На лестничной площадке лежало еще два тела в бывших когда-то белоснежными одеяниях. Жрицы. Я шумно сглотнула: знакомые лица, но, к счастью, это не были мои подруги или наставницы.

Кровь тонкими ручейками стекала по каменным плитам, а в воздухе витал металлический запах.

– Скольких вы убили? – я едва узнала собственный голос.

Фрейя неопределенно пожала плечами:

– Полагаю, мы не считали.

– И как же теперь ваши отношения с Империей?

– Что-нибудь придумаем, – глаза княжны злобно сверкнули в свете факелов. Фрейя никогда не отличалась терпением и покладистым характером. – Знаешь, удовольствие взять топор и вломиться в храм того стоило. Даже если потом придется объясняться.

– Перед отцом и советом?

– Не придется, – отрезал Рагнар. – Если мы остановим Элиору и Андроса.

Я кивнула. Мы двигались рядом, плечом к плечу поднимаясь по залитым кровью ступеням, и с каждым шагом я шла все увереннее, а дышать становилось чуть легче, хотя в носу все еще ощущался тошнотворный запах мирры и ладана.

Бездна, он, должно быть, будет сниться мне в кошмарах.

– А где Бранд?

– Там, где положено быть дипломату, полагаю, – ядовито отреагировал Кайлен.

Я вопросительно уставилась на него.

– Он что-то говорил про то, что можно попытаться договориться с Андросом, – мрачно хмыкнул Кайлен. – За это время тебя бы превратили в артефакт. Красиво, конечно…

Рагнар выругался сквозь зубы.

“Все в порядке, я здесь.”

“В порядке… Ты чуть не умерла. И я чувствовал это каждую гребаную секунду.”

Шаг, еще один и еще.

У выхода в коридор нам преградили путь несколько жриц. Я узнала среди них наставницу Ашу. Рагнар дернулся, но я опередила его, выходя вперед, сжимая в руке Искру до белых костяшек. У них должен быть выбор. То, чего в храме никогда не было у меня.

– С дороги! Убирайтесь! – голос сорвался, но магия, ожившая под кожей, пела.

Женщины не шелохнулись. Я заметила, как блеснули янтарные амулеты, и Аша начала чертить в воздухе рисунок защиты.

– С дороги, я сказала! – в левой руке вспыхнул огненный шар. Пламя жадно облизывало пальцы, и я позволила ему расти. Ожившая магия текла сквозь меня радостным бурным потоком, и я не сдерживала ее. – Со мной – драконы, и они не настроены на переговоры. Если вы не уйдете – останетесь тут навсегда.

Словно в подтверждение моих слов мрамор под ногами хрустнул, пойдя тонкой паутиной трещин. Мир качнулся.

“Спокойствие, Рейна. Это всего лишь моя сестра,” – раздался в голове спокойный голос Рагнара.

Я поймала себя на мысли, что никогда не видела, как Фрейя пользуется магией. Сейчас ее лицо украсила зловещая улыбка, рука едва заметно поднялась, и плиту пола прорезал зеленый росток, будто из-под камня шевельнулось что-то живое.

Одна из жриц сорвалась вперед. Из ее ладоней вырвалась тонкая нить света, яркая, как каленое железо. Нас никогда не учили подобному использованию магии. Должно быть, оно было доступно на старших ступенях.

Я машинально ушла в сторону – спасибо годам тренировок в храме и Вингарду – и все же почувствовала, как нить полоснула по коже, а на руке вспыхнула алая полоса. В тот же миг из трещины, вызванной Фрейей, рванул наружу толстый корень. Он обвил голень жрицы, дернул вниз – и та рухнула, выдохнув из легких хриплый вдох.

Я дернулась, огонь сам сорвался с моих пальцев. Пламя с глухим шипением вонзилось в грудь нападавшей, оставив на белой тунике черный след. Крошка расколотого камня медленно осыпалась, женщина издала короткий, удивленный писк; грудь дернулась, раз – два… и застыла.

По плитам поползли новые трещины. Остальных жриц тут же покинула отвага, и они повалились на пол.

“Я убила ее? Бездна… Я убила ее???”

Горло сжалось от осознания произошедшего.

"Тише, пламя," – голос Рагнара в голове звучал успокаивающе. – "Если бы не ты – она бы убила тебя."

Я кивнула – то ли ему, то ли самой себе. Стиснув зубы, заставила себя отодвинуть эти мысли на задворок сознания. Завтра я буду сожалеть. Сегодня – я должна пройти этот коридор, выйти из храма, убить Элиору.

Пройти коридор.

Выйти из храма.

Убить Элиору.

Я выпрямилась, пламя гудело в костях.

– Убирайтесь, – мой голос срывался. – Уходите из храма, пока он еще стоит. Богиня не придет. А мы уже здесь.

Жрицы поднялись с пола и попятились.

Это хорошо. Я была рада, что больше никто не преградил нам дорогу. И так слишком много крови было пролито сегодня.

Мы двинулись дальше: сквозь опустевшие залы и коридоры, обагренные свежей кровью.

Когда мы, наконец, вышли во внутренний двор храма, окруженный галереей, полных белоснежных статуй, закатное солнце ударило в глаза, ослепив меня на мгновение. Я застыла, потеряв ориентацию, но Рагнар инстинктивно потянул меня назад, к себе за спину – его глаза быстрее привыкли к смене освещения, и он, как всегда, был на полшага впереди.

– Так-так, – раздался до боли знакомый шелковый голос, от которого мурашки медленно поползли по спине. – Кажется, я переоценила благоразумие наследного князя Фростхейма.

Элиора и Андрос стояли неподвижно, окруженные плотным полукругом жриц и гвардейцев из отряда Золотых Клинков. Чуть позади них, в самом центре двора, за мерцающим защитным куполом дрожал светом артефакт.

Мой взгляд невольно выхватил знакомую темноволосую фигуру прямо за плечом Верховной Жрицы. Калиста смотрела на меня бесстрастно, будто мы никогда не делили с ней комнату, не смеялись над глупыми шутками и не учились вместе плести узоры из нитей силы.

Рядом с ней, чуть впереди, стоял Адриан. Его взгляд был прикован ко мне – к обожженным ногам, покрытым волдырями, к испачканному кровью лицу и изорванному платью. В его глазах застыл неподдельный ужас, смешанный с растерянностью и чем-то похожим на сожаление.

Боги, нет. Только не это.

За ними, в тени мраморной галереи, замерли несколько послушниц и жриц. Руки девочек были грубо связаны, амулеты сорваны – они были беззащитны и безоружны. Солдаты окружали их плотной стеной, не оставляя ни малейшего шанса на побег. Лия, Тиана, Айвенна… каждое лицо было мучительно знакомым. Сердце болезненно сжалось в груди.

Ноги подкосились, но я заставила себя выпрямиться, сжимая рукоять Искры до боли в пальцах.

– Я рассчитывала на договор, – продолжила Элиора, и голос ее растекался по двору, как масло на солнце.

– Договариваться можно с теми, у кого осталась хоть капля разума! – выкрикнула я. – Ты же – просто поехавшая сука!

Элиора лишь тихо усмехнулась, глядя только на Рагнара. Будто я тут и не стояла.

– Мы же с тобой разумные люди, – Андрос сделал шаг вперед, сочувственно глядя на дракона. В одной руке он держал круглый щит с вкраплениями янтаря – частицы Сердца Света мерцали в нем живыми искрами, а в другой – короткий прямой меч. На нем были полные доспехи: литой, отполированный до блеска нагрудник, наручи, и шлем с высоким алым гребнем, бросающим кровавую тень на его лицо.

В противовес ему на Рагнаре не было ни брони, ни плаща – только рубашка, запачканная чужой кровью, черные брюки, да тяжелый полуторный меч в ножнах на поясе. Я оглянулась на Фрейю и Кайлена, и внутри у меня заворочалось неприятное предчувствие.

“Ты без доспехов.”

“Ты тоже. Держись за мной.”

– Правители должны мыслить шире, – продолжил Император. – Одна смертная девчонка не стоит подобной резни. Отдай ее нам, и мы навсегда решим проблему с тенями и нестабильностью Разлома – ты ведь этого добивался? Смертные… они слишком хрупкие. Ты ведь знаешь это лучше, чем кто-либо. Мы с тобой – существа иного порядка. Наши жизни измеряются веками, а не ударами сердца.

Рагнар не шелохнулся, лишь сжал челюсти так, что заходили желваки. Я заметила, что он сделал короткий, едва заметный жест Кайлену, указывая на связанных девушек:

– Славно рассуждать о бессмертии, положив на алтарь свое дитя.

– Каково это: быть убийцей собственной дочери? – спросила я, глядя в темные глаза Андроса. Когда-то он и Верховная Жрица казались мне недосягаемыми – почти божествами. Сейчас я смотрела на них и не испытывала ничего, кроме брезгливости, ярости и желания покончить со всем.

Вокруг Рагнара заклубилось темнота. Он ринулся вперед, оставляя меня позади, рука покрылась черной чешуей, но трансформация оборвалась на половине вздоха. Я ожидала услышать рев дракона, но вместо этого я почувствовала, как по нашей связи прокатилась резкая волна чужой боли.

Проклятье.

Из носа Рагнара тонкой струйкой потекла кровь, а он едва удержался на ногах, тихо выругавшись.

“Что это?!” – испуганно воскликнула я.

“Я не могу обернуться. Здесь…” – он стиснул зубы. – “Какой-то барьер.”

Я подняла взгляд к небу. Высоко над нами, в кроваво-красных лучах закатного солнца, мерцала тонкая сеть из нитей силы.

Дальше все произошло за долю секунду.

– Вперед! – рявкнул Андрос.

Один удар сердца, и клинки с резким звоном покинули ножны. Десяток бойцов метнулся вперед, четко, слаженно – будто были не людьми, а единым организмом. Я лишь краем глаза заметила светлую макушку Адриана, когда рванулась к Рагнару на помощь.

– Не так быстро, – Андрос преградил мне дорогу. – Говорят, в храме неплохая фехтовальная подготовка. Будет любопытно проверить, чему обучают моих жриц.

Рагнар обернулся – слишком поздно. Боль обожгла плечо. Твою мать! Слезы брызнули из глаз, я рефлекторно зажала его рукой. Между пальцами – кровь? Нет. Плечо было целым, а боль – не моей.

“Рагнар!”

“В порядке!” – рявкнул он, но дыхание его сбилось.

Рагнар чудом отразил еще один удар, и еще. Третий клинок с глухим лязгом соскользнул по его мечу. Один из нападающих отлетел назад, ударился спиной о землю и затих. Я различила поползший по плитам двора иней. Остальные солдаты окружили его плотным кольцом, отрезая от меня и других драконов и оставляя одного против десятка противников.

Передо мной стоял Андрос, за ним – непреодолимая стена из золотых клинков.

Император был выше меня почти на целую голову. Он атаковал мощным ударом, и я не стала его парировать, уходя в сторону. Сталь клинка со звоном врезалась в камень, высекая искры справа от меня. Огонь сорвался с пальцев, но Андрос отразил его, заслонившись щитом.

Ты – маленькая и юркая, вот и используй свое преимущество, – говорил Вингард на тренировках.

В хаосе боя до меня долетели шум и крики от галереи. Краем глаза я заметила, что статуи заволокло темнотой, и сразу несколько силуэтов Кайлена обступили жриц. Одну из них он удерживал иллюзией, орудуя одновременно с этим тонким и легким мечом.

Я ловко вывернулась, не дав обмануть себя серией ложных выпадов. Андрос явно полагался в бою на силу атаки. Моя задача – не допустить даже одного удара. Закрываться. Я сделала ложный выпад, укол, прикрыла шею, как учил меня Вингард. Сталь столкнулась со сталью, и, несмотря на силу и вес меча Андроса, Искра выдержала.

Мой клинок казался продолжением руки, а я сама – пламенем, плясавшим вокруг Андроса. Я ловко подныривала под его удары, атаковала и защищалась. За ним был двухсотлетней опыт. За мной – отчаянная ярость и желание жить.

Андрос оттеснил меня от драконов к стене. Я быстро догадалась, что его план был зажать меня в угол, откуда не будет выхода. Он рубанул сверху – мощным движением, я крутанулась и нырнула вниз. Колени ударились о пол, я зашипела от боли – бездна, опять! Если я выживу – Астрид точно меня прикончит.

Перекатившись по земле, я распрямилась пружиной, мягко приземлилась на обе ноги и атаковала. Меч царапнул по бедру Андроса, заставив его зашипеть и покачнуться.

Я приободрилась, магия довольно заурчала внутри, найдя выход. Гудящее кольцо огня окружало Императора.

Еще немного…

Шар света взорвался рядом со мной, осветив все пространство ослепительно-ярким светом. Мир раскололся оглушающим грохотом, а потом вдруг стал поразительно тихим.

Я отлетела на несколько метров, каменные плиты вышибли воздух из легких, голова ударилась о камни. Несколько мучительно долгих мгновений я не могла понять, что произошло.

“Ты цела?” – голос Рагнара был полон тревоги.

Я моргнула, пытаясь сфокусироваться. Кровь шумела в ушах, и я не слышала ничего, кроме ее гула. В голове стоял звон, а реальность вокруг дрожала, будто подо мной сотрясалась земля. А может она и правда сотрясалась?

Воздух вокруг вибрировал от магии. Пахло кровью и грозой. Так вовремя возникшая рядом с Андросом Элиора уже выплетала новое заклинание, нацеленное прямо на меня.

Проклятье… я даже не успевала отползти в сторону.

В тот момент, как очередной шар света сорвался с ее пальцев, между мной и Элиорой из земли вырвалась живая стена: корни и лианы с хрустом прорвали камень, разрастаясь мгновенно и заслоняя меня собой. Это была Фрейя.

Шар света с яростным треском врезался в преграду и распался, осыпав нас пеплом и мраморной крошкой.

“Рейна, твою мать! Ты цела?!” – гаркнул Рагнар у меня в голове.

“Да…” – едва выдавила я, заставляя себя перекатиться на четвереньки. – “Фрейя, кажется, тоже… Не отвлекайся.”

Княжна, возникшая на пути Андроса и Элиоры, ловко сдерживала их атаки, используя топор и магию. В бою она была быстрее, сильнее и яростнее меня. Из-под земли то и дело пробивались новые корни, взметая вверх столбы пыли, и в окружающем безумии она вдруг показалась мне богиней – дикой и страшной в своем гневе.

Я встала, пошатываясь, подняла Искру с пола. Перед глазами все плыло, а звуки боя долетали до меня словно сквозь толщу воды. И только один голос доносился до моего сознания: кто-то громко и отчаянно кричал.

– Айви, нет! Айви!

Боги, кто это? Чей это голос? Лия? Что происходит?

Я повернула голову: передо мной, в нескольких шагах, лежала поваленная взрывом статуя. Мраморный торс треснул, грудь ее разломилась, и под этой глыбой, в облаке белой крошки, распласталась маленькая изломанная фигура.

Айвенна.

Лицо ее было серым от пыли и страха. Глаза – широко распахнутые. А на животе, на белоснежной тунике послушницы расцветал темно-багровый цветок, там, где камень прижал ее к плите.

Лия – рядом с ней.

Нет.

– Боги, нет…

Это же не может быть на самом деле? Не может же… Не с ней…

Колени предательски подогнулись и я, шатаясь и путаясь в собственных ногах, почти подползла к ней.

– Рейна? – Айвенна попыталась приподнять голову. – Ты… жива?

– Жива, жива… Тише. Я здесь, слышишь? Не говори. Сейчас… сейчас мы поднимем это, – я нащупала ее руку, холодную и липкую. – Дай мне секунду.

Лия осела на колени рядом со мной, глядя на меня с нескрываемым ужасом. Руки ее были свободны – должно быть, Кайлен освободил девочек, пока я сражалась с Андросом:

– Мы… она… пошла за мной.

– Лия, сестричка, ты тоже здесь. Я не… не чувствую ног, – прошелестела Айвенна, будто признавалась в чем-то запретном. – Это нормально?

Слово “нормально” полоснуло ножом по сердцу. Я обернулась – мир двоился, но сквозь осевшую мраморную крошку я различила Тиану, держащуюся за бок, Миру и еще несколько жриц и наставниц, лежащих на земле. Это были свои? Чужие?

Рагнар – весь в крови – неистово сражался с нападавшими Золотыми Клинками.

– Кайлен! – мой крик вышел сиплым. – Помоги мне! Быстрее! Нам нужно поднять статую! Кайлен!

Он стоял в двух шагах, с поднятым мечом. Кайлен сделал несколько жестов руками и нападавшие жрицы, осмелившиеся приблизиться к нам, повалились на пол. Его взгляд скользнул по трещине в камне, по бледным губам Айвенны – мужчина тихо покачал головой.

– Нет, – выдохнула я, голос сломался. – Нет, ты… ты поможешь! Мы сейчас тебя достанем… довезем до Фростхейма. Там… Астрид. Лучшая целительница в стране. А может и на континенте. Знаешь какая она?

Я снова услышала рев магии и звон стали за спиной. Земля качалась, или это зрение меня подводило?

Лия наклонилась ниже, я различила, как на губы Айвенны падают теплые слезы, и шепнула в пыльные волосы:

– Держись, Айви. Мы здесь. Все будет хорошо.

Я вдруг особенно четко вспомнила наш последний разговор. Когда мы вместе украшали храм накануне испытаний и она рассказывала нам об Аурелии, настаивая на своей отчаянной вере в казавшуюся нам красивой легенду.

Айвенна медленно моргнула еще раз, благодаря за ложь, и ее легкое дыхание растворилось в жарком воздухе.

Айвенна. Наивная, храбрая Айвенна, решившая пойти против самой Элиоры. Если бы не они с Лией, Тианой и другими девочками, я бы уже превратилась в камень в лаборатории.

Я вдохнула воздух, пропитанный гарью и пеплом, и почувствовала, как злость закипает в венах, вытесняя страх.

Очередной столб света с грохотом разбился о ледяной щит Рагнара, возвращая меня в реальность. Вокруг него бушевал ледяной вихрь, он яростно атаковал и защищался, но солдаты и жрицы обступили его плотным кольцом… Он не сможет держаться так бесконечно.

Рядом Лия жалобно всхлипнула, поднимая с пола чей-то брошенный меч.

Боги, это безумие нужно остановить. Иначе все мы здесь погибнем.

Я прикрыла глаза и почувствовала, как едва заметные нити силы, тянущиеся от жриц, сливаются в одну точку – артефакт, установленный в центре двора за сверкающим барьером.

Сердце Света непрерывно сияло, а внутри его теплого света беспокойно пульсировало чернильное ядро. Я должна была добраться до него. Сейчас.

– Кайлен, прикрой меня, – попросила я.

Он кивнул без слов, и в следующее мгновение исчез, оставив за собой мерцающий след. Вокруг вспыхнули его двойники – фантомы, не способные причинить вред, но вполне реальные, чтобы отвлечь взгляд.

В голове немного прояснилось, и я упрямо пробиралась вперед, пока дорогу не преградила Калиста.

– Уйди.

– Эту песню я уже слышала, Рейна. В храме, помнишь?

– Калиста, ты не убийца.

– А ты кто? Святая? Или просто головой ударилась? – зло прошипела она. – Я сбросила тебя в провал в храме Ксералии, оставив умирать в катакомбах. Убить тебя мечом было бы милосерднее.

– И все же – ты не стала убивать меня… сама. Я видела, что тебе было больно сражаться. Я помню…

На секунду мы обе замолчали. Лицо Калисты дрогнуло, а потом снова застыло маской упрямого равнодушия:

– У тебя, вижу, все хорошо с памятью. Хочешь проверить, насколько тебе повезет в этот раз?

– Калиста. Отойди.

– И дать тебе разрушить все, что мы построили здесь? Все, что мы имеем? А потом преспокойно улететь вместе с драконами в счастливое будущее, оставив меня среди пепла и мертвых? Не дождешься, – процедила она.

Калиста зачерпнула силы и начала чертить очередной знак. Огонь сорвался с моих рук, и мы начали свой смертельный танец.

Меня все еще мутило от удара, и это давало Калисте преимущество. Ее стиль боя мало изменился с нашего последнего поединка, но в этот раз она использовала еще и магию. Нить света обвилась вокруг моей лодыжки и повалила меня на пол. Проклятое колено опять взорвалось болью.

Я добавила к клинку импульс силы. Пламя вспыхнуло вокруг стали, заставив Искру засиять в окружающих сумерках. Пылающий меч легко обрубил нить света. Я перекатилась и вскочила на ноги.

Ты не бьешь, Рейна. А я буду, – сказала она мне на испытаниях в покинутом храме.

Теперь и я буду. За моей спиной – Рагнар, Фрейя и Кайлен. За моей спиной – маленькое изломанное тело Айвенны и плачущая Лия.

Она атаковала серией резких выпадов, закончившихся уколом, нацеленным прямиком мне в живот. Я парировала и резко ушла вправо. Калиста двигалась резко и уверенно. Но откуда ей было знать, что все произошедшее превратило меня саму в огненный клинок, не знающий пощады?

Я заблокировала боль в ноге, отодвинув ее на задворок сознания. Удар, атака, финт и отскок. Я мягко приземлилась на ноги, прикрывая шею, обманула ее финтом слева, затем крутанулась, парируя ответный выпад. Искра скользнула по клинку Калисту, я надавила сильнее на гарду, и ее меч с громким звоном упал на каменные плиты – точь-в-точь как тогда, в покинутом храме. Она тихо выругалась.

– А у тебя, кажется, с памятью проблемы, – бросила я и, не дожидаясь очередной подлости, подалась вперед. Короткий, резкий удар ногой в живот не дал ей ответить.

Калиста согнулась, рухнула на четвереньки и попыталась отползти прочь, но я преградила ей путь, выбросив перед ней стену огня. Пламя послушно взметнулось, отрезая любую возможность отступления.

Я – огонь.

Я – пламя.

Драконья сила во мне пела, ревела, пульсировала жаркой волной, заполняя каждую клетку моего тела. Калиста с трудом перевернулась на спину, снова потянулась к своей магии – артефакт в центре двора послушно отозвался, пульсация его усилилась. Я врезалась в ее грудную клетку коленом, прижимая клинок к горлу.

Огонь вокруг вспыхнул ярче, заставив Калисту испуганно вскрикнуть.

– Давай уже, – устало усмехнулась она, запрокидывая голову. – Тебе стоило это сделать давно, на испытаниях. Ты сильнее, быстрее и… лучше меня. Как бы я ни старалась…

Я надавила на шею. Капелька крови прочертила дорожку на загорелой коже.

– Бей!

Я сделаю это.

В этот миг Элиора позади ударила новым заклинанием. Сердце Света вспыхнуло, затрепетало ярче, и темное ядро внутри него пробудилось окончательно.

Вдруг стало холодно. Неестественно, пронзительно холодно, как будто на дворе была зима, а не разгар лета в Арканоре.

Капли пота, бегущие по спине и вискам, заставили меня поежиться от такого незнакомого и вместе с нем – знакомого чувства. Холод – откуда? Рагнар?!

Снедаемая отвратительным предчувствием я подняла голову. Прямо над нами, в прорехах сетки из нитей силы, небо расколола отвратительная черная щель.

В голове отозвался полыхающий тревогой голос Рагнара:

“Тени!”