Август 2027 года

Четвёртый день после исчезновения

Сделав последний глоток, Нурия отправила стаканчик в урну и задержала взгляд на пенсионерке в нескольких шагах от себя. Женщина развязала целлофановый пакет и высыпала прямо в траву слипшиеся макароны-бантики, на которые тут же накинулись голуби, заглатывая их целиком. Нура невольно вытянула губы трубочкой от удивления. Теперь становилось понятно, почему на аллее Литераторов голуби всегда напоминали ей куропаток.

Окинув взглядом аллею и не выцепив взглядом Гошу, девушка уткнулась в смартфон. Первым же постом в новостной ленте оказалась ещё одна ориентировка:

_____________

ВНИМАНИЕ! ПРОПАЛ РЕБЁНОК

Цирюльникова София Олеговна, 17 лет

Последний раз её видели 08.08.2027 г. на набережной близ Пиратского парка, с тех пор местонахождение неизвестно.

Приметы: тёмные волосы ниже плеч, карие глаза, худощавое телосложение, на вид 15–16 лет. Была одета в джинсы чёрного цвета с ремнём в виде цепи, чёрно-белую рубашку в мелкую клетку, белый топ и белые кроссовки.

Особые приметы: проколота правая бровь, пирсинг в носу.

_____________

Жизнерадостная София на фотографии театрально дула губы, держась руками за панамку на голове. Под постом собралось больше сотни комментариев, и Нура поспешила их просмотреть.

 Дарина Никитина

Найдись живой, милая! Что ж творится, куда детки-то пропадают(((

 Алмаз Низамов

Где тут ребёнок? Семнадцатилетняя кобылица, как и Кизнерша. Вот я буду орать, если они в одной тусовке загуляли.

 Галина Далаева

Опять Пиратский парк? Там чёрная дыра?

 Дарина Никитина

Галина, вот и я думаю! Подозрительно всё это.

 Ольга Ямбаева

А вы заметили, как похожи девочки? София вылитая Рената! У нас завёлся маньяк?

 Галина Далаева

Ольга, заметили! Полиция собирается что-то делать?! Страшно детей из дома выпускать. У меня две дочери вчера просились погулять на набережной, слава богу запретила! А ведь могли оказаться на месте Сонечки. Девочка, найдись, пожалуйста, дома тебя очень и очень ждут ♥

– Позвольте пригласить вас на пикник? – раздался совсем рядом знакомый голос.

Нурия, читая, не заметила, как к ней подошёл Гоша. От вида букетика оранжевых тюльпанов она расплылась в улыбке, выбросив из головы мысли о пропавших девушках.

– Это мне? – потянулась она к цветам.

– Нет, мне, – усмехнулся Гоша.

Нурия с трепетом прижала к груди букет, поглаживая кончиками пальцев нежные бутоны. Краем глаза она заметила, что в пакете лежали свёртки из фольги.

– А что у нас вкусного для пикника? – поинтересовалась она.

Парень лукаво прищурился:

– Горячие сэндвичи с голландским сыром и азербайджанскими помидорами. На десерт у нас яблочный пирог с корицей и прогулка в парке культуры и отдыха.

У Нуры загорелись глаза:

– Прокатимся на новом колесе обозрения?

– И обожрёмся сахарной ватой?

– Звучит как план! – с боевым настроем рассмеялась девушка и опустила взгляд на тюльпаны. – А знаешь, что мне это напоминает?

Озорно улыбнувшись, Гоша ответил:

– Догадываюсь.

Щёки девушки окрасил румянец. Как-то она призналась Гоше, что её идеальное свидание должно быть таким же, как у Огастуса и Хейзел из «Виноваты звёзды»: с голландскими тюльпанами и сэндвичами с голландским сыром и помидорами.

Пара выбрала уединённое место, где им могли помешать разве что жирные голуби-куропатки, нахально требующие еду. Гоше пришлось поделиться с ними целым сэндвичем, чтобы наглецы отстали.

Развернув несколько слоёв фольги, Нура взглянула на соблазнительно поджаренный хлеб с хрустящей корочкой. Откусив, она с удивлением отметила, насколько он был сочным – сыр тянулся прямо как в фильмах, а толстые куски помидора добавляли смесь лёгкой кислинки и томатной сладости. Блаженно прикрыв глаза, чтобы сполна насладиться вкусом, Нурия протянула:

– Идеальные сэндвичи! Где ты их откопал?

Гоша, отмахиваясь от назойливых жирных голубей, которые и не думали оставить их обед в покое, засиял, словно начищенная до блеска духовка:

– Ооо, я обошёл около тридцати мест за это лето, чтобы найти годные сэндвичи. Попробуй догадаться, откуда они?

Облизнув соус с губ – Нурия предполагала, что это был альфредо, – девушка задумчиво прищурилась, окидывая взглядом свёртки и плотный пакет-майку без логотипа.

– Помпезный стрит-фуд? – предположила она.

– Не-а, – отозвался Гоша, а в его глазах заплясали искорки.

– Пиццерия или крафтовая бургерная?

– Снова мимо.

– Неужели ресторан?

– Вообще холодно.

– Тогда сдаюсь, – коротко рассмеялась Нурия. – Признавайся, где их готовят?

– Не поверишь – в буфете детской офтальмологической больницы.

Девушка удивлённо вздёрнула брови:

– В больнице? Серьёзно? Что ты там делал?

– Доставлял заказ. Родители хотели порадовать ребёнка после операции. Отдал пиццу, пошёл на выход и решил зайти в буфет за кофе. Увидел в меню сэндвичи и на автомате взял попробовать. Пока ждал, думал, что зря заказал, чего ожидать от бутеров в больничном буфете? Потом попробовал и офигел.

Нурия потянулась за ещё одним свёртком:

– А как тебя снова пустили в больницу? Соврал, что пришёл навестить младшего братика или сестричку?

Жестом показав, что с ответом придётся подождать, Гоша ускоренно зажевал. Проглотив сразу половину сэндвича, он раскрыл секрет:

– Я ещё в тот раз разговорился с прекраснейшей женщиной – поваром из того буфета. Взял номерок и договорился о спецзаказе. Мы с ней списались с утра, и, когда всё было готово, я подошёл к посту охраны, а она мне вынесла пакет. Кстати, пирог тоже отпад всего, обязательно оставь для него местечко.

– Поверь, у меня всегда найдётся место для вкусной еды – и в сердце, и в желудке, – довольно фыркнула Нура, смакуя сэндвич.

Высокие деревья прятали пару от любопытных взглядов и маленьких детей, которые с визгом носились между фигурками книжных героев и сжимали в крошечных ладошках остатки цветочных композиций, разминая в кулачках увядающие колокольчики.

Последние свёртки скрывали под несколькими слоями фольги кусочки яблочного пирога с корицей. Нурия, не спеша его пробовать, прикрыла глаза и вдохнула аромат пряной корицы, медового яблока и домашнего сливочного масла, щедро добавленного в песочное тесто. Девушка ни с чем бы не спутала запах домашнего масла – точь-в-точь как сбивала бабушка. Несмотря на солидный возраст – недавно бабуля отметила семидесятипятилетний юбилей, – она всё ещё держала хозяйство, занималась огородом и садом, передавала им с Гошей килограммовые куски масла, зернистый домашний творог, тыквенные компоты и прочие деревенские вкусности. Домашнее не шло ни в какое сравнение с тем, что продавали в магазине. В особенности Нуру всегда смущала сметана – белая, как медицинский халат, жидкая, будто разведённая водой.

– Бабуль, прости меня, но этот пирог вкуснее твоего, – с блаженным наслаждением проговорила Нурия, когда от пирога остались только крошки в уголках губ.

– Что я слышу? – хохотнул Гоша. – Не говори такое при бабушке, иначе она обидится и больше не передаст малиновое варенье. А оно так подходит к твоим коймакам! [3]

– Подлиза! – шутливо пихнула его в бок Нурия. – В парк?

– Погнали, – кивнул парень и, поднявшись, подал руку девушке. Поискав глазами ближайшую урну, он закинул в неё пакет и скомканную в один большой шар фольгу.

Парк культуры и отдыха, в котором не так давно пара исследовала дорожки и тропинки в поисках Ренаты Кизнер, встретил Гошу и Нуру задорным смехом детей и окликами их родителей:

– Не отбирай фундук у белочки!

– Я сейчас у тебя самокат заберу и отдам другому мальчику, если продолжишь давить голубей!

– Ну что ты ревёшь? Сам же бросил вату в фонтанчик! Ай, ладно, пошли, купим тебе новую.

Вокруг центральной двухэтажной карусели с лошадками, дельфинами, каретами, ракушками и прочими транспортными средствами носились оголтелые дети, наслаждаясь последними беззаботными днями летних каникул.

Обогнув карусель, от которой разносились детские песенки, Гоша и Нурия прошли вдоль цветных палаток, в которых можно было купить сахарную вату, варёную кукурузу, сладкий и солёный попкорн и мороженое. По другую сторону выстроились шатры с беспроигрышными лотереями, воздушными шариками, тиром и прочими забавами.

– И почему в нашем детстве не было этих аттракционов? – с грустью подметила Нурия, провожая взглядом «Морскую охоту». Малышня, оседлав крабов и вооружившись водяными пистолетами, с пылким азартом пуляла по мишеням, объезжая их по кругу.

– Ещё лет пять назад они все были старше меня, – припомнил Гоша. – Когда я здесь был вместе с классом, наша учительница не пускала нас кататься на те, что были в парке ещё в её детстве. Мы её уговаривали купить нам билеты на экстремальный аттракцион – кажется, он назывался «Хип-хоп». Она почти сдалась, но в этот момент он сломался, а люди, которые на нём катались, застряли вверх тормашками.

Округлив глаза, Нурия поделилась:

– А меня как-то тётя Муслима взяла в парк вместе со своими детьми. Мы все пошли кататься на машинках, и моя начала стрелять искрами. Я испугалась и выбежала прямо с работающего аттракциона. Тётя потом утешала меня тремя рожками мороженого.

Гоша лукаво улыбнулся:

– Признайся, ты просто хотела тройную порцию мороженого.

Хихикнув, Нура отвела взгляд и задержала его на парне, идущем им с Гошей навстречу. Её бровь невольно вздёрнулась, когда она поняла, что он шёл в безрукавке, а не толстовке с ярким принтом. Руки от кистей и до плеч были забиты татуировками с самыми разнообразными лягушками – как реалистичными и мультяшными, так и популярными Пепе и Кермитом. Даже на шее и лице у него зеленели земноводные.

– Гошан? – поравнявшись с парой, человек-лягушка притормозил.

– Царевич? – в изумлении остановился Гоша.

Нурия перевела взгляд с одного парня на другого. Она слышала пару раз от Гоши это имя. Если её не подводила память, парни учились в одной школе, только в разных классах – Царевич был старше на год или два.

Обменявшись рукопожатиями, Гоша мягко положил ладонь на талию девушки и представил её:

– Это Нурия – моя девушка. Нур, это Царевич – я тебе про него рассказывал.

Человек-лягушка весело усмехнулся и зарылся ладонью в густые вьющиеся волосы соломенно-рыжеватого оттенка:

– Надеюсь, только хорошее. Приятно познакомиться.

– Мне тоже, – пропищала Нура внезапно тонким голосом. Она не любила знакомиться с новыми людьми, чувствуя себя неуверенно.

Царевич перевёл взгляд обратно на Гошу:

– Чё как, что нового?

Тот пожал плечами:

– Да всё по-старому. Вот, выбрались погулять. Прикинь, первый выходной за полторы недели.

Парень присвистнул:

– Капец… Хорошо, когда работаешь на самого себя. Кстати, Нурия, если захочешь проверить своего Ромео на верность, пиши.

Гоша беззлобно хохотнул:

– Давай без самопиара, а? Сам-то как?

– Да тоже всё по-старому. Иду к пацанам, договорились в пейнтбол заху… – осёкшись, Царевич кинул взгляд на Нуру и, кашлянув, поправился: – Поиграть.

– Ну крутяк вообще, – воодушевлённо расширил глаза Гоша. – А кто-то из наших будет или это какие-то твои чуваки?

– И те и те, – расплывчато ответил Царевич и предложил: – Го с нами? – он опустил взгляд на Нуру и обратился к ней: – Дамы среди нас тоже есть, ты будешь не одна. – Он подмигнул: – Девушкам поддаёмся и даём фору.

Замявшись, Гоша качнул головой:

– Да не, у нас другие планы.

Нурия привлекла к себе внимание, дёрнув парня за руку, и шепнула:

– Сходи. Я поеду к родителям, а ты поиграй с друзьями.

В глазах парня заискрилась смесь энтузиазма и неуверенности:

– Точно? Ты не против? Может…

– Иди-иди, – перебила его Нурия. – Я не люблю стрелялки, а ты отдохни и повеселись.

Притянув к себе девушку, Гоша чмокнул её в макушку.

– Ты лучшая, – проговорил он и повернулся к старому другу: – Мы прокатимся на новом колесе, и я подойду. Где собираемся?

Царевич кивнул:

– Я кину тебе геолокацию в личку. – Он отсалютовал Нуре и улыбнулся краешком губ: – Приятно было познакомиться.

Добравшись до колеса обозрения и отстояв длинную очередь, пара заняла кабинку, которая начала плавно подниматься на высоту двадцатипятиэтажного дома. С самой верхней точки открывался лучший вид на город и набережную. Нурии вспомнилось старое колесо обозрения, с которого можно было увидеть разве что верхушки деревьев. Она улыбнулась, глядя на родной город, и, не поворачивая головы, спросила у Гоши:

– А почему твой друг сказал, что я могу проверить тебя на верность?

Не медля, парень отозвался:

– Он айтишник и немного хакер. Занимается всякими штуками, но больше всего пользуется спросом услуга на взлом переписок. Он делает на этом хорошие деньги, а девушки всегда довольны результатом – либо подтверждают свои подозрения и уходят из отношений, либо, удостоверившись в верности, улетают от Царевича на крыльях любви. Если что, это он так пошутил. Надеюсь, ты не сомневаешься в моей верности?

Нура беспечно повела плечом:

– Нет, конечно. А ты?

– Тоже нет. А есть повод? – усмехнулся Гоша.

– Дурак, – со смешком прокомментировала девушка. Помолчав, она опустила взгляд на приближающиеся верхушки деревьев – колесо завершало свой оборот. Нурия заметила: – Царевич такой… колоритный? Экспрессивный?

– Живописный? – поддержал её Гоша. – Вообще он классный тип. В школе он иногда выручал и беспалевно взламывал электронные дневники, чтобы подправить оценки. Его ни разу не поймали на этом, а я смог «исправить» единственную тройку в аттестате. Наверное, тогда Царевич и начал продвигать свой бизнес. Правда, в то время он брал не деньгами. У него был прайс «услуга за услугу».

– И какую услугу он попросил взамен у тебя? – полюбопытствовала Нурия.

– Чистил ему ковёр снегом. Его мать напрягла, а тут я с просьбой помочь. Пока он помогал с оценками, я ему – с ковром.

Нурия вздёрнула брови и озвучила догадку:

– Так вот откуда пошли эти взаимовыгодные отношения!

Когда они с Гошей познакомились, Нура, не зная, как намекнуть на свидание, позвала его с собой в торговый центр выбирать зимние сапоги. В ответ Гоша попросил её помочь покрасить подоконник.

– Я просто хотел провести с тобой время! – смеясь, оправдался парень, сразу поняв, о чём речь. – У меня тогда не было денег, чтобы пригласить на свидание, зато были краска и облезший подоконник.

Пара вышла из кабинки и, пройдя несколько метров, остановилась на развилке.

– Мне в ту сторону, – махнул Гоша.

– Ну а мне на остановку. До вечера?

– До вечера, – довольно ответил Гоша и поцеловал Нуру, легонько коснувшись губ.

Написав маме, что она подъедет через час, Нурия быстрым шагом пересекла парк и запрыгнула в троллейбус. Девушка едва не забыла об идее Гоши зайти в кондитерскую, и ей пришлось развернуться у самого подъезда, чтобы зайти за сладким. Витрина с разноцветными десертами долго не давала Нуре собраться с мыслями, но всё-таки ей удалось определиться с выбором. Из любимой её родителями кондитерской она вышла с тортом под экзотическим названием «Арабика» – коржи из слоёного теста были пропитаны шоколадным кремом с варёной сгущёнкой и кофе, а украшали десерт безе и россыпь орехового ассорти.

Когда мама открыла дверь, Нура почувствовала, как из недр квартиры выплыл и окутал её манящий аромат бешбармака и губадии [4]. Завидев знакомую коробку, женщина всплеснула руками и добродушно расплылась в улыбке:

– Кунак ашы – кара каршы [5]. Ой, какие у тебя красивые тюльпаны!

Нурия опустила взгляд на букетик, отметив, что нужно было заскочить домой и поставить его в вазу. Ей было неудобно приехать с цветами, а потом забрать их с собой, поэтому девушка нашлась:

– Это тебе от Гоши.

– Заходила к нему на работу? – поинтересовалась мама, забирая у дочери букет и торт.

– Нет, у него сегодня выходной, мы гуляли, – отозвалась Нура, стаскивая кеды и аккуратно ставя их на подставку для обуви.

– А чего ж он к нам не зашёл?

Нурия замялась. От неё не ускользнула смесь обиды и укора в адрес Гоши. Девушка решила, что лучше не говорить истинную причину, почему он не приехал вместе с ней. Мама бы никогда не поняла того, как можно было выбрать друга, а не семью.

– Он поехал домой, хочет отдохнуть, – глазом не моргнув соврала Нура.

– Это понятно… Но на часик-то заглянуть можно было? – не отставала мама, заходя вместе с дочерью на кухню и ища глазами вазу. – Нурия, он проявляет неуважение к твоей семье. Тебя-то хоть не обижает?

– Маам! – протянула девушка. – У нас всё хорошо. Он работал десять дней без выходных, пусть отдохнёт.

– Десять дней?! – ахнула женщина, едва найдя место под торт в холодильнике. – Это что ж за рабский труд такой? Ему хоть деньги там платят, не задерживают?

Нура не стала вдаваться в подробности о недавнем взыскании за недоставленную пиццу:

– Не задерживают.

Мама покачала головой:

– Я каждый раз прошу у муллы [6] даровать этому парню мозги и стать тебе хорошим мужем.

За спиной Нурии раздался знакомый голос. И не сказать, чтобы девушка была рада его услышать.

– Мужем? – звонкий жеманный голосок заполнил большую кухню. – Нурия, тебя позвали замуж?

Закатив глаза, девушка повернулась и выдавила из себя улыбку, не собираясь отвечать на вопрос:

– Привет, Бану. И ты здесь?

Двоюродная сестра демонстративно поправила небесно-голубой платок на голове:

– Мы с мамой зашли в гости. – Она придирчиво осмотрела Нуру с непокрытой головой и в платье, которое не доходило даже до уровня колен. Сморщив свой противный носик, которым вечно лезла не в свои дела, Бану заискивающе похлопала ресницами: – Тётя Ляйсан, что-нибудь унести в гостиную?

– Бану, будь добра, отнеси этот салат, – женщина передала в руки племянницы глубокую миску. – Только смотри, чтобы Назира не запрыгнула на стол – эта кошка падка на майонез в салатах. Последний раз целую столовую ложку слизала, пришлось всё выбрасывать!

– Как скажете, тётя Ляйсан, – масленым голоском проворковала Бану и вышла из кухни.

Нурия, проводив сестру взглядом, повернулась к маме и шикнула:

– Почему ты не сказала, что она тоже будет? Ты же знаешь, я её терпеть не могу – выскочка!

Мама виновато пожала плечами и понизила голос до быстрого шёпота:

– Они с мамой зашли неожиданно. Ходили здесь рядом за покупками и вот перед тобой пришли. Я сама не рада. После того как Бану покрыла голову, она стала ещё несноснее. Я её мать так отговаривала от этого, советовала, чтобы девочка не торопилась. Бану лишь бы выпендриться, она даже смысла не понимает – какой харам! Она же годик походит, платок надоест, она его снимет. Позор всей семье будет.

– Чем-нибудь ещё помочь, тётя Ляйсан? – кухню снова наполнил елейный голосок.

Нурия и мама отшатнулись друг от друга, уличённые в сплетнях. Бану подходила всегда так тихо, даже Назира, и та громче топала своими подушечками.

– Ну что ты, Бану, иди к матери, – отмахнулась женщина. – Видишь, Нурия приехала домой – дочь мне со всем поможет.

Бану покорно кивнула и попросила:

– Нурия, принесёшь мне воды? Такой жаркий день. Тебе-то не понять, ты не захотела покрыть голову.

С этими словами и милой манерной улыбкой, за которой скрывались жеманность и желчь, сестра вышла с кухни.

– Я готова задушить Бану её же платком! – прорычала Нура.

Мама сделала большие глаза:

– Нурия, какой харам говорить такие вещи, побойся Аллаха! Пойди, принеси ей стакан воды. Пусть займёт рот.

Глубоко вздохнув, Нура поискала глазами кувшин, пока не вспомнила, что папа недавно поставил на кран фильтр для очистки воды. Наполнив стакан, девушка отнесла его в гостиную, в которой на диване устроились папа, тётя Муслима и Бану. Поприветствовав отца, она передала стакан сестре. Та поднесла его к губам, но, замерев, ткнула в него пальчиком и вкрадчиво уточнила, хлопая ресницами как кукла:

– Это халяль?

– Это из-под крана, – отрезала Нурия и, развернувшись, вышла из комнаты.

Мама, раскладывая на блюде с национальным узором аппетитную губадию, кивнула на зелень:

– Нурия, выложи красиво на две тарелки, пожалуйста.

Кивнув, девушка принялась раскладывать укроп, петрушку и зелёный лук. Она отправила в рот сочную веточку укропа и нахмурилась:

– Мам, а ты мыла зелень?

– Зачем? – недоумевающе посмотрела на неё мама. – Она же с бабушкиного огорода. Никакой отравой не опрыскана.

– Песок на зубах хрустит, – пожаловалась Нурия.

Ахнув, мама тут же забрала тарелки с зеленью и начала ополаскивать. Когда они со всем разобрались и вынесли блюда на стол, папа жестом попросил всех женщин в гостиной помолчать и включил телевизор. Он никогда не пропускал выпуски новостей, в особенности местные.

Нурия устроилась рядом с мамой, намеренно игнорируя приглашение Бану занять место рядом с ней. Несмотря на покорный вид, сестра была жуткой сплетницей и остра на язык.

– Сегодняшний выпуск мы начнём с трагической новости, – траурным тоном начала ведущая. – Было обнаружено тело пропавшей накануне Софии Цирюльниковой. Водолазы исследовали дно в районе Пиратского парка в поисках другой пропавшей девушки – Ренаты Кизнер – и нашли тело Софии. Напомним, София Цирюльникова отправилась на прогулку с друзьями на набережную, с которой уже не вернулась. Сотрудники правоохранительных органов завели уголовное дело по статье «Убийство», личность подозреваемого пока не раскрывают, но вот что рассказала нам подруга Софии.

Кадр сменился, и на экране показалась растерянная перепуганная девушка. На вид ей было не больше шестнадцати.

– Мы встретились с Соней у её дома и пошли на набережную к друзьям. Мы все учимся в одной школе, рядом живём и часто собираемся на каникулах. В этот раз мы хотели устроить пикник на берегу и заказали пиццу. Когда курьер позвонил, он сказал, что не пойдёт искать нас, и попросил подойти к его машине и забрать заказ. Соня пошла забирать пиццу, но не вернулась. Мы пытались ей звонить и искать самостоятельно, но не нашли и подумали, что она ушла домой. А вечером нам стали звонить её родители, и тогда выяснилось, что Соня пропала.

На экран вернулось изображение студии. Ведущая взяла слово:

– Напомним, что заказ был осуществлён в той же пиццерии, чей курьер заходил следом за исчезнувшей Ренатой Кизнер в Пиратский парк. Доставлял ли этот же сотрудник заказ для компании Софии Цирюльниковой, пока неизвестно. Сотрудники правоохранительных органов не дают комментариев до выяснения произошедшего. Перейдём к другим новостям…