевал тут же, заодно на сторожа подрабатывал. Ну и вот, он входит, пошатывается, ревёт. Я к нему подскочил, схватил, пытаюсь очухать, а он вдруг, весь в соплях, дышит перегаром мне в ухо и шепчет: «Это я… это я всё… я Джорджа грохнул. Я виноват!» Матвей посмотрел на Дэна и заметил отпечаток угрюмой задумчивости на его лице.

— Но я то прекрасно знал, что никого он не убивал, — сказал Вуйцик. — Сам же ведь вот этими самыми глазами видел, как этого Абернати пришили силовики, да не только я видел, ещё и десятка два других механиков свидетелей. Только позже у меня уже в голове сложилось вся картина. Вульф прознал про делишки Абернати, да настучал людям мэра. Короче, крысой он у них был.

— Крысой… — прошептал Дэн и огляделся рядом, будто выискивая место, куда присесть. Но ничего не нашлось. — И что же ты? Никому из своих приятелей не рассказал об этой ночной встречи?

Вуйцик покачал головой.

— Я сделал вид, что ничего не слышал. А утром, когда Вульф пришел в себя, сам уже ничего не помнил. Сразу к дочери побежал. Выдавать я его не стал, потому что должок у меня перед ним был. Помог он мне, устроил в этом гараже, почитай жизнь спас. Поэтому и промолчал. Ну а теперь… — Он развёл руками. — Теперь какая разница? Он уж год почти как мёртв. Поэтому вот и рассказываю вам.

Дэн насупился, провел ладонью по волосам. Некоторое время стояла тишина, слышались только нескончаемые удары о металл и режущий звук болгарки.

— Какого хрена он не пошёл ко мне, к шерифу? — недоумевал Дэн, сжимая кулаки.

Вуйцик громко усмехнулся.

— А сами то как думаете? Все силовики и законники под юбкой мэра тогда грелись, так и с чего бы это шерифу быть исключением?

Дэн указал на него пальцем.

— Я не грелся ни под чьей юбкой, ясно тебе?

Механик поднял руки вверх.

— Как скажете, как скажете! Только вот Вульфу то откуда это было знать? Кругом враги и шпионы мэра. Взглянешь как-то косо, сказанешь лишнего… и вот тебе билетик на тот светик. Собственно, Джордж Абернати тому пример.

Теперь в разговор вступил Матвей, в желании поделиться своей догадкой:

— То есть ты хочешь сказать… — его взгляд обратился к Вуйцику, — что люди бывшего мэра причастны к убийству Вульфа Кольтера?

— Вот этого я не говорил, — механик поднялся с шины.

— Он должен был поговорить со мной… — не унимался Дэн, не спуская взгляда с каменистой земли под ногами. — Я мог бы ему помочь…

Вуйцик пожал плечами.

— Ну, надеюсь, вам эти сведения пригодятся.

— Спасибо, мистер Вуйцик, — сказал Матвей.

Механик зашагал обратно, но вдруг остановился и вновь обратился к ним.

— Кстати, вы уже говорили с Хелен? Она-то уж наверняка знает поболее моего.

— Хелен? — переспросил Дэн. — Какая ещё Хелен?

— Ну да, Хелен Коллинз. Она свояченица Вульфа, сестра его покойной жены.

Лицо Дэна выразило недоумение.

— Не знал, что у него есть свояченица.

— Ну а как же, есть такая! Более того, он вроде как хотел на ней жениться, но чего-то там у них не сложилось.

— Где нам её найти? — спросил Матвей.

— Да где и всегда, на рынке, — он указал за их спины. — Она там держит один небольшой прилавок, торгует шерстью и кожей. Мимо точно не пройдёте!